Не последняя встреча

19 июня 1942 года Шум в коридоре разносился эхом и бил по ушам, а потому Жорж Дантес решил выйти на улицу. Здесь было тихо. Пасмурная погода, легкий ветерок и запах сосен приводил в порядок и успокаивал. В такое время сложно успокоится, но это то, что необходимо. Рука и нога его были ранены, и потому он находился сейчас в госпитале. Уже почти все зажило, и вот он скоро отправится с другими солдатами на новую точку, охранять и поджидать на территории врага. -Хорошо та как — послышался сзади чей-то мужской голос, который приближался. Это был мужчина на вид 35 лет, черные немного кудрявые волосы, которые были обмотаны бинтом и такие же черные усы. Сам мужчина был одет в солдатскую форму. Он встал рядом с Дантесом, параллельно рассматривая лесную степь. -Просите? — спросил Жорж не понимая, ему ли это было сказано. -Говорю , день сегодня хороший, дышать аж легче Взгляд Дантеса остановился на перемотанной голове и усмехнувшись он ответил: -А по вашéй голове так и не скажéшь -Говор у тебя как-то…. Не местный. Не русский чтоль? — удивленно спросил мужчина осматривая Дантеса с ног до головы -Я не русский, я француз -И что же тебя француза в русскую армию занесло? -Я уже давно достаточно тут живу. Приехал, чтобы работать учителем французского. Да вот не по…везлО и отправили вóевать, как война началась -Понятно, да вот только чего не повезло? Ты за Русскую армию сражаешься! Гордиться надо. Скоро победим — Он ударил его по плечу, от чего Дантес дернулся. «Un homme avait une bonne main et son physique était solide. Les filles courent probablement» — подумал про себя Дантес -Чего такой дерганый, боишься? — с насмешкой сказал Мужчина -А кто не боится? Qui n'a pas peur de mourir? -По французскому не понимаю, но если ты про страх смерти, то это да… но надо уметь жить, надо не падать духом и тогда будет легче, — мужчина смотрел своими проницательными глазами прямо в душу Дантесу. Что-то привлекало его внимание. Сердцебиение ускорилось и Жорж хотел что-то еще спросить, чтобы это чувство оставалось с ним еще, но мужчина сказал раньше него — Ладненько, я пойду, еще увидимся может, — он развернулся и уже пошел в сторону госпиталя, который раньше был то ли школой то ли музыкальным училищем, но потом остановился и дополнил — ты давай это, не паникуй. Хорошо все будет, не зацикливайся — и он ушел Дантес смотрел ему в след, даже после того как его длинная крепкая фигура скрылась за поворотом здания. Он чувствовал странное чувство которое сложно описать ни на русском, ни на французском, но оно притягивало и сбивало дыхание. Мысль о русском солдате не выходила из головы , и лишь тогда он понял. Он понял, что не спросил его имени. Все что он помнил о нем — это усы, добрый, храбрый, проницательный взгляд, обмотанная бинтами голова и бархатный голос, от которого у Дантеса пошли мурашки. 21 августа 1942 года Прошло около двух месяцев с той встречи, а загадочный мужчина все не выходил из головы Дантеса. Он делал как тот и говорили, старался жить каждым днем. Но паника не всегда выходила из его головы. Он хотел найти того мужчину, что так запомнился у него не только в голове, но и казалось, что в сердце. Кого бы он не спрашивал, никто ему не отвечал. Одни разводили руками, другие находили, да вот только это был не он, а похожий человек. Нынче много черноволосых людей с усами и пробитой головой. А бывали и те, кто гнал его куда подальше за его Французский акцент. Дантес уже стал опускать руки, да и вовсе думать, что тому привиделось на нервной почве или пошли галлюцинации от того шума в коридоре, так и его раны подбросили масло в огонь. Пока не случилось страшное…. Нападение на их базу произошло поздно ночью, в районе трех-четырех часов. Немцы их выследили и забежав пока те спали, стали расстреливать и взрывать. Какая-то часть проснулась, как Дантес, а какая-то и вовсе уснула навсегда. По чистой случайности Жорж запрятался под труп своего товарища с которым он толком не общался ,и притворился мертвым. Он понимал, что долго так не протянет и надо выдвигаться, но как? Попробуй он убежать, так его сразу заметят и прострелят спину, ногу, руку или бошку, что угодно, но так или иначе он умрет. А потому надо было действовать иначе. По такой же случайности он повернул голову вбок и увидел лежащего мертвого