Accio Любовь

Глава 12 По ту сторону тишины Дорога вела на северо-восток — к границе Шотландских гор, где карта теряла чёткость, а магические поля были слишком зыбкими, чтобы на них полагаться. Флу-сеть туда не доходила. Порт-ключи не работали. Оставалось старое, забытое искусство пути. — Он живёт где-то между Мёртвым перевалом и Плачущими лугами, — мрачно заметил Драко, заворачивая плащ плотнее. — Даже название не обещает ничего хорошего. — Может, ему просто нравятся мрачные виды, — попыталась пошутить Гермиона, но голос звучал натянуто. — Нет. Это защита. Эти места искажают магию. Здесь нельзя трансгрессировать. Не поставишь простых чар. Даже обычный “Люмос” может не сработать. Они шли по старой тропе, усыпанной черепичной крошкой и засыпанной опавшими листьями, хотя была весна. Деревья здесь не цвели. Они только шептали — глухо, тяжело, будто пересказывали чужие воспоминания. — Почему ты мне доверяешь? — неожиданно спросила Гермиона, когда тропа сузилась, и им пришлось идти вровень. — Потому что ты не отступаешь, — коротко ответил он. — Даже когда стоило бы. — Это комплимент? — Это опасность. Он не улыбался. Но и не отводил взгляда. Сумерки опустились внезапно, как занавес. Темнота не была просто отсутствием света — она была вещью. Живой. И наблюдающей. Драко замедлил шаг. Поднял руку. — Стой. Гермиона напряглась. — Что? — Слышишь? Она прислушалась. Сначала — ничего. Но потом — будто бы что-то… дышало. Медленно. Протяжно. Не рядом, но повсюду. — Это магический резонанс, — прошептал он. — Орфики оставляли в этих местах “слуховые ловушки”. Наступишь на нужный такт — и всё вокруг начинает петь. — Петь? — Или кричать. Он вытащил из кармана серебристую нить — артефактный проводник, чувствительный к искажённым частотам. — Следуй за мной. Шаг в шаг. Не разговаривай. Они двинулись вперёд — медленно, точно вымеряя каждый шаг. Под ногами время от времени вспыхивали едва заметные всполохи — как будто мир, усталый и выжженный, всё ещё пытался отозваться. Где-то вдали звучал низкий гул. Не звук — предчувствие звука. Когда они наконец вышли к полуразвалившемуся дому на утёсе, небо было почти чёрным. Дом был перекошен, как старая нота на пожелтевшем листе. Окна — заколочены. Дверь — покрыта символами. И на мгновение Гермионе показалось, что дом смотрит на них. Прямо. Осмысленно. Драко остановился, достал палочку — и сделал короткое, почти ритуальное движение. — Это было предупреждение, — сказал он. — Здесь всё ещё действуют защитные структуры Лоррейна. Если он не захочет говорить — мы не войдём. — А если захочет? — Тогда — он впустит нас в музыку. А она… никогда не звучит дважды одинаково. Он постучал. Раз, потом два. Потом — трёхдольный ритм. Тишина. Затем — мягкий, чуть дрожащий звук, как если бы где-то глубоко внутри дома отозвалась старая струна. — Он знает, что мы пришли, — сказал Драко, пристально глядя на дверь. — Осталось только дождаться, захочет ли он слушать.