My dear scag

- Ну так что? Ты будешь работать с нами? - уныло спросил Гор, пытаясь просушить фотографию феном. И зачем она ему нужна? - Наверное, да...- всё ещё будучи в шоке ответила я. Гор выдал мне контракт и сказал подписать. Я даже не читала... расписалась внизу и на негнущихся ногах уебала нахуй. На улице была уже ночь, все депешисты ушли по своим норам, а я шла домой в уебанской обуви и с лицом, по которому уебали кирпичом. Я не хотела жить... Мартин сказал, что сегодня нужно будет пойти в местную арт-галерею "Писяхуй-но" и что-то нарисовать. Я встала с утра, напялила первое попавшееся и пошла. Ночью я жёска набухалась водяры и поэтому была вообще не в состоянии что-либо делать. Во рту засуха лютая. Войдя в главный зал галереи (он был семь на семь), я сразу же ахуела, когда увидела голого Дэйви, жрущего кириешки. Он пялился в стену и ничего не говорил, а на хуе у него была фланелевая рубашка. Рядом сидел Флетчер и ковырялся в носу, попутно перелистывая станицы какого-то глянцевого журнала с голой шлюхой на обложке. - Эм? И чё тут происходит...- тихо спросила я, закрывая за собой дверь. Флетчер отвлёкся и посмотрел на меня своими депрессивными глазами. Ненавижу рыжих. Гори в аду. - Мартин сказал, что для нового альбома нужно сделать артбук... не могу больше говорить...- пролепетал Эндрю, захлёбываясь в слезах. Он убежал из зала, случайно уронив журнал... Это было гей-порно. Пах одной из моделей был мокрым от белых следов. Гаанчик бросил пачку сухариков прям почти в меня и вытер руки о собственные волосы. Я была в ужасе. - Чё ты творишь, чел? - А? Бля... кто здесь? - Дэйв начал вертеть башкой, но ниче не видел... видать обкололся. - Мне сказали, что что-то нужно нарисовать. Тебя что-ли? Я села на стул рядом с окном и положила табло на подоконник. Ветерок дул сильно, поэтому в комнате было прохладно. - Меня? Нахуя... а не, я вспомнил. Да, меня. Дэйв еле поднялся и следом упал, ебанувшись головой о мольберт. Но мне было похуй...