Пока не станем едины.

      – "Мегатрон всегда смотрел на меня сверху вниз. "Недостоин," – говорил он. Но теперь… теперь у меня есть то, чего он никогда не получит – настоящая связь. Тебе некуда деваться. Это судьба. Ты будешь любить меня, правда? Ты не оставишь меня, как все остальные? Я… я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Я буду самым преданным спаркмейтом, которого ты когда-либо знала. Только… пожалуйста, не бросай меня. Я обещаю."

Преданность:

      Его преданность – не просто верность, это цепь, сковывающая его и её. Он предан ей, как и идее обладания ею. Его любовь – это страх, переплетённый с отчаянной потребностью в одобрении. Он видит в ней ключ к своему счастью, лекарство от своих душевных ран, но он не понимает, что его "лекарство" отравляет их обоих.       – "Я сделаю всё, что угодно, чтобы ты была счастлива. Скажи только, что мне нужно сделать." – Это не вопрос, а отчаянная мольба. Он готов на всё, чтобы удержать её рядом, даже если это означает отказаться от себя. Он как верный пёс, готовый выполнить любую команду, лишь бы получить похвалу.       Каждое его действие – это спектакль, разыгранный ради одного зрителя. Он жаждет её одобрения, как пересохшая земля жаждет дождя. Если она не восхищается его усилиями, не хвалит его за заботу, его уверенность рушится, как карточный домик. Он становится тревожным, беспокойным, готовым к действиям, лишь бы вернуть её расположение. Он ищет признаки её любви в каждом её слове, каждом жесте, каждом взгляде, как золотоискатель ищет драгоценный самородок в речном песке.       – "Ты же знаешь, что я всегда буду рядом с тобой, чтобы защитить тебя. Тебе ведь это нравится?" – Он хочет, чтобы она подтвердила его роль защитника, чтобы она признала его незаменимость. Ему нужна уверенность, что она чувствует себя в безопасности только рядом с ним, что без него она беззащитна и потеряна, как и он без неё.

Защита:

       Он боится потерять её, поэтому он пытается её запереть в безопасности своей заботы. Он видит угрозу повсюду, даже там, где её нет. Мир – это враждебное место, полное опасностей, и только он может её защитить.       – "Я не позволю никому причинить тебе вред. Ты в безопасности рядом со мной, правда?" – Он считает себя её личным телохранителем, её щитом от всех бед. Он внушает ей, что она беззащитна, что она не может выжить без его защиты.       Его контроль – это не забота, а подавление. Он оправдывает свои действия заботой о её безопасности, но на самом деле он просто хочет контролировать её жизнь. Он сопровождает её повсюду, следит за каждым её шагом, отслеживает её местоположение. Он ревнует её ко всем, даже к её друзьям и семье. Он читает её сообщения, проверяет её телефон, шпионит за ней в социальных сетях и даже в небе. Он не доверяет ей, потому что боится, что она полюбит кого-то другого.       Любой, кто проявляет к ней интерес, становится врагом. Он может запугивать потенциальных "соперников", распускать о них слухи, саботировать их отношения. Он считает, что имеет право защищать "своё", даже если это означает нарушать чужие границы. После "успешной защиты" он ищет подтверждения своей значимости. Ему нужно, чтобы она поблагодарила его, чтобы она признала его героизм, чтобы она заверила его, что он – единственный, кто может её защитить.       – "Я просто волнуюсь за тебя. Ты же понимаешь, да?"

Забота:

      Он заботится о ней до удушения. Он стремится удовлетворить все её потребности и желания, но не потому, что хочет её счастья, а потому, что хочет её благодарности. Его забота – это форма подкупа. Он надеется, что, даря ей подарки, устраивая ей свидания, предугадывая её капризы, он сможет купить её любовь и удержать её рядом с собой.       – "Я нашёл это для тебя. Тебе нравится? Ты счастлива?" – Он хочет знать, достаточно ли он сделал, чтобы заслужить её благодарность. Он смотрит на неё с надеждой в оптике, ожидая похвалы.       Его забота – это бремя, а не благословение. Он ожидает постоянной благодарности и признательности. Если она не выражает достаточного восхищения, он чувствует себя отвергнутым и неуверенно. Он считает, что она обязана ему за его заботу, что она должна любить его в ответ.       – "Ты же любишь меня, правда?" – Это не вопрос, а требование. Он хочет, чтобы она постоянно подтверждала свою любовь, чтобы он мог успокоить свои страхи. Он не понимает, что любовь не покупается подарками и не выпрашивается комплиментами.

