I’ll Love You Till the Day I Die

Минхо любит Сынмина. Той самой искренней любовью, как в книжках. Он любит его дурацкие чистоплотные привычки, из-за которых Минхо приходится тщательно мыть руки, прежде чем зажать щечки парня между своими ладонями; любит его смятение в моменты, когда Сынмин не знает, какую вкусняшку выбрать на десерт после ужина; любит мягкость его кожи, когда Сынмин касается кончиками пальцев, невесомо, но так тепло, так приятно. Минхо обожает его яркую улыбку и его глаза, наполненные невыплаканными слезами, когда Сынмин смотрит что-то грустное. Голос Сынмина звучит как самая приятная мелодия, даже если он ворчит на Минхо из-за того, что тот снова засиделся за работой допоздна. Минхо любит Сынмина всецело. Той самой искренней любовью, как в книжках. С тем самым условием: никакого секса до свадьбы. Как же так получилось, что они оба, будучи очень популярными ребятами и с отношениями за плечами, пришли к тому, что не хотят попробовать друг друга до свадьбы в сексуальном плане? Конечно же, это была идея Ким Сынмина. На самом деле, до встречи с ним, Минхо всегда думал, что это его мозг странно сгенерирован. Взгляд Минхо на этот мир всегда был весьма необычным, а незнакомцам было сложно понять его логику или мировоззрение. Но потом Минхо встретил Сынмина на дне рождении своего однокурсника Чанбина и сразу понял: этот парень его переплюнул по классу странностей. – Это правда, что ты измеряешь температуру в бассейне, прежде чем зайти туда? Сынмин переводит взгляд на стоящего в дверном проеме и упирающегося о него плечом Минхо, с интересом разглядывавшего его самого. Сынмин лишь бегло оглядывает симпатичного, но незнакомого парня, после чего возвращается к нарезке лайма для текилы. – Я терпеть не могу слишком теплую воду, потому в ней портится кожа. А в прохладной ненавижу ежится в первые секунды. – Понятно, – хмыкает Минхо, отталкиваясь от стены и кошачьей тихой походкой скользя в сторону парня. Оказавшись рядом, он наблюдает за тем, как идеально ровные кусочки лайма Сынмин откладывает на тарелочку, а те, которые, видимо, не угодили этому щеночку с ножом в руке, он откладывает на другую тарелочку, поменьше. – И какая должна быть температура? – 25 градусов. Допустимо 26, но это в крайнем случае. – Тебе не угодишь, да? – Минхо улыбается, его явно забавляет этот худой парнишка-первокурсник. Симпатяга вдруг останавливает руку с ножом, поворачивая голову в сторону Минхо и Минхо, кажется, влюбился в этот самый момент, лишь раз заглянув прямо в эти темно-карие, глубокие и словно неземные глаза, едва выглядывающие из-под густой челки. – Я просто стараюсь жить в комфорте. Я тебя даже не знаю, что ты- – Я Ли Минхо, – он тут же протягивает руку, продолжая улыбаться. – Я твой сонбэ с третьего курса, но ты можешь звать меня «хен». Это и стало отправной точкой их долгих отношений. Минхо узнал, что он жутко бесил Сынмина в начале, а еще узнал, что у него ОКР и все его привычки, скорее, не странные прихоти, а возможность спокойно сосуществовать с самим собой. И Минхо был влюблен в каждый его маленький каприз или привычку. А Сынмин увидел в этом хене самого понимающего человека во Вселенной. Прошло много времени и вот эти двое встречаются уже два прекрасных года, готовясь к следующему этапу в жизни - свадьбе. Минхо уже выпустился, а Сынмин скоро закончит обучение, поэтому оба решили, что пора. К тому же, сил терпеть уже не было. Да, Сынмин и правда был тем, кто инициировал обет на секс до свадьбы в их отношениях. Не то, чтобы они совсем ничего не делали, периