Мысли чёрной черепахи.

А в груди попеременно

Был то пепел, то алмаз.

То лукаво, то надменно,

Ночь прищуривала глаз.

Пикник.

***

      Стрекочущий звук чидори мерзко пронзал слух. У Рин не было времени ни на сожаления, ни на иные мысли о своей жизни. Всё, что она могла сделать для защиты близких - это не вернуться с данной миссии. Других вариантов не было. Какаши поклялся защищать её перед Обито, но сейчас он обязан защитить деревню, а значит избавиться от живой бомбы, которой стала Нохара. В густых клубах искусственного тумана не разобрать где свои, а где чужие. Шиноби Киригакуре пытается сбить её с толку, решил что куноичи пытается сбоку ударить его товарища, сражающегося с сероволосым мальцом, но у Рин иной план. Траектория почти идеальная, результат - фатальный. Разбег, отскок от камня, крик тысячи птиц над самым ухом и... Резкий, болезненный толчок в сторону. Рин больно откинуло на пыльную землю прямо лицом вниз. - Что происходит? - недоумевая, девушка оглянулась. Сначала показалось, что её сбил другой шиноби Тумана, но приглядевшись она увидела не человека, а нечто... Того, кого она точно не ждала снова встретить и тем более узнать. - Рин... - пронзённая сверкающей техникой фигура обмякла на руке Какаши словно тряпичная кукла. Бывший друг и соперник в шоке дёрнул руку не веря своим глазам. Это он? Но как? В изуродованном шрамами лице проглядывались знакомые черты, а зрачок открытого шарингана постепенно принял форму сюрикена. Рин не могла поверить своим глазам. - Не может быть... Абсурд. Гендзюцу. Мёртвые не возвращаются с того света. - Обито? На минуту в рядах врагов повисло удивление. - Подкрепление? - Не похоже. - Кто это вообще? - Дурак... -Дурак... - повторила Рин мысленно, пытаясь осознать произошедшее. Да... Какой же Учиха дурак, что вернулся с того света именно сейчас. Что позволил себе умереть ради неё, которая в эту секунду должна быть на его месте. Из прострации куноичи вытянула новая атака врага. Рин продолжила держать оборону, отбив водяным снарядом технику ниндзя со стихией огня. Нужно было срочно что-то делать. - КАКАШИ! Но сокомандник будто её не слышал. И без того к чакрозатратному чидори прибавился пробуждённый мангекё, вытащив из парня оставшиеся силы. Какаши будто сам себя ударил, и ему казалось, что в этот момент он умер вместе с Обито. Хатаке застыл над телом друга, словно пытаясь вглядеться в его лицо, а затем резко свалился на землю. Чакра кончилась. Шиноби Тумана продолжали напирать, но не пытались убить, гнали джинчуурики по заветной тропе домой, куда сейчас она принесла бы только горе и беды. Знали ведь, зачем их послали. Рин продвинулась вперёд, пытаясь использовать суитон, но это было заведомо гиблой затеей. Сердце колотилось как бешеное, в голове проносилась тысяча мыслей... - Нельзя оставлять там Какаши! И тело Обито тоже! Если шаринган попадёт к Туману, тогда всё станет ещё хуже! Его просто пересадят нужным людям... Мне нельзя вперёд! Внутри всё клокотало, будто кричало и скреблось, просило выпустить наружу. Хотелось свернуть свой живот, как лист бумаги, смять, и выбросить это ощущение чужеродного в себе, но на отвращение не было времени. Теперь самой важной задачей Рин стала защитить Обито и Какаши, как и они её. Куноичи слишком хорошо понимала - никто из них не должен попасть к врагу: ни живым, ни мёртвым. - Хватай мальчишку! Выпад, удар, техника водяного столба. Рин окружила тела друзей и себя крутящимися водными потоками. На пару минут этого хватило, ей