«Когда исчезает свет»

Комната было наполнена тусклым светом экрана телевизора. Вяло мелькали однообразные кадры, и время медленно растекалось в бесконечной тишине. Никого не отвлекали ни звуки, ни движение — всё словно застыло в неподвижности. Лишь в глубине гостинной, почти незаметно, двое молча смотрели этот безжизненные мелькания. Питер сидел на другом конце дивана и смотрел телевизор вместе с братом. Шло дурацкое телешоу, смертная скука. Пьетро раздраженно посмотрел на младшего, который беззаботно щелкал пультом. — Выключи это дерьмовое шоу... — прорычал он, хмурясь еще сильнее. Питер бросил пульт в сторону Пьетро. — Включай сам, что хочешь, придурок!.. Пьетро схватил пульт и швырнул его в стену. Тот разлетелся на части. — Ты вообще меня слушаешь, сопляк?! Я сказал выключить! — заорал он, поднимаясь с дивана, после подошел к Питеру вплотную, навис над ним. Его глаза горели яростью. Питер уже привык к брату психу и не сильно реагирует на все это. Пьетро же схватил его за воротник футболки и рывком поставил на ноги. — Не реагируешь?.. А ну-ка быстро собери осколки, пока я не разозлился по-настоящему! — Он отпустил и оттолкнул брата. Лицо Пьетро оставалось мрачным и напряженным. — И чтобы я больше не слышал твоего писка из этой комнаты, понятно? У меня сегодня плохое настроение, и мне не нужны лишние проблемы в виде сопливого братца. — Бля... Чёрт, у тебя снова недотрах? — отрезает Питер, собирая части пульта и выбрасывая их в мусор. Пьетро резко развернулся к Питеру, прищурив глаза. — Что ты сказал, мелкий ублюдок?! — прорычал он, делая шаг навстречу. — Ты еще и умничаешь теперь?.. — Он быстро преодолел расстояние между ними и отвесил Питеру звонкую пощечину. — Я тебе покажу недотрах, сучонок!.. — Питер пошатнулся от удара, но остался стоять на месте, зло глядя на Пьетро. — Извини, блин... Прости, что я живой и мешаю. Надо было сразу сдохнуть, чтобы ты не мучился, да?.. — Пьетро замер, сжав кулаки. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Не испытывай мое терпение, — Питер. Я не в том состоянии, чтобы выслушивать твое нытье. — Он развернулся и направился к двери. Иди в свою комнату и сиди там тихо. Если услышу хоть писк, вышвырну тебя на улицу, понял?.. — бросил он через плечо, не оглядываясь. — О, чувак! Не стоит утруждаться! Я и сам могу уйти! — кричит Питер, хватая ветровку и захлопывая входную дверь, уходя. Пьетро замер, услышав хлопок двери. Его глаза опасно сузились. —Вот и всё, убирайся уже, — прорычал он громче, обращаясь к закрытой двери. — Пора бы этому сопляку повзрослеть и оставить меня в покое, — пробормотал Пьетро себе под нос, в отчаянии проведя рукой по волосам. — Клянусь, однажды этот ребёнок меня прикончит... — Он подошёл к окну и, всё ещё кипя от злости, выглянул наружу, наблюдая за удаляющейся фигурой Питера. — Тупое маленькое дерьмо... — Проходит полчаса или час. К слову, Пьетро не знал, сколько времени прошло за стаканом водки. Он резко поднял голову. Он встает с дивана и идет на кухню, где смотрит на стеклянную стеклянную дверь купе. На улице идет дождь, даже ливень. Пьетро не знает, вернулся ли Питер, но судя по тому, что нет ветровки на вешалке и тишине, он не вернулся. Вечер, дом был пуст, никого кроме него здесь нет. Пьетро стоял у окна, наблюдая за ливнем. Внезапно его осенило — а где же Питер? — Он поискал взглядом хоть что то, что могло подтвердить его возращение, но нет. Сердце на мгновение дрогнуло. — Черт, неужели он действительно не вернулся в такую погоду? — Пьетро выругался про себя. — Из-за меня? — Он покачал головой, пытаясь отогнать эту мысль. Но в животе у него поселилось