Самое дорогое

— Брат, ты не устал? — Уильям подошёл ближе к Альберту, перенимая из его рук несколько грязных тарелок, — Может пойдёшь отдохнёшь чуток? — Ну уж нет, — Альберт осмотрел стол, который находился в беспорядке после недавнего празднества, — Я не потерплю, чтобы вы переутомились. — Не стоит беспокоится так сильно, я думаю мы с Луи вполне способны тут всё убрать, — Уильям встал на пути брата, перегородив тому путь, — У тебя же сегодня день рождения как-никак. Альберт сложил стопку тарелок на стол и выпрямился, уперев руки в бока, с подозрением смотря на него. Уильям в свою очередь тоже положил тарелки на стол и отзеркалил позу брата, затем посмотрев на него, приподняв бровь. Они простояли так некоторое время, пока Альберт наконец не залился смехом, уперевшись руками в колени. Уильям в свою очередь тоже начал смеяться, прикрыв рукой лицо. — Ну ладно-ладно, — Альберт помахал руками, всё ещё немного посмеиваясь, — Я разрешаю вам помочь мне, — он выпрямился и смахнул невидимые пылинки с брюк, — Только не переусердствуйте, хорошо? — Отлично, — Уильям улыбнулся, взяв тарелки со стола обратно, — Тогда сейчас позову Луи, — он развернулся и направился в сторону кухни с лёгкой улыбкой на губах. Альберт проводил взглядом брата, думая, что, если бы у него была возможность, он сделал бы всё, чтобы облегчить жизнь им обоим. И вот, взяв тарелки, он тоже зашагал в сторону кухни. Внезапно, когда он выходил из столовой, он наткнулся на дневник, оставленный Уильямом на тумбочке. Это была потрепанная временем книжонка, оставшаяся ещё со времени, когда они все были подростками. Альберт взял её и отряхнул от пыли, открыв на одной из страниц. Он увидел записи от девятого мая шестьдесят седьмого года. Она была написана в его пятнадцатый день рождения и явно была особенной, Уильям выделил её закладкой. Он прочёл несколько строк и на глаза навернулись слезы. Ностальгия окутала грудь немного тяжёлой, но одновременно нежной, грустью. Тогда они ещё не были настолько близки друг с другом, так что всё ещё держались на расстоянии. Однако в этот день их отношения стали намного ближе и теплее. Этот день Альберт, наверное, не забудет никогда. *** — Господин Альберт, — портниха, приглашённая специально для того, чтобы сшить молодому господину костюм на его пятнадцатилетие, представила своё творение. — Скажите, как вам костюм? Альберту не было особого дела до костюма, так что он просто махнул рукой мол «всё устраивает». В последнее время его достаточно сильно стало волновать отношение Уильяма к нему. Тот был холоден и не подпускал к себе никого, в том числе и Альберта. Не сказать, что не было попыток сблизится. Он несколько раз пытался завести с братьями беседу, однако у Уильяма всё время находились причины, чтобы её не проводить, а Луи следовал за братом как самый покорнейший слуга. Из-за этого Альберт чувствовал себя лишь простым средством достижения чужих целей, которое сейчас одиноко слоняется по комнате. Он зевнул и медленно поплёлся к окну. Этот год выдался особенно тёплым, так что температура снаружи уже позволяла выходить на улицу без пальто. Птицы распевали свои серенады другим, а вишня, растущая в саду, расцвела красивыми розовыми цветками, укрывая своими ветвями небольшую беседку, стоящую прямо под ней. Альберт невольно засмотрелся на неё, думая, как же было бы прекрасно устроить небольшой пикник под ней. Перед глазами появилась картина, как он вместе с братьями сидят под этой самой вишней, устраивая небольшое чаепитие. Он вздохнул, понимая, что это вряд ли произойдёт. — Господин, Альберт, — внезапно обратилась к нему швея, — Вас что-то тревожит, верно? — Это мелочи, — бросил тот, даже не оглянувшись, — Не стоит об этом думать. — И все же, — женщина подошла ближе и встала поодаль, — Вы можете со мной этим поделиться, я умею хранить секреты. — Да дело не в секретах вовсе, — начал Альберт, глубоко вздохнув, — Мои братья — это всё, что у меня осталось. И мне никак не удаётся выстроить с ними нормальные отношения. — Разве? — спросила швея, — Вы кажитесь очень дружными. — Может только со стороны, — тихо произнёс Альберт, и швея положила руку ему на плечо. — Я все-таки думаю, что они очень сильно вас любят, пусть и не показывают это, — женщина отошла и начала собирать свои вещи, — Вот увидите, они вам точно сегодня что-то приготовят, не сомневайтесь, — она вышла из комнаты, оставив Альберта на едине с собственными мыслями и чувствами. Через время начался праздничный ужин, организованный господином Рокуеллом для Альберта. Уильям и Льюис, сидевшие поодаль, наблюдали за всем, иногда поглядывая на Альберта. На лице старшего из двух братьев играла какая-то улыбка, как будто шалость, которую тот затеял, удалась. Вскоре ему уже вконец осточертело сидеть там, так что сославшись на плохое самочувствие, он покинул зал, где проводился ужин, и поднялся