Том - Эхо Республики, 86 -Eighty Six-

— Легион отступает. – раздался крайне спокойный голос Шина по сети Парарейда. Его «Регинлейв» медленно развернулся на месте, опоры с глухим скрежетом переступили по изрытой земле. Дымка от недавних выстрелов всё ещё висела в воздухе, и в ней тёмные силуэты машин Легиона уже постепенно удалялись, растворяясь в горизонте. Их движения были теми же, что и всегда — ровными, холодными, лишёнными какой-либо суеты. Через Парарейд всё ещё доносился тихий, почти непрерывный хор их голосов. Бесконечные, шепчущие сигналы, которые обычный человек даже не смог бы услышать. Шин на мгновение задержал взгляд на удаляющихся силуэтах. Затем машинально поднял руку и поправил свой шарф, который за время боя немного сбился набок. После этого он переключил интерфейс на список машин эскадрильи. Несколько секунд он просто смотрел на экран. Большинство меток всё ещё оставались активными, но две из них были погашены. Шин медленно выдохнул. Как назло, это были машины из числа новоприбывших. Те самые пилоты, которые присоединились к Ударной Группе совсем недавно, пополнив их ряды после последних потерь. Он почти не знал их, но от это ничего не меняло. — Хорошая работа, Ударная группа. Голос Лены был спокойным и собранным, как и всегда, когда она говорила в роли командира. Но где-то в глубине интонации всё равно ощущалась усталость. Она тоже смотрела на тот же самый список машин. — Перегруппируйтесь и отходите к базе. Её приказ прозвучал чётко и без лишних слов. Несколько секунд никто не отвечал, а затем Шин тихо кивнул, хотя она этого, конечно, не могла видеть. — Так точно, Полковник. Его голос прозвучал ровно. После этого линии синхронизации начали постепенно затихать. Один за другим пилоты отключались от общего канала, пока Шин не остался единственным, кто всё ещё был подключён к Лене. — Капитан Ноузен. – Лена заговорила снова, уже немного тише. – Мне понадобится полный отчёт по действиям Легиона в этом бою. Шин слегка наклонил голову, продолжая наблюдать за удаляющимися машинами противника. — Разумеется, Полковник. – коротко ответил Шин. С другой стороны линии связи на секунду повисла пауза. Словно Лена хотела добавить что-то ещё. Но в итоге она произнесла лишь: — ...Доброго вечера. Она потянулась к устройству Парарейда, чтобы отключить связь. И в тот самый момент, прежде чем синхронизация окончательно оборвалась, она услышала его голос. — И вам тоже. † Вечер того же дня оказался куда тише, чем предыдущий. Коридоры штаба опустели, шаги редких дежурных звучали глухо и отдалённо, а за окнами уже давно опустились тяжёлые сумерки. Только тусклый свет настольной лампы освещал рабочий стол Лены, выхватывая из полумрака разложенные планшеты с ответами, карты, и несколько исписанных листов бумаги. Сегодняшних отчётов было меньше. Гораздо меньше, чем вчера. Но это совсем не означало, что работа стала легче. Лена уже несколько часов подряд сидела за столом, склонившись над раскрытой тетрадью, где её аккуратный, почти школьный почерк постепенно заполнял страницу за страницей. Она снова и снова возвращалась к сегодняшнему бою, просматривая записи на лежащем рядом планшете, будто пытаясь разобрать сложный механизм. Каждое движение Легиона. Каждый их манёвр и каждую паузу между атаками. Она отмечала всё: небольшие изменения в построении машин, интервалы между их ударами, странные моменты, когда противник словно намеренно позволял людям продвинуться немного вперёд. Порой она останавливалась, задерживая кончик ручки над бумагой. Затем снова делала короткую запись. На соседнем планшете уже была начерчена грубая схема поля боя. Стрелки, круги, отметки времени. Она пыталась буквально заново собрать сражение, шаг за шагом, как если бы могла таким образом заглянуть в саму логику действий