даже удалось немного продвинуться наискось. Времени достать свиток и запечатать тело Обито не было, каждая секунда промедления стоила сотни жизней. Впереди неслись деревья, виднелся берег реки - выбранный маршрут привёл её к другому отрезку течения. Однако с каждым метром поток столбов слабел - чакры у девушки почти не осталось, вдобавок, силы вытягивали двое мальчишек на плечах. Это был тупик. Издалека послышались голоса: - Чего с ней делать? - Внедрить гендзюцу и отправить в Коноху. - Остальных в Киригакуре. Отряд... - НЕТ! - Рин оказалась загнанной в угол. Она попыталась предпринять последние попытки отбиться через тайдзюцу, но её просто подбросило вверх неизвестной ветряной техникой и ударило о землю, будто живой мешок с органами. - Ксо... Тело начало адски трясти, руки не слушались, мазали удары, но девушка продолжала остервенело защищаться, как никогда. Рин ещё ни разу не испытывала такой слепой ярости, как сейчас. Обычно спокойная, собранная куноичи, с холодной головой и твёрдой волей, теперь стояла совершенно одна с вопящей горечью и отчаянием в душе. Ей просто хотелось, чтобы все эти люди исчезли прочь и не трогали ни её саму, ни команду, чтобы они провалились сквозь землю. Из-за нервов и недостатка чакры техники не работали, как надо. В конце концов рослый анбу подбил её ударом в корпус, и Рин швырнуло в прибрежные заросли тростника. По телу растеклась ноющая боль. Сквозь шелест листьев, стали слышны вражеские шаги, с каждым из которых надежда спастись испарялась . - Всё... - в остатках воображения смешались картины разрушенных зданий, крики людей, горы трупов и шиноби Кири с шаринганами в глазах. Рин достигла грани. - Сдамся - убьют не нас троих, а всю деревню... - чем виноваты гражданские, которые попадут под удар? Их родные люди?! - МЫ ВСЕГО ЛИШЬ ЗАЩИЩАЕМ НАШИХ БЛИЗКИХ! Я ХОЧУ ЗАЩИТИТЬ СВОИХ ДРУЗЕЙ И СЕМЬЮ! ТОЛЬКО КАК!? КАК, БИДЖУ ВАС ВСЕХ ПОДЕРИ!? Беснующееся воображение от неизвестности и ужаса стало подсовывать знакомые голоса Обито и Какаши. ...Защищай Рин... ...Нет! Я должен защитить тебя! Они всегда стояли за неё. Неужели, она не может отплатить им тем же?! Уничтож их! Внутри словно что-то щёлкнуло. Биджу подери? А что? Хорошая мысль! В этот момент девушке показалось, как было бы здорово спустить на Кири демона, которого она так упорно пытается ей подсунуть. Комкая под пальцами илистый песок, Рин кое-как встала и вытащила последний кунай. Сбитое горячее дыхание до боли спирало горло, искривляя оскал куноичи, а из утробы чернилами печати биджу вытекли накопившиеся за битву злоба и боль. - Я просто хочу ЧТОБЫ ВСЁ ЭТО ПРЕКРАТИЛОСЬ! Шаг... Душу разрывало от бессилия, настолько что хотелось уничтожить всё вокург. Измученная, мокрая, перемазанная илом и песком, оставшаяся совсем одна, она смотрела в потёмки, разглядывая своих похитителей и направляя против них последнее оставшееся оружие. Ещё шаг... Глаза заволокло красной пеленой и прожгла резь. Страха больше нет. Бояться уже нечего. Хотите убить? Давайте! Снова шаг... Больше не было боли. Раны затянулись, повреждённое колено выровнялось. Когда к ней потянулась рука АНБУ, Рин неожиданно для себя быстро среагировала, разрезав чужую ладонь напополам. - Что... - мужчина сначала даже не понял, что случилось, но уже в следующий момент последовал жуткий визг.       