No Limit

Они не думали что все закончится так. Все началось так же, как и все их лучшие ночи — случайно. Никто из них не собирался куда-либо выходить на самом деле. Кто-то предложил заняться чем нибудь, кто-то другой согласился, так они оказались в потрепанной машине Риу, опустив окна, городской воздух сдувший с их кожи воспоминания о пройденных днях, заставил ощущать четверг как понедельник. Слишком длинный. Слишком тяжелый.  — Куда мы вообще едем? — сидев сзади Унхак спросил, положив ноги на приборную панель и надев очки, несмотря на то что солнце уже садилось.  Риу пожав плечами с водительского места — Да плевать. Только не домой. — Куда-то где есть дешевая выпивка и поломанное освещение — с своим плавным голосом добавил Лихан, сидя рядом с водительским местом — Нам надо представить себя героями подростковых фильмов. Сонхо тихо рассмеявшись спросил — Это перед нервным срывом или после? — Во время — Лихан ответил — Очевидно.

Они оказались в баре вдоль дороги - в том самом где облезшая красная краска, где ночью горит неоновая вывеска на окне, в которой было пару комнат, с подсобкой где были провисшие диваны и сломанная караоке-машина, которую никто не думал чинить. Это место было пропитано запахом алкоголя, сигарет, и воспоминаниями о многих пережитых ночах, про которые никто не говорил.  Они устроились там как дома, поставив музыку чуть тише, осветив и обустроив окружение, будто принадлежавшее им. Так оно и было. Дешевый, крепкий алкоголь. После второго раунда, они стали более раскрепощенными. К третьему, розовощекий Унхак раскинулся на диване, в своих джинсах из секонда, он закинул руки на подушки. Его черные ногти отбивали ритм по стакану, он лежал с немного кривой но манящей улыбкой. — Нам следует заняться чем нибудь, прежде чем все начнут откровенничать и обсуждать свои травмы — проговорил он потягиваясь словно кот — Я чувствую как приближаются эмоциональные монологи, я пока не так пьян для этого. — Правда или действие? — сухо предложил Тэсан, отпивая из своего стакана. Находясь в углу комнаты, его рукава были закатаны до локтей, рыжие волосы слегка падали на глаза.  — Скукота — Унхак вздохнул. — Бутылочка. — Серьезно? — спросил Джэхен, с тихим и слегка скептичным голосом. Прислонившись к стене, он стоял с одной подтянутой ногой и свивавшим с одного плеча комбинезоном. Выглядело так как будто ему все равно, но его взгляд обострился, глаза метались от одного лица к другому.  — Ну давайте — надувшись сказал Унхак — Как в старые добрые, без телефонов, лишь хаос. Уже подвыпивший и наслаждавшийся этим Риу, схватил пустую бутылку — Плевать, погнали. Они рухнули в круг, раскинув свои ноги они переплелись, спины упирались в чью-то грудь, напитки оставшиеся не допитыми, были близки к тому чтобы опрокинуться. Музыка доносилась на фоне, медленная и знойная, пульсируя под кожей как второе сердцебиение.  Джэхен сидел спиной к стене, лямка от его комбинезона болталась, белая футболка обнажила его ключицы, острые об которые можно было порезаться. Его волосы были зачесаны назад, за исключением одной пряди которая непослушно падала на лоб. Его взгляд был непроницаемым, но его глаза продолжали метаться лишь в одну сторону круга.  К нему. Сонхо сидевший, очень прямо, скрестив ноги, продолжал скручивать подол своей серой майки. Синий светодиодный свет омывал его голые руки, отбрасывая тени вдоль ключиц и изгиба шеи. Его кожа слегка мерцала от пота. Когда Джэхен начал смотреть на него — не отрывая глаза, Сонхо отвел взгляд, будто бы его застали раздевающимся на публике.  Бутылочка повернулась на Лихана.  Лихан не подал виду. Уголки рта медленно приподнялись, создавая опасную улыбку. Неоновые света падали на его блондинестые волосы. Белый топ облегал его талию, немного приподнимаясь, когда он наклонялся вперед и обнажая ровно столько кожи, чтобы заставить кого-то застыть.  Риу двинулся без колебаний, пальцы коснулись бедра Лихана, большой палец скользнул под ткань топа. Их поцелуй начался медленно, они исследовали друг друга, дразнили, но затем рука Лихана прижалась к затылку Риу, и он наклонился. Это стало чем-то более глубоким. Более жарким. Их рты разделились и снова встретились обратно, дыхание сбилось. Лихан издал звук — едва слышный, но достаточный для того чтобы изменить атмосферу комнаты.  Когда они оборвали поцелуй, Лихан медленно открыл глаза, по нему было видно что он был слегка дезориентирован. Риу же усмехался, с хитрой улыбкой, как будто само зло. Тэсан отвернулся, поджав челюсть.  Унхак театрально обмахнулся — Господи. Ладно. Видимо сегодня будет такая ночь.  