Картина. Шкаф. Разврат.

... – Ты же никому не рассказывал о расследовании? – своим непоколебимым тоном, спросил Вагнер, а после склонил голову в бок и слегка улыбнулся. После, он достал из кармана своего кителя тряпчаный платок, и протянул его Немо, со словами «Вот держи... Солдатам не к лицу слёзы». Немо, или же Вальтер, смотрел на этого человека-футляра, с некой опаской. Но всё же помахал головой в знак протеста. – Он мне не нужен. Я не собираюсь плакать. – со стоическим выражением лица ответил парень, а мужчина в это время лишь спрятал платок обратно в карман, после чего продолжил: – Отныне правила меняются. – выражение лица Вагнера опять налилось той серьезностью – Я не буду докладывать на тебя в штаб, а ты продолжишь расследование, договорились? У меня на тебя большие планы. – Но подождите... – опешил Немо, понимая, что это немного не правильно. – Меня здесь все видели. Вдруг кто-то проговориться? – Это вряд ли. Почти никто не знает дезертиров в лицо, да и сверху не любят об этом распространяться, что бы не подорвать авторитет и престиж армии.... Дезертирство не придаёться огласке, только в редких случаях устраивают показательный расстрел. Остальных глупцов устраняют тихо. В любом случае твоё настоящее имя никто не знает, и мы тоже забудем о нём на какое-то время. Оставайся пока Немо. – об устранении дезертиров, Вагнер говорил как о чашке кофе, но последнее предложение он сказал более мягко, приближенно к даной ситуации. – Сколько это будет продолжаться? – неуверенность Вальтера вроде бы улетучилась. – Это зависит от тебя. Чем быстрее ты расследуешь преступление, тем меньше риску подвергнешься. – Я останусь здесь? В казарме? – Разумеется. – ответил Вагнер, делая акцент на «р». – А что со мной будет после расследования? – Давай не заглядывать в будущее. Подождём немного. Если будешь предан мне, я отплачу тебе той же монетой. Немо поджал губы, пребывая в глубоких раздумиях. «Хорошо», ответил парень, после недолгих , но упорных раздумий. – Будем считать, мы договорились. – и мужчина, соединил пальцы. От него веяло злодейской, но завороживающей аурой. – Хорошо. – опять Вальтер повторил это слово. А что Немо оставалось делать? Неожиданые факты о прошлом, заставили пересмотреть планы. Все козыри оказались в руках Вагнера, и Немо совсем не понимал, как его обыграть. – Надеюсь, Немо, ты понимаешь, какую услугу я тебе оказываю. – Понимаю. Я не подведу вас. – твёрдо ответил парень. – С тобой приятно иметь дело – усы Олдрика слегка приподнялись в лукавой ухмылке. А парень лишь угрюмо кивнул. – Ладно. – Командир тяжело вздохнул, готовясь что то сказать. – Есть другая новость. Скоро сюда приедет Генерал, он не должен тебя видеть. Сам понимаешь причину. – Вагнер незаметно начал нервничать. – Мне нужно спрятаться? Обо мне никто случайно не расскажет? – Он общаеться только со мной и членами отряда. Посиди пока в кабинете, я сказал Оливеру, что бы он передал ребятам о тебе помалкивать. Немо слегка нахмурился, не разделяя спокойствия Вагнера, ведь авторитет Оливера считался мизерным.... К кабинету Вагнера уже долетали приглушённые голоса, а после, и вовсе раздался стук в лверь. Вагнер, с коротким «Мне пора», взял ключи со стола и пошёл за дверь. Щёлкнул замок, и вот, Немо один на один с этим местом. Ещё некоторое время, Немо сидел и прислушивался к голосам за дверью, боясь даже шевельнуться. Но, вскоре страх улетучился. Парень поднялся с места начиная осмотр кабинета. Глобус, который кажись, здесь стоит ради декора. Книги о военном деле, бланки. Все шухляды стола Вагнера были закрыты на замок. «Вот же ж... Хорошо он секреты свои прячет... Наверное на то он и есть командир», подумал Вальтер приближаясь к картине. Кажись, только она разукрашивала эту обстановку. Она была похожа на одну из картин Рафаэля. А мазки её, так и передавал струящуюся воду. Да и при лучах солнца, краски играли ещё ярче.... Завороженный Немо, протянул руку к полотну, пытаясь влиться в поток мазков. Неверное движение, и картина слетела с крошечного гвоздя. – Чёрт... – Тихо выругался парень, который быстро прймал картину под низ, да бы не создавать много шума. Но вдруг, к глазу впала щель, достаточно широкая, да бы в неё что то увидеть. Всё ещё аккуратно держа картину, Немо заглянул внутрь, видя там ещё одну комнатушку. На архив не было похоже, разве что... Тайная комната! Немо бы ещё заглядывал внутрь щели, да бы доведаться что там ещё есть интересного, но за дверью послышался голос Вагнера, и ещё чей то. – Жаль что я не успел спрятать от тебя отчёты Оливера. Ха-ха. – сказал Олдрик, делая какой-то особый акцент на «успел спрятать». И об замок начал скребтись ключ. – Спрятаться! – пронеслось в голове Вальтера, и его взор упал на шкаф. Вагнер в свою очередь тянул время как только мог. И вот раздался скрип двери, и в кабинет вошли две пары военных сапог. Олдрик, с облегчением вздохнул, понимая, что парень понял намёк. Шмидт сел в кресло Олдрика, и продолжил: – Как поживает мой отряд? Есть успехи? Олдрик, прошёл к центру кабинета, а после к столу и начал искать нужные документы – Всё по старому. – не отрываясь от поиска, продолжил Вагнер. – У меня к тебе несколько вопросов, Олдрик. Слышал, что мои ребята приняли участие в разведке. Это