У огня

Дрова тихо потрескивали в камине, освещая мягким оранжевым светом кабинет. За окном в свои права вступил конец осени – ливень хлестал по стеклу, ветер гнул верхушки деревьев, но здесь, внутри, было тепло. Укутанная в шаль Джейн сидела на ковре перед огнём, поджав под себя ноги. В руках она держала старый альбом с чертежами, её пальцы скользили по пожелтевшим страницам, будто перечитывая историю. Его историю. Это были старые проекты мистера Оллгуда – первые схемы и чертежи, которые он придумал в Англии, ещё задолго до того, как перебраться на материк. Линии, набросанные карандашом были точны и изящны – будто поэзия приобретала геометрическую форму. Джейн с умилением представляла Уильяма, молодого и увлечённого, склонившегося над этими листами и наверняка не подозревающего, что однажды добьется такого признания. Услышав скрип двери позади себя, она обернулась – у входа стоял владелец этого альбома. Его обычно аккуратно уложенные волосы были слегка растрёпаны, рукава рубашки закатаны, на кончиках пальцев виднелись чернила… К этому времени она уже достаточно хорошо изучила поведение и мелкие привычки своего будущего мужа, чтобы понять, что он закончил с работой. В руках Оллгуд держал поднос с двумя чашками. Пар поднимался медленными клубами, растворяясь в воздухе и отдавая сладким запахом. Горячий шоколад, их общая маленькая слабость. У него – с детства, у неё – с тех пор, как они стали жить вместе. Иногда она шутила, что осталась в этом веке исключительно ради шоколада. Ну и немножко ради него. — Если вы продолжите изучать мои юношеские преступления против инженерии, я буду вынужден сжечь этот альбом, — сказал он с лёгкой самоиронией в голосе. При этом, взгляд, обращенный на Джейн, был полон нежности. — Однако, я подозреваю что с учётом моих расчётов для усовершенствования двигателя на четырнадцатой странице, он сам, без посторонней помощи, сможет справиться с этой задачей. — Мне интересно всё, что связано с вами, и вы прекрасно это знаете. В особенности то, с чего вы начинали. А все сопутствующие риски я беру на себя, — шутливо ответила Джейн, принимая блюдце с чашкой шоколада. Уильям с вздохом опустился рядом, вытягивая ноги к камину. — Вы подошли как раз вовремя, мистер Оллгуд. Я обратила внимание вот на это, — она перелистнула альбом практически к его началу и ткнула в один из чертежей. — Судя по дате, вы спроектировали это двадцать лет назад, но… что-то случилось? Тут всё так старательно перечёркнуто, поэтому мне стало интересно. — Всё до банальности просто, Мисс Хантер, желающих профинансировать мою задумку не нашлось, — он усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень. Горечь? Задетая гордость? Уильям, видимо, сам это понял, потому что тут же поспешил смягчить свою реакцию улыбкой. — Мне вежливо сообщили, что проект слишком амбициозный и непрактичный. Теории всегда смотрятся складно и обоснованно на бумаге, но этого недостаточно. В особенности когда дело касается денег. Гарантии – вот что ищут в первую очередь, а в то время я не мог их предоставить. Но, если быть откровенным, моя гордость была сильно задета. — Значит эти люди не знали, от чего отказывались, — Джейн отпила шоколад и с сожалением покачала головой. — Теперь вы известны и здесь, и на родине, ваши поезда пересекают целые штаты. Вот пусть сидят и кусают локти, что упустили возможность поддержать вас в ваших начинаниях. К тому же, кто знает, вдруг у вас бы всё получилось… Нет, я более чем уверена в этом! Он вновь улыбнулся, но уже застенчиво и с благодарностью. Джейн никогда не сдерживалась в своем восхищении его талантами, хоть и не обладала достаточными инженерными познаниями, чтобы дать им объективную оценку. Он же, смотря на этот чертёж, видел одни лишь недочеты и ошибки. Как и в себе… Время неустанно движется вперед, но некоторые вещи остаются прежними, да, Оллгуд? — Благодарю за безусловную поддержку и веру в мои интеллектуальные способности. В то же время, иногда мне кажется, что вы видите то, чего нет… В лучшем свете, чем есть на самом деле… — от девушки не ускользнула грусть, с которой он это произнес. Терпеливо вздохнув, Джейн аккуратно, с любовью, закрыла альбом. Отложив его и горячий шоколад в сторону, она повернулась к мужчине. Через неделю должна была состояться их свадьба. И чем меньше оставалось времени до этого события, тем больше она замечала, что