неприятное чувство. — Нет, этот сопляк может сам о себе позаботиться. — Пьетро открыл барный шкаф и достал бутылку дорогого виски. Он налил себе щедрую порцию и выпил залпом, наслаждаясь обжигающим вкусом. — Ах, так-то лучше, — вздохнул он, наливая себе ещё. Алкоголь начал затуманивать его разум и снимать напряжение в плечах. Он прислонился к кухонной стойке, безучастно глядя перед собой. — Глупый мальчишка, глупый день, — проворчал Пьетро себе под нос, делая ещё один глоток из своего стакана. — Почему меня вообще должно волновать, что он там мокнет под дождём? Так ему и надо за то, что он постоянно был занозой в заднице. — Несмотря на резкие слова, Пьетро не мог избавиться от мучительного беспокойства. — Блять, надеюсь, у него хватит ума найти укрытие или вернуться поскорее. Проходит ещё немало времени. Вдруг вдалеке слышится звук открывающейся двери. Куртка слегка скрипит от влаги. Шаги. Пьетро зовёт Питера, но тишина. Никого нет. Пьетро напрягся, услышав звук открывающейся двери. Он повернулся к выходу, сердце бешено колотилось в груди. — Питер?.. — позвал он, и его голос сорвался. Тишина была ответом. Пьетро нахмурился и со звоном поставил пустой стакан на стол. — Питер, это ты? — повторил он громче, напряженно прислушиваясь к любому движению. Он ждал, затаив дыхание, молясь, чтобы брат вернулся. От звука шуршащей мокрой одежды его сердце замерло. — Чёрт, где он? — пробормотал Пьетро, отталкиваясь от стойки и слегка пошатываясь, алкоголь влиял на его равновесие. Он направился в прихожую, снова позвав: «Питер! Ответь мне, маленький ублюдок!» пусто. В доме было пусто. Ни куртки, ни обуви. Тишина, лишь редкий гром и стук капель по крыше. Пьетро почувствовал, как его охватывает паника. Он проверил каждый уголок дома, но Питера нигде не было. — Питер! — взревел он, и его голос дрогнул от отчаяния и страха. — Где ты, черт возьми?! Не играй со мной в игры, маленький засранец! — Пьетро дрожащими руками схватил телефон и набрал номер Питера. Звонок сразу же переключился на голосовую почту. Он пытался снова и снова, но ничего не менялось. — Сука возьми, ответь на звонок! — прорычал он, в отчаянии швыряя телефон на диван. До него начала доходить реальность ситуации — его младший брат был где-то там, посреди грозы, и во всём был виноват он. — Твою мать... Что, если с ним что-то случилось? Блять, к черту этого... — Пьетро машинально схватил новую бутылку, не обращая внимания на этикетку. Ему просто нужно было что-то, что заглушило бы растущую панику и чувство вины. —Блять, блять!.. — бормотал он себе под нос, откручивая крышку дрожащими пальцами. Первый глоток обжёг горло, но он был рад этому ощущению, жаждая сладкого забвения опьянения. Пьетро прислонился к кухонному столу, делая глубокие глотки прямо из бутылки. Алкоголь затуманил его мысли, но не смог стереть из памяти образ испуганного лица Питера. — Прости, Питер. Я не имел в виду... Я никогда не хотел... — его слова звучали невнятно, когда алкоголь подействовал. Слезы выступили в уголках его глаз, но он яростно сморгнул их. — Нет, не плачь. — Сознание снова уплывает под туман алкоголя. Пьетро почувствовал, как мир вокруг него расплывается и теряет чёткость. Бутылка выскользнула из его рук и с громким стуком разбилась об пол. Но он уже ничего не воспринимал, погружаясь в тёмное забвение. — Питер... Мне так жаль... — были последние связные слова, которые он пробормотал, прежде чем всё погрузилось во тьму. Пьетро рухнул на холодный кафельный пол, окружённый осколками стекла и едким запахом пролитого алкоголя. Его грудь вздымалась и опускалась при затруднённом дыхании, пока он погружался