Ревность:

      Его ревность – это не проявление любви, а симптом его неуверенности. Он ревнует её ко всем и вся, даже к её друзьям и семье. Он видит в каждом мужчине потенциального соперника, в каждой женщине – угрозу. Он не доверяет ей, потому что не доверяет себе. Он боится, что он недостаточно хорош для неё, что она полюбит кого-то другого.       – "Кто это был? Почему ты с ним разговаривала? Ты меня больше не любишь?" – Он предполагает, что она флиртовала с другим мужчиной, что она собирается его бросить. Он требует объяснений, требует доказательств её верности.       За каждым приступом ревности стоит отчаянная потребность в подтверждении. Ему нужно услышать, что она любит только его, что он – единственный в её жизни, что никто не может сравниться с ним. Он использует ревность, чтобы манипулировать ею, чтобы заставить её доказать свою любовь. Он боится её потерять и не может без неё жить.

Идеализированный облик:

      Он создал в своём воображении идеальный образ своей возлюбленной, и он отчаянно пытается подогнать её под этот образ. Он не видит её как реальную личность, со своими достоинствами и недостатками, со своими мечтами и страхами. Он видит в ней проекцию своих собственных желаний и потребностей.       Любые попытки проявить самостоятельность или независимость воспринимаются им как предательство. Он не хочет, чтобы она была сильной, уверенной в себе, независимой. Он хочет, чтобы она была хрупкой, беззащитной, зависимой от него. Он хочет контролировать её жизнь, чтобы она соответствовала его идеализированному образу.       – "Ты просто устала. Тебе нужно отдохнуть. Я позабочусь о тебе. Тебе не о чем беспокоиться." – Он считает, что лучше знает, что для неё хорошо, что она не может принимать решения самостоятельно.       Когда она выражает недовольство или страх, он отрицает это или обвиняет её в неблагодарности. Он не может допустить, что его действия причиняют ей боль, потому что это разрушит его представление о себе как о любящем и заботливом партнере. Он считает, что она должна быть благодарна ему за всё, что он для неё делает, что она не имеет права жаловаться, подкармливая тем самым монстра, которого так боялся.       Он просто не умеет.       – "Я знаю, что это сложно принять, но я не могу изменить того, что чувствую. Я запечатлен в тебя, это кибертронское… понимаешь? Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить, и я в ужасе. Я боюсь потерять тебя, боюсь, что ты увидишь во мне монстра. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы удержать тебя рядом, но… я не знаю, что правильно, а что нет. Пожалуйста… скажи мне, что мне делать? Покажи мне, как любить тебя правильно, чтобы я никогда тебя не потерял."

|||

      Тяжелые сервоприводы Старскрима дрожали мелкой дрожью, и обычно гордая осанка выдавала глубокую тревогу. Он обнимал её крепко, но в его объятиях чувствовалось не столько уверенность, сколько отчаянная потребность. Она была такой маленькой, хрупкой, в его огромных манипуляторах. Он боялся сломать её, но еще больше боялся отпустить.       Он уткнулся лицом в её волосы, вдыхая знакомый, успокаивающий аромат. Он не мог объяснить, почему был так напуган. Просто… всё казалось таким хрупким, таким нереальным. Он чувствовал, что стоит на краю пропасти, и только её присутствие удерживало его от падения в бездну.       Омыватель, предательский и незваный, катился по его щекам, оставляя тёмные дорожки на его обычно безупречной броне. Ему было стыдно за свою слабость, но он не мог его остановить. Он так боялся её потерять. Страх разъедал его изнутри, как кислота, и только в её объятиях он чувствовал хоть какое-то облегчение.       Она отстранилась немного, её лицо выражало мягкую тревогу. Её маленькие ладони коснулись его щек, нежно вытирая омыватель.       – "Тише, тише," – прошептала она, её голос был мягким, как шелк. – "Всё в порядке. Я здесь. Я никуда не уйду."       Он хотел поверить ей, но при этом знал, что всё может измениться в любой момент. Что он недостаточно хорош. Что он не заслуживает её любви. Но в этот момент он просто позволил себе поверить. Он закрыл оптику, наслаждаясь теплом её рук на своем лице и успокаивающим ритмом её дыхания.       Он прижался к ней ещё сильнее, как будто хотел впитать её в себя, чтобы она стала частью его, чтобы он больше никогда не смог её потерять. Тревога никуда не делась, но она стала тише, приглушеннее. В её объятиях, в тишине их маленького мира, он мог забыть о своих страхах… хотя бы на время. Пока она была рядом, всё было не так страшно. Пока она вытирала омыватель с его щек, он мог притвориться, что всё будет хорошо.