с Уильямом что-то происходит. Нет, он всё также был вовлечен в подготовку к столь знаменательному событию, руководя приготовлениями будто запуском своего нового железного «детища», его улыбки и забота всё также были полны любви, его прикосновения всё также согревали ночью. При этом, Джейн периодически улавливала этот странный взгляд в никуда – рассеянный, задерживающийся на пустом месте, будто Уильям беседует с кем-то невидимым. И всё чаще она подозревала, что беседы велись с уже знакомым ей голосом в его сознании, шепчущим, что всё происходящее – лишь временная милость судьбы. Судя по всему, настала пора вновь столкнуться с этим врагом лицом к лицу. — Мистер Оллгуд, я конечно могу ошибаться, но… сейчас ведь вы говорите не про свои работы, верно? Отсутствие ответа послужило ей самим ответом. — Вы всё-таки волнуетесь. Опять. — прошептала она, ласково взглянув на него. Разочарования в её голосе не было – в любви инженера девушка ни на секунду не сомневалась, а со всем остальным они справятся. Вместе. Уильям некоторое время молчал. Его пальцы осторожно коснулись её щеки, смахнув выбившуюся из-под прически прядь волос. Она закрыла глаза и прильнула к его ладони: инженер не был скуп на ласку, но каждое его прикосновение принималось ею с трепетом в сердце. — Да… — он медленно перевёл взгляд на камин. Огонь трещал, словно пытаясь заполнить тягостную паузу. — Видите ли, — вновь начал он, тщательно подбирая слова. — Я… снова начал беспокоиться, что вы одумаетесь. Мой разум, к несчастью, упорно возвращается к чувству, что всё, что происходит – не более чем мимолётная иллюзия, хотя и полагал, что давно изгнал эти мысли. Однако, увы… При этом, я отдаю себе отчёт в том, что мои опасения рождены не вашими действиями, а исключительно моими собственными... Укоренившимися привычками разума, если быть точным. Вы… Дело не в вас, никогда не было в вас. Это не недоверие спорит со мной – лишь сомнения в том, смогу ли я удержать такое счастье. А чем ближе день нашей свадьбы, тем настойчивее становится этот голос... Надеюсь, что вы сможете простить мне эту слабость. Одно радовало Джейн – Уильям открыто говорил о своих переживаниях. Она знала, что избавиться от старых привычек за небольшой промежуток времени невозможно. Уильям годами жил с разбитым сердцем, свыкшись с тем, что оно никогда не соберется вновь. Однако, терпение и выдержка были одними из главных её достоинств, поэтому она готова была поддерживать Уильяма столько, сколько потребуется. Девушка мягко улыбнулась ему, чуть повернула голову и поцеловала ладонь, поглаживающую её щёку. — Мистер Оллгуд… Уильям… Всё в порядке, я чувствовала, что тебя что-то беспокоит. Но в любом случае рада, что ты свободно говоришь то, что чувствуешь, а не закрываешься от меня. Я и не думала, что после одного нашего разговора все твои переживания бесследно исчезнут и в одночасье прекратятся. Но теперь у них есть противовес – мы с тобой, — со спокойной улыбкой она придвинулась ближе, шаль соскользнула с её плеч. — Я никуда от тебя не денусь. Если понадобится – готова повторять это каждый день, пока тебе не надоест. Поверь, мне это не в тягость. Он чуть нахмурился, вздрогнул – и вдруг потянулся к ней, будто утопающий к своему спасителю, прижавшись лбом к её плечу. — Джейн… повтори это. — Я никуда не денусь. — Даже если...? — Даже если. Джейн прижала инженера к себе, пытаясь выразить искренность слов через простое, но крепкое и наполненное любовью объятие. Тело инженера расслабилось, будто с его плеч поднялся тяжкий груз. Напряжение, преследующее его в последнее время, наконец исчезло, вместе с предательским голосом сомнений. — И, кстати, — прошептала девушка в его ухо, пытаясь придать голосу максимальную серьезность. — На вашем месте я бы не стала это проверять. Если ещё раз попробуете засомневаться в моих словах, мистер Оллгуд, то я напишу мистеру Бейкеру о том, что вы официально разрешили называть вас «Билли», и как сильно соскучились вы по его компании... Заодно предложу остаться у нас после свадьбы на, хм, месяцев пять-шесть думаете достаточно будет? Уильям вместо ответа широко улыбнулся и поймал губы девушки в глубокий поцелуй, увлекая их обоих на ковер. За окном взвывал холодный ветер, будто пытаясь напомнить о себе. Однако, ему не было под силу заглушить в комнате шуршание тканей, шёпот и учащённое дыхание. Здесь, внутри, было жарко.