Поторопился

Брок ненавидел понедельники. Утром понедельника оказывалось, что либо подчиненные проебались за два дня выходных, боялись сказать, а разгребать ему, как командиру отряда даунов. Либо начальство за то же время выдумало новую бессмысленную инициативу и хотело отчета по ней еще до обеда. В дурном расположении духа Брок вошел в пустующую по случаю очень раннего утра раздевалку отряда Страйк и воззрился на дивную картину. Картина подняла настроение и член одновременно. — А кто тут у нас такой красивый и заранее жопой повернутый? Блондин атлетического телосложения вылупился на Брока как на говорящую табуретку. Его голые сиськи и затянутая в карго-штаны идеально круглая задница вызывали желание присунуть наметившийся стояк везде и разом. Брок помнил, что подавал заявку на включение недостающей единицы в отряд, но не думал, что новичка пришлют так скоро. Еще и такого молодого, но тем лучше, веселее будет обломать. — Вы сказали мне что? — Я сказал, чего такой грустный, хуй сосал невкусный? Атлет как-то бесстрашно усмехнулся, посмотрел сверху вниз на командира группы Страйк и выудил из складок штанов карту-пропуск. «Стивен Грант Роджерс, полковник» и дата свежая, буквально на прошлой неделе. — Полковник Роджерс, прибывший с инспекцией, очень грустный из-за отсутствия субординации между личным составом. Брок, едва успевший стащить с себя футболку, выпятил грудь, на которую полковник уставился как на сиськи молодой Анджелины Джоли, и отрапортовал: — Лейтенант Рамлоу, командир отряда Страйк, хайль Гидра! — Хайль Гидра, лейтенант. Жалуйтесь. — Сэр? «Какой там сэр. Ему на вид лет тридцать! Кому он отсосал, чтобы стать полковником?!» Не путь Брока, конечно, но любопытно же. И из какого отделения он прибыл? Говорит без акцента, но каждое слово будто взвешивает на правильность произношения. Натуральный блондин, вот и ресницы светлые и шерсть на лобке…кхм… Синие глаза. Ариец как он есть! — Жалуйтесь. На руководство. На питание. На отдел снабжения. Брок хотел сказать четкое и нейтральное: «Жалоб нет», но почему-то уточнил: — Я на идиота похож, сэр? — Лейтенант? — Инспекции всегда начинаются сверху, а не снизу. Инспектор тайно уведомляет испектируемых, инспектируемые спешно, за счет подчиненных, наводят поверхностный марафет, решают за два дня задачи, срок которым семь лет, и инспекция проходит легко, как член в смазке. Сложенные на груди руки полковника отвлекали, как шириной бицепсов, так и углубившейся ложбинкой между грудных мышц, но Брок старался держаться. Старался, но все равно ляпнул что-то вне субординации. Полковник порозовел и облизал губы. К слову, минетные губы: полные и ярко-розовые. Соски, которые полковник не торопился прикрыть, тоже были… Тоже привлекали внимание… Розовые, острые и безволосые. Просто бери и соси. — Это был намек, лейтенант? — Что вы, где я, где вы, полковник! — В пятидесяти дюймах, лейтенант. Или в сорока, как посмотреть. Брок и посмотрел: ширинка на штанах полковника трещала под напором изнутри. С одной стороны, милая мордаха, красивое тело… — Я не даю. — Лейтенант, я выше по званию. — Польщен, но все равно не даю. — Я сильнее? — Уздечку себе порвете, впихивая своего кракена в мою узкую дырку. — Пожалуйста. У меня не было секса с прошлого века. Брок подсчитал на пальцах. — Двенадцать лет? Пиздишь! — Лейтенант, я вам клянусь своими звездочками полковника, ко мне не прикасались с желанием не меньше двенадцати лет. Я насквозь промерз и хочу тепла. — Ладно, такая исповедь достойна шанса. Расчехляйтесь, полковник, покажите мне, с чем придется иметь дело. Блядь, да с таким кракеном можно идти в порно и делать бизнес! Красивая мордаха, рельефное тело, большой член — чего он, Рамлоу, еще и выебывается? — Что? — Говорю, смазки нет, есть крем для сустав… Не важно, целый тюбик, так что не жалеем содержимое. Я себя подготовлю на четыре пальца, а вы пока смажьте погуще… свое стенобитное орудие. До начала регламентированного рабочего дня еще сорок минут. С лихвой времени, чтобы трахнуться с красавчиком-полковником с большим членом и проблемами с тем, чтобы предложить этот член тому, кто ниже в звании. Ну