Иная стихия

Зал суда в Сумеру. Заседание за закрытыми дверями. Судья — представитель Академии. Кавех обвиняет Дори в манипулятивной сделке, приведшей к его долгам после строительства Дворца Алькасарсарай. Помимо Алетеи поддержать Кавеха вызвались все его друзья: Тигнари, Сайно, Нилу, мадам Фарузан. И даже Лайла, Дехья и Кандакия. Не было только Аль-Хайтама. До начала суда оставалось семь минут. Адвокатом Кавеха вызвалась Алетея. Аль-Хайтам конечно же знал о процессе и времени его проведения. Но никак не проявил интереса. Так думала Алетея, пока уже почти перед закрывающимися дверями, показалась высокая фигура секретаря Академии. -Ваша честь, пока процесс еще не начался, могу ли я присоединиться в качестве адвоката господина Кавеха? - гулким эхом под сводами зала прозвучал металлическо-четкий голос Хайтама. -Да, это возможно, - ответил судья. Все взоры были направлены на невозмутимого и сдержанного аль-Хайтама. Особенно Алетеи. Но он лишь молча прошел за трибуну и встал по левую сторону от Кавеха. Справа стояла Алетея. Дори защищала себя сама. Суд начался. Судья: «Кавех, изложите суть иска против Дори Сангемафри.» Алетея: «Вместо Кавеха буду говорить я. В связи с его эмоционально подавленным состояние.” Судья: “Принято.” Алетея: “Дори воспользовалась бедственным положением Кавеха во время строительства Дворца Алькасарсарай. Она предложила помощь, но её условия были кабальными, и господин Кавех оказался в ещё больших долгах. Позвольте представляет доказательства. Первым и самым важным является огромная ставка по процентам, получаемая из рекурсивной формулы сложного процента. Ваша честь, ознакомьтесь». Алетея отдала бумаги судье, поясняя: “Посмотрите сюда и сюда” Судья хмурит брови, понимающе кивая. -Ваша честь, все формулы рассчитаны моим юристом полностью в соответствии с законом, - защебетала Дори. Но судья, стукнув молотком, осек ее: -Отклонено. Прошу вас не прерывайте обвияющей стороны, сохраняйте правила судебного процесса. -Также, - продолжала Алетея, - из договора складывалось неадекватно высокое вознаграждение для Дори. Вот, обратите внимание, ваша честь. - И Алетея снова терпеливо объяснила судье и помощникам что к чему. Все ждали. Через несколько минут подробных объяснений Алетеи, судья понимающе кивнул. Судья поднял глаза: -Защита, ваши доводы? Дори тут же встрепенулась: -Как я уже говорила, все формулы полностью соответствуют закону. И вознаграждение мне начислялось стандартное. -Тогда поясните вот эти выкладки, - посмотрел на Дори поверх очков помощник судьи и жестом пригласил подойти. После десяти минут пылкого шушукания и махания руками, Дори, вся пунцовая и злая, вернулась на свое место. Кавех не верил своим глазам. Но Алетея и Хайтам, переглянувшись, сохранили спокойное молчание. -Также, из условий договора, - заговорила Алетея. - Кавеха вообщем-то ждали жесткие условия труда и оплаты: за малейшее нарушение ему скрытно снижали заработную плату и вводили штрафы. Прошу ознакомиться. -Возражения защиты? - спросил судья. -Ваша честь, это все ложь! - воскликнула Дори. - Как я могу занижать оплату, если это легко проверяется нашими многоуважаемыми служащими? - Секретарь суда и помощники тщательно изучат доказательства, - подвел итог судья. И тут на сцену вышел Ал-Хайтам: -Ваша честь, позвольте и мне привести несколько доказательств в пользу истца? - Разрешаю. - Во первых, - начал медленно, но тяжеловесно Хайтам. - Дори намеренно скрыла пункт о "дополнительных комиссиях". Вместо обещанных 15% годовых, реальная ставка составила 200%. Но что самое вопиющее, она не предоставила господину Кавеху полный текст контракта до подписания, что нарушает Статью 42 о прозрачности сделок! Потому что полный текст так называемого “приложения” хранился у нее и не выдавался господину Кавеху, потому что на нем нет его подписи. А это еще одно нарушение. И Аль-Хайтам вытащил из своей папки документы. Откуда он их откопал, одному Богу известно. - Прошу ознакомится, - и он отдал документы судье. -Также, пролистав смету, в некоторых местах были найдены любопытные заметки рукописным текстом. В них нелицеприятно и высмеивающе этот некто выражается о господине Кавехе. Почерковедческая экспертиза подтвердила, что это почерк госпожи Дори. И Аль-Хайтам предъявил записи из неизвестно откуда у него взявшихся смет к проекту, где почерком Дори написано: "Кавех? О, он идеальный клиент — отчаянный и наивный!" -Возражаю! - завопила Дори - Как к вам попали эти документы? Они хранились на частной территории! Вы проникли ко мне? Судья попросил объяснить. Аль-Хайтам лишь усмехнулся: -Вы правы, этот экземпляр смет хранился на частной территории: в нашем с Кавехом, - тут Хайтам сделал паузу и умышленно подчеркнул еще раз слово “нашем”, смотря при этом на своего соседа, - итак, в нашем с Кавехом доме. Видимо, когда вы отдавали экземпляр, вы случайно отдали не тот. И Аль-Хайтам невинно пожал плечами. В зале суда раздался вздох облегчения, перемешанный с подавленным смешком. -Тишина в зале суда, - отчеканил молотком судья. И тут вдруг поднялся сам Кавех. Теперь он уже не выглядел подавлено или хмуро, но наоборот приободрился, расправил