немецкого солдата, которого можно было сразу определить по его форме. Да, кто-то из его товарищей пытался отбиваться и даже смог кого-то убить, но противник был сильней. В комнате никого не было, так как всех расстреляли и пошли обчищать другие комнаты и находить боеприпасы. Но явно так будет недолго, скоро они и сюда придут, чтобы повторного проверить мертвых и порыскать под кроватями и лавками. Дантес сделал глубокий вдох, осторожно ползком вылез из-под товарища и пополз к немцу. Пощупав пульс он окончательно убедился, что тот мертвый, и очень тихо, стараясь не издать сильно громких звуков, стал раздевать мертвеца. Он надел на себя его рубашку, большой толстый ремень и каску, которая могла хорошенько перекрыть его лицо. Он спокойным шагом пошел по комнате и вышел из нее. Чтобы пробраться к выходу ему надо было пройти три комнаты , которые были скреплены одним лишь дверным проходом с белой длиной тканью вместо двери. Дантес вышел из комнаты и оказался сразу в другой. Там находилось три немецких солдата, которые шарились по карманам мертвых солдатов. Жорж старался идти спокойно и уверенно, надеясь, что к нему не будет вопросов. И какой же он везучий, но ему удалось. Ему удалось пройти все три комнаты без всяких вопросов к его личности. Пару раз он ловил на себе косые взгляды, но они были невнимательными и недолгими. Выйдя из бомбоубежища он сразу рванул сломя голову в ближайший лес. Он бежал и пытался понять, что сейчас произошло. Всех его товарищей убили, а он единственный выжил, только чистой случайности и везению. Он бежал долго, хоть и не знал куда. Он просто хотел сбежать с того ужасного места, хотел забыть тех первых людей. Хоть у него там и не было друзей, но он не мог смотреть на тех, кто еще пару часов назад был живой и по большей части радостный.

***

22 августа 1942 год Звенящая боль разнеслась по уху и скуле. Ему дали пощечину. От этого удрала он моментально проснулся и начал оглядываться. Перед ним стояло два русских солдата, один стоял ближе и вероятнее всего он то и зарядил пощечину, а другой стоял чуть подаль и направлял автомат на Дантеса. Он сидела на стуле, а руки его были связаны сзади. Жорж хотел что-то предъявить, но близстоящий солдат его опередил: -Доброе утро! Или как это по вашему — Guten Morgen! Проснулся, говорил же, что вмазать надо хорошенько и очнется -И что с ним эдаким делать? Пытать? — спросил чуть тише второй солдат. Он был напуган, хоть и с ружьем, в отличие от второго, который дерзок на язык, сразу было видно -А что предлагаешь? Конечно пытать. Узнаем мы у него, где другие и генералу скажем. -Может сразу его позовем? А то мало ли -Ты что как баба что ли? Не боись, нормально все будет — он отобрал у товарища автомат и опять направил на Дантеса — Фриц, давай, где ваше жилище. Говори по доброму, сразу, а то вон, пристрелю на месте. Так еще так пристрелю, что мучится будешь долго Дантес пытался понять что происходит. Резко он почувствовал какую-то боль в запястье. Она была не новая, она пульсировала еще давно, но только сейчас ярко дала о себе знать. Что-то капало с завязанных рук и по догадкам Дантеса — это была кровь. Они пытались его разбудить ранением в запястье? -Чего? Я не фритц — придя наконец в себя сказал Жорж, со своим французским акцентом — я бегал от Немцев, одел их одежду, чтобы бежать. Я оторвался…., нас убили всех! — его голос дрогнул, в голове промелькнули мертвые товарищи, лежащие в крови, с закрытыми или открытыми глазами и маленькими, пустыми зрачками. -Ай посмотри! Врет как дышит! Как по русскому балаболит! А акцент то выдает — все не унимался близстоящий солдат. Он достал из карманна ножик и поднес его к горлу Дантеса. Тот пытался отвести как можно дальше голову, но дойдя до предела лезвие все же коснулось его, но не порывалось резать -Я француз! Француз! — Как резаный закричал Жорж — Я приехал из Франции, работал учителем французского, потом война, я тут, там в армии! Потом немцы пришли, убила! Я бегал! Одел их форму, чтобы бежал! Я в Русской армии, Русской! -Миш, а если правда, наш? Давай генерала позовем, убери нож -Что ты его слушаешь, он только уши заговаривает — близстоящий хотел уже воспользоваться ножом, но его остановило резко открывшиеся дверь -Что черт возьми происходит?! Что за оры — Голос был грубым, мужским, громким