Шиповник в чужих руках.

— Оторвались?! - девушка оборачивается, чтобы посмотреть назад, перекрикивая ветер. — Вроде, - отвечает Ан Кир, подлетая ближе к сестре. - Ты как? — Просто царапина, - нервно фыркнула та.       Когда они выбрались наружу - выход из пещеры действительно окружили Вэни. Попаданцы смогли отбиться от части и защитить младших, используя только светлую ци, дабы пока не афишировать не своим, не врагам о своих новых способностях. Они уже удлинили свои мечи, дабы перевести адептов разных кланов в резиденцию Цзян, как на подлёте один из псов выстрелил Ан Ли в плечо. Как оказалось, Вэнь Чао умудрился вызвать подмогу, так что им пришлось спешно улетать от туда. Стрелу не стали вынимать, чтобы не потерять больше крови, только конец обломали. — Я думал вы двое знаете всю историю, - внезапно бросил наследник ордена Цзян, который поддерживал девушку. — Цзян Чэн, если ты не заткнёшься - я тебя с меча скину, - прорычала та, переглянувшись через плечо. - Ты тоже знаешь. Так какого чёрта тогда не додумался хотя бы талисманы припрятать?! — Ли, - тихо окликнул её брат.       Та фыркнула, отвернувшись. Глубоко вздохнув, она несколько нервно медленно выдохнула, сосредоточившись на пути. — Ладно. Не важно. Сейчас летим в Пристань Лотоса, от туда разошлём письма через главу ордена Цзян. Потом за Вэй Ином. — Ли. Я за Сиченем. — А?.. - девушка невольно вскинулась, взглянув на Ан Кира. - С чего это ты вдруг?       Парень выглядел несколько напряжённо: он нервно сжимал кулаки, взгляд был отстранённым, а тонкие брови нахмурены. — Тёмная энергия как-то странно себя ведёт. Пожалуйста, - юноша поднял взгляд, посмотрев на сестру несколько отчаянно, словно ожидая отказа. - У меня плохое предчувствие. И оно не отпускает с тех пор, как мы покинули Луаньцзан.       Ан Ли смотрела на него долго, словно изучая. Она не хотела разлучаться ещё и с братом, сейчас было не то время, чтобы разделяться. И все таки...       Протянув руку, она дождалась такой же протянутой руки, сплетя с Ан Киром пальцы, словно скрепляя клятву, их общее обещание на лучший исход. — Как прибудем - сразу улетай. Встретимся тогда все вместе в Ланьлин Цзинь, на собрании, - она чуть улыбнулась ему, проговорив следующие слова тише. - Прошу тебя, без глупостей. Любовь любовью, но себя тоже береги.       Парень понимал тревогу сестры, но ничего не мог с собой поделать. Он улыбнулся в такт её улыбке, мягко погладив большим пальцем по руке. — Спасибо тебе. Ты тоже береги себя. Не переживай так, мы обязательно встретимся. Ведь это - наша история.       Та кивает, прежде чем разжать с ним руки. На сердце у обоих всё ещё было тревожно, но они оба понимали, что так надо, чтобы эта история была для многих со счастливым концом.