Легиона и использовать это понимание в следующей операции. Но даже при всей концентрации, постоянно возвращаясь к одному и тому же моменту сражения, с каждым разом становилось труднее. Она на секунду прикрыла глаза, медленно выдохнув. Затем вновь открыла их и заставила себя продолжить запись. В этот момент в дверь тихо постучали. Звук оказался настолько неожиданным в вечерней тишине кабинета, что Лена даже вздрогнула, прервав размышления. Она моргнула, словно возвращаясь издалека, после чего аккуратно положила ручку на стол и закрыла тетрадь. — Входите. Дверь приоткрылась. В кабинет вошёл уже знакомый ей за последнее время посыльный. Фуражка была надвинута на глаза так низко, что почти полностью скрывала его взгляд, оставляя видимыми только нижнюю часть лица и слегка напряжённую линию губ. Он подошёл к столу уверенным, но всё же немного скованным шагом. Остановился и встал по стойке смирно. Металлическая пряжка ремня тихо звякнула, когда он резко поднял руку к козырьку, отдавая честь. — Полковник Миризе, вам письмо. Голос Сео прозвучал негромко, но чётко. После этого он сделал шаг вперёд и протянул ей конверт. Лена взяла его, на секунду задержав взгляд на бумаге. За последние недели этот парень стал появляться у её двери слишком часто. Его кандидатуру предложил Йонас. Идея была проста, Сео мог доставлять письма, документы, и иногда даже небольшие пакеты, не привлекая лишнего внимания к персоне самого Йонаса. Обычный посыльный в штабе никого не интересовал, а значит и его визиты к полковнику выглядели совершенно естественно. По крайней мере, на первый взгляд. Лене эта мысль не нравилась с самого начала. Слишком опасно. Если кто-то заподозрит что-то лишнее, последствия могут оказаться катастрофическими. И больше всего пострадает именно он, которого просто использовали как связного. Не единожды она возражала против его кандидатуры, но спорить с Йонасом оказалось бесполезно. А когда сам Сео с огнем в глазах говорил, что хочет хоть чем-то помочь своим товарищам на фронте, Лена просто не нашла в себе сил продолжать спор. И теперь он стоял перед её столом. Лена несколько секунд просто держала конверт в руках, ощущая под пальцами плотную шероховатую бумагу. Он был самым обычным на вид. Ничем не отличался от десятков других писем и документов. Медленно выдвинув верхний ящик стола, она достала небольшой нож для вскрытия писем. Тонкое металлическое лезвие холодно блеснуло в свете лампы. Секунду она просто смотрела на конверт, потом аккуратно поддела край. Движение получилось привычным и точным. Лезвие легко скользнуло по бумаге, оставляя ровный разрез вдоль края. Отложив его в сторону и осторожно вытащив письмо, она развернула его, сразу заметив достаточно элегантный почерк. Аккуратные вытянутые буквы, ровные строки, чёткие интервалы между словами. Почерк человека, который привык писать быстро, но при этом не позволял себе небрежности. “Полковник Миризе, постараюсь быть краток. Мы Вас не информировали, Шин скорее всего Вам сообщил, но если нет, узнаете от меня. У нас есть способ точно определить, где находится резервная база управления Легиона. Сейчас я разрабатываю инструкции и предварительные расчёты для выполнения данного плана. Будем отправлять их частями на одном из транспортных самолётов. Когда они все будут у Вас, передайте их Майору Пенроуз. Она должна разобраться и понять, что нужно сделать. С уважением, Змей.” Она уже собиралась сложить письмо обратно, когда взгляд зацепился за крошечные строки в самом низу листа. Они были написаны значительно мельче, почти незаметно. Лена слегка прищурилась и наклонила лист ближе к свету лампы. “P.S. Так как у меня нет информации о Вашем внутреннем устройстве на Вашей базе, строить план действий придётся Вам. А, и ещё, продумайте план Вашего