Пробуждение Кейтлин

Кейтлин росла в достаточно консервативной – по меркам Пилтовера, - семье. Мама ее была строга и регулярно напоминала, что в первую очередь Кейтлин должна реализоваться как личность, а лишь потом думать об отношениях. Конечно, мама всегда поддерживала ее начиная, пусть и не была довольна ими, но вот ее позиция насчет романтических отношений всегда была непреклонна. Другие бы сказали, что ограничивать подростка в поиске любовного интереса негуманно, но для Кейтлин такое требование матери никогда не были проблемой. В силу различий происхождения Кейтлин и ее окружения в академии миротворцев никого близкого у нее даже на горизонте не появлялось. Был, конечно, Джейс, но как сама Кейтлин вообще не рассматривала его в качестве романтичного партнера, считая названным братом, так и Джейс, во-первых, видел в ней ребенка, а во-вторых – слишком ценил их дружбу. Не было похоже, будто он имел какие-то виды для Кейтлин в другой роли. Так что Джейс буквально был просто из другой категории близких Кейтлин людей. Если так подумать, ей в целом никогда не нравились мужчины. Она могла общаться с ними, постепенно научилась ставить самых наглых на место, а с адекватными представителями «сильного» пола даже спокойно обсуждала некоторые вещи, не испытывая дискомфорта. Но ей никогда не хотелось иметь партнера «для галочки»: сама идея иметь отношения, чтобы иметь отношения, казалась ей абсурдной. Кейтлин не искала себе никого и была больше сконцентрирована на том, что требовала от нее мама: заниматься любимым делом, но обязательно быть лучшей в нем. И у Кейтлин это, надо сказать, отлично получалось. Как и избегать каких-то романтических эксцессов. Пока она не увидела ее. Мэл Медарда пришла в госте к маме Кейтлин. Разговор их, судя по тому, что слышала Кейтлин, был сугубо деловой: инвестиции, какие-то дела Совета и так далее. Для Кейтлин было очевидно, что мама к Мэл каких-то теплых чувств, как, к примеру, к Химене Талис, не питала. Они обе держались принципа взаимного уважения – хотя бы перед лицом друг друга. Но, когда мама представила саму Кейтлин Мэл, он впервые испытала такое… Неуловимое чувство, будто ей захотелось ее немного потрогать, обнять или, может быть, что-то другое. Кейтлин не понимала особо. Просто каждый раз, когда она пересекалась с Мэл – в гостях, на каких-то мероприятиях пилтоверской знати, даже просто на улице на городском празднике, что-то внутри Кейтлин заставляло ее краснеть, а по плечам у нее бежали приятные, чуть опьяняющие мурашки. Мэл была невероятно умна и компетентна в своем роде деятельности, обладала манерами, коим сама Кейтлин могла позавидовать, занималась искусством в разных формах. У нее было неплохое чувство юмора и отличный вкус как в моде, так и в остальном, а по словам мамы Мэл еще была крайне хорошим манипулятором. Кейтлин не знала, плюс это или минус, но понимала, что для защиты интересов дома Кирамман ей самой, когда придет ее черед занять место в Совете, тоже придется обучиться искусству интриг. Но помимо этого Мэл Медарда также была невероятно обворожительна, изящна и красива. Ее бедра, которые она не стеснялась демонстрировать, были сильными, но наверняка мягкими на ощупь. Великолепными. И платья, которые обычно носила Мэл, эту ее особенность подчеркивали. Стройная, длинноногая, знающая себе цену женщина – когда Кейтлин думала о ней, у нее дух перехватывало. Еще Кейтлин нравились руки Мэл: тонкие, ухоженные и невероятно красивые. Эти пальцы хотелось целовать, а к этой ладони – прижиматься щекой, смотря Мэл в глаза, подмечая ее мастерский макияж и золотые прожилки в тенях. Грудь у Мэл тоже была идеальной: не большой и не маленькой, такой золотой серединой. Мел не стеснялась подчеркивать свое декольте различными вырезами носимых ею платьев, а вот Кейтлин всегда стеснялась смотреть на ее грудь, ведь это было невежливо, так что делала это разве что украдкой. Каждый раз, когда Мэл появлялась около Кейтлин, в самой Кейтлин что-то просыпалось. Что-то ныне неизвестное и ранее неинтересное. Как будто ей хотелось быть около Мэл всегда и делать для нее все, что она попросит. Конечно