Даже если мы забудем

Шаг. Небольшой мандраж охватывает все тело. Дышать становиться сложнее, а кислород, чудом попавший в легкие, давит на грудину и заставляет слегка морщиться от неприятной боли. Парень сжимает в ладошке цепочку от серебрянного браслета, в попытке хоть немного собраться с мыслями. Шаг. Позади него остается стеклянная дверь, отделяющая внешний мир от мира настоящих гонок. Тех, где люди не всегда могут одержать победу. Тех, которые настолько кровожадны и страшны, что не каждый готов в них участвовать, ведь исход непредсказуем. Это место настоящих гонок со смертью. Запах хлорки и спирта окутывает холл. Повсюду ходят люди в белых халатах, обсуждающие новые лекарства, виды лечения, травмы или же обычную жизнь. Уставшие и потрепанные жизненными трудностями других людей, врачи с улыбкой продолжают спасать жизни. Многие со временем теряют сочувствие и простую человечность. Думают о своем статусе заведуещего, директора, глав-врача. Переживают о деньгах и перестают заниматься самой важной работой. Спасать жизни. Регистратура сразу же встречает громкими криками спорящих медсестер с какой-то женщиной. Девушки закатывают глаза и в сотый раз повторяют одну и ту же фразу. - Добрый день. - подает голос парень и поправляет выбившиеся из хвостика черны волосы слегка дрожащей рукой. - Доктор Ли, здравствуйте - приветсвует его одна из девушек и неловко улыбается. - Что произошло? - интересвуется Феликс, пока расписывается в рабочем журнале. - Меня не пускают в палату к сыну! - громко произносит женщина. активно взмахнув руками. Да так, что Феликсу пришлось даже уклониться. Ли закатывает глаза и отдает документ обратно медсестре. - Как зовут вашего сына? - терпеливо интересуется доктор. Но в голосе сквозит раздражение в перемешку с усталостью. - Чо Квон Хук. - отвечает за нее медсестра - Он лежит в реанимиции после операции на удаление части толстого кишечника. Феликс округлает глаза и переводит их на женщину. Знакомые черты лица ударяют в его голову ярким воспоминаниями. Квон Хук... Он в больнице. Так еще и в реанимации. Рука снова напроизвольно начала трястись. Феликс перехватил запястье пальцами и сделал пару глубоких вдохов. - Скажи Джимин принести мне карту этого Чо Квон Хука. - стараясь звучать уверенно произнес парень. Девушка кивнула. - Госпожа, пройдите за мной. Женщина оценивающе осматривает парня, который по сути и не парень вовсе. Он сильно повзрослел с их последней встречи. Черты лица приобрели мужественную окраску, а глаза потеряли искру. Ту самую искру. Белые стены давят на мозг. Один лишний шаг и он окончательно расплющиться от ненужных и навязчивых мыслей. Феликс старался отогнать этих демонов, мешающий ему спокойно жить, но получалось, говоря честно, из рук вон плохо. Каждый день напоминал не гонки со смертью, а гонки с самим собой. И каждый божий день, закрывая дверь пустой квартиры, он понимал, что снова в ней проиграл. Это состояние сопровождало его долгие тринадцать лет, и с каждым годом становилось только хуже. Открыв дверь кабинета, Ли кинул на диванчик сумку и сняв джинсовку надел белый именной халат. Пропуск ударил по груди. - Присаживайтесь, Госпожа Чо. - тихо сказал он, поправляя одежду и включая компьютер. В кабинет постучала девушка. Феликс сразу узнал в ней Джимин. Она поздоровалась с ним и положила на стол толтую медицинскую карту. Сейчас редко используют бумажные носители, но многие врачи до сих пор прибегают к этому способу. Непонятно зачем, если все и так есть в компьютере. Доктор мило улыбнулся медсестре, поблагодарив ее и сразу открыл последние записи. - Доктор Ли. - все еще оставалась на месте Джимин. - Пройдите потом в кабинет доктора Хо. - Хорошо. - Не отвлекаясь на нее кивнул Ли. Джимин поджала губы и покинула кабинет. Феликс вчитывался в записи и с каждым словом его лицо становилось только серьезнее, мрачнее. - Вы знали, что у вашего сына был рак кишечника? - поднял на женщину глаза парень. Она замерла и отвела взгляд. В ее глазах блеснули слезы. Ответ был понятен. - Он говорил, что это не серьезно и легко вылечиться. - прошептала дрожжащим голосом Чо. Феликс хмыкнул. Мда уж... Был бы Квон Хук и раньше таким заботливым по отношению к матери, он бы возможно почувствовал хоть что-то. Но видимо эта функция отказала у него лет шесть назад. - Феликс... - хотела начать говорить женщина, но сразу же была перебита. - Доктор Ли. - немного грубым голосом исправил ее парень. Чо наконец подняла на него глаза, полные слез. - Доктор Ли... - снова начала она. Ее губы дрожали от сдерживаемых рыданий. Она теребила пальцами потрепанный ремешок от сумки. - Он не выживет да? Феликс сжал в руках потрепанные бумаги. Врать не хотелось. Но и расстраивать женщину-тоже. Слова будто застряли где-то в горле. Впервые за годы работы ему придеться говорить плохие новости знакомым людям. А тут еще и не просто знакомый человек. - Я не онколог и никаких гарантий вам дать не могу. - снял с себя ответственность парень. Хоть он и хирург, разбирающийся во многом, в данный момент говорил наполовину искренне. - Но Фел.. Доктор Ли.. - осеклась она - Вы же видели его историю болезни и можете хоть какие-нибудь выводы сделать? Ли тяжело вздохнул и облакотился на стол локтями. Пальцами он массировал переносицу. Раздражение накапливалось в нем с самого пробуждения и сейчас нужно хорошо постараться, чтобы не высказаться невинному человеку. - Если вы хотите узнать об этом больше, то обратитесь к Доктору Хан Мин Хеку. Он лечащий врач-онколог вашего сына. - максимально, насколько это было возможно, спокойно выдал он. - Я хотел вам сказать, что Квон Хук находится в реанимации и посещать его строго запрещено. - Но..я хочу знать как он! - вскрикнула женщина вскакивая со стула. - Ты позвал меня сюда, я надеялась, что ты скажешь мне что-то новое. А ты сказал то же, что и эти непутевые медсестры на регистратуре! В ее голосе слышалась скрытая ненависть, которую игнорировать было сложно. Настолько сложно, что в глазах Феликса блеснул огонь злости. - Во первых, обращайтесь на вы, Госпожа Чо Хумин. - уверенным и твердым тоном сказал он. В этих словах были хорошо заметны скрываемые эмоции. - Во вторых, я не мог позволить вам кричать на весь холл. Потому и пригласил к себе. Вы задерживали других людей. Женщина хотела что-то возразить, но Феликс не дал ей этого сделать. - Квон Хука переведут в палату и вы сможете увидеться с ним. - продолжил он, привычным холодно-вежливым тоном. - Все вопросы к Хан Мин Хеку или Доктору Кан. Операцию проводил он. Всего доброго. Больше у него не было никакого желания с ней говорить. Это всегда было бессмысленно. Феликс понял это очень давно. Госпожа Чо пыталась еще что-то высказать ему, но ее хватило лишь на несколько гневным вздохов и скрипящих зубов. Она чуть ли не пулей вылетела из его кабинета, наконец оставляя парня в одиночестве. Ли облегченно вздохнул и положил голову на сложенные на столе руки. Хотелось закричать от вскрытого шрама, но он этого не делал. Лишь мысленно считал до тридцати. Детская привычка. *** Хо Чумин сообщил ему просто прекрасную новость. Сегодня в его отделение прийдет новый врач-хирург. Феликс узнал о нем не так много. Зовут его Хван Хёнджин. Два года он проработал в Германии, но недавно вернулся в Корею. Обладает необычным складом ума, а все остальное для него будет сюрпризом. И это прямая цитата. Новых людей еще не хватало. Но больше бесило не это. А то, что Феликс не знает об этом человеке ничего. То, что ему сказал Чумин бесполезно. Свое имя новенький и так назовет, а информация про Германию не дает никаких гарантий его способностям. Еще и именно Феликс возьмет его на свое попечительство. Ему же работы не хватает. Этот Хван должен прийти через час. За это время Ли успеет сделать небольшой обход и заполнить нужные документы. В глазах рябит от постоянных букв и чужих, не всегда приятных, лиц. Парень не понимает как, но за ничтожные сорок минут он успел выпить три чашки малинового чая. Только разбитым вдребезги нервам это не помогло. Пытаясь в шестой раз перечитать показания одной пациентки и перенести в данные на электронный носитель, он просто отложил это дело куда подальше. По привычке, он провел пальцами по немного растрепанным волосам и проморгался. Очки с защитой от компьютера не помогали и глаза все равно ужасно болели во время работы. Феликс поставил локоть на стол и, масируя переносицу, попытался отвлечься, считая эти идиотские числа. Стук в дверь. Ли лишь крикнул "Входите", но никак не поменял положение. Видеть никого не хотелось, а говорить тем более, но работа обязывает. Интровертам в медицину лучше не соваться. Усталось быстро покажет себя, а после она быстро замениться раздражительностью на всех вокруг. Социальных контактов в этой профессии слишком много, чтобы была возможность хоть немного отдохнуть и побыть наедине с самим собой и своими мыслями. В кабинет вошел высокий парень со светлыми, слегка выцветшими, розовыми волосами. Феликс поднял глаза и встретился с новым врачом своего отделения. Он слегка усмехнулся и указал свободной рукой на стул напротив себя. - Вы как я понимаю Хван Хёнджин? - без приветствия сказал он, надевая очки обратно. Парень напротив упрямо рассматривал его лицо, будто искал что-то знакомое, за что можно будет зацепиться. Феликс на этот взгляд приподнял бровь в непонимании. - А...