побега на фронт. Сообщать о всём плане не советую. Особенно Капитану Ноузену. Пусть он останется в неведении.” Несколько секунд она просто смотрела на эти строки. «Побег на фронт». Она медленно выдохнула. Эти строки звучали слишком спокойно для того, что на самом деле означали. Лена осторожно перевернула лист, проверяя обратную сторону. Никаких дополнительных пометок больше не было. Только пустая бумага. Она ещё раз пробежала глазами по письму, словно проверяя, не пропустила ли что-то. Затем аккуратно сложила лист обратно и вернула его в конверт, а после протянула конверт Сео. Парень принял его почти мгновенно, но всё же на секунду замешкался, словно инстинктивно почувствовал, что содержимое письма было далеко не обычным. Лена подняла взгляд на дверь кабинета, проверяя её,, прислушалась к звукам за ней. Тишина. Только после этого Лена снова посмотрела на Сео, и её голос стал значительно тише. — Избавься от письма... И мне нужно, чтобы ты кое-что передал младшему лейтенанту Йонасу. — Что же именно? — Пусть пришлёт мне список людей, — медленно произнесла Лена, немного понизив голос. — кому он действительно доверяет. Тех, в чьей работе он уверен, и кто, по его мнению, не сотрудничает с военной полицией. Она говорила спокойно, но каждое слово подбирала очень внимательно. Параллельно её рука уже двигалась по бумаге. Ручка быстро скользила по листу, выводя короткие, сухие и лаконичные строки. — Если в этом списке будут изменения, пусть сразу сообщает, — продолжила она, не отрывая взгляда от листа. — Причём мне нужны не только люди из штаба. Лаборатории. Склады. Архивы. Транспортные службы. Любые места, где может быть важная информация или доступ к чему-то важному. Ручка на секунду остановилась. Она чуть нахмурилась, словно мысленно прокручивая возможные варианты. — Пусть добьётся, чтобы охранника у моего кабинета и того, что охраняет Аннет, заменили. Всё было сформулировано предельно сжато. Если бы этот клочок бумаги попал в чужие руки, он выглядел бы как обычные служебные заметки. Лена поставила последнюю точку. Затем аккуратно вырвала лист из тетради. Бумага тихо шуршала, когда она несколько раз сложила её, превращая в маленький аккуратный свёрток. Протянув его Сео, он взял бумагу почти незаметным движением. Он слегка повернул руку и свёрток исчез в рукаве. Точнее, в одном из скрытых карманов на протезе. Движение было настолько плавным, что если бы кто-то наблюдал со стороны, он бы просто решил, что солдат поправил форму. Сео на секунду задумчиво наклонил голову. — Что-то ещё? Лена секунду молчала, а затем ответила: — Нет. Это все. Сео молча кивнул. — Как вам будет угодно, Ваше Высочество. Он поправил фуражку, снова принял строгую стойку и отдал честь. После этого развернулся и направился к двери. Лена некоторое время просто сидела неподвижно, глядя на закрытую дверь. Только когда шаги Сео окончательно стихли в коридоре, она медленно опустила голову. Локти легли на стол. Она закрыла глаза и обеими руками мягко надавила на виски, начиная медленно их массировать. Усталость, которую она до этого почти не замечала, теперь начала постепенно наваливаться. Но теперь к этому добавилась ещё одна задача, и она была куда более сложная. Теперь ей предстояло сделать то, что она в голове сама продумывал время от времени. План побега. Не просто гипотетический, а реальный. Она понимала, насколько это масштабно. Слишком много неизвестных переменных, людей, которых придётся задействовать и при этом не подвергнуть лишней опасности. † Вечером следующего дня Аннет была совершенно измотана. Каждое движение давалось с трудом, а ноги, словно не желая больше слушаться, подкашивались под тяжестью всего дня. Она устало бросила стопку планшетов на стол, так что один упал с глухим ударом на пол, и, не желая