же, Кейтлин понимала, что это было просто невозможно. Во-первых, Мэл была даже старше Джейса, а потому в ее глазах Кейтлин всегда была ребенком, незрелым и, наверное, не очень-то ей интересным. Она улыбалась Кейтлин, поддерживала разговор, шутила, но во взгляде ее всегда было… Снисхождение, что ли. Даже умиление, которое сама Кейтлин, к примеру, испытывала, смотря на детей «друзей» семьи. Ну а во-вторых… Во-вторых, Кейтлин на самом деле и не знала Мэл. Ее симпатия строилась на образе, который Мэл окружающим демонстрировала, и в глубине души она могла быть как очень хорошим человеком, так и наоборот. Это пугало Кейтлин. Но зато она наконец-то поняла, что же именно в ней пробудилось, только вот обсудить это было почти что не с кем. - Как ты понял, что тебе нравятся девушки? – спросила она у Джейса, смотря в пол. Ей было очень… Неловко. Джейсу, видимо, тоже, потому что он выглядел максимально неловким, а улыбка его была как будто глуповатой. - Я… Не знаю?.. – ответил он вопросом на вопрос. – Просто… Ну, так вышло. Хотя, - почесал он подбородок, - душевной близости у меня же ни с кем особо нет – такой, чтобы я хотел завести с кем-то отношения. Только… Понимаешь… - попытался он изобразить что-то руками, но, очевидно, не мог на самом деле продемонстрировать то, что хотел. – Физическое взаимодействие. Понимаешь? – повторил он. Кейтлин сдержанно кивнула. - Мы же в прогрессивном мире живем. В Пилтовере легальны и однополые союзы, и разнополые, так что, думаю, если тебе нравится человек, это не важно. Кейтлин поджала губы, все так же не отрывая взгляд от пола. - Это, скорее, - тихо сказала она, - как… Теоретическая модель. - А-а-а, - с пониманием протянул Джейс, - ты про… Влечение? Не про романтическую какую-то… Ну… - замолк он на секунду, подбирая слово. – Историю? Кейтлин кротко на него посмотрела. Этот диалог выходил еще более неловким, чем она его себе представляла. - Наверное, - наконец, смогла сказать она, а потом посмотрела на Джейса в упор, надеясь, что так он начнет говорить более конкретно. – Как ты понял, что тебе не нравятся мужчины? Джейс открыл рот; задумался немного, будто «перезагружаясь»: взгляд его стал немножечко отрешенным. Потом, видимо, в его голове мысли подсобрались, и он сдержанно ответил: - Ну… Инцидентов, так сказать, еще не было. Хотя, конечно, зарекаться не стоит. Вероятно. Если говорить про, - гмыкнул он, - влечение, то мне определенно нравятся больше женские формы. Но, как ты сама понимаешь, это… - Поверхностно?.. – закончила за него Кейтлин его же мысль. Джейс грустно вздохнул и все же кивнул в ответ. Он раньше упоминал в паре разговоров с Кейтлин, что, хоть он и пользовался популярностью у женщин, происходящее с этими самыми женщинами его эмоционально не радовало. Ему хотелось, чтобы у него был кто-то близкий по духу, идеалам, но среди случайных дам найти такую будто было невозможно по своему базовому определению. Нет, конечно, вероятность, пусть и мизерная, была, но Джейс всегда казался Кейтлин немного одиноким. Может быть, он просто искал не там и не среди тех. Кейтлин почему-то чувствовала, что в Джейсе было что-то… Ну… Подобное ее ощущениям, но сам Джейс, как ни странно, об этом был не в курсе. Пока что. - А как, - пробормотала она, - справляться с влечением? Ну, то есть, я не хочу попадать в какие-то компрометирующие ситуации. Это немного… Сбивает с толку, понимаешь? Я теряю концентрацию и веду себя глупо. Джейсу, очевидно, стало максимально некомфортно. Наверное, эту тему поднимать не стоило, поэтому Кейтлин уточнила: - Я не про физиологию, - покачала она ладонью, - я про эмоции. Джейс с очевидным облегчением выдохнул. - Не знаю, - честно сказал он. – У меня с этим тоже бывают проблемы. Выгляжу как идиот. Кейтлин мягко улыбнулась. Да, Джейс и правда иногда вел себя странно, но в этом и было свое очарование. - Помогло? – спросил он, глядя ей в глаза. Кейтлин прижала руки к груди. Ей и правда стало чуть-чуть легче, что было странно, учитывая, что особых ответов она и не получила. Но, видимо, единого рецепта счастья все равно не существовало, так что ей придется самой во всем разобраться.