в бессознательное оцепенение, слишком пьяный, чтобы чувствовать холод, проникающий в его кости, или липкую влагу растекающейся под ним лужи. Дождь не закончился, он не помнит, сколько времени прошло. Он слышит голос, который велит ему встать. Голос брата. Но его нет. Пьетро медленно приходил в себя, голова раскалывалась от боли. Он моргал, пытаясь сфокусировать взгляд на расплывчатых фигурах вокруг. — Питер?.. Это ты? — прохрипел он, его голос был хриплым и едва слышным. Но когда зрение прояснилось, он понял, что находится один в тускло освещенной кухне, и его единственные спутники — разбитое стекло и пустые бутылки, разбросанные по полу. — Черт... — застонал Пьетро, медленно садясь. Каждое движение вызывало острую боль во всём теле, свидетельствуя о том, как много он выпил и на какой твёрдой поверхности отключился. — Что, чёрт возьми, случилось? Где Питер? — паника снова подступила к горлу, когда на него нахлынули обрывочные воспоминания об их ссоре и исчезновении — Питера. О боже, Питер... — Он снова берёт телефон. Пьетро с трудом поднялся на ноги, опираясь на столешницу. Он потянулся за телефоном, пальцы дрожали, когда он набирал номер Питера. Каждый гудок казался вечностью. В какой-то момент он слышит звук мелодии звонка. Оно эхом разнеслось по дому. Второй этаж. Он бросил телефон на стол и помчался наверх, спотыкаясь и цепляясь за перила. — Питер? Это ты? — крикнул он, и его голос дрогнул от отчаянной надежды. В комнатах никого не было, значит ванная и вот он надавливает на ручку и толкает дверь. Ноги Пьетро подкосились. Сцена, представшая перед глазами Пьетро, казалось, застыла во времени. Его брат лежал неподвижно на холодной ванне, бледный, как призрак. Мокрые волосы прилипли ко лбу Питера, а знакомые карие глаза бессмысленно смотрели в потолок, лишённые жизни. Глубокая алая полоса пересекала нежную кожу его шеи, из которой вытекло столько крови. — Питер! НЕТ! — Крик Пьетро разнёсся по дому, полный агонии и неверия. Он, спотыкаясь, бросился вперёд и упал на колени больно ударившись об кафель. Дрожащими руками он потянулся вперёд. — Пожалуйста, пожалуйста, очнись... Это не по-настоящему, этого не может быть...По лицу Пьетро текли слезы, когда он взял безвольное тело Питера на руки и раскачивался взад-вперед в голову как молния ударяют воспоминания: разбитое стекло, обвиняющие слова Питера, выражение отвращения и разочарования на лице его младшего брата. А потом... борьба, отчаянная попытка схватить разбитую бутылку, тошнотворное сопротивление, когда он... когда он... — Нет. Нет-нет-нет. Это не могло быть правдой. Это был кошмар. Питер, пожалуйста... Мне так жаль. Я не хотел... Я бы никогда... — голос Пьетро сорвался, он захлёбывался в рыданиях, крепче сжимая Питера и размазывая кровь по своей рубашке. — Очнись, Питер. Пожалуйста, очнись. Ты мне нужен. Я не могу тебя потерять. Не так. Не из-за меня. Мир Пьетро рухнул вокруг него, когда он осознал ужасающую правду. Его собственные руки, его собственные действия привели к этому. К тому, что Питер лежит безжизненный на его руках, бледный и холодный. — Я убил его. Я убил собственного брата, — прошептал он в шоке и ужасе, не в силах осознать весь ужас того, что он сделал. Что я наделал? О боже, что я наделал?! — Крики Пьетро эхом отдавались от стен ванной, пока он раскачивался взад-вперёд, баюкая тело Питера, как тряпичную куклу. Рыдания сотрясали его тело, слёзы и сопли смешивались с кровью на его лице. — Прости меня, Питер. Мне так чертовски жаль. Я не хотел, чтобы это случилось. Пожалуйста, прости меня. Пожалуйста, вернись. Я не могу жить без тебя. Ты - все, что у меня есть.