больше сопротивляться, медленно направилась к дивану в своём кабинете. Сев на край, она тут же с глухим вздохом рухнула на всю его длину, раскинув руки и слегка приподняв голову. Лицо было скрыто под несколькими полосами волос, которые она лениво откинула, чтобы хоть немного открыть глаза, устремив взгляд в бесцветный, ровный потолок. Каждое мышечное движение давалось с трудом, и всё тело казалось тяжелым, словно камнем нагруженным. В голове сидела только одна мысль: — Как же я устала… — пробормотала она, почти не ощущая звука собственного голоса. Сняв очки, она положила их на грудь, прижала ладони к вискам и позволила себе на мгновение закрыть глаза. Её дыхание постепенно выравнивалось, лёгкая дрожь оставалась только в пальцах. Она уже намеревалась хоть на пару минут отвлечься, забыться, и погрузиться в этот редкий, тихий отдых, когда в дверь кабинета послышался стук. — Да черт возьми… — простонала она, слегка повернув голову в сторону двери, надеясь что тот, кто стучит, подумает что она спит, и не станет настойчивее. Но человек, стоящий за дверью, явно не собирался отступать. Стук повторился, затем ещё раз, каждый раз сильнее, чем предыдущий. И когда настойчивость достигла предела, Аннет сдавшись, с едва слышным вздохом произнесла: — Да входите уже! Её голос был раздраженным, ленивым, лишённым силы. Она медленно приняла сидячее положение, опираясь на спинку дивана, и усталыми глазами провела взглядом по комнате, пока дверь медленно открывалась, позволяя войти человеку, одетому в строгую форму офицера Республики, цвета тяжёлой, холодной берлинской стали. Погоны на плечах блестели мягким светом лампы, чётко обозначая ранги и авторитет. — А... это ты... Лена. — выдавила из себя Аннет, её голос дрожал от усталости, а тело снова дало слабину и она медленно вернулась в свое предыдущее положение, позволив себе рухнуть обратно на диван. Широкий жест рук, вытянутых вдоль корпуса, словно показывал: я слишком устала даже реагировать на присутствие кого-либо. Лена закрыв дверь осталась на пороге, её взгляд пробежал по комнате, оценивая состояние Аннет. Аннет медленно вздохнула, позволяя себе ещё на миг закрыть глаза, ощущая, как напряжение дня постепенно стекает с её плеч. — Привет, Аннет… — голос Лены прозвучал тихо, осторожно, с оттенком вины, которая словно тянулась в каждое слово. Её взгляд не мог скрыть того, что ей действительно жаль. Аннет, не поднимая головы, выпустила короткий вздох и пробормотала сквозь прищуренные глаза: — Бесстыдная и Безжалостная Королева... — голос был сухой, едва слышный, но в нём сквозила усталость и раздражение. — Мало того что знаешь, что у меня сегодня плохое настроение, так ещё и заявляешься почти под час ночи. Лена, словно смягчённая этим недовольством, медленно подошла ближе, тихо опускаясь на колени рядом с диваном. Её руки сложились в мольбе, надеясь лишь на снисхождение. — Ну прости меня... — произнесла она тихо, чуть наклонив голову набок. — Я тебе сладости куплю, только смилуйся... Аннет медленно перевела взгляд на её лицо, изучая каждую деталь. Напряжённые брови, едва заметная дрожь в уголках губ, глаза, которые искали прощения. И в какой-то момент, глубоко вздохнув, она позволила взгляду снова упасть на потолок. — Ну? — наконец произнесла она, слегка прикрыв глаза. — Что там у тебя? В комнате стояла тишина, которую разрезали лишь лёгкие, едва слышные шорохи одежды Лены, которая не спеша наклонилась ближе, её волосы мягко коснулись плеч Аннет,. — Ребята на фронте знают, как можно определить место нахождения центра управления Легиона... — шептала Лена, так тихо, что слова едва шевелили воздух в комнате. На мгновение Аннет замерла. Слова словно встряхнули её усталость, обнажая удивление, которое сразу же вспыхнуло в её серебристых глазах. Она