Ветер с привкусом металла

Страх. Холодный и липкий. Сковывающий тело и не дающий вздохнуть. Страх, до боли знакомый и пронзающий насквозь. Страх, заставляющий пальцы онеметь. Страх, застилающий глаза. Страх, который принёс ветер. Опять. Венти никогда не испытывал страха. По крайней мере, ему так казалось. Костры сражений догорели, оставив за собой лишь выжженную землю. Мондштат был свободен. Прошли года, десятилетия, века. Город изменился, преобразился. Люди, наконец, жили свободно. И Венти тоже. Он жил ради своего народа, жил ради обещания другу, жил ради удовольствия. Каждая улочка, мягкая улыбка, приятная музыка отдавались теплом в груди. Так почему же…? Венти перестаёт играть. Пальцы не слушаются. Он скрывает это за улыбкой и изящно кланяется толпе. Люди разочаровано галдят. От их голосов мысли путаются ещё сильнее. Как от крепкого алкоголя, но от него хотя бы остаётся приятное послевкусие. Хочется встряхнуть голову, прогнать мысли, вдохнуть свежего воздуха. Вдох выходит рваным. Сердце снова пропускает удар. Металлический привкус оседает на языке. Кровь. В воздухе витает запах крови. Его крови. Мир искрится, темнеет. Одна картина сменяется другой. Толпа исчезает. Брусчатка сменяется выжженой землёй. Перед ним лежит тело, точнее то, что от него осталось. Живот вспорот мечом, голова валяется где-то неподалёку. Из открытых ран вытекает кровь, обагряя землю. Окровавленные сесилии никнут к земле. Архонт проходит мимо, не обращая внимания на то, что осталось от солдата. Он машинально продвигается дальше, постепенно переходя на бег. Его никогда не пугали сражения, ведь они оставались в далёком прошлом. Вот только прошлое вновь стало кошмаром на яву. Трава сменяется каменной кладкой. Страх заставляет бежать всё дальше и дальше. Сердце бьётся загнанной птицей. Мысли мечутся ураганом. Солдаты расступаются. На земле лежит хрупкое тело юноши. Его фарфоровая кожа кажется полупрозрачной, ярко контрастирующей с тёмными волосами. Он хрипит, выплёвывая сгустки крови. Его тело кренится в бок. Стрела, пронзившая сердце, смотрится крайне инородно. «Он умирает» — Запоздалая мысль приходит в голову, когда Венти склоняется над юношей. Хотя даже не так. Он склоняется над другом, верным соратником, тем, ради кого готов пожертвовать собственной жизнью. Бард тихо смеётся. Его губы искажаются в подобие улыбки. Он теряет силы слишком быстро. — Мой милый друг, — Тонкая рука тянется к щеке Архонта, стирая непрошенные слёзы. — Я безмерно тебя люблю. Мне дали возможность спасти наш город, и я хочу, чтобы ты увидел, как он расцветёт. Наше приключение подходит к концу. Ты мне действительно… Последняя строчка ускользает из памяти. Венти не слышит собственного крика. Тело содрогается. Он пытается прижать бездыханное тело к себе, но оно становится лишь фантомной картинкой, а после и вовсе исчезает. Он обнаруживает себя сидящим на краю фонтана. Люди уже давно разбрелись по домам. На город опустились сумерки. Венти хмыкает под нос и поднимается на ноги, которые, по всей видимости, ещё не окрепли до конца. Шум, всплеск и вот он уже в фонтане. Позади слышится звонкий смех. — Опять напился так, что ноги не держат? Давай помогу! Далия, оказавшись рядом, протягивает руку и помогает Венти выбраться из воды. Тот, в свою очередь, хмыкает, хочет что-то сказать и тут же осекается. В воздухе пахнет кровью. Пазл складывается слишком быстро. — Тебя ранили, да? — Он не спрашивает, скорее утверждает, получая в ответ обеспокоенный блеск светлых глаз. — Ничего серьёзного, — Улыбается Далия и щёлкает Венти по носу. От него веет луговыми травами. — Помолюсь Барбатосу и пройдёт. — Анемо Архонт не лечит раны, — Венти качает головой. — А особенно серьёзные. — Перед глазами возникает тело, пронзённое стрелой. Он смотрит на дьякона. Его светлые глаза на пару мгновений напоминают васильковые, такие же смеющиеся, но с кровью на губах. — А с чего ты взял, что она серьёзная? Венти не знает, скорее чувствует. Рука Далии тёплая. Его же руки бьёт мелкая дрожь. то ли от холода, то ли от страха. Он заворачивает в первый же переулок и присаживается на колени, бесцеремонно задирая рубашку Далии. На бледной, почти фарфоровой коже красуется рана. Не слишком глубокая, но слегка кровоточащая. Далия втягивает носом воздух, ощущая тёплое дыхание на своём животе. Его кожа покрывается мурашками. — Не думал, что увижу Анемо Архонта перед собой на коленях, в полной растерянности. — Его комментарий остаётся без ответа. Венти смотрит на рану загнанным зверем. Далия давится воздухом. В бирюзовых глазах что-то ломается и разбивается на тысячу осколков. Далия кожей чувствует, как с каждой секундой на родном лице проступает нескончаемая боль. Он впервые видит своего друга таким уязвимым. Поддавшись порыву, дьякон присаживается рядом и обхватывает руками лицо Архонта. Нежно проводит по щекам, убирая влажные дорожки слёз, и целует в уголки губ. — Я здесь, Я рядом, Я жив. Он шепчет и целует. Вновь обнимает, растирает его плечи, ощущая холод от мокрой одежды, и продолжает окутывать теплом, пока не убеждается, что в бирюзовых глазах появляется понимание. А потом чувствует мягкий, слегка смазанный поцелуй. Венти льнёт к нему сильнее и затихает в тёплых руках. На город окончательно опускается ночь. Им предстоит многое прояснить после произошедшего. Но Далия клянётся, что готов на всё ради своего Бога.