так? – Кто тебе сказал? – Вагнер старался оставаться спокойным. – Не важно. Отвечай на вопрос. – голос Шмидта стал твердее. Олдрик затих, обдумывая ответ, и всё же, после раздумий ответил: – Да, я отправлял их на разведку. – по голосу было слышно, что Командир нервничает. А как тут не нервничать, если он прекрасно знал, что будет, если ослушаться Генерала. Палец Фрида раздражённо постукивал по столу, отбивая какой-то непонятный ритм. А после, рука сжалась в кулак, ударяя по деревянной поверхности – А кто дал тебе разрешение?! Может, ты считаешь, что волен поступать как заблагорассудится?! – Нет, Фридеманн не кричал, но его сжатый голос давал понять о его настроении. Вагнер забубнил себе что то под усы. – Они сидят здесь... Много вопросов.... Нужно научить.... – Меня не волнуют сплетни. Я отдал распоряжение, поэтому будь добр, выполняй свою работу как полагается. И... Кажеться, я говорил, что каждый из них – крайне важный экземпляр. – Ты прав, но, послушай, они же солдаты. Разведка для них – маленькая тренировка. – Правда?! Кажется, ты забываешь, кто из нас главный. И забываешь, какими полномочиями я тебя наградил. Раньше твое поведение восхищало меня, а теперь, получается, власть выбила из тебя дисциплину? Ти хоть понимаешь риски?! Какого черта та прислал в мой штаб Руфус?! Нарушил мон планы. Карла. Ему пришлось бросить основную работу, чтобы заняться...Как будто ти ни черта не понимаешь... В их головах важная информация! Любое повреждение может ее уничтожить!– а после, настала минута молчания. Позже, Шмидт вздохнул и продолжил– Ты ведь знаешь как ты должен вымолить у меня прощения, за ещё один твой случай самоуправства? – ... Да. Немо в свою очередь сидел в шкафу, дыша пыльным воздухом и держа в руках фуражку Олдрика которая ранее впала ему на голову. Когда раздался звук растягивания ремня, он вздрогнул, не понимая что происходит. Олдрик в это время, горя от стыда стоял на коленах меж ног Фрида. Пока тот с хищным удовольствием наблюдал за картиной. Конечно, за ежедневной службой, да временным «нерабочим» состоянием Виктории, Шмидт и вовсе забыл о плотских утехах. А тут вон какой повод приколупаться к Олдрику, почему бы и нет? А нижний в это время, по старой памяти, уже поглаживал пока ещё вялый орган Шмидта. Командир слегка прикусил нижнюю губу и отвёл взгляд, противясь этой картины. Конечно, это не впервые, но всё, какой бы это раз не был, стыдно и противно всегда. А член Фрида в это время быстро принял стойку. Вагнер решил не томить, да бы всё это скорее кончилось. Широко открыв рот, он губами обхватил лишь головку и тут же глаза закрыл. – Олдрик, открой глаза. – Голос Генерала был указательный и приказной. Брюнет не имел права ослушаться и открыл глаза, видя перед собой не самую приятную для себя вещь. – Давай, как я тебя учил. – Шмидт собственнически провёл рукой по волосах Олдрика, да сжимая их на затылке, тем самым подталкивая его к действию. Нижнему ничего не оставалось делать, как подавить рвотные рефлексы и насильно натянуть себя хотя бы на половину. – Во-о-от... Молодец. Внутри себя, Вагнер материл Шмидта и проклинал, ну а на данный момент, он языком пытался ласкать головку. – Какой же ты медленный. Но я то ведь знаю, на что ты способен... – завораживающее сказал Генерал, сильнее сжимая волосы цвета брюнет, да одним движением натягивая его на всю длину. Наконец то, Шмидт облегчённо вздохнул, а Вагнер замельтешил, пока с его глаз невольно скатывались слёзы. Думаю, это слёзы от переполняющих, в буквальном смысле, чувств. Положив обе руки на разведённые бёдра Фрида, тем самым находя точку опоры, Олдрик потянул голову вверх, не забывая языком прохаживаться по рельефным венкам. Наконец то, нижний смог отдышаться, на мгновение выпуская член изо рта. А что Шмидт? Ооо, ему определённо нравиться, то как Вагнер унижаеться, да бы его не сняли с должности Командира. То, как он жмурил глаза, как губы напрягались, как от тяжести роботы он тихо мычал, то, как он возбуждался сам того не понимая, очень будоражило Фрида. Не давая Олдрику нормально перевести дух, он опять натянул его голову на свой половой орган, а с горла сорвался гортанный но тихий стон. Нижнему уже ничего не оставалось делать, как просто ублажать ненасытного Генерала. Немо сидел в шкафу и ахуевал в прямом смысле. Увидев через щель, что там происходит, Вальтеру больше всего хотелось провалиться под землю и забыть это навсегда. Но, увы... Командир пытался выстроить какой-то ритм движений головой, но это было так тяжело, так унизительно... – Посмотри на меня Олдрик. – слегка дрожащим голосом сказал Шмидт, всё сжимая волосы на затылке нижнего. А тому в свою очередь оставалось только поднять шампанские очи на своего Генерала. – Видела бы тебя Марлена... Такого жалкого... Ох... Чёрт... – Молвил Шмидт, ощущая скорую разрядку. Олдрик тоже почувствовал это и хотел было отстраниться, но сильные руки не дали. И вот он, кульминационный момент, ради которого, как говориться, мы все тут собрались. Фридеманн, посмотрел на Олдрика так, что дал ему понять, мол если он выплюнет, ему не поздоровиться. Вроде бы всё. Оба мужчины приводили себя в порядок, пытаясь вести себя как можно непринуждённо, но вдруг, из шкафа раздался громкий чих.