В один момент Рин почувствовала значительный прилив сил, сродни тому, как в иссушенный сосуд налили вино, однако не предала этому значения - показалось, что так работает адреналин, высвобождающий последний рубеж человеческих сил. Куноичи рванула в атаку. Сбоку бесшумно налетел чужой воин, но тут же был прожжён одним резким выпадом. Руки Рин покрылись панцирем из пылающей чакры. - ИСЧЕЗНИТЕ! ... - она прорычала эти слова не своим голосом. В пару секунд из под земли прорвалось множество острых лезвий, пронзивших сразу десяток шиноби Тумана. Кораллы, алые не то по природе, не то от крови на них, с бешеной скоростью заполоняли пространство, пронзая всё на своём пути и разрастаясь на мёртвых и живых телах. - Что происходит!? - казалось, в рядах Тумана начался беспорядок. - Твою ж... - ПЕЧАТЬ!!! КТО СТАВИЛ!? СЮДА! В данный момент, ей было всё равно на кораллы из под земли, на чакру биджу вокруг: все границы разумного смылись. - ПРОЧЬ!. - теперь уже всё её тело обволокло багряным плотным покровом. Сбоку пронёсся вражеский удар и отскочил, словно от брони. Под ногами стал образовываться густой пар, не дающий приблизиться, не получив ожога. - ОТСТАНЬТЕ ОТ НАС! - словно два тона - глубокий, взрослый, страшный и тонкий, отчаянный детский слились в одном диком вопле. В толпе вражеских шиноби поселилась теперь уже настоящая паника. Кто-то пытался поставить на разбушевавшуюся джинчуурики сдерживающий фуин, но его буквально разорвало потоком кипятка, выпущенным Рин, а затем порвало кораллом в плечо. Резко обретённая сила подогревала гнев, а куноичи уже не складывала печати и не направляла разные техники на дизориентированных шиноби. Она достигла той точки, когда человек готов голыми руками уничтожить всех, кто стоит на пути. Чакра биджу рапаляла и без того бушующие эмоции, а они в свою очередь высвобождали больше сил Трёххвостого, и это порочное колесо вращалось всё быстрее и быстрее. Плечи покрылись плотным панцирем, конечности обросли горячими пластинами. Изо лба появились отростки, похожие на рога. - УЖЕ ДВА ХВОСТА! Ско...!!! - крик оборвался. Анбу складывал фуины, чтобы попытаться остановить утечку чакры биджу, но никто не ожидал, что поставленная час назад печать на девчонке была на столько паршивой. Кидзё* заметила попытку - последовала ударная волна, захлестнувшая берег и часть леса. Рин больше не владела собой, она чувствовала лишь напор битвы, видела только одну цель: - Уничтожить. Разум отключился, и теперь ей управляла лишь ядерная буря из гнева, страха, отчаяния, попеременно уступающему инстинкту выживания, который она пыталась преодолеть, бросившись на чидори. Внезапно, слева ударил анбу. Клон, чью атаку отразила Санби развеялся. Последовала новая попытка запечатать чакру биджу. В охватившем голову безумии, она с рёвом побежала на ниндзя в маске, но зря. Тот только и ждал этого, ударил её, прокрутив "замок" нового фуина на животе, поставив одну печать на вторую. Сил у джинчуурики поубавилось, но это не помешало ей затянуть битву. Противник оказался со стихией ветра, что сильно усложнило задачу. Пар вокруг сгустился, превратившись в галюценногенный туман. Нападающие обмякли - подействовало гендзюцу биджу. Одни схватились за голову и в безумных видениях бились о камни, кто-то бежал то снова натыкаясь на смертоносные полипы из под земли, то угождая в лапы ревущей Санби. Небольшая группа оставшихся в рассудке анбу попытались вместе запечатать разбушевавшуюся джинчуурики и остановить появление третьего хвоста - фуин поставленный пару секунд назад работал, но плохо. Крик куноичи слился со звериным визгом. - НЕ ПОЗВОЛЮ!!! Вторую ударную волну оставшиеся ниндзя Тумана не пережили.