И игра… продолжалась.  Они смеялись и дурачились. Тэсан и Унхан чмокнули друг друга, фыркнув. Лихан поцеловал Унхака в щеку и чуть не умер от того как покраснели его уши. Воздух колебался между чем-то игривым и более серьезным. Все чувствовали как комната приобрела другую форму, все поменялось, но никто не хотел в этом признаваться.  Настала очередь Джэхена, он покрутил бутылку. Бутылка крутилась. Медленно щелкнув она встала на место. Сонхо. Все замерло. Сонхо резко вдохнул, широко раскрыв глаза, приоткрыв губы, словно собирался возразить, но не мог найти слов. Он заправил воображаемые волосы за ухо — привычка, которая осталась несмотря на то что его волосы были уже коротко подстрижены. Движение обнажило тонкую линию его горла, мягкий изгиб его челюсти. Джэхен заметил и улыбнулся. — Ты придешь ко мне? — спросил он низким голосом — Или мне придти за тобой?  Сонхо тяжело сглотнул, приоткрыв рот — Ты раздражаешь.  — И все же — Джэхен сказал — Ты приближаешься.  Сонхо пополз вперед, каждый дюйм мучительно тянулся. Его колени задевали ковер. Джэхен не двигался, просто наблюдал за ним темными глазами. Когда Сонхо оказался достаточно близко, чтобы почувствовать пряный запах дыхания Джэхена,  Джэхен подняв руку — медленно, неторопливо — потянул его к себе на колени. А затем поцеловал его. Это не было дурачеством. Это не было для показухи.  Все накалилось. Напряжение и месяцы взглядов, которые длились слишком долго. Джэхен целовал его так, будто жаждал этого давно, будто умирал от голода. Как будто хотел его проглотить. Сонхо ахнул и схватил край комбинезона Джэхена, как только поцелуй стал глубже, непристойнее и небрежнее. Их грудь прижималась друг к другу, колени соприкоснулись, дыхание сбилось.  Кто-то произнес — Охринеть — но никто их не останавливал.  Они не прекращали, пока Джехен не отпустил. Сонхо покраснел, губы стали красными, глаза остекленели. Атмосфера накалилась. Внезапно Тэсан встал, скрип от его стульчика был слишком громкий. — Да ну вас — рявкнул он — Эта игра шутка гребаная.  Джэхен лениво откинулся назад, вытирая рот тыльной стороной ладони — Что? Ревнуешь что не ты мне попался? Тэсан саркастично усмехнулся — Ревную? Тебя? Не льсти себе. Но его взгляд быстро метнулся, к Лихану. Лихан это заметил, так же как и Риу. После этого все пошло наперекосяк. Лихан снова растворился в Риу, его пальцы пробежались по линиям его джинс, его губы коснулись уха Риу.  Рука Риу скользнула под топ Лихана положив на живот, он поглаживал его. Это больше не было частью игры.  Джэхен притянул Сонхо к себе на колени, как будто владел им. Сонхо не сопротивлялся, не ровно дыша, он старался не встречаться ни с кем взглядом.  Унхак прочистил горло, нарушив тишину. — Кто нибудь еще чувствует что мы пропустили несколько сезонов какой-то дрянной подростковой драмы?  Никто не посмеялся. Тэсан прижался к стене, с бокалом в руке, и с напряжением во взгляде. Ярко красный свет отбрасывал на его волосы, скулы, резкую линию челюсти.  — Ты порядке? — спросил Джэхен. — Да — фыркнул Тэсан — Мне нравится та часть, где все ведут себя так, будто не пытались выебать друг друга с нового года. — В чем твоя проблема? — Лихан встал. — Ты ведь знаешь — рявкнул Тэсан Лихан отшатнулся, словно его ударили. Риу встал — проницательно и прочно.  Сонхо едва открыв рот — Может, нам стоит — — Нет, — Джэхен перебил, его взгляд был суров — Пусть он скажет.  Но Тэсан лишь усмехнулся — Забейте. Наслаждайтесь своими пьяными забавами. Он повернулся и растворился из комнаты. Оставив после себя только неприятную тишину. Круг был разорван.  Никто не последовал за ним.  Никто не шевелился. Джэхен замер, Лихан будто проглотил язык, Риу же только сильнее прижался к нему, будто защищая, слегка по собственнически. Унхак допил свой напиток — Так..Мы не собираемся заказывать еду?  Никто не ответил.  На следующее утро в квартире воняло пролитым алкоголем и чем-то хуже — сожалением. Унхак сидел на кухне, завернувшись в одеяло, и пил воду, словно она была святой. Он намеренно ничего не говорил. Сонхо вышел первым, натянув толстовку поверх вчерашней одежды. Его лицо было красным, губы все еще были искусаны поцелуем. Он молчал. Затем вышел Риу, в одних шортах и большой футболке Лихана, губы распухли. Лихан последовал за ним, зевая, но выражение его лица изменилось, когда он увидел Джехена одного на диване. Тэсан так и не вышел. Никто не говорил о вчерашних поцелуях или проницательных взглядах. Или о том, как их мир треснул где-то между вращением и тишиной. Но Джехен взглянул на Сонхо. И Сонхо — тихо и осторожно — посмотрел на него в ответ.