и…бархатным… Как у того мужчины. Дантес сразу узнал этот голос, но посмотреть не мог. Его голова была задрана назад, и если он опустит голову хоть немного вперед, то он наткнется на лезвие -Мы немца поймали, товарищ генерал -И вы его ножиком пытаете? Меня почему не осведомили? Отставить рукоприкладство — По звукам можно было понять, что мужчина подошел к близстоящему, отобрал у него автомат и нож, а потом осторожно вернул голову Дантеса в нормально положение Дантес поднял глаза и увидел того мужчину. Нет, ему тогда не показалось, это было не его воображение, это был он. Тот самый проникающий взгляд, только сейчас он был обеспокоенным и озадаченным. Рот Дантеса сам по себе раскрылся, хватая воздух из-за сбитого дыхания, и заулыбался. Мужчина еще какое-то время рассматривал Жоржа, будто вспоминая его, а потом сказал: -Француз, это ты? Чего ты тут делаешь? Почему на тебе немецкая форма? -Я был в бомбоубежище, с товарищами. Пришли немцы, они убивали всех, а я одел их форму и бегал. Потом тут оказался -Развяжите его, он наш. Да, нерусский, но за нас борется, это точно. Мы вместе в госпитале лежали. Я потом чисто из интереса подходил, спрашивал откуда он. С соседней он группы. Так что наш Парни развязали Дантеса. Веревки были окровавлены. Он посмотрел на свою руку, та была поранена глубокой, свежей раной -Хорошая рана, парни, принесите бинты с водой, щя исправим это дело — Мужчина осторожно взял руку Дантеса параллельно рассматривал рану Парни принесли стакан с водой и бинты. Мужчина смочил тряпку водой и осторожно начал убирать кровь. Несмотря на то, что это была вода, все равно было больно даже от легкий прикосновений -Putain — выругался Дантес -Потерпи — и все-таки бархатный голос успокаивал Жоржа и вся боль забывалась — Как ты так? Свежая… -Я не знаЮ, ай…., у меня этого не было -Как это? — мужчина начал обвязывать запястье бинтом. Он посмотрел на стоящих в стороне парней — ваши проделки? — Они молчали — вон отсюда, сами решили по геройствовать? Я с вами еще поговорю…- парни быстро выбежали из комнаты — все. Ты как? Дантес не отрывал взгляда с мужчины, сердце безумно колотилось, бархатный голос раздавался в ушах, а румянец заполнив все внутри, перешел на щеки —Хорошо -Вот и славно… говоришь…убили там всех? -Да… А я вас вспомнил и додумался, чтобы немецкую форму одеть -Во-первых: надеть, а во-вторых : молодец. Я знал, что ты не пропадешь. Как звать тебя? Помню когда спрашивать что что-то на Д или Ж или Ш? -Жорж Дантес, а вас как зовут? А я то не спросить тогда, а вы не выходите у меня с головы -Я Константин Данзас. Для других Константин Карлович, Генирал, но для тебя можно просто : Костя. Дантес широко улыбнулся. Костя…. Наконец-то он узнал его имя, наконечно он его нашел. А он не изменился. Только бинтов на голове нету, а так все также…. Прекрасен.

***

2 Ноября 1942 года Данзас и Дантес хорошо сдружились за 4 месяца. Стали лучшими товарищами. Но между ними было что-то иное. Какая-то близость. Нежная, спокойная, любящая, которая раньше не была с ними. Их разница в возрасте была чуть больше 10 лет и это забавляло их двоих. Дантес видел в Данзасе взрослого, самостоятельного, опытного, красивого мужчину. А Данзас в Дантесе видел слепого котенка, глупого и маленького, но если узнать получше, то там настоящий тигр. Жорж напоминал Косте себя в молодости. Того одинокого, глупого, беззащитного Костю, который нуждался в помощи и поддержки. И потому Данзасу так хотелось защитить и быть рядом с Дантесом. Теперь они были в одном отряде и каждый день проводили вместе. Иногда выходили на новые походы, выдвигались в разведки и всегда были вместе. Всегда…. Была ночь. Издалека послышались выстрелы. Начался бой. Все встали на свои позиции и начали сражаться. Бой был долгим и тяжелы, он продлился до самого утра. Все утихло, они победили, но многих потеряли. Данзас обходил местность, проверяя живых и мертвых. Кого-то он находил мертвыми, кого-то перевязывали медсестры, которые только что прибыли. Но он искал одного — Дантеса. Он искал его везде, но не находил, он боялся увидеть его мертвым…. Лежащим без дыхания… он боялся его потерять, не спасти. И вот обойдя уже все, он заметил вдалеке еще один окоп. Заглянув туда он увидел Дантеса. Живой. Валялся в земле и пытался отдышаться. Видно отходил от боя -Жоржик, ты