Да извините. - наконец соизволил сказать хоть слово Хван. Сложив руки в замок, он уложил их на стол и улыбнулся. - Не понимаю зачем, но мне сказали, что вы будете моим надзирателем, Доктор Ли. Феликс мысленно усмехнулся на такое сравнение. Он и надзиратель вещи совершенно несовместимые. Он за собой то смотреть не в состоянии, куда там за друими людьми. - Я просто первое время буду помогать тебе освоиться в новом месте. - поправил его Феликс и отметил для себя, что с этим человеком довольно просто разговаривать. Эмоции не выливаются в неконтролируемом потоке. Хенджин снова с улыбкой взглянул на него и кивнул. - Я проходил в этой больнице практику на последнем курсе. - произнес парень. откинувшись на спинку стула - но буду рад, если вы расскажете мне, что тут могло измениться за эти четыре года. Четыре года. Феликс, незаметно для себя, уцепился за эти слова. Получается он выпустился на год позж него. И уже успел порабоать в Европе. Похвально однако. Может это имел ввиду Хо, когда говорил про сюрпризы. - На самом деле не так много тут и изменилось. - спокойным голосом произнес Ли. На удивление это не был насильно выдавленный тон. Действительно спокойствие. Удивительное и немного пугающее. Парень встал со своего места и пригласил Хёнджина пройтись с ним по отделению. То с радостной улыбкой последовал за ним и понял, что изменилось действительно не многое. Пока он шел в кабинет заведующего, даже внимания не обращал на окружающее пространство вокруг. Настолько был взволнован. Феликс рассказывал про медперсонал, новое оборудование. Показывал на таблички, чтобы в случае чего новеньки не потерялся в сотне коридоров и пролетов. Слова лились потоком и Ли сам не заметил как настолько расслабился рядом с этим человеком, что не сразу обратил внимание на то, что тот не задавал никаких вопросов, а молча слушал и плелся рядом. - Тебя что-то интересует? - решил спросить он, чувсвуя небольшую неловкость. Болтал болтал, а Хвану и слова не дал. Хенджин улыбнулся и покачал головой, поджимая губы. В его глазах мерцала искра. Похожа на ту, что была и у самого Ли несколько лет назад. - Уверен, что не потеряешься и не... - не успел он договорить, как по всему отделению прокатилась сирена и металлический, роботизированный голос произнес: - Все врачи неотложной хирургии и травматологии собраться на 4 этаже! Все врачи неотложной хирургии и травматологии собратья на 4 этаже! Все врачи... Феликс вслушался в сигнал и развернулся в сторону лестницы. Хван почти сразу же двинулся за ним следом. Они быстро побежали вверх, благо нужно было подняться всего лишь на два этажа. - Произошло что-то серьезное? - решил спросить Хёнджин, когда они вбежали в коридор четвертого этажа. - Понятия не имею. - буркнул Ликс. - Сейчас и узнаем. По коридорам бежали и шли врачи. Такой сигнал включают редко и при чрезвычаных и экстренных ситуациях. Скорее всего случилось и правда что-то ужасное. - Тебя ожидает веселый первый день. - усмехнулся Феликс и как только они подошли к остальным хлопнул парня по плечу. Хёнджин слегка дернулся от его прикосновения, но в его глазах заискрилось что-то неподдельное и очень теплое. - На Инчхонском мосту произошла крупная авария. - громким голосом произнес Хо Чумин, когда наконец все врачи собрались в холле. - пострадавших слишком много, а так как наша больница ближайшая, большую часть повезут именно к нам. Феликс внимательно слушал слова глав-врача. Нередко в Сеуле происходят аварии, но такие крупные за пять лет работы он не заставал. - Среди пострадавших есть дети? - подал голос Хван. Все сразу же уставились на него. Новое лицо, всегда привлекает слишком много внимания. Чумин посмотрел на него с одобрением и кивнул. Дети были. - Насколько много? - твердо спросил Хёнджин и подошел к стойке выхватив у медсестры телефон. - Ты кто вообще и что творишь? -рассерженно крикнул на его действия один из врачей. - Школьный автобус перевернулся. - ответил наконец на раннее заданный вопрос Хо и подошел к Хвану. - Ты собираешься взять детей на себя? Эти слова заставили Феликса округлить глаза от шока. если там был школьный автобус, то детей там не меньше десяти точно. А стоило Хвану кивнуть, так он вообще хотел уже ловить падающую челюсть. Да кто он вообще такой? - Я и Доктор Ли Феликс поедем на мост и поможем детям. - донеслись до него слова Хёнджина. - Ты с ума сошел? - подошел к нему Ли и вырвал телефон из рук. - Сюда с минуты на минуту приедут машины скорой, а ты предлагаешь оставить пациентов и рвануть на мост? Он был озадачен, удивлен и немного зол. Этот человек предлагает какой-то бред. Людям на мосту помогают спасатели и работники скорой. Им то там что делать? - Вертолет на площадке. - сказал Хо и Хенджин кивнул схватив Феликса за руку и потащив за собой. Ли даже не успел ничего понять. Он просто шел за этим новеньким и видимо чокнутым врачом, до лифта. Стоило Хвану затащить его туда, как он наконец взорвался. - Какого черта ты творишь! - вскрикнул он на него - Я нужен здесь! И ты тоже нужет именно тут! Хенджин терпеливо ждал, когда откроются створки лифта и смерял взглядом циры. - Ты меня слышишь?! - схватил его за плечо Феликс, заставляя посмотреть на себя. - Прекрасно слышу. - тихо ответил тот и слегка вздохнул. разворачиваясь. - В больнице остались десятки хороших врачей. Они справяться с наплывом постарадавших. А детям нужно помочь. Феликс смотрел на него своими огромными глазами, мысленно соглашаясь. Но чертов страх сковал его руки, ноги и главное чувство сочувствия. - Ликс нам нужно им срочно помочь. - тихо добавил Хенджин, когда двери наконец открылись и он побежал на вертолетную площадку. Феликс на секунду опешил. Как он его назвал? Непонимание полностью затопило и так уставший от всего мозг. На автомате он побежал за Хваном, но мысленно он остался стоять в том лифте и слышать свое собственное имя. - Ликс... - Ликс... *** На месте проишествия царил настощий хаос. Вокруг дым от загоревшихся во время столкновения машин. Рядом лежали тела пострадавших людей. Живых или мертвых с высоты было не понятно. На мосту словно остановилось время, а воздух покрылся дымкой с запахом смерти. Сколько же тут погибших... Чем ниже они опускались, тем больше людей он замечал. Их вытаскивали из машин, автобусов. Мотоциклистов собирали просто с асфальта и раскладывали на специальных подстилках. Вертолет опустился чуть на расчищенной спасателями территории и парни сразу же поспешили к перевернутому школьному автобусу. Несколько спасателей вытаскивали из разбитых окон детей, а фельдшеры скорых осматривали их. Хван подошел к одному из спасателей и что-то начал ему говорить. Ликс лишь осматривался вокруг, замечая насколько страшна оказалась эта авария. Запах крови, сгоревшего металла и пластика, обгоревшей кожи застревал в носу. - Ликс не спи. - послышался на ухом голос Хенджина и парень попытался взять себя в руки. - Давай разделимся и распределим пострадаших по группам. - предложил ему Феликс, перезаплетая хвостик на голове. - Я буду выбирать погибших и тех, что без сознания. Ты-тех, кто в сознании. Хенджин склонил голову набок и оградил довольной улыбкой протягивая специальные бумажные браслеты. - Ты читаешь мысли. - ответил он. Феликс опешил от его теплого тона. Его руки застыли, не в силах опуститься. Хенджин ухмыльнулся и быстро стянул с его запястья резинку для волос. - Я одолжу. - крикнул он, удаляясь к спасателям. Ли не мог позволить долго думать над странным поведением этого парня и сразу взял себя в руки, подходя то к одному ребенку, то к другому. Многие оставались в сознании, но раны были серьезными. Один из мальчиков лежал на земле и из его бедра сочилась кровь. Феликс оставил его на попечительство Хвана, у него у самого тут полно проблем. Действия Хенджина и его поведение, заставляли парня делать то же самое. Они открыли ему глаза на самого себя. На свои проблемы и страхи. Последний год его перестали заботить люди и их жизни. Он сломался на этой работе. Сломался так, что востановиться, казалось, было невозможно. Но он пытался. Пытался выкарабкаться и вернуть тот огонь, что в нем погас тогда. Хотя как оказалось, гаснуть он начинал гораздо раньше. Семерых ребят отправили в больницы с обработанными ранами и небольшими швами. Хенджин и Феликс постарались помочь каждому, чтобы сохранить их жизни. Лишь несколько детей потеряли сознание, а погибли только двое. Цифра не страшная, но две маленькие жизни остались тут. На заолодном асфальте Инчхонского моста. - Доктор Хван. Куда его? - испуганно спросил спасатель, показывая на того мальчика с окровавленным бедром. Хенджин подошел к нему и заставил убрать руки от ноги. Вид был максимально неприятным. В ноге застряли несколько стекол и кусок железа. - Черт.. - выругался Хван, зажимая двумя руками кровоточащие раны. Мальчик потерял много крови и как оставался в сознании большой вопрос. Ликс подошел сзади и приложил к голове паренька бинт, смоченный спиртом. Тот сразу же закричал от жгучей боли. - Тише тише...