Замок

Бредя по темному коридору, Пур Ванилла старался собрать свои мысли воедино. Осколки воспоминаний остро впиваясь бессвязно мелькали у него в голове. Где-то, что-то, с кем-то, когда-то там и вот он здесь. А здесь это где? Высокий, сводчатый коридор замка, вырубленный в холодном, сером камне, тянулся вглубь, теряясь во мраке.  Единственным источником света служили редкие, мерцающие свечи в массивных канделябрах на стенах, отбрасывая пляшущие тени, которые искажали и оживляли  загадочные картины, расписанные на темном дереве.  Их сюжеты были неясны, словно зашифрованные послания прошлого:  искаженные лица,  символы,  которые не поддавались расшифровке,  и зловещие фигуры, застывшие в таинственных позах. Но их все объединял один и тот же образ, одна и та же ехидная ухмылка. Тяжелые, темно-бордовые гобелены, свисающие с каменных стен, напоминали собой  застывшие волны крови,  их  ткань  казалась  грубой  и  холодной  на  ощупь.  Мебель,  расположенная  вдоль  стен,  была  не  менее  загадочной:  массивные  сундуки  из  темного  дерева  с  замысловатыми резными застежками,  узорчатые колонны так гордо возвышавшиеся над головой, давили своим массивом. Стулья  с  изогнутыми  ножками,  словно  приготовленные  для  существ  нечеловеческой  формы.  Воздух  был  пропитан  запахом  сырости,  камня  и  старых  тканей,  и  легкий  сквозняк  проносился  по  коридору,  шепча  неразборчивые  слова  на  забытом  языке.  В  глубине  коридора,  где  свет  свечей  уже  не  достигал, на стенах и даже потолке, в самых потаенных местах то тут, то там проскальзывали хитрые глаза, с интересом рассматривающие недавно прибывшую новую игрушку. Как долго он здесь, как тут очутился, и что он тут делает - вновь и вновь задавалась этими вопросами Ванилла. Он не мог ответить, но он знал точно, что остановиться он не может, и ему необходимо продолжать идти, словно убегая от чего-то, или скорее от кого-то. - Ну и куда же ты так торопишься? - произнесла таинственная еле различимая фигура в тени. Среди дюжины хищных глаз, которые пристально наблюдали, выделялась пара особо возбужденных. - Что это за место..? - проигнорировав вопрос, произнес Ваниль. - Очень неприлично отвечать вопросом на вопрос. Но так к слову мы находимся "здесь". Ваниль лишь озадаченно посмотрел в сторону откуда доносился голос и продолжил идти. - Нет, серьезно. Я не могу понять, куда ты идёшь? Ты скажи, и мы можем очутиться "там", "тут" и "здесь". - с ехидством произнес голос По щелчку пальцев обстановка вокруг стала резко меняться, одни извилистые формы сменялись другими. Стены расширяясь начинали сжиматься и расширяться обратно. Потолок становился полом, а пол потолком. Все закружилось в этом многообразии мебели и декора. У Ванили, которому и так было не хорошо, от увиденного пошла кругом голова. Чувство тошноты вынудило его пасть на колени перед ним. Перед величественной фигурой, постепенно проявляющейся из тени. Фантом без стеснения демонстрировал свой белоснежный оскал. Разбитые кусочки воспоминаний стали собираться в фрагменты, а фрагменты в картину. Это был он, Шадоу Милк. Во время экспедиции в Шпиль правды, он напал на отряд, и нагло похитив Ваниль, заточил его в этом странном месте. - Ты..! - с неожиданным для себя же раздражением, произнес Ваниль. Издевательский смех заполнил всю комнату, от эха он сливался в единый гудящий звук. - Я? И правда, кто же Я? - синяя фигура уверенно направлялась в сторону парня. Это место медленно, но уверенно вытягивали по каждой капельки силы из Ванили, в буквальном и переносном смысле. Но пока оставались силы на маломальски полезные заклинания, он хотел этим воспользоваться, как же печально было для него самого, осознание, что никаких действительно сильных атакующих заклинаний он не знала, только направленные на усиление и лечение. Неподоплеку от него оказался канделябр со свечами. Позволив подойти врагу ещё по ближе, Ваниль усилил пламя свечей и направил  поток прямо в его сторону. В воздухе проскользнул запах жженых волос, он задел его. Шэдоу Милк, явно не ожидавший, что у Ванили остались силы даже на магию, был поражен, но это изумление проскользнуло лишь на секунду. - Хах, а ты горячая штучка! Кажется кому-то следует подумать над своим поведением. В этот момент тень под ногами Ванили стала увеличивать, пол под ним стал терять устойчивое положение, становясь похожим на плотную жидкость, поглащвшую его внутрь пустоты. Его сопротивление лишь усиливало пучину, затягивающую его в бездну.  