***

— Вэй Ин! Вэй Ин!!       Лань Ванцзи который час пытался привести Усяня в чувства, да вот только всё было без толку.       Они победили черепаху совместными усилиями. Когда голова была отрублена, Второй Нефрит прыгнул в воду за возлюбленным, достав его бессознательное тело на берег. Он оттащил его подальше от воды, и теперь тёмный заклинатель лежал на коленях юноши, сгорая от лихорадки.       Ванцзи несколько беспомощно наблюдал за тем, как губы Вэй Усяня побелели, дыхание стало коротким и рваным. Лицо горело, заливаясь потом и было не понятно от чего конкретно ему плохо: от внезапной лихорадки или силы тёмной ци? А может болезнь стала следствием энергии обиды? Со временем их стал окружать чёрный туман, медленно обвивая тело темного заклинателя - не плотно, а как щупальца живого существа: то затягивая воздух вокруг Усяня в плотную пелену, то на мгновение расходясь... будто принюхивается. Парень тихо стонал под этим импульсом, но не от боли. От ощущения, будто падает. — Вэй Ин, - шепчет Лань Ванцзи где-то на краю сознания. - Вэй Ин, держись. Вэй Ин.       Но даже этот шёпот теряется внутри, где всё тонуло в тёмной пучине отчаяния и криков. Эта тень действительно оказалась больше, чем просто энергия. Оно имело разум.       Глаза Второго Нефрита расширились, когда он видел, как тьма начала обволакивать Усяня плотнее. Тревожное чувство сжало его грудь. Он прекрасно понимал серьёзность ситуации и не мог не беспокоиться, хотя и помочь ничем не имел возможности, его духовные силы сейчас были истощены. Но и позволить тёмной энергии поглотить того, кого он так сильно любил Ванцзи не мог, по этому только и делал, что беспрестанно звал парня на своих коленях, приложив ладони к его щекам.       Прошло слишком много времени и отчаяние уже достигало предела. Никакие зовы не помогали. Инстинктивно, как учили в Гусу, Лань Чжань собрал остаток сил и начал тихо напевать мелодию очищения, вливая энергию не в струны, а в свой собственный голос. Чистые, холодные ноты, призванные рассеять любую скверну, коснулись чёрного тумана.       Но в какой-то момент он замер. Мелодия очищения… она была направлена на уничтожение тьмы. А эта - явно была частью Вэй Ина, которая наверняка спасла их в пещере, хоть и говорили, что она опасна. Очистить его - значило покалечить. Вспомнились слова Вэй Ина. Когда-то давно он сказал: « Если бы у тебя был выбор: умереть зная, что тебя любят и ждут или выжить, но воспользоваться ради выживания скользкой дорожкой, чтобы ты выбрал? ». Воспоминание о его словах ударило с ясностью молнии. Неужели он ещё тогда практиковал оба пути? Ванцзи резко оборвал знакомый мотив. Глаза парня были полны ужаса и решимости одновременно. Он не мог использовать технику Гусу Лань, дабы не повредит тело и рассудок Усяня.       И тогда, отбросив все правила и логику, он решился на нечто абсурдное. Второй Нефрит закрыл глаза, и из его груди полилась другая мелодия. Та, что он сочинил для него одного — тихая, тёплая, полная тоски по солнечным дням в библиотеке и невысказанной нежности. В ней не было ни капли силы принуждения, только чистая, обнажённая любовь. Это был не щит и не меч. Это был якорь.       И кажется эта мелодия смогла дойти до адресата. Чёрный туман, уже готовый поглотить сознание Вэй Ина, замедлил своё движение. Не отступая, но будто прислушиваясь, медленно колыхаясь, словно лист на ветру. А Усянь… из его губ вырвался тихий, разбитый вздох, будто тот только что вынырнул из воды. Его пальцы слабо дрогнули, цепляясь за рукав Ванцзи одной рукой, а второй за кулон, что прятался всё это время в складках одежды. — Лань Чжань... - прошептал он едва слышно. - Всё… хорошо…       И это был уже не бред, а попытка успокоить того, кто для него стал самым важным. Вэй Ин услышал. Услышал не заклятье, а зов самого сердца. И в ответ его собственная тьма, всегда откликавшаяся на сильные эмоции, начала утихать, подчиняясь не внешней силе, а внутреннему покою, который дарил ему этот голос. Энергия не исчезла, а впиталась в чёрный кристалл, смиренная и принятая.       Больше Вэй Ин ничего не запомнил, просто провалившись в сон.

***

      Белый камень главного тренировочного плаца резиденции Цзян под ногами у прибывших стал символом не спасения, а новой тревоги. Ан Кир и Ан Ли наконец приземлились, но решили не на оживленный пирс, а в самое сердце ордена, где царила дневная рутина, заранее обговорив это с Цзян Чэном по пути. И эту рутину они взорвали своим появлением.       Тишины не было с первой секунды. Раздался не крик ужаса, а резкий, тревожный свист старшего офицера стражи. — По местам! Немедленно! Первый отряд - периметр! Второй - проход к целителям! - команды мужчины раскатились по площади.       Замершие было на мгновение адепты ордена Цзян бросились не в панике, а с выученной чёткостью, но именно это и создавало лёгкую суматоху - стремительное, организованное движение десятков людей. — Что происходит?! - грозовой голос мадам Юй прозвучал с крыльца главного зала, куда она вышла, скорее всего, услышав шум.       Её взгляд, острый как удар хлыста Цзыдяна, мгновенно нашёл в толпе сына, поддерживающего окровавленную Ан Ли, и группу чужих, перепачканных адептов. Лицо женщины исказилось не страхом, а холодной яростью. — Цзян Чэн! Немедленно объяснись! — Матушка, позже! Сначала помощь! - почти крикнул он в ответ, что было немыслимо в обычной ситуации.       Но сейчас на его лице было написано отчаяние, перебивающие все правила почтительности. В данный момент это был не несносный мальчишка, а сильный юноша, что был ответственен за девушку подле себя.       В этот момент из дверей резиденции стремительно вышел глава ордена - Цзян Фэнмянь. Он, в отличие от своей супруги, не кричал. Его спокойное лицо было серьёзным, а глаза за секунду оценили масштаб происходящего. — Раненых - в зал для гостей. Немедленно привести всех свободных целителей. Остальных - в столовую, пусть обеспечат едой и питьём, - его тихий, но не допускающий возражений голос на мгновение перекрыл гул.       Он стал якорем, который не дал оперативной суматохе перерасти в хаос.       Ан Ли, всё ещё опираясь на Ваньнина, кивнула своему брату, который уже направлялся к ней. — Иди, - выдохнула она сквозь стиснутые зубы. - Пока они здесь заняты, ты сможешь уйти незамеченным. Будь осторожен.       Ан Кир нахмурил брови, но не стал ничего говорить. Коротко кивнув, он вновь отправил свой меч в полёт и встав на него - быстро скрылся в небе. Девушка ещё долго смотрела на размытый силуэт вдалеке. — Мы обязательно встретимся, - тихо прошептала та, заглушаемая порывом ветра, что разметал её длинные волосы и унёс эти слова куда-то далеко.