- успокаивал его Ликс, стирая с волос грязь и кровь. Он заметил на его голове рану и решил посмотреть поближе. - Ему срочно нужно к нам. - твердо сказал Хенджин, на что Ли лишь кивнул. Ему уже было плевать кого и куда. Плевать сколько работы им предстоит и сколько сил он потратит. В нем впервые за последний год открылось второе дыхание. Открылось желание спасать людей. *** По всей квартире разносился сладкий запах малины. Горячий чай обжигал горло. Феликс сидел за столом, сверля уставшим взглядом стену. Голова гудела, а руки слегка подрагивали после нескольких долгих операций. Того мальчика удалось спасти, не смотря на то, что стекла повредили бедренную артерию и ребенок еле оставался в сознании до приезда в больницу. От рук Хвана сегодня не умерло ни одного пациента. Все операции он проводил вместе с Ликсом и делал все настолько быстро, насколько это было возможно. Дети выжили благодаря его упертости и твердости характера. Он напоминал Феликсу его самого в начале своего пути в этой сфере. Когда у самого Ли так горели глаза от желания помогать людям. Когда он не смотря на потребность в отдыхе срывался в больницу поздно ночью или оставался там на дополнительные ночные смены. Но он сломался. Сдался. Потерял искру, что зажигала такое важно чувство. Потерялся в себе. И когда точно это произошло парень до сих пор понять не может. Год. Два. Или может это случилось с самого начала, а тяжелой работой он перекрывал пустоту внутри. Он не мог вспомнить почему вообще решил стать врачом. Что сподвигло его на столь тяжелый выбор. Родители обьясняли, что это было его детской мечтой. Они говорили, что он словно родился с желанием держать в руке скальпель и защищать столь ценные жизни людей от бессердечной косы смерти. Но сам он этого не чувствовал. Потому что не помнил. С каждым годом учеба становилось сложнее, а непонимание того, что и зачем он делает - сильнее. Но он доверился родителям, которые знали его дольше, чем он сам. Он поверил им и пожалел. Они будто его предали. Перенесли на него свои амбиции и желание. Может он хотел стать другим человеком? Может быть он мечтал строить здания или учить детей танцевать? А может вообще сидеть за компьютером и создавать сайты? Он не помнил самого себя до 17 лет. Весь этот важный период был стерт из его памяти и вспомнить он никак не мог. Его настоящии желания были спрятаны где то там, в уголке созания, запыленном за столько лет и закрытым на сотни кодовых замков, взломать которые ему было не под силу. Почему он стал таким? Почему он пожертвовал своей жизнью ради жизней других людей? 17 лет своей жизни он потерял в той аварии. Следующие 13 на учебу и спасение людей. Он не жил собой. Он жил небольшим осколком того, что знал о себе от других людей. Его личность затерялась в пустоте, доставляя боль в попытках выбраться оттуда. Кто он. Зачем он. Что он хотел от своей жизни. Сегодняшний день выпотрошил его. Не только физически но и морально. Этот Хван Хенджин заставил его задуматься о себе. Что если они были знакомы в прошлом? В том самом прошлом, которые скрыто от Ликса тяжелыми событиями. - Ликс... Снова раздалось в голове его голосом. Возможно это просто попытка быстрее произнести его имя и поторопить к действию. Но его взгляды и тон голоса, казались смутно знакомыми. Именно знакомыми. Он не помнил их. Но сердце подсказывало, что он уже ловил такие взгляды. Слышал этот голос. Задолго до их встречи сегодня. В голове красным знаком загорелся главный вопрос: "Если он знал меня до потери памяти, поможет ли мне его нахождение рядом? Поможет ли Хван Хенджин открыть завесу, скрывающую меня настоящего?" *** Снова запах хлорки и лекарств. Запах крови и еле уловимый аромат кофе. Новый день - новый забег со смертью. Привычная атмосфера. Со вчерашнего дня не приносящая раздражения и необоснованной злости. Что-то заметно перевернулось. -Здравсвуйте, Доктор Ли. - Стоило зайти Феликсу в ординаторскую, как его встретил этот голос. Феликс коротко кивнул и сел на диванчик, напротив стола, где и сидел Хван, что-то активно печатая на ноутбуке. Хотелось что-то сказать. Но что? Спросить напрямую-странно. Ждать и терпеть? Он ждал 13 лет в попытках разобраться в себе. - Я принес тебе чай с малиной. - вырвал из размышлений Хван и кивнул в сторону стаканчика на столе. Ликс недоуменно уставился на него, но тот смотрел лишь в экран иногда щеклая пальцами. Он все таки встал и схватил чай со стола. Было ли это подтверждением его догадок или просто случайность, он не знал. Но с каждым вдохом, в комнате становилось напряженнее. - Откуды ты узнал, что я малиновый чай люблю? - Почти что шепотом спросил Ли и сел обратно, рассматривая такого знакомо-незнакомого человека. Хенджин потянулся, разминая затекшие от долгой работы пальцы и взяв свой стаканчик сделал глоток кофе. Заставлял ждать или придумывал правдободобную отмазку. - От тебя пахнет малиной. Решил испытать удачу. - невзначай ответил он, закрыв ноутбук убрал его в сумку. Феликс тихо вздохнул и уткнулся глазами на свои пальцы, крепко держащие стаканчик. Надежда, построившая себе домик в его голове, начинала переезжать, махая ему рукой на прощание. Хотелось закричать. Этот парень появился в его жизни, незаметно для себя дал надежду, а теперь рушит ее на корню. Но он незнакомый человек. Он ничего ему не должен. Так почему же Ликс чего-то ждет от себя. Ли бросает взгляд на свое запястье. Обычно на нем серебрянный браслет и запасная резинка для волос, которая сейчас держит розовые пряди Хенджина в таком же хвостике как и у него. - Нужно зайти к Ли Чонхо. - как-то неуверенно сказал Хван, проходя мимо него. - Ты со мной? Ли захлопал глазами, вырисовывая на крышке стаканчика какие-то узоры, но кивнул. Настроение было просто отвратительным, но почему - непонятно. Он неохотно поднялся с теплого и мягкого местечка, подошел к двери, у которой его ждал Хван. Знакомо-незнакомый Хван Хенджин. До палаты Чонхо они дошли в тишине. Никто ничего не говорил. Ни по работе, ни тем более о чем-то личном. Вчера Феликс говорил с ним свободно, рассказывал обо всем, чувствовал забытую легкость. Сегодня же между ними выросла стена, которую они не могли разбить. Для этого нужно взаимное желание. В одиночку с ней не справиться. Рядом с кроватью мальчика сидела женщина. Чо Хумин. Феликс проморгался несколько раз, чтобы удостовериться в том, что это и правда она. Что она тут делает? Неужели Чонхо ее сын. - Здравствуй герой. - мягким голосом начал говорить Хенджин подходя к мальчику. Тот радостно улыбнулся и помахал ему ручкой, к которой были прикреплены трубки. - Не поднимай руки, малыш. Хенджин передал Феликсу в руки планшет и Ли стал записывать показатели мальчика. Его пульс, процент кислорода в крови. Хенджин осмотрел швы на бедре и Феликс записал и эти данные. - Как ты себя чувствуешь, Чонхо? - зачесав челку назад, поинтересовался Феликс и на лице появилась улыбка. Сама по себе. - Доктор Ли... - прошептала Чо Хумин, поднимаясь с кресла. Хенджин закончил осматривать мальчика и потрепал его по голове. Феликс был так зациклен на них двоих, что и не услышал слов женщины. - Феликс. - твердо произнесла Чо и Ли наконец обратил на нее внимание. В ее взгляде плескался целый океан эмоций. Радость, горе, страх и благодарность. Все перемешалось в одну непонятное чувство. - Спасибо, что спас моего мальчика. Ли кивнул, но внутри все еще непонимал. Как Чо Хумин может быть матерью двенадцатилеьнего Ли Чонхо. У нее всегда был один сын, Феликс точно это знал. И этим сыном был подонок Квон Хук. - Это наша работа. - заметил молчаливость Феликса Хван и ответил за него. - Все показатели Чонхо соответствуют нормам послеоперационного востановления. Можете не волноваться. И посмотрел на Феликса. Тот стоял, поджимая губы, крутя в руках ручку. Перед глазами вспыхнули картинки аварии. Той чертовой аварии, которая унесла жизни его родителей и уничтожила его морально. И виновником в ней был Чо Квон Хук. Феликс прокашлялся и тихо попращавшись вышел из палаты. Вернувшиеся чувства начинали заметно портить жизнь. Вернулись они, вернулась боль потери. Он думал, что давно смирился с их гибелью. Выстроил вокруг себя ледяные стены, перестал чувстововать и оставил внутри лишь пустоту. Но теперь все начало рушиться. На руинах льда выросла надежда. А боль, освободившаяся от оков, начала сжигать душу. Коридоры и лестничные пролеты оказались незамечеными, пока парень поднимался на крышу, попутно отгоняя от себя картинку окровавленных тел самых родных людей. В горле комом застряли слезы. Ненависть ко всему вокруг, к Квон Хуку и еще..