Он сопротивлялся до тех пор пока тьма не поглотила его целиком. Пустота, истинно абсолютная пустота. Полное отсутствие звука, света, осязания, вкуса, запаха, даже гравитации. Ничего. Пытаясь ощутить хотя бы свое присутствие, Ваниль пытался нащупать собственное тело, но не находил его. Глаза закрывались и открывались, но пустота представшая перед ними была неизменной. Физическая форма находилась в полном хаосе, при этом сохранялась вся ясность ума. Но как это можно было назвать ясностью, если ничего не было ясно? Физическая форма? А что такое в принципе форма? А был ли он когда-то вообще, и что в принципе значит осязать что-либо, если есть только пустота. Но как пустота может БЫТЬ, если пустота значит отсутствие чего-либо? И как тогда могла, может и возможно будет существовать Ваниль, если подтверждения существования самого Ванили, у Ванили нет? Сознание растворялось, но, перенасыщаясь, конденсировалось и собиралось воедино, и так по кругу, цикл заканчивался, начинаясь следующим. Яркая вспышка света. Глаза открылись по настоящему, словно проснувшись от страшного сна, бешено билось сердце, а на лбу выступил холодный пот. Вернулась тяжесть тела, а вместе с ней и ощущение мягкости и тепла вокруг, то оказалась перина постели. -  Ну как, понравилось? Согласись, не забываемые, и что самое главное, непередаваемые ощущения!  Пара минут и бам! твое сознание абсолютно чисто. - пауза для более драматичного эффекта, Шадоу Милк разводит руками в воздухе. - А ты представь какого находиться в подобном месте на протяжении тысячи ле́т?! Не найдя в себе силы встать, Ваниль тихо произнес: - что тебе нужно? - голос выражал спокойствие, но в глаза читался страх и решительность сравнимая с животным, которого загнали в угол. - Ха, мелочи. Мне нужно всего лишь примерно все, что у тебя есть. - Милк навис над обисиленеым телом. Его улыбка сияла, предавая абсолютное спокойствие и радость. - Но я сделаю, так чтобы ты сам все это отдал. - слова пронеслись леденящим гулом. Ответа не последовало, но во взгляде читалось "да-да, конечно". - Да, кстати, больше не пытайся устроить в моем замке пожар, с последствиями подобного хулиганства ты уже познакомился. Веселье только начинается~ Улыбка словно серп загадочно растворилась в дверном проёме. Не находя больше в себе сил держаться Ваниль вновь погрузился в сон, но теперь уже обычный. После пробуждения не ясно было столько прошло времени, то ли буквально пара минут, то ли целая ночь. Он окинул взглядом комнату. Она была пустой и от этого казалась просторной. Простая не замысловатая кровать, прикроватный столик, небольшой письменный стол и две двери. Помещение сильно выделялось на фоне остальной части замка в которой бродил Ваниль все это время. Вместо вычурного, готического интерьера тут стояла слишком простая мебель. Вглядевшись в детали, Ваниль понял, что даже цвета в этой комнате не было, словно все вдруг стало монохромным, хотя цвета своего одеяния и кожи он прекрасно различал. Не спеша, он поднялся и начала изучать двери. Первая, за которой расстворился Шадоу Милк, была заперта, видимо вела в остальную часть замка, вторая вела в небольшой сан узел. И тут до него дошло это была не просто комната, это его личная тюрьма. Магия давно покинула тело Ванилы, а связь с самоцветом души была потеряна. "Ну хотя бы, есть время для медитации.." - он стал думать о том как выбраться