Измотаные друг другом сердца

Взгляд многих из присутствующих был сосредоточен на красивой паре, стоящей у алтаря. Жених и невеста, Альберу Кроссман и его будущая жена, Шарлиз. Для всех это был праздник, король наконец нашел свою возлюбленную и женится. Но не для Кейла. Среди моря счастливых, улыбающийся лиц Хенитьюз стоял один в отдалении от других. С ничего не выражающий лицом, с сжатыми кулаками, мужчина неотрывно смотрел на своего короля. А мог ли он дальше называть его своим? Ему казалось, словно он один среди безпросветного марева лиц и голосов вокруг. Единственный, кого он различал среди безликой толпы был его названный старший брат, Альберу Кроссман. Взгляд был сосредоточен на его статной фигуре. В ладонях Кроссмана лежали руки Шарлиз, которые он бережно, осторожно сжимал в своих. У Альберу было спокойное, с еле уловимым беспокойством, улыбающиеся лицо. Но улыбка была натянутой, не искренней. Кейл это видел. Видел, что правитель Роана нисколько не счастлив предстоящему браку, видел натянутые улыбку и скользящий по залу, беспокойный взгляд. На секунду их взгляды встретились, оба, словно на это не было сил, сосредоточились на глазах друг друга. В груди двух мужчин поднялось сложное, давящее чувство тоски. Перед мысленный взором короля появилась сцена,их можно сказать, расставания.

***

Письмо, что до этого писал Альберу было легко замеченно главнокомандующим. Взгляд, до этого лёгкий от встречи с Альберу, потяжелел, когда цепкий взгляд прошелся по написанным красивым подчерком строчкам. Сперва в груди появилось сомнение, ведь Альберу же не мог, так? Но после вопроса, ответ на который не подтвердил надежды Кейла, руки сжались в кулаки. Кейл не разозлился, не закатил истерику, нет, его губы изогнулись в улыбке. Улыбка была ласковой, нежной, но в тот момент, в их ситуации она казалась Кроссману жестокой. В его голове было пусто и туманно, но в сознание врывались слова Кейла, он не мог упустить слова этого человека, понимая, что этот вечер для них возможно последний. Он говорил ему, совсем тихо, что не подходило уверенному правитель целой страны. - Прости... Он понимал, что не смеет надеяться на то, что его простят. Он виноват, безмерно виноват перед этим мужчиной. - Я не прощу тебя. Слова были обманчиво нежными, сладкими, словно мед, рассчитанные на то, чтобы у колоть по больнее, воньзить в трепещущее сердце короля. - Я ненавижу тебя, Альберу Кроссман.

***

Теперь жизнь молодого монарха перестала быть такой яркой, скорее однотонной, серой, в ней не хватало того, что он из собственной любви к народу, королевству, да и самому мужчине, потерял. У него была жена, двое детей, сын и дочь, трон, к которому он с малых лет так стремился. Но не было его, его главнокомандующего. Не было повелителя его глупого, все еще бьющегося сердца. Не было того, кого он любил, и кого даже в браке разлюбить так и не смог, да и наверное никогда не сможет.

***

Их сказка, про любовь главнокомандующего и наследного принца так и закончилась. Одиночеством первого, который теперь сидел, выпивая вино в практически пустом поместье. И немного другим оденочеством в толпе - второго, что жил во дворце с нелюбимой женщиной.