к Хван Хенджину. Который своим появлением заставил его чувствовать. Сидел бы в своей Германии и не переворачивал бы жизнь Ликса на все триста шестьдесят градусов. Феликс сел на самый край, свесив ноги и позволяя паре слезинок скатиться по веснушчатому лицу. Сеул обдавало ярким солнцем. Слышалось пение птиц и смех детей где-то там. Внизу. Под его ногами. *** Стоило Феликсу выбежать из палаты, как на дверь устремились сразу три пары глаз. Маленькие глазки Чонхо смотрели удивленно и непонимающе. Глаза Чо Хумин были перекрыты пеленой невыплаканых слез. А Хёнджин... Хенджин словно смотрел сквозь все эти двери, стены, этажи. В его глазах читалась тоска и ужаснейшая, пронесенная временем боль, а еще...понимание. Хван знал его историю. Знал куда больше, чем знал сам Феликс. Он помнил того веселого мальчика с яркими веснушками. Мальчика с глазами, что сияли ярче всез звезд во вселенной. Того Ликса, который гордился тем, что в будущем будет спасать жизни. Того, которого сам Феликс не помнил. Не говоря ни слова Госпоже Чо, Хенджин снова потрепал Чонхо по волосам и пообещал, что придет после обеда и скрылся за дверьми палаты. Страх за Феликса поселился в глубине его сердца. Хван помнил то, каким был парень еще вчера. Уставший, словно в нем была черная дыра, засасывающая все светлые чувства, которые у него остались. Он стоял у его кабинета несколько минут, просто рассматривая его. Его черные волосы, сильно меняющие облик мальчика с шоколадными волосами в памяти Хвана. Пустые глаза, переставшие гореть, как перегоревшая от напряжения лампочка. Весь он поменялся. Усталость оставила свой огромнейший след на таком любимом и дорогом лице. Сегодня же Ликс хоть и был тихим и летал в своих мыслях, он поменялся мгновенно. Он стал напоминать прежнего себя. Того, которого Хенджин так сильно полюбил четырнадцать лет назад. Того, кто рассказывал о своих мечтах, целовал до искр в глазах от недостатка воздуха и любил каждый день так, будто он последний. И в один день это и произошло. Хван встряхнул головой, смахивая противные и болезненные слова из прошлого. Руки сжались в кулаки, как только он зашел в пустую ординаторскую. Все врачи сейчас были на обходе. Хван прокрутил в руках цепочку серебрянного браслета и подошел к своей сумке. В незаметном кармашке лежали фотографии четырнадцатилетней давности. Хенджин достал их оттуда и рассмотрел каждую так, словно делал это впервые. Эти фото он носил с собой каждый божий день. Где бы он не находился. Эти фото стали его оберегом. Его тотемом и символом того, что он тоже когда то был счастлив. В голове бились неутешительные мысли. Феликс его не помнил. Совсем не помнил. Он не помнил даже самого себя до той аварии. Но он вспомнит. Хенджин уверен в этом. Он не сможет больше без него. Это слишком сложно и слишком больно. Парень снова взглянул на фото в своих руках. С первой на него смотрел счастливый Феликс, обнимающий огромного плюшевого медведя. Этого Мишку Хван выиграл для него в тире. Они тогда просто проходили мимо и Ликс захотел попробовать. Хенджин рассматривал его солнечную улыбку и любовь в глазах и тонул. Тонул все сильнее. С каждый днем он погружался все глубже в пучину любви к этому мальчику. Как бы не было сложно, он должен все вернуть. Препятствий больше нет. Каждый шаг по ступенькам, эхом отдавался в ушах. Сердце колотилось как бешеное, надеясь разорвать грудную клетку и приземлиться в руки тому, кто завладел им так давно. Остановившись перед железной дверью, отделяемое его от Феликса, Хенджин замер. Боялся. Феликс его не помнит, ну и черт с ним. Он чувствовал вину. Вину за свое появление. Он изменил его в один миг, заставляя снова окунуться в омут утихшей боли. Была не была. И он открыл дверь. *** Слезы предательски не хотели останавливаться. В голове мелькали картинки прошлого. Они мешались друг с другом, закрывая виды солнечного Сеула, казавшегося обманчиво спокойным. Все люди застыли, воздух перестал двигаться и парень задыхался. - Эй Ликси.. - кричал кто-то его имя. - Не заходи далеко, ты плавать не умеешь. - Ты меня вытащишь. - засмеялся Феликс и зашел в теплое море. " - Ты купил мотоцикл? - воскликнул Ликс, подбегая к черному Ямаха. Парень рядом с ним тепло засмеялся. - Не я. Мне родители подарили на восемнадцатилетие. - ответил он подходя ближе и обнимая Феликса за талию. - Прокатимся? Ли всеми силами пытался понять, чей голос он так отчетливо слышал в своей голове. Лица не было видно. Перед глазами лишь размытые картинки голубого моря и черного мотоцикла. Больше ничего. Нет человека, который обнимал его и переживал. Пустота. - Сынок это ненормально! - кричал на Феликса отец. Сам же парень сидел на диване, скрестив руки на груди и смотрел куда угодно, но не на родителей. - Если бы я знал, что он пидор ни за что не пустил бы его в этот дом! - Не смей его оскорблять! - крикнул на него Феликс. Новое воспоминание. За тринадцать лет, Ликс ни разу не слышал как отец на него кричал. Он даже голоса ни разу не повышал. Кого он так отчаяно защищал? Почему родители кого-то оскорбляли? Они же всегда были такими понимающими. - Янтарик... - Феликс набрал чей-то номер и приложил телефон к уху. Руки морозило от холодного ветра. - Ты чего так поздно? Что то случилось? - Случилось. - сглотнул он ком в горле. Обида на родителей грызла нутро. - Я ушел из дома. Могу прийти к тебе? У тебя же родители в командировке. - Конечно. Я тебя заберу. - в трубке послышались шорохи. - Отправь локацию, я подьеду. И снова. Этот голос. Но ни лица, ни имени. Феликс вздохнул, уже думая, чтор это просто игра его разума. Что он начал сходить с ума и мозг придумал ему человека, который о нем заботился. Но все это было воспоминаниями. То время, которое не возвращалось к нему долгие годы. - Сдал? - спросил парень и Ликс ярко улыбнулся, этим действием показывая свою радость. - Я знал, что ты справишься, лучик. - и он почувстовал теплые губы на своих. Совсем недолго. Совсем легко. - Теперь можно и отпраздновать то, что мой парень будущий герой, который будет спасать жизни. И счастливый смех обоих парней, от которого на сердце окончательно расстаяли ледяные стены Резкий телефонный звонок, заставил парня вздрогнуть. На экране горело имя "Хо Чунмин". Ли нехотя нажал на зеленую кнопку и поднес телефон к уху, слегка усмехаясь. Как в воспоминании. Феликс на улице, обдуваемый ветром и со слезами на глазах с кем-то говорит. Только в воспоминании было тепло. Было счастливо, даже если они были не самыми приятными. - Ли. К нам везут тяжело пострадавшего строителя. - без приветствия начал Хо - Неотложка полна после вчерашей аварии, прими его. Феликс что-то невнятно промычал и отключился. Он глубоко вздохнул и стер с лица мокрые дорожки. Сейчас не время распускать сопли. Он должен помочь человеку. Поднявшись на ноги он побежал к двери, которая открылась прямо перед ним. - Ликс? - заметил его слезы Хван и хотел уже подойти поближе, как тот схватил его за руку и потащил по лестнице вниз. - Нам срочно нужно принять какого-то строителя. - в спешке обьяснил он опешевшему парню. Хенджин вздохнул и кивнул. Он снова спрятал слова в голове, а боль в сердце. Опять разговора не будет. И если раньше было проще, то сейчас когда тут. Совсем рядом. Держаться тяжело. Спустившись в травмотологию Они сразу же встретились с врачами скорой, везущие на каталке мужчину средних лет. Его правое плечо проткнуло толстой арматурой насквозь. Кровь полностью окрасила красным повязку. Хенджин забрал каталку и в сопровождении двух медсестер отправился на КТ. Ликс остался, чтобы задать пару уточняющих вопросов. - Как давно этот штырь там? - спросил он первое, что пришло в голову. но вопрос был как нельзя важен. Судя по расположению железки, она могла задеть сердце, ведь