отсюда, как вдруг дверь неожиданно распахнулась. Это был Шадоу Милк во всей его красе. Переодевшись в официанта, он держал в руках поднос. - Не желаете ли потчевать, сударь? - с этими словами он открыл крышку - итак, в сегодняшнем меню: на первое - крем-суп из шпината со свежими хлебцами, на второе - нежное маринованное мясо индейки приготовленное на гриле, нежнейшие отварные овощи с розмарином и со сливочным соусом,а на десерт - чизкейк с ягодами голубики. От такого сочного описания и запахов у Ванили не на шутку разыгрался аппетит, он только сейчас осознал свой голод. В воздухе повисла тишина, которую прервало тихое ворчание желудка. Ваниль уж было потянулся к подносу, как перед носом ему пригрозили пальцем. - Неа, я тебе даю свою еду. Разве не справедливо, если бы ты тоже давал мне что-то взамен? - Ты! держишь меня здесь, ещё и хочешь чтобы я был за это тебе благодарен?! - Ванила аж оторопел от такой наглости. - Это мое логово, и тебе либо придется согласиться с правилами моей игры, либо... Хм... либо придется согласиться. - Иди ты к черту. - Не хочешь - как хочешь - с этими словами поднос с едой полетел прямиком в открывшуюся дыру в полу. Но сам Шэдоу Милк не торопился уходить. - Скажи, а какую еду ты вообще любишь? Ой, стой, давай я попробую угадать. Хмм, я уверен что ты без ума от жаренной на огне баранины. - в воздухе реализовался новый поднос с данным блюдом. Нежнейшие сочные и мягчайшие бараньи ребрышки. Шадоу Милк демонстративно откусил кусочек, с чавкающими звуками, он продолжил - Ммм. Восхитительно, ну просто божественно. Тебе определенно стоит попробовать! Он протянул блюдо, как бы приглашая присоединиться. Лицо Ваниллы окаменело, ко рту подступило ощущение тошноты. Он не относился к тем, кто не ел мясо в принципе, но с овцами и барашками был другой случай. Они всегда напоминали ему о его беззаботном детстве и поэтому именно блюда сделанные из этих животных, вызывали у него неприятное щекочущее чувство тревоги. Как на зло в нынешнем состоянии, они казались соблазнительно аппетитными. "Он специально меня провоцирует, если я не буду проявлять яркой реакции на его действия, когда-нибудь это все ему надоест." - Ванилла вел с самим собой диалог, стараясь сохранить внешнее хладнокровие. - Спасибо за приглашение, но я откажусь. - он нервно выдали из себя улыбку - Приятного аппетита. - Ой, может ты заядлый сладкоежка? Что думаешь о печенье? - лёгким движением руки на подносе оказалось парочка свежих теплых имбирных печенек. - Самое вкусное тесто, на мой взгляд, это имбирное. Так и такие во рту. Казалось бы что тут может быть такого ужасного, но именно на имбирь у Ванили была сильнейшая аллергия. То ли это было огромнейшим совпадением, то ли заранее спланированной тактикой. Ему нечего было ответить, в комнате в очередной раз раздалось возмущенное ворчание желудка. - А пробовал ли ты его, когда-нибудь? Возьми, это просто так, за счёт заведения. - Спасибо, я не голоден. - Ой да ладно, хватит тут дурью маяться. - Милк угрожающе направился в сторону Ванили. Резким и грубым движением он повалил его на кровать. Ваниль от неожиданности успел лишь ахнуть, как над ним повисла темно синяя фигура. В ослабленном состоянии парень не долго сопротивлялся, его руки опутали синие тонкие нити, точечно врезающиеся в кожу, все в этом месте подчинялось воле его хозяина. - Ну же, скажи "ааа". Ваниль ещё какое-то время судорожно отмахивался головой влево-вправо, но в конечном итоге Шадоу с силой надавил на челюсть парня, так что та приоткрылась. От стыда вызванного собственной беспомощностью Ваниль в таком состоянии мог лишь сильно зажмурить глаза, стараясь отстраниться от происходящего. На губах он почувствовал пряный вкус печенья, но во рту еды не оказалось. Хватка чуль ослабла. Он открыл глаза. - Видишь? Я в любой момент могу принудить тебя с помощью грубой силы. Но не стану, поскольку презираю физическое насилие. - Мягкая, при этом одновременно