а Брок рисковый и сам чаще получал замечания о харрасменте, чем поводы самому подать жалобу. — Только медленно загоняйте, понятно? Я не посмотрю, что полковник, по почкам отпинаю. — Я смогу сдержать себя. Но право, очень хочу оказаться внутри другого человека, на всю длину ствола. — В самом деле, что ли, так долго не давали… — Звание… Мешало… Все хотели ответной… услуги… — Я только хочу, чтобы вы своим кракеном мне зад не разорвали. — Рамлоу, прекратите, ваши слова только сильней возбуждают! — Любитель грязных разговорчиков? Я чувствую, как он дергается во мне, так глубоко вошел… Медленно — назад и медленно — вперед. Такой таран я принимаю впервые. — Сыворотка меня везде увеличила. — Что? — Вы очень тугой, лейтенант Рамлоу. — Я лет двадцать не давал, цените мою щедрость. — … Во сколько? — Так, блядь, я щас снимусь и кое-кому насуваю за щеку. — Прошу прощения, но я войду весь. — Блядь! — … — … Сука, до чего здоровенный такой. Где вас таких выпускают? — Немного ирландского, немного американского. Привыкаете? Можно двигаться? — Давай…те начнем. Порезче можно. — Вот так? Не медленнее? Сильнее? — Да, да, еби сильнее, ну! Вот так, угол отличный, поддай бедрами! Да, да, да, б-блядь, тарань меня поглубже! Глубже! О! Брок снялся с огромного члена, а следом сполз и с лавки, мокрой от капель его спермы. Между ягодиц тянуло и горело, по бедрам натурально потекло: так много в него спустил изголодавшийся по сексу партнер. На пол закапало. Брок поджался, но после этого белесых капель стало только больше. — Ну ты зверь. — Больно? Требуется медсестра? — Удумал чего. Говорю, трахаетесь как зверь, полковник. Будете повторно проездом на нашей американской базе, звоните мне — прийду поздороваться. Пару раз, не больше, иначе у меня мотор встанет от таких нагрузок. С Брока и правду сошли семь потов, хотя он только лежал на лавке, задравши жопу, а старший по званию делал всю работу. Полковник Роджерс же только разрумянился. Сыто облизываясь, он гладил поджарую задницу Брока широкими горячими ладонями, осторожно разводя ягодицы. Брок примерно представлял, как должна зиять его дырка после принятого тарана, и только жмурился. — Хотите, я вас вылижу? Рабочий телефон просигналил срочным сообщением. Брок матернулся, но ни ранение, ни смерть, ни внетелесное удовольствие не могло было быть препятствием для ответа на сообщение. Сообщение оказалось шаблонным, для всех задействованных в Трискелионе лиц. — Ни черта себе. Потеряли целого Капитана Гидра! Расчетное прибытие… Раньше указанного времени… Зафиксирован по камерам и… Пшик. — Целый Капитан Гидра. Вошел и не вышел. И часто у вас так? — Что вы, обычно бронежилеты из картона, а пайки — из спрессованной блевотины. А насчет руководства… Случается, кто-то на яхте со шлюхами в море затеряется или проснется обдолбанным в соседней стране, не помня, как в нее попал… Но такие случаи единичны! — Мда, в самой Гидре, чья цель установление Порядка, этого порядка и не хватает. — В Трискелионе пятьдесят этажей, искать будем долго. Знать бы еще, как он выглядит, этот бодрый старикан. Личность Капитана Гидра — тайна с высшим уровнем допуска. Полковник Роджерс крякнул. — Не такой уж я и старый. Да, мне девяносто три, но душой я молод! А чего это вы в лице поменялись, лейтенант Рамлоу? Хуй у меня вкусный, целый дамский кордебалет подтвердит. Веселее, лейтенант, вы первым обнаружили на территории Трискелиона подозрительное лицо, и, проявив бдительность, задержали и конвоировали к… Кто тут у вас самый пафосный? К директору Пирсу. Первому среди равных, единственному политику среди офицеров Гидры избранных стран, посвященных в Союз Гидры. Странно только, что двоих из трех созданных Гидрой суперсолдат этот политик пользует в хвост и гриву, как римлянин — захваченных варваров — потому бесправных рабов, но этот разговор будет сугубо приватным. Подать вам футболку на лоскуты, Рамлоу? То, что из вас течет, я копил столько лет, уж простите меня за прямоту, но платочком вы не обойдетесь. И да, с юности вызвавшийся делать во благо Гидры грязную работу, я не боюсь и даже поощряю, прямые и честные, по-вашему грязные, разговоры.