плечи. -Господин судья, уважаемые собравшиеся. Позвольте мне также рассказать одну деталь. Я не смогу предоставить доказательств своих слов, потому что это только слова. Но оно было, как бы низко это не звучало: угрозы мне. Зал ахнул, а Дори злобно сверкнула своими очками на Кавеха. Он продолжал: -Дори всегда говорила со мной завуалированно и властно. Но это мелочи. Хотя однажды, когда я попытался оспорить долг, Дори пригрозила отобрать мои чертежи и продать их конкурентам. Я многое могу простить, но не такое. -Это называется шантаж, Кавех, - произнес голос из ниоткуда. Но его слышали все и озирались по сторонам. Через мгновение в зале суда материализовалась Нахида. Холодный пот прошиб Кавеха. Впрочем как всех.. - Добрый день, ваша честь. Позвольте и мне поучаствовать в заседании? Поскольку законы Сумеру не запрещают дендро архонту выступать на чье-либо стороне. И Нахида выжидающе посмотрела на судью. Тот от удивления приподнял брови, но оставался спокойным: -Да, не запрещают. Итак, чью сторону вы хотели бы принять, госпожа Нахида? - Сторону истца, то есть господина Кавеха. -Принято, - и судья стукнул молотком, окончательно подтверждая решение. Нахида продолжила: -В памяти Ирминсуля сохранилось немало записей разоговора Дори и Кавеха, где она почти угрожала продать его работу. Вот одна из них. Нахида вытянула правую руку и под куполом зала суда засветилась проекция, где Дори, нависая над сидевшим и полузапуганным Кавехом, говорит с почти плотоядной улыбкой: "Если не платишь, твои идеи станут моими… а ты — банкротом.” Судьи переглянулись. Дори побледнела. -Думаю, тут нечего добавить, - продолжила Нахида. - Если следствию нужен доступ к памяти Ирминсуля, я обеспечу его. -Ваша честь! - возопила Дори. - Это нечестно, использовать архивные записи в пользу только одной из сторон. Прошу найти записи, где Кавех угрожал мне срывом всего проекта. -Протестую ваша честь, - возразила Нахида. - я тщательно просмотрела всю временную линию всех встреч Кавеха и Дори, когда они вообще-либо пересекались. И могу заверить, что Кавех ни разу никак не угрожал и не подразумевал срыв сроков или саботаж. Как я уже говорила, я предоставлю следствию все записи и доступ к ним без ограничения. Всем уже и так все стало ясно. Кавех безоговорочно выиграл. Но осталось дождаться официального приговора суда. После получасового перерыва все вернулись в зал. Все встали, судья выпрямился и огласил решение: Выслушав обе стороны и рассмотрев все улики и доказательства, суд постановляет: - Полностью аннулировать долг господина Кавеха перед госпожой Дори. - Все уплаченные ранее деньги по данному долгу вернуть господину Кавеху. - Снять все обязательства с господина Кавеха по поручительству за кредит по объекту Дворец Алькасарсарай и присудить их господину Азару. Все убытки возместить господину Кавеху. - Обязать госпожу Дори выплатить компенсацию за моральный ущерб в размере двадцати миллионов моры в течение полугода господину Кавеху. Судья: «Дори Сангемафри, ваши действия нарушили принципы честной сделки и найма. Дело закрыто в пользу истца.” Удар молотка. Дружное ликование взорвало зал. Все кинулись обнимать и поздравлять Кавеха. Тот стоял в шоке и улыбался, похоже не осознавая, что сейчас происходит. Алетея стояла чуть в стороне, радуясь за него и видя, как его окружили друзья. Аль-Хайтам тоже стоял в стороне от этой суеты, скрестя руки на груди. Их глаза встретились. Алетея замерла и немного выпрямилась, Аль-Хайтам стоял неподвижный и непроницаемый, словно безмолвная стена. В его изумрудных красивых глазах не было злобы или обиды. Наконец Алетея, не выдержав его взгляда подошла к нему и сказала: -Спасибо тебе, - похлопала его по плечу и отошла в сторону. Аль-Хайтам ушел незаметно, пока все суетились вокруг Кавеха. Алетея же терпеливо ожидала. Тигнари объявил прямо в зале суда праздничный ужин в его частном доме в пригороде Сумеру. Были приглашены все. Все согласились, что такое грандиозное событие не могло остаться без отмечания. Тигнари искал Хайтама, но не нашел. Когда суета подулегрлась Кавех подошел к Алетее. Он смущенно проговорил: -Даже не знаю, как благодарить тебя, - сияя своей улыбкой, наконец без всякого груза на плечах, сказал Кавех. “Поцеловать”, - подумала про себя Алетея. А вслух сказала, подмигнув: -Можешь обнять и угостить ужином. Кавех усмехнулся и крепко обнял ее, прижав к себе. Потом покружив в воздухе, поставил на место. -Я твой должник по гроб жизни. -Ну и Хайтама тоже не забывай, и Нахида помогла. Кавех немного виновато хихикнул и почесал за ухом: -Конечно, я их не забыл. Но ты, Алетея, - и он как-то по особому произнес ее имя, - ты вдохновила меня и дала мне сил. Без тебя я бы не вылез из этого болота никогда. Что-то блеснуло в глубине его глаз. Больше, чем искреннее восхищение; больше, чем мимолетный восторг. Восхищение переплеталось с теплом, с нежной тягой, и вот уже его взгляд обволакивал, как объятие. Гипнотическое объятие, из котороге уже невозможно выбраться. Алетея думала, что утонет в этом взгляде. Закрасневшись и прервав зрительный контакт, она напомнила: -Пригласи Аль-Хайтама. -Конечно! - уверил ее Кавех.