холодная рука коснулась смугловатой щеки парня, нежно гладя ее пальцем. Отстранившись и полностью ослабив хватку, Шадоу Милк продолжил. - Я считаю что так делают либо идиоты, либо животные. Я не не могу так поступить, а попросту не хочу. - Т-ты, больной. - голос дрожал. Каким же ничтожным сейчас чувствовал себя Ваниль. - Это мы ещё увидим - его внезапное появление было столь же неожиданным, как и его его исчезновение. Тишина, жгучий голод, одинокое чувство уязвимости и дюжина великолепно пахнущих печенье, сравнимых в случае Ванили с ядом. Он так и остался на кровати, мысленно возращавшись к произошедшему. Стараясь отогнать от себя противные мысли, он начинал вспоминать все то хорошее, что с ним было, но невольно приходили на ум мысли только о ней. Да, его первая и, по всей видимости уже, последняя любовь - Белая Лилия. Словно ещё вчера, Ваниль беззаботно валялся на свеже скошенном лугу под деревом, пока рядом с ним вслух тихо читала Лилия. Ему вспомнилась ее кроваво алые глаза-бусинки, ее цветочный запах и и ее шелковистые волосы. Юноша так и не нашел в себе сил признаться, ему казалось, что его чувства будут слишком   порочными для столько чистого существа. Он бы с радостью отдал все, чтобы иметь возможность хотя бы находиться рядом с ней, но жизнь расставила свои коррективы и их судьбы разошлось. Нежные воспоминания разжигали искры, от которых вспыхнуло пламя надежды выбраться отсюда и изменить, то что казалось уже никогда не изменить. Он мгновенно метнулся к двери, при повторном осмотре было выявлено, что никакой магии на ней не было, от остальной части замка Ваниль ограждала доска толщиной примерно в 4 сантиметра и щеколда. На полотне двери оказалось множество царапин и неровностей, разной старости и интенсивности. Он постучал по нему, глухой звук, что и следовало ожидать. Дверь вероятнее всего из единого плотного бруса, бить по ней как об стену горох. А вот замок наоборот был очень изношен и не внушала доверия. Если можно было бы через зазор между дверью и проёмом вставить какой-то плоский твердый предмет и резким движением сбить засов... Он окинул белым взглядом комнату на поиск чего-то похожего и... и... На глаза попался тот самый поднос. Он был идеально плоский и ровный, печенье осталось лежать на столе. Путем недолгих махинаций защёлка поддалась давлению и дверь открылась. Перед Ванилой расстилались метровые коридоры ведущие в неизвестность. Куда идти, куда бежать, где было спасение и было ли оно вообще, все эти мысли беспокоили парня, но скорость бега он не сбивал. Мчась неведомо куда, петляя по однообразным коридорам, он наткнулся на одну выделяющуюся дверь. Огромная резная дверь с витражными вставками скрывала за собой грандиозных масштабов библиотеку. Войдя в нее Ваниль понял, что скорее это был даже архив, потому что помимо книг тут так же хранились некоторые магические артефакты. - Ну же, хоть что-нибудь полезное... - на первый взгляд казалось, что это очень глупо оставлять какие-либо магические предметы без сигнализации или защиты, но при детальном осмотре коллекции, реликвий оказывалась абсолютной бесполезными в случае Винилы. Среди них были ботинки, которые в руках ощущались невесомыми, но при надевании их на ноги оказывались неподъёмными, воздушный шарик, об который лопались острые предметы, часы, показывающие только время пить чай, шаровары, в карманах которых можно было уместить неприлично огромное количество предметов, черная трость, бравшись за которую человек начинал хромать, и подобный хлам. Это была коллекция безделушек для розыгрышей. - Ну, конечно, бесплатный сыр только в мышеловке... - со злости Ваниль опрокинул несколько стендов, которые подобно домино свалились в ряд. В процессе погрома зачинщик не заметил, как сам оказался под грудой мусора, прижатым в пол. Стойка с доспехом и какими-то другими украшениями на нем свалились на Ванилу. С усилием, но он выбирается из под завала, где-то в боку его что-то