была под наклоном. Сейчас Ликс как никогда верит в "золотой час" - Нам поступил сигнал около двадцати пяти минут назад. - ответил один мужчина и Феликс улыбнувшись попрощался с ним, уходя в сторону, где минуту назад скрылся Хван. Пол часа прошло. Счет шел не на часы. Ни на минуты. А чуть ли не на секунды. Очередная гонка. Гонка, от которой Ли уже успел отвыкнуть и боялся проиграть. В очередной раз. - Что там? - первое, что он сказал, зайдя в кабинет компьютерной томографии. Хенджин стоял рядом с мужчиной, зажимая рану, чтробы не так сильно сочилась кровь. - Обьект прошел через ребра задев аорту. Кровь струиться из нее. - обьяснил врач. Феликс присмотрелся к экрану и крикнул медсестре, крутящейся возле пациента: - Срочно операционную и вызовите сосудистого хирурга! - уверенность с которой он этот произнес казалось чужой. Хенджин через стекло заглянул в его глаза и ободряюще улыбнулся. По телу Ликса разлилось приятное тепло вперемешку с осознанием. - Сосудистые на конференцию в Пусан уехали. - смущенно сказала девушка. - Все сразу что ли? - недоумевал Феликс. Оставить больницу без сосудистого хирурга это неслыханно. Какого черта вообще происходит. Неотложка забита, сосудистых нет. Кому операцию проводить? Двум травмотологам? - Черт с ним.. - прошептал Ликс. Будь что будет. - Переведите его в операционную. - Сказал он и открыв дверь обратился к Хенджину. - Операции на сердце делал? Хван задумался, думая что ответить. Ему бы на свое сердце операцию сделать. Но на работе нужнот думать о работе. - Был опыт. Но я ассистировал. - честно ответил он, пожимая плечами. Дрим тим какой то. Два травматолога делают такую операцию впервые в жизни. С каждой секундой золотой час утекает. Смерть подходит все ближе и Феликс буквально чувствует ее дыхание на своей коже. Нужно делать все. В глазах загорается искра, зажигающаяя огонь уверенности в своем деле. Кусочки воспоминаний, что вернулись к нему несколько минут назад, помогли окончательно собраться и понять. Медицина - его мечта и призвание. Она его жизненная цель. *** Руки тряслись, пытаясь стянуть с рук хирургический костюм. На маске остались следы чужой крови. Мерзкий запах. В голове все еще стояли звуки приборов, лязг хирургических инструментов. Операция прошла успешно. Это радовало. Они справились. Три часа. Три часа на нервах из-за банального страха и неуверенности в себе. Своих силах. Феликс видел в глазах Хенджина то, как он переживал. Но все закончилось. И закончилось хорошо. Арматуру вытащили. Аорту зашили. Ребра скрутили. Собрали человека по кусочкам. - Я помогу. - тихий и такой родной голос раздался прямо рядом с ухом Феликса, и он позволил Хвану помочь снять с него этот чертов костюм. Хенджин аккуратно, стараясь не коснуться его дабы не обжечься, стянул с рук синюю ткань, напитанную кровью. Сердце сделало пару сальто точно. Пока он не осмелился посмотреть на Феликса, замечая, что он смотрел все это время на него. - Что?.. - неуверенно сказал Хенджин. Голос предательски дрогнул. Руки тянулись обнять его. Такого любимого. Такого желанного. Но страх сильно ударил по ним. А понимание, что Ликс все еще его не помнит, где то рядом насмехалось. - Зайди ко мне в кабинет. - таким же неуверенным голосом сказал Феликс и покинул операционную, оставляя Хенджина в одиночестве со своими мыслями и демонами. - "Он что-то вспомнил?" - промелькнула надежда в голове Хвана, пока он мыл руки. Но быстро эти мысли сошли на нет. Ликс тринадцать лет не мог ничего вспомнить. Обращался к врачам, но толку не было. А тут день и все? Вспомнил? Ага. Размечтался. Серебрянная цепочка обвивала запястье, оставляя чуть ли не ожоги на коже. Больно. Путь до кабинета Ли сопровождался сотней догадок и страхов. Надежд и разочарований. Сколько раз Хенджин обещал себе перестать мечтать об их быстром и взаимно-желанном воссоединении, но каждый раз ударялся об это снова и снова. Все эти годы. Одно и тоже. Главым желанием было быть знакомым ему человеком. Чтобы Феликс узнал о том, что их когда-то связывало нечто настолько чудесное. Хоть секунду их прошлого вспомнил. Это все чего Хван так хотел. - Что такое? - наигранно уверенно зашел он в кабинет, сразу же плюхаясь на стул. За этим спокойствием скрывался хаос и слегка дрожащие пальцы. Феликс все это время, пока его ждал, обдумывал как бы начать этот разговор. Слова: "Мы были знакомы в прошлом?" Звучат глупо. Ведь если бы были, Хенджин бы рассказал. Напомнил о себе. Да и не проподал бы так долго, разве нет? Нужно было подступиться аккуратно. Но как именно то. За эти минуты ни одна нормальная идея его мозг так и не посетила. - В каком университете ты учился? - выпалил Феликс, совершенно не контролируя свой голос. Хенджин на секунду опешил. Не хотелось осозновать то, что Ликс решил окунуться в ностальгию и пообсуждать студенчество. Это как минимум будет ужасно неприятно, завышенные ожидания никого не щадят. А как максимум ужасно больно. Он снова его не вспомнил. - В медицинском колледже при Сеульском университете. - немного грустно выдохнул тот, решив не врать. Смысла в его лжи не будет. - Мы учились чуть-ли не вместе, но я тебя совершенно не помню. - задумался Феликс, анализируя свои воспоминания с учебы. Ни в одном из них не всплывала эта красивая мордашку. Такую внешность, кажется, невозможно было бы забыть. - Я был слишком тихим, меня и однокурсники наверное могли не запомнить. - пожал плечами Хенджин, расслабляясь. Раз уж разговор о прошлом не состоиться, опять, но переживать не о чем. - Ты бывал на море? - неожиданно для обоих спросил Феликс. Хенджин уловил в этом вопросе толику своей, сдохшей в ужасных муках, надежды. Он придвинулся чуть ближе и решил ответить честно, снова. - Однажды бывал. В семнадцать лет ездил с родителями и их друзьями в Таиланд. - посмотрев в его глаза произнес Хван. Он хотел, чтобы Феликс попробовал сам воссоздать цепочку. -"Это так глупо..." - шептало Хенджину подсознание. - "Ты надеешься, что он вспомнит вас тогда, когда он вообще ничего о своем прошлом не знает. Глупый Хван Хенджин. Глупый и самонадеянный." Хенджину хотелось ударить себя по голове, чтобы выбить эти пассивные мысли. Не надо ему тут желания ломать. Пусть помечтает, а потом разобьеться в тысячный раз. Не впервой. Собереться заново. Было. Знаем. Проходили. Феликс о чем-то активно размышлял. Хенджин явно его знал. Даже если он скрываеться, то явно очень никудышно. Его палят взгляды, легкие касания и... Ликс случайно бросил взгляд на его руку. Рукава халата были слегка подвернуты вверх, оголяя предплечья. Глаза Ли невольно задержались на серебрянном браслете. Такое же плетение как и у него. Такая же свисающая часть цепочки. Если присмотреться, наверняка и бренд будет такой же. Хван заметив, куда Ликс смотрит чуть потрусил рукой, чтобы цепочка перевернулась и показалась главная часть. - Откуда?... - не мог собрать слова воедино Феликс. Он протянул свою руку и приподнял рукав халата, рассматривая свой браслет, который не снимал все эти тринадцать лет. Он не знал, откуда он вообще взялся, а у родителей спрашивать не хотелось. Казалось чем-то личным. Он развернул цепочку так-же как и Хенджин и понял, что эти браслеты были чем-то вроде парных украшений. На толстых звеньях были выгравированы слоги, собирающиеся в неполное предложение. - Даже если мы забудем... - ... Мечта нам напомнит. - Закончил предложение Хенджин, прочитав надпись на своих звеньях. Это все казалось чем-то совершенно не реальным. Они встретились спустя тринадцать лет в больнице, где оба мечтали работать и спасать жизни людей. Они после того происшествия продолжали носить браслеты, историю возникновения которых Ликс не знал. Один помнил все, а другой лишь безымянные отрывки. - Ты знал меня до моей потери памяти? - осмелев после открытия на браслетах, нетерпеливо поинтересовался Ликс и заметил на лице собеседника замешательство. - Отвечай. - Да. - твердо ответил он, но голос слегка задрожал. Хван прокашлялся, чтобы снова заговорить. - Мы общались до того как ты потерял память, Ликси. Ли пытался уложить в голове все факты. Кусочки воспоминаний, знакомый голос, ощущение родного тепла от Хенджина, парные браслеты и его же подтверждение в их общении. Разум просил пощады. Он не понимал, Хенджин ли является человеком из его памяти. Тем человеком, который катал его на мотоцикле, поддерживал на экзаменах. Его ли оскорбляли родители Ли из-за чего он сбежал из дома, опять же к тому человеку. - Почему мы перестали общаться? - аккуратно задал вопрос Ликс. Ему нужно было узнать. Были ли они друзьями, которые перестали общаться задолго до происшетвия, или же... - Из-за моей неосторожности и самоуверенности. Хенджин выглядел разбитым. С него наконец слетела маска уверенного в себе парня. Ее и так было трудно держать при Феликсе, но сейчас она просто разлетелась на пыльные осколки. - Из-за меня произошла авария, после которой ты потерял память. Феликс слушал его, но с каждым словом будто погружался на дно океана. Того самого, из которого Хенджин мог его достать. Он говорил, что он виноват в его потере памяти. Что из-за него произошла авария. Все это било по и так спутанному сознанию. А на языке крутилась просьба просто попросить его замолчать. Больше ничего не обьяснять. Желание узнать больше о своей личности переросло в неожиданную встречу старой любви. - Мы встречались...да? - голос опустился до невнятного и уставшего шепота. Он знал ответ, но ему нужно было подтверждение. Подтверждение своих догадок и попыток мозга вскрыть старые события, чтобы напомнить о любимом и забытом человеке. И он получил это подтверждение неуверенным кивком. Теперь все встало на места. Безликий возлюбленный обрел личину и имя. Поведение родителей и их нежелание расказывать о его подростковых годах- нашло свое обьяснение. Они были против их отношений и раз сын потерял память, ухватились за идеальную возможность скрыть этот факт от него. Чувство тепла от Хенджина было подсказкой. Ее давало сердце, почувствовав рядом человека, ради которого и билось все это время. Феликс после аварии потерял часть себя не только из-за забытых воспоминаний, а еще и из-за отсутствия рядом дорогого человека. Человека, что все это время помнил и хранил их прошлое в своей душе, надеясь когда нибудь о себе напомнить. Почувстовать себя снова любимым. Как тогда. В этот момент хотелось вспомнить прошлое как никогда. Вернуть забытую любовь и почувствовать то, что чувствовал тогда. Но не получалось. Ликс закрыл глаза, переваривая эту информацию. После смерти родителей, он боялся, что никогда не сможет ощутить себя личностью. Не будет рядом человека, который знал бы его так хорошо как они. Но появился Хенджин и Ликс узнал, что они раньше были знакомы. И если верить словам Хвана, являлись друг другу не простыми знакомыми, а возлюбленными. Не верить парню не было смысла. Феликс сам заметил, что что-то тянет его к этому парню. В воспоминаниях был похожий голос. Но удостовериться нужно было. - Прости за вопрос, но я хочу быть уверен... - немного виновато произнес Феликс, массируя переносицу. От нахлынувших эмоций даже голова разболелась. - Как ты называл меня когда мы...кхм...были вместе? Это было одним из немногих, что Ли вспомнил. "Лучик" - так называли его в прошлом. Если Хенджин не врет, то назовет то же самое. Феликс надееться, что он ответит верно. Ему страшно даже представить то, что Хван может обмануть. Но вот только, какой в этом смысл для Хенджина? - По разному... - перебил его размышления Хенджин. Ликс после этих слов заметно напрягся. Неужели, он придумывает ответ? - Но чаще всего Янтарик или Лучик. Ли выдохнул. Это точно он. Лучик. - снова раздалось в голове голосом Хенджина. Это он. Это не может быть никто другой. Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки, но крепкие ребра сдерживали рвущийся орган на месте. Надежда. Чертова надежда укрепила свое место жительства в душе Феликса. Хенджин ему поможет. Раз он тут. Раз рядом с ним, значит еще любит. Или же чувствует вину. Эта мысль резко вспыхнула в голове парня. Из-за меня произошла авария, после которой ты потерял память. - сказал Хенджин. неужели его просто все эти годы мучала совесть? - Почему Янтарик? - решил поинтересоваться Ли. - У тебя глаза на солнечном свете похожи на янтарь. Поэтому. - на лице Хенджина появилась улыбка, а сам он смотрел на Феликса. в голове мелькнули короткие моменты прошлого. Феликс обнимает его. Они сидят на берегу моря, напевая какие-то песенки. Они катаются по ночному Сеулу на мотоцикле. И каждое воспоминание освещалось солнечной и счастливой улыбкой Ликса, его светящимися десткой радостью глазами и заливистым смехом. Сердце больно кольнуло. Как же Хенджин мечтал вернуться в те времена и не повторять прошлых ошибок. - Можешь помочь мне вспомнить? - как-то умоляюще прошептал Феликс, ковыряя ноготь на руке. Хенджин слегка улыбнулся и кивнул. Конечно он поможет. Он и вернулся ради этого. Чтобы вернуть Ликсу его прошлое. Вспомнит любовь и вернеться к нему - прекрасно. Если не сможет простить - Хенджин его отпустит. В любом случае исход их истории сейчас зависит от решения Феликса. Того Феликса, который вспомнит самого себя. *** Надоедливые белые стены уже и не казались такими угнетающими. Звуки стали слышаться отчетливее, а в душе просыпались, засыпаные пылью, чувства. Странное и слегка пугающее ощущение. Феликс вложил свою судьбу в руки человеку, которого знал пару дней, в то время как тот знал его гораздо дольше. Насколько это правильное решение, Феликс решил пока не думать. Он так устал он изматывающего - ничего - что был готов на все. Вчера Хенджин сказал, что вернет ему память своими действиями. Что он под этим подразумевал, Феликс не до конца понимает. Лишь надееться, что это не будут поцелуи и обьятия. Он не был готов, к такому рода близости. Даже если раньше мог позволять себе явно нечто еще большее. Открыв дверь своего кабинета, Ли застыл на месте с глупой улыбкой на лице. Теперь стало ясно, что имел ввиду Хван. На рабочем столе, стоял букет больших белоснежных ромашек. Самих цветков было довольно много, отчего букет выглядел пышным и безумно красивым. Подойдя к столу, парень вдохнул аромат цветов. В сердце что-то шевельнулось. Всего на секунду. Но Феликс заметил это. Что значил этот букет? Почему именно ромашки? Вопросов было много, но Ли решил довериться Хенджину и своим ощущениям. Только спустя пару минут любования Феликс заметил записку, лежащую рядом. Развернув простой принтерный лист он быстро пробежался по написанному. "Доброе утро, Янтарный Лучик. Я же обещал помочь тебе, я это сделаю. Увидев ромашки, ты ведь что-то почувствовал, правда? Я не могу рассказать тебе как они на самом деле важны, но понадеюсь, что ты сам вспомнишь и расскажешь ту историю мне. Я не хочу чтобы ты чувствовал себя пустым. Просто знай, что я всегда готов быть рядом, даже если не в той роли, в которой был раньше. Хорошего дня" - Спасибо... - пробормотал Ликс, утирая скатывающиеся по лицу слезы. Да уж. После появления или же возвращения Хенджина, вернулись и слезы. Парень снова бросил взгляд на букет ромашек. Он точно что-то почувстовал. Но что именно, он не знал. Родители всегда дарили ему розы или пионы. Их запах с самого начала навевал какую то тоску. Говорил, что это не правильно. Что не они должны украшать комнату парня. Но он не обращал внимания. Верил родным людям на слово. Но стоило уловить запах ромашек, как он понял, что именно нравилось его душе. Сколько еще обмана от своих родителей он расскроет? Быть может выстроенный Феликс не просто пустой, а в корне отличается от настоящего себя? Что из него хотели создать родители, рассказывая ему не правду, скрывающие важные аспекты его жизни? Почему они так поступали с родным сыном? Из-за неожиданного, но безумно приятного, подарка от Хенджина настроение сильно поднялось. Желание жить возрасло. Не просто существовать, как эти жалкие годы. Вроде простой букет, но сколько же счастья в душе Феликса он поселил. Сколько радости и тепла. Давно забытого тепла. - Доброе утро, Доктор Ли. - поздоровался с Феликсом Хван, стоило ему только зайти в ординаторскую. Ли хотел уже закатить глаза и просто обнять его за помощь, но заметил в комнате еще несколько человек. Пришлось придержать свои желания при себе. Феликс просто кивнул ему, в своей привычной манере. Раз Хенджин сделал вид, что они просто коллеги, То Феликс с радостью подыграет. День был довольно обычным. Обход пациентов, докуметы, приемы. Неотложных вызовов слава блгам сегодня не случалось. Ге день, а сплошное везение и удача. Уже собирая вещи в своем кабинете, к Феликсу зашел Хенджин. - Ты домой? - спросил он, подходя к столу и перебирая пальцами белые ромашки. Феликс кивнул, отстегивая именной пропуск и снимая белоснежный халат. - Я не поблагодарил тебя за букет. - виновато произнес он. Хотя его вины в этом и не было. они за день почти и не пересекались. Каждый был занят своими делами. Даже к Чонхо Хенджин сегодня не зашел. Доверил его на сегодня Феликсу. - Ничего. Я надеюсь тебе понравилось. - улыбнулся Хван, так же как и Феликс ловя аромат этих цветов. - Очень. Огромное спасибо. - искренне ответил ему Ли, вспоминая какие чувства вызвали эти простые на первый взгляд цветы. - Ты дарил их мне в прошлом? Феликс решил проверить свою мысль, что преследовала его весь рабочий день. Хенджин хмыкнул и перевл взгляд на стену перед собой, словно подбирал слова. Неужели попал прям в цель? После недолгих раздумий Хенджин заговорил. - Нет Ликс. - пожал он плечами и повернулся к нему. - Не ты ни я не дарили друг другу ромашки. - Тогда с чем они связаны? - не понимал Ликс. Это же логично было. Если Хенжин в прошлом дарил ему такие букеты, то решил напомнить таким способом. Но по его словам, дело было не в этом. - Позволишь мне тебя кое-куда отвезти? - спросил Хенджин. Задавая вопрос он был сильно неуверен в том, что именно он делает. Он боялся. Страх от реакции Феликса сидел на подкорке сознания. - У меня другие планы были... - помедлил с ответом Ли. Он с радостью бы уехал с Хенджином хоть на край света, только бы это помогло ему вспомнить. - Но я не против. Лицо Хвана засияло от радости. Видимо он очень хотел ему что-то показать или рассказать. Смотря на такого довольного парня, Феликс и сам невольно начинал светиться счастьем. Он реагирует на него как больной организм на таблетку. Это и пугает и радует одновременно. Неужели такая старая эмоциоанальная привязанность дает о себе знать? Хенджин заряжает его энергией, а отвыкшей от такого наплыва эмоций Феликс не знает как на них реагировать. Как правильно вести себя с человеком, которого ты не помнишь, но к нему так сильно тянеться твоя душа? Как осознать то, что близкие люди тебе врали и скрывали важнейшую правду и не сойти с ума от этих разрушающих сердце чувств? Ответ словно лежал на поверхности. Но на поверхности мирового океана где-то на слиянии Атлантического и Тихого. До места, куда добираться будет тяжело и довольно долго. Но Феликс уже отдал свою жизнь в руки этого, малознакомого дорогого сердцу, человека и решил плыть по течению. Будь что будет. Он не пожалеет о своем решении. Собравшись и поменяв воду в вазе, чтобы ромашкам было лучше, парни вышли на свежий воздух. Ночной Сеул окутал их шумом машин и неприятным запахом канлизаций. Типичная ситуация для столицы Кореи. Идя по парковке к машине Хенджина парни не обронили ни слова. Тиина между ними стала такой комфортной и ни один из них не хотел этот самый комфорт разрушать. - Ехать долго, поэтому ты успеешь поспать. - заговорил первым Хенджин, когда они уже сели в машину. Он настраивал музыку, чтобы ему самому было не скучно ехать. Из колонок тихими нотами раздалась песня Seafret - Atlantis. Гитарная мелодия приятно разливалась, успокаивая уставшее от работы сознание. - Не скажешь куда именно мы едем? - попытал удачу Ли, пристегиваясь и настраивая сидение. Хван с ухмылкой отрицательно покачал головой. Феликс на это лишь усмехнулся и как только он удобно устроился в кресле они наконец выехали с территории больницы. Песня еще не успела закончиться, а Ликс уже провалился в сон. Тонны работы и постояннный мысли сжирали мозг до такой степени, что даже спать у него получалось с трудом. Не крепкий четырехчасовой сон врятли можно назвать полноценным отдыхом. Но рядом с Хенджином, в его теплой машине, где пахло кофе и карамелью, он позволил себе откинуть все и просто отдохнуть. Откуда в нем, человеке постоянно думающем в разных сценариях, столько смелости и банального доверия он не знал. Хенджин заметил, спящего Феликса и не смог сдержать улыбки. В этот момент он был таким крошечным, что хотелось прижать его к себе как потерянного котенка. Хотя по факту Ликс именно им и был. Запутавшийся в собственных мыслях и воспоминаниях, потерянный среди лжи и неожиданной правды, тот же котенок играющийся с клубком пряжи и случайно связавший шерстяными нитями себе лапки. Хенджину было искренне его жаль. А еще его убивала внутри вина. Сам он почти не пострадал в той аварии. Пара переломов и рядом не стояло с тем, что произошло с его Ликси. Перед глазами всплыла картинка разбитого мотоцикла, горящей рядом машины и Феликса, лежащего без сознания в луже собственной же крови. Встряхивая головой и убирая воспоминания из головы он невольно прислушался к песне. Почти сразу он узнал песню If Everyone Cared - Nickelback. Хенджин начал слушать эту группу почти сразу после того, как узнал о том, что Феликс не хочет его видеть после случившегося. Душевные текста их песен помогали не утонуть в собственной боли. - Феликс не хочет тебя видеть. - безразличным тоном сказала Ли Джихун и сложила руки на груди - из-за тебя он почти два месяца провел в коме. Ты виноват в том, что случилось. Не смей появляться ему на глаза. Весь разговор Хенджин и не вспомнит. Видимо воспоминания смазались, чтобы не доставлять лишней боли. Он помнил лишь то, как просил простого разговора и холодные, полные ненависти, глаза мамы Феликса. Только спустя год, встретив Ликса в своем университете он узнал о том, что после аварии Ли потерял память. Полностью. Тогда в голове и сложился пазл. Его не не хотели видеть. Его не помнили и напоминать о нем и не планировали. А сам Феликс стал безумно закрытым и выловить его было сложно, а когда начались практики в больницах вообще невозможно. Плюс учеба и чувство вины за случившееся накрывала все попытки и затянулось это до того момента, пока он не попал в Германию. Хенджин ведь провел там два года не просто так. Надеясь на прекрасную медицину этой страны он искал способ вернуть Феликсу воспоминания. Многие врачи обьясняли ему, что раз за столько лет память не вернулась, то не вернется уже никогда. Но Хенджин такие прогнозы просто не принимал. Он не мог смириться с тем, что вернуть Ли прошлое он не сможет. Он хотел показать ему настоящего Феликса не ради того, что бы он вспомнил их любовь, а чтобы не потерялся в себе. Этого он боялся больше всего. И именно это в итоге и произошло. Увидев его тогда, в кабинете, он понял что сильно опоздал. Все годы, что он провел в поисках ответа и попытках хоть как-то начать общение с Феликсом заново не смотря на сгрызающую вину, Хван потерял драгоценное время и Ликс затерялся. Это было видно по пустым глазам, в которые Хенджин так долго смотрел через стекло на двери. Песню Хенджин все таки поставил на повтор. Уж слишком он ее любил. В день, Когда люди начнут заботиться О чувствах других, Когда воцариться любовь И не останеться места для лжи, Когда люди научаться щедрости И переступят через свою гордость, В этот день они обретут бессмертие... *** Спустя пару часов белый мерседес выезжает на подъем к какому-то холму. Феликс все еще сладко посапывает на переднем сидении, укутавшись в свое легкое пальто и иногда что-то бормоча. По салону разносится песня, сопроваждаемая приятным и тихим голосом Хенджина, что подпевает знакомые английские строки. Машина наконец остановилась. - Ликс... - нежным голосом произнес Хенджин, отстегнув его ремень и тормоша по черным волосам - Приехали. Просыпайся. Феликс недовольно поморщился и перевернулся к окну, давая понять, что просыпаться он не намерен. Хван усмехнулся и решил действовать по другому. Приблизившись к его уху, он прошептал: - Янтарные глазки мои... - голос максимально мягкий, но слышиться небольшая смешинка. Ликс дернулся от горячего дыхания, обжигающего кожу и сразу же открыл глаза. Хенджин рассмеялся - Всегда работало. Маленькие кулачки растирали заспанные глаза. Ли всем видом демонстрировал, что сильно не рад тому, что его сладкий сон прервали. - Куда ты меня привез? - после пары часов сна, его голос приобрел сексуальную хрипотцу. По телу Хенджина аж мурашки пробежали. Он немного помедлил с ответом и открыл двери. - Привез тебя к еще одному воспоминанию. - все, что он смог сказать. Вся важность этого места была запечатлена в его памяти и самой магии этого места. Стоило Хенджину выйти из теплой машины, как в лицо ударил холодный ночной ветер и знакомый влажный воздух. Ли секунду поразмыслив вылез вслед за ним. Из-за неприятного холода он поежился, сильнее закутываясь в пальто. Он рассматривал это место, но в глазах была темнота, освещаемая лишь светом из салона машины. - Что важного в этом месте? - нетерпеливо спросил Ли, облакачиваясь о капот машины и складывая руки на груди, чтобы закрыться от ветра. - Сейчас поймешь. - таинственно улыбнулся Хван, но из-за слабого света Ликс этого не смог заметить. Хенджин прошел чуть вперед, что-то проверяя, а затем вернулся к Ликсу, протягивая ему ладонь. Парень непонимающе взглянул на протянутую ладонь, но все таки вложил свою руку. Хенджин крепко ухватился за нее и повел Феликса куда-то в ночную мглу. Влажный воздух указывал на то, что они рядом с морем, но звука волн слышно не было. Что-то тут не чисто. - Я надеюсь ты меня не убивать приехал. - чуть нервно засмеялся Феликс. - Нет. Тебе понравиться то, что я покажу. - ответил Хван. Они спустились куда-то. Земная поверхность была неровной