как? — он прыгнул вниз. Тот не отреагировал на его слова и продолжал смотреть в одну точку. Это насторожило Данзаса и руками он осторожно повернул его голову в свою сторону, чтобы взглянуть ему в глаза - ты чего? Ответа не последовало. Только взгляд, напуганный и беспомощный -Жорж, чего молчишь? Все хорошо? Ты вообще чего тут? Ты разве из окопа должен был стрелять? -Я убил человека…. Своими руками… я лишил его жизни… всего , что у него было… -Первый…? Дантес кивнул -У меня было такое же… Только давно еще… Пойдем? Если хочешь можем по дороге об это поговорить… Дантес нервно замотал головой. Он попытался встать, но что-то ему помешало и он сразу же рухнул на землю -Ты чего? Равновесие потерял? Дантес убрал левую руку с живота, она была вся в крови. Только сейчас Данзас заметил, что все это время он держал руку на животе с боку. Рубашка в этом месте была порвана и оттуда чуть ли не рекой шла кровь. Данзас сразу ринулся рассматривать рану -Твоюж… Дантес, почему ты не сказал, что ранен?! Так, давай я сейчас тебе помогу и мы выберемся от сюда. Наверху были медсестры они тебе обязательно сейчас помогут — Данзас подхватил под руку Дантеса, осторожно, чтобы тому было легче встать. Он если стоял на ногах и потому падал на Данзаса. Шаг и нога проваливается в мягкую землю. Выбраться невозможно, особенно когда на тебе груз. Но Данзас не прекращает попыток, он пытается одной рукой вскарабкаться, ухватиться за что-то, но вокруг земля и он все поскальзывался и падал. Дантесу плохо, он отталкивается от Данзаса и падает на землю -Не надо…. Это бесполезно -тихо и хрипло все еще со своим акцентом говорит Жорж -Хорошо, лежи, я позову сюда медсестру -Halte, останься, пожалуйста…. Побудь эту минуту со мной Данзас через сопротивление сел рядом на корточки. На глазах появились слезы. Он взял в одну руку руку Дантеса, а другую руку положил на его лицо, легонько поглаживая щеку -Пожалуйста, давай я сбегаю к медсестре, я быстро, прошу… -Je t'aime…. -Et je…- сквозь слезы сказал Данзас. Глаза Дантеса округлились, он не ожила, что тот говорит по Французски. Все это время он не говорил, что знает этот язык -Ты знаешь французский? И не говорил…? -Нет, не знаю, только пару слов. Мама преподавала этот язык, я не учил его, но некоторые слова знаю… Дантес улыбнулся. Дрожащими и окровавленными пальцами он взял Данзаса за лицо, притянул к себе и прикрывая глаза поцеловал его в губы. Мягкие, теплые губы касались друг друга. Это был поцелуй без спешки, полный нежности и доверия. Дантес почувствовал, как Данзас прижался к нему, обнимая за шею. Поцелуй углубился, став более страстным, язык Жоржа осторожно коснулся языка Кости, и мир вокруг них растворился. Остались только они двое, объединенные нежным, глубоким поцелуем полным любви. Их языки переплетались, они чувствовали головокружение и всплеск эмоций. Это то что было между ними, то о чем они мечтали, то чего им не хватало. Когда они наконец отстранились, в воздухе повисла тишина, прерываемая только учащённым дыханием. На щеках обоих играл румянец, а глаза были наполнены слезами. -Я сейчас приду, я позову девушку, она успеет, обещаю — он убрал руки с Дантеса и начал вскарабкивается. Земля все равно была мягкая и рыхлая, он утопал в ней и никак не мог выбраться. Все руки были грязными, потертыми , в мозолях. Он боялся не успеть, боялся не защитить его как хотел. Он схватился за какой-то корень из земли и опираясь на него стал опять вскарабкиваться. Но рука сорвалась и больно рвя ладони он упал спиной в землю. Он посмотрел на Дантеса надеясь что увидет его насмешку над ним, как это было обычно. Но тот сидел облокотившись на землю с закрытыми глазами. Данзас поднялся и ползком дополз к нему, он ухватился за его грязную от крови руку и начал щупать пульс. Его нет. Он не дышит. Слезы сильнее начали накатываться на глаза -Нет прошу, не надо…! -Голос дрожал. Руки тоже. Он схватил его за лицо не веря, что он не успел. Слезы потекли градом. Он прижал тело Дантеса к себе и зарыдал во весь голос. Он поглаживал его кудрявые волосы. Горькие стоны и всхлипы срывались с его губ. Ему было больно. Никогда он не чувствовал себя таким беспомощным. Он не смог защитить его…. Он так не смог себя простить… ________________________________ Тгк с информацией по фанфикам) - https://t.me/Notes_Pierrot