наверх в свою комнату. Он пожалел, что так и не смог лицезреть, что же приготовил для него Уильям, мысленно надеясь, что завтра уж точно увидит. Альберт чувствовал, как усталость медленно расползается по телу, сковывая ноги и руки в тяжёлые кандалы. Наконец поднявшись наверх, он упал на кровать, только успев снять ботинки. Он дополз до изголовья и, уткнувшись в подушку, закрыл глаза. Однако даже несмотря на то, что он лежал так вот уже минут пятнадцать, уснуть ему так и не удалось. Альберт перевернулся на спину, уставившись в потолок. Казалось, что его голова сейчас тяжелее огромной гири, а ноги и руки прикованы к постели. Вдруг в дверь постучали. По тому, как тихо прозвучал стук, можно было судить, что его не хотели ненароком потревожить. Однако Альберт всё равно свёл брови к переносице, гадая кто это может быть. Двигаться и смотреть кто же там не хотелось от слова совсем. — Войдите, — громко крикнул он, преодолевая усталость и садясь на кровати, свесив ноги. Дверь тихо открылась и из-за неё показалась блондинистая макушка. Льюис осторожно заглянул внутрь, проверив, всё ли в порядке, затем зайдя внутрь и прикрыв дверь. — Брат, — тихо произнёс он, и глаза Альберта округлились от удивления, — Пойдём со мной, у нас для тебя сюрприз. — Ты чего, Луи? — недоумевающие спросил Альберт, ведь он его до братом никогда не называл, — Что за сюрприз? Это от Уильяма? — с надеждой спросил он. — Пойдём со мной и узнаешь, — произнёс Льюис, подходя ближе, — Мы старались специально для тебя. Щеки Альберта немного тронул румянец. Никто ещё специально для него что-то не делал, так что было очень приятно услышать эти слова от самых близких в данный момент людей. Усталость моментально уступила место любопытству и предвкушению, так что он, быстро нацепив ботинки, направился вслед за Льюисом. Тот шёл впереди, не говоря ни слова, ещё больше подогревая интерес Альберта. Наконец они вышли из поместья, направившись прямиком в сад. Время было уже ближе к вечеру, так что небо приобрело красивый розовый оттенок. Облака, словно лёгкая дымка, плыли по небосводу, дополняя картину. Альберт поднял голову вверх, и ему вдруг очень захотелось запечатлеть это небо. — Брат, ты идёшь? — Луи помахал рукой, подзывая его к себе. Он быстро опомнился и бегом догнал его. Льюис привёл его к той самой вишне, а именно к беседке. Там уже был накрыт небольшой стол, со всякими сладостями, а Уильям заботливо разливал горячий чай. Джек, так же решивший принять участие в чаепитие, внимательно контролировал весь процесс. Несколько из слуг так же присутствовали там, помогая всё накрыть. — Брат, я привёл Альберта, — Луи подбежал к столу, помогая удержать чайник, который Уильям чуть не выронил. — Спасибо, Луи, — тот поставил его на столик, подзывая жестом удивлённого Альберта, — Брат, ты чего стоишь, идём! Тот лишь хлопал глазами, изредка пытаясь что-то произнести. Сказать, что он был рад, ничего не сказать, и осознание, что это устроили специально для него, порождало в груди какое-то тёплое и светлое чувство. Вдруг ему очень захотелось обнять своих братьев, и он с нежностью взглянул на них. — Вы это все сделали для меня? — наконец Альберт подошёл ближе, осматривая накрытый стол с разными сладостями. — А как ты думаешь? — Джек похлопал его по плечу, — Они много времени потратили на это, даже подкупили нескольких служанок, чтобы те удержали всё секрете. — Вы оба… — Альберт опустил голову, — Спасибо вам большое, никто до этого так не уделял внимание мне. — Брат, — Уильям подошёл ближе и крепко обнял его. Тут и Луи присоединился, так же обвив руками его талию, прижавшись сбоку. Альберт замер, чувствуя прилив нежности в своём сердце. Он так же крепко обнял их, утыкаясь носом в золотистые волосы. Глаза наполнились слётами счастья, и одна из них всё-таки скатилась по щеке. Это действие разрушило его сомнения о том, что он ничего для них не значит, позволив наконец вздохнуть полной грудью. — Спасибо за вашу заботу, — прошептал он, чтобы слышали только они, — Для меня правда важно всё, что вы делаете. — Если что нам просто тоже хотелось отпраздновать твоё день рождения, — Уильям отстранился, глядя на брата, — Вот и приготовили, что смогли. — Ну всё, закончили, — Джек похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание, — Такими темпами чай скоро остынет, вы так не думаете? Так они вчетвером сели за стол в беседке под цветущей вишней. Небольшое чаепитие выдалось славным: Уильям обсуждал с Альбертом свои планы и в общем вёл приятную беседу, Джек показал мастер-класс по завариванию чая и его подаче, они даже успели сыграть в несколько игр. Но всегда всему приходит конец, так и им нужно было уже всё убирать. Справились со всем довольно быстро, в основном при помощи Джека. Тот и проводил их обратно в особняк, стараясь избегая Мистера Рокуэлла, который в этот момент как раз искал Альберта.