Причина поражения

На одной из арен разгорался очередной бой между Хадоном и Инграмом. Как и прежде, преимущество было на стороне белого. После последнего стремительного хода Хадона, Инграм едва держался на ногах — израненный, но не сломленный. Он всё ещё цеплялся за бой. Вдруг из ниоткуда прилетел удар со спины. Инграм не успел среагировать — его тело рухнуло на арену, подняв облако пыли. Хадон подошёл вплотную. — Ну что, пернатик, сдаёшься? — усмехнулся он, склонившись над противником. — Нет уж... я больше не проиграю тебе... — прохрипел Инграм, прокашлявшись, с трудом поднимаясь на дрожащие ноги. — Хах... как знаешь, — холодно бросил Хадон. С ухмылкой он отступил и активировал карту ворот. В тот же миг бой завершился. Инграм потерпел поражение — снова.

***

Прошло два дня. Медпункт был пуст, если не считать Инграма и того, кто стоял в дверях, молча наблюдая. — Ты снова пришёл добить меня словами? — без эмоций спросил Инграм, не поворачивая головы. — Если бы хотел — сделал бы это ещё на арене, — спокойно ответил Хадон, входя в помещение. Его шаги были уверенными, почти бесшумными. — Я пришёл, потому что ты меня интересуешь. — Интересую? Как очередной противник, который не дотянул? — Инграм усмехнулся, но голос у него дрожал. — Не думаю, что тебе было сложно меня побить. У тебя было это в глазах: ты не напрягался. Хадон подошёл ближе, остановившись у края койки. — Я не напрягался, потому что знал, что ты пока не готов. Но ты не пустое место, Инграм. У тебя есть нечто, чего у многих нет. — Очередная попытка утешить? – В его голосе был скептицизм. — Нет. Я не из тех, кто тешит чужое самолюбие. Я видел, как ты встал после моего удара. Как не сдался, даже когда тело уже не слушалось. Большинство сдаются раньше. Ты — нет. Некоторое время Инграм молчал. Он сжал простыню под пальцами. — Ты победил, потому что ты выше. Быстрее. Уверен в каждом движении. — Потому что я ошибался раньше. Много. Падал куда больнее, чем ты сейчас. — Хадон говорил ровно. — Разница между нами не в даре. А в пройденных шагах. Ты просто только начал. И у тебя есть шанс дойти дальше. Инграм посмотрел на него — впервые прямо, без вызова. — Думаешь, у меня есть шанс на реванш? Хадон кивнул. — Если ты доживёшь до него — не как тело, а как воля. Тогда — да. Я буду ждать этого боя. Он развернулся и направился к выходу, но перед тем как исчезнуть за дверью, сказал: — Не пытайся стать мной. Стань собой. Но настоящим. Хадон направился к двери, не торопясь. Его шаги глухо отдавались по полу палаты. Инграм, тяжело дыша, не отводил от него взгляда. Он всё ещё чувствовал в теле пульсацию боли — как напоминание о бою. Но сейчас эта боль была не самой главной. — Ты всё же не так безнадёжен, как казался, — бросил Хадон, уже почти на пороге. — Благодарю за одобрение... – Инграм усмехнулся, даже не пытаясь скрыть хрипоту в голосе. — Ты удивляешь. Продолжай в том же духе... Инграм. — Хадон на мгновение замер, не оборачиваясь и сказал тихим голосом. Имя прозвучало почти мягко — непривычно для Хадона. Словно он не просто признал его как соперника, а как... что-то большее. Когда за ним закрылась дверь, тишина повисла глухо, но не холодно. Инграм остался лежать, глядя в потолок. Боль уже казалась далёкой. Всё, что крутилось у него в голове, — это голос Хадона, его взгляд, и тот странный жар, сжавший грудную клетку.