и Феликс пару раз спотыкался, но его быстро подхватывал Хенджин и вел за собой, стараясь по памяти обходить каждую ямку. - Почему мы просто фонарик не взяли? - не сдержался Феликс и снова споткнувшись громко выругался. - Почему я иду за тобой и все равно спотыкаюсь? ответом послужил смех. Но вот Феликсу было не до веселья. Его пугала эта странная таинственность и то, что они шли в кромешной темноте. - Почти пришли. - констатировал Хенджин и остановился, взглянув на небо. Его простор был заполнен черными тучами, но яркий свет луны потихоньку пробивался, пытаясь осветить землю. Ли отпустил его руку , остановился рядом с ним и наконец услышал шум волн. Легкий и еле слышный звук. море было таким спокойным сегодня, что его было очень тяжело услышать. Они стояли наслаждаясь этим легким звуком и завыванием ветра, пока луна полностью не вышла из заточения тучами и не осветила все вокруг. Ликс удивленно распахнул глаза. Они стояли на небольшом обрыве, а под ними,буквально в метре, билась морская вода. Да так спокойно, что спокойствие бескрайнего моря передалось и Феликсу. Он наконец расслабленно выдохнул. - Ты привез меня к морю? - шепотом, чтобы не нарушить этой прекрасной атмосферы, спросил Ликс. - Вообще-то нет. - отрезал Хван, но с места не сдвинулся. - Я же сказал почти пришли. Феликс задумался, что может быть дальше. У них было особенное место рядом с морем и так далеко от Сеула? Он решил попытаться вспомнить что-то, прикрыв глаза и вдыхая морской воздух. В голове была пустота. Темнота. А в ушах звенел непонятный шум. Губы затряслись от осознания того, что память не хочет возвращаться. Вообще никак. Как бы Ли не пытался, как бы не напрягал свой разум, запыленный воспоминания не вылазили наружу. Хенджин тихо и аккуратно взял его ладонь и сжал двумя руками, согревая холодные от ветра конечности. Вспышка. Вспышка чего-то странного и непонятного в сознании Феликса. Чего-то до ужаса родного и любимого. Теплого, как горячий шоколад с маршмеллоу. Ни единого слова. Шум в ушах перекрылся тишиной. Перед глазами появилась картинка прошлого. То же самое место, освещаемое ярким светом луны. Перед ним стоял Хенджин. Он так же сжимал его ладонь и что-то рассказывал. Но Ли ничего не слышал. Хенджин в его голове сейчас был намного моложе. Черные, короткие волосы падали на лоб и он их вечно поправлял свободной рукой. На лице сияла улыбка и он смотрел на него. На Феликса. В глазах было видно лишь сильнейшую любовь и преданность. Новая вспышка. Новая картинка прошлого. И так раз за разом. Каждый фрагмент прошлого, связанный с Хенджином, был тихим. Ни единого слова. Лишь взгляды и их действия. Теплый касания, нежные и страстные поцелуи. Воспоминания с родителями сопровождались криками, громкими ссорами и угрозами. Но они снова и снова сменялись фрагментами их общего счастья, что длилось всего семь месяцев. Пляж в Австралии. Ромашки, которые как оказалось Ликсу подарила какая-то девочка и он протаскался с этим букетиком по всему торговому центру, куда они зашли за напитками. А после Феликс сам их посадил, говоря, что это символ их любви, но запрещал Хенджину дарить ему цветы, из-за родителей. Ветер во время поездки на мотоцикле. Фисташковое мороженое и малиновый чай. Картинки резко друг друга сменяли. Голова начала расскалываться, а сердце участило свой ритм. После сотни картинок сменились голосами. Огромное количество голосов и шум от них давил на мозг. Сознание пыталось переварить резко наплывшую информацию о семнадцатилетней жизни Феликса. Его начальная школа, первые друзья, первая влюбленность. Первый поцелуй. Разбитое сердце. Знакомство с Хенджином на море во время отпуска в Таиланде. Их признанание и начало отношений. То как он скрывались от родителей.Поездка в Австралию с родителями Хенджина. Экзамены и авария. По телу прошлась волная колющей боли. Рука сама по себе сжалась. Память вернулась. Резко, неожиданно и с болью в области сердца. - Я всегда мечтал увидеть сияющее море. - голос Хенджина доносился как из под толщи воды. Голос того Хенджина, который сейчас стоит рядом с ним и держит за руку. Хенджина с розовыми волосами и убитого чувством вины. Он повторял свои слова. Тогда. Тринадцать лет назад, когда они стояли на этом же самом месте.- Как на Мальдивах. Думаю ты слышал о том месте. - Звездный пляж. - произнесли они в один голос и Феликс открыл глаза. - Ты мечтал увидеть звездный пляж, потому что о нем в детстве тебе рассказывал отец. - дополнил свои слова Феликс и раскрыл глаза. Они были наполнены слезами, но снова засветились. Они сверкали наравне с луной на ночном небе. Хенджин посмотрел в эти любимые глаза и понял что то, чего он так желал случилось. Феликс все вспомнил. Абсолютно все. Этот взгляд показывал, что это правда так. Феликс светился счастьем. Но вот по его щекам текли слезы. Соленые дорожки обжигали его веснушчатое лицо. Плечи тряслись от медленно надвигающейся истерики. - Эй Ликси...лучик мой. - испуганно обнял его Хенджин. Феликс прижал его к себе как самое ценное, что у него было. Он всхлипывал и дрожал в руках Хвана. Кулачки вцепились в куртку Хенджина, а слезы все продолжали и продолжали стекать по щекам и носу, так же украшенного коричневыми пятнышками. - Не плачь, Ликси. - успокивающе гладил его по волосам Хенджин, а у самого глаза щипало от слез. Он не мог сейчас расплакаться даже от счастья. Не имел на это никакого права. - Прости...прости меня... - шептал Феликс, рвано глотая воздух. Он повторял лишь одно слово. Он повторял лишь мольбы о прощении. Хенджин схватил его за плечи, слегка отстраняя от себя. Он вытер пальцами слезы с лица волюбленного, дрожжащие руки выдавали его состояние, что было в какой-то степени похожее на то, как сейчас себя чувствовал Феликс. - За что ты извиняешься? - неожиданно громко воскликнул Хенджин и сразу же прикусил губу, сдерживая эти гребанные слезы. Нельзя. Просто нельзя. - Мы разбились на мотоцикле из-за меня! Ты потерял память из-за меня, Ликс! Ты потерял себя из-за моей трусости! Феликс лишь отрицательно качал головой и смахивал с ресниц лишнюю влагу. - Ты тринадцать лет жил в боли из-за меня... - еле слышно ответил он. - Ты любил меня все эти годы, а я даже не мог тебя вспомнить! Я боюсь даже представлять себе какого тебе было все эти годы понимать, что человек, которого ты любишь больше жизни тебя не помнит и даже не пытается вспомнить! - он начал кричать. Но крик был направлен не на парня напротив, а на самого себя. - Я смирился с тем, что моя жизнь начинается с семнадцати лет. Смирился с тем, что воспоминания не вернуться! А ты хранил нашу любовь в себе! Хранил за двоих, Хенджин! Оба чувстовали себя виноватыми в боли другого. Хенджин тринадцать лет жил с чувством вины за случившуюся аварию, за потерянный воспоминания Феликса. За то, что он своей неаккуратностью испортил ему жизнь. Феликс же сейчас понимает, как рано он сдался. Если бы не внезапное появление Хенджина в больнице несколько дней назад, он бы не решился снова пытаться вернуть память. Все врачи уже крутили головой, показывая, что все попытки бессмысленны. Его прошлое стерлось навсегда. Но он все вспомнил. Благодаря человеку из-за которого и забыл. - Если бы не я, с тобой бы все было хорошо. - сказал Хенджин, отходя от него на шаг назад и опустив голову. Боялся. - Если бы не ты, я бы не вспомнил. - перевернул все Ликс. - Да. Та авария забрала мои воспоминания, но ты вернул их мне назад. - голос предательски дрожал, а глаза слезились. Но в них хотя бы не было той пугающей пустоты. - Не вини только себя, Хенджин. В таком случае мы оба виноваты. - пожал он плечами. Хенджин поднял взгляд и увидел на лице Феликса улыбку. Ту самую улыбку, которую он так сильно полюбил тогда. Солнечную. Яркую. Его улыбку, тепло которой не могло заменить ничто на этой планете. Из глаз наконец скатились слезы. Но это были слезы счастья. Боли больше не было. Страх испарился после слов Феликса, ведь он был прав. Ликс не винил его, даже если сам Хенджин винил самого себя. Но это уже не важно. Важно то, что Феликс подошел и крепко его обнял, разрешая использовать его как подушку для слез. Но Хван быстро успокился и улыбнулся. Он не мог плакать рядом с этим солнечным лучиком. Особенно сейчас. Он чуть отстранился, но не успел Феликс и возмутиться как Хенджин прижался к его губам своими. Почувстовался соленый привкус, но тепло его перебивало. Никто не углублял этот поцелуй, просто соприкасаясь губами, спустя долгие годы разлуки. В душе снова распутились цветы, а сияние их глаз, наполненных искренней любовью, способно было осветить весь мир. Теперь все вернулось на свои места. А их места были только рядом друг с другом.