сильно укололо, но в полумраке тяжело разобрать, что именно это было. И вновь полутьма, сумрак, хоть глаз выколи, но в дали прослеживаются только размытые очертания теней. Тусклую комнату, как и множество других, освещают лишь скромная дюжина свечей, мягко тлеющих уже не первую сотню лет. - Да, как же мне осточертела эта темень! - у Ванили, привыкшему к ясному солнечному свету, сдавали нервы. Он взял ближайший канделябр. - Как же он там говорил... Пытайся устроить пожар..? Ох, не помню. С этими словами, он со злорадством стал подносить огонь ко всем легко воспламеняющимися вещам: книги, рукописи, гобелены, мягкая мебель, даже та несчастная коллекция пошла в расход. Все вещи не без труда вспыхивали ярким пламенем. - Ха-ха, а зачем останавливаться на этом? Пропади оно все пропадом! - с этим гимном он, ликующе выбежал из комнаты. Останавливаясь у каждой встреченной им декоративной ткани, он безжалостно нес свой огонь просветления и истины, до тех пор пока не наткнулся на церемониальный зал, величественный и такой же безвкусно пафосный, как и хозяин самого замка. Паркет выложенный петляющим природным узором из темных и светлых оттенков древесины, античные колонны, ажурная мебель и венец этого убранства - громадная люстра, освещавшая помещение свечами. План возник в голове моментально, осталось найти канат, державший данную конструкцию. Вследствие не длительных поисков канат был обнаружен, но его узел был настолько сильно затянут, что даже приложив две руки, Ванила так и не смог его развязать. - Ну и ладно - в ход пошел, уже полюбившийся ему способ. Раз, два, три, канат долго сопротивлялся, но издав предсмертных скрежащий свист сдался под натиском огня. Люстра в ту же секунду полетела вниз. Удар, звон битого стекла и метала, тысячи мелких осколков хрусталя полетели в разные стороны. Несколько долетели до Ванилы, оставляя после себя на его коже красные полосы. Но в данный момент его это не заботило. Комната быстро стала заполняться дымом и запахом гари, обернувшись назад он обнаружил, что он собственноручно перекрыл для себя же пути отступления. По ту сторону, где он оказался был лишь тупик. - О ведьмы, - он стал пытаться выбить ближайшие окна, но все тщетно, это лишь иллюзии. Бежать сквозь разгоревшийся пожар слишком опасно. Внезапно он ощутил, дуновение холодного ветра, такого, что по спине пробежали мурашки. - Хах, ну и натворил же тут ты делов. - не нужно быть провидцем, чтоб догадаться от кого веет такой стужей. Беззаботна улыбка и глаза с лёгким прищуром скрывали звериную ярость. - Ну же идём, от сюда. Шэдоу Милк протянул руку. Ваниль игнорирует столь щедрый жест, что явно подбешивает второго. Одни резком движением он сокращает расстояние между ними. Неожиданно Ваниль ощущает обжигающий холод и вместе с ним сдавливающую силу вокруг своей шеи, земля ушла из под его ног. Два сапфировх глаза вцепились в него своей мертвой хваткой. - ..ну же, и кто ты тогда? идиот или не более, чем зверь? - сдавленный звук выбился из задыхающийся груди Ванили. Тихие слова словно удар по голове отрезвили душителя. Ваниль вновь мог ощущать твердую опору под ногами. Руки с шеи скользящим движением поднялись к лицу, нежно обрамляя контур челюсти. - О, Ведьмы, ты прав, как всегда безоговорочно несомненно прав - с особым акцентом он произнес последнее слово, четко выговаривая каждую буква. Жестокая улыбка мягко округлилась и потеряла прежний хищнический оскал. Шэдоу Милк, маняще потянул парня к себе и жадно слизал кровь, сочившуюся из раны на щеке, нанесенной острым краем хрусталя. - Как же ты прекрасен. Гадкое отвращение, подступило к горлу. Ваниль инстинктивно хотел оттолкнуться, вырваться, сбежать, но сил для борьбы он в себе не нашел. Темная пелена окутала его взор, затягивая обратно в среднее состояние между явью и сном. Последнее, что он смог осознать это нежный убаюкивающий шепот коварного змея, ведущего мышку обратно в свою клетку. - Пошли-пошли..