***

      Каждая конечность болела так, словно тело провернуло через мясорубку. Первое, что Рин увидела открыв глаза - чёрно-синее небо с красной луной, озаряющая всё вокруг своим жутким светом. С трудом повернув голову, Нохара подумала, что попала в ад: горы человеческих тел в лужах крови полностью и частично покрытые полипами или пронзённые кораллами, часть обожжённые кипятком. К горлу быстро подкатила тошнота - представшее зрелище показалось ей похуже чем те, которые она видела в госпитале и даже на полях битв. Куноичи попыталась привстать, но тело запротестовало болью от раздражённых песком ожогов. Перед глазами всё кружилось. - Где Какаши...нам нужно... Какаши... Обито... - МОЯ КОМАНДА! В момент Рин вспомнила, что случилось, и неуклюже вскочив, поволокла измотанное тело искать товарищей. Ковыляя на ослабленных мышцах ног, она непонимающе осматривала место битвы. Что здесь вообще произошло!? Взгляд зацепился за пронзённый и ещё не полностью обглоданный кораллами труп. Маску с его лица отодвинула новая колония кишечнополостных и теперь был виден его ещё не полностью поглощённый организмами глаз. Рин дрожащей рукой задвинула маску обратно на мёртвое лицо. - Это... Я?... Нет... Я так не умею... Я бы не могла... Здесь была я одна... Трёххвостый. Догадка проскочила быстро, будто сам демон подкинул её девушке. Она всё ещё искала своих друзей, с каждым пройденным метром надежда начинала испаряться. - Я же не могла их тоже...!? - сердце забилось всё чаще, пока она лихорадочно осматривала лица в поисках страшных шрамов Обито, искала глазами форму Какаши,и его серую макушку с протектором листа на лбу. - Это же не я... Это демон! Я же хотела только защитить их! Защитить... - по щекам покатились слёзы. В красном свете, грязная, окровавленная куноичи с ног до головы, с ошмётками кораллов в волосах, почти ползала на нечувствующих изнемождённых ногах в поисках друзей, но перед ней лежали только искалеченные тела - ЧТО Я НАТВОРИЛА! Сил на истерику уже не хватало. Она просто свалилась на прибрежный камень и плакала, всматриваясь в лесную чащу, откуда торчало что-то странное и белое... От неожиданности и вновь родившейся надежды слёзы просохли. Оперевшись на валун, Рин поднялась и даже побежала в сторону торчащего нечто. Оставленные в лесу мальчики лежали, будто ничего и не было. Их немного отбросило второй ударной волной, но так, как те лежали не близко к реке, их задело не сильно.Только до Какаши каким-то образом добралась пара полипов. Хиллер быстро сняла их, отбросила в сторону и как могла остатками чакры залечила рану. "Чем-то белым" оказалось странное покрытие тела Обито, словно плотный стебель одуванчика, наполненный молоком, и только пробитие в месте, где справа должно быть лёгкое, неестественно зияло пустотой, словно ничего, кроме самой плоти, там и не было. Рин показалось это очень странным, но сейчас она была на столько измотанная превращением и собственным испугом, что не могла нормально воспринимать увиденное, которое ощущалось нереальным. Всё что она могла сейчас - просто прижать к себе своих мальчишек, героев, которые защищали её, даже когда она была готова умереть. Они квиты. Их лица касались её плеч, бока прижались к её тёплому обожжённому демонической чакрой телу. Мир Рин сузился до них троих, и толко луна, невольная свидетельница этого побоища продолжала наблюдать за ними своим красным глазом. Куночи подняла голову и невольно залюбовалась ей. Алая луна. Алый зрачок демона. Сознание словно прошибло током. - Санби! - она коснулась своего живота и в памяти появились очертания биджу с горящим глазом. Проблема, из-за которой всё это произошло так и не была решена. Ладонь Рин коснулась живота, обрамлённого теперь уже двумя печатями, а затем медленно провела по лицу. Что теперь делать? - Вернусь в Коноху, вырвется Санби. Спрячу парней и сдамся Кири - они вытащат из меня биджу и сделают бомбой кого-то ещё... А если... - на секунду ей показалось, что первоначальная идея не вернуться живой была самой лучшей. Но рядом с ней был Обито, который снова пожертвовал собой, теперь уже только ради неё одной. Обросший, грязный и потрёпанный, как она сама сейчас. А с другой стороны - Какаши, который так не хотел причинить ей вред, стараясь даже в порыве героизма оградить девушку от такой доли. В груди защемило. - Если я убью себя сейчас, то предам их...- она погладила Учиху с пробитой грудью по волосам. Он словно воскрес только ради того, чтобы закрыть собой Рин. - Не вернуться с миссии живой... Не вернуться с миссии... Окончательно сломленный навалившимися событиями мозг выдал простую, гениальную, но рискованную идею. - Если я не могу вернуться сейчас, то нужно просто где-нибудь переждать, а потом найти способ доложить всё Минато-сенсею. Только как... Сейчас он на другом задании, но никто другой не станет её слушать, просто напросто не поверят, ещё и потащат в Коноху на разбирательства, чем подпишут себе смертный приговор. Лучше пусть она сама отдаст биджу Конохе, сенсей определённо сможет настоять на этом. Пусть ей придётся умереть, но тогда она поможет своей деревне, и Какаши с Обито поймут это. Да...Определённо, спрятаться в данный момент - лучшая идея.       Река, как и прежде, встретила её бурным течением. Отражение девушки показывала измазанное кровью лицо и кучу ссадин, будто смотрелась сейчас не сама Рин, а кто-то совершенно другая: жестокая, яростная. Вода заботливо помогла смыть все остатки этой страшной ночи, ни крови, ни грязи, ни полипов в волосах и на коже. Она ускользнула по деревьям на юго-восток, на встречу алому закату и множеству маленьких деревень.