медленно повернула голову обратно к ней, внимательно следя за ней. Внутри всё ещё звучал звон усталости, но глаза Аннет заискрились интересом. Она осторожно посмотрела в сторону двери, и снова вернулась к Лене. — Как... ты об этом узнала? — спросила Аннет едва слышно, с ноткой удивления. Лена слегка опустила взгляд, будто сомневаясь, стоит ли рассказывать всё, но затем, собравшись, заговорила ровнее, чуть уверее: — Мне принесли письмо от Принца Вика. В нём он обрисовал общий план того, что нам нужно делать. Подробные инструкции они пришлют позже. Аннет прикусила губу, глядя на Лену, словно пыталась оценить каждое слово, взвесить его значение. Она провела взглядом по комнате, по столу. — Допустим... — произнесла Аннет медленно, растягивая слова, как будто пыталась в них уловить скрытый смысл. — Но смысл им скрывать? Они могли бы сообщить об этом руководству напрямую. Лена вздохнула, лёгкий ветерок от открытой форточки зашевелил пряди её волос, и она медленно опустила взгляд. — Я думаю... тут всё из-за Вика, — сказала она тихо, почти не поднимая головы. — Официально он находится здесь в интересах Объединённого Королевства. А если вскроется, что он там, это станет проблемой. Не говоря уже о Фредерике. — Логично… — произнесла она, растягивая слово. — Тогда нахождение базы может отойти на второй или третий план. — В общем, наша задача — придумать план нашего побега отсюда. – произнесла Лена почти шёпотом. — Чего?! – громко произнесла она, но рука Лены так быстро закрыла ей рот, что этого вопля почти не было слышно. И только после того как она сама осознала это, Лена опустила руку, а Аннет произнесла уже шепотом. – Ты как это представляешь себе? — Я уже запросила у Младшего Лейтенанта Йонаса списки людей кому он доверяет, и тех, кто работает на нас. Аннет, медленно провела рукой по волосам, зачерпнув их, будто пытаясь унять внезапный прилив мыслей. — Времени ты не теряешь... Ладно, я тут при чём? — Мне нужно, чтобы ты придумала способ сообщения, – слегка наклонившись к подруге ответила Лена с блестящими в полумраке глазами, отражающими мягкий свет луны. – Для передачи важной информации. Аннет замерла. На мгновение комната будто сжалась, воздух стал плотнее, каждый звук приобретал вес. Она задумалась, пытаясь сообразить, как превратить свои знания, навыки, в что-то осязаемое, работающее, надёжное. — ... Что с вами поделать... — выдохнула Аннет, устало скользнув взглядом по комнате. — Ладно. Есть у меня идея. Только придётся переслать эти шифровки нашим друзьям на фронте. Лена слегка улыбнулась и быстро обняла её. — Спасибочки, – выдохнула она, прижимаясь к подруге, ощущая её тепло и слабое сердцебиение, которое всё ещё не успокаивалось после вчерашнего напряжённого дня. Аннет на секунду замешкалась, но потом, почти автоматически, обняла Лену в ответ. — Это всё, что от меня сейчас требуется? — спросила Аннет, голос её был тихий, но уверенный. — Да. План я уже пишу. Как будет готов примерный вариант, я сразу отправлю тебе. – ответила она. — Поняла. Ладно, иди давай. А то охрана начнёт думать что здесь что-то неладное. Аннет слегка улыбнулась, хотя её глаза уже начинали смыкаться от усталости. — Насчёт охраны... — Лена замерла у двери, слегка повернув голову. — Я попросила Йонаса, чтобы он подписал своих людей. Аннет кивнула, и Лена, медленно распрямляясь, направилась к выходу. Звуки её шагов мягко гасли в коридоре, оставляя комнату наполненной тишиной и едва уловимым дыханием Аннет. Она позволила себе вновь перевернуться на спину, левая рука устало свисала вдоль дивана, почти касаясь пола, а глаза начали смыкаться. Через несколько секунд её тихое сопение заполнило комнату, смешавшись с мягким светом, тишиной и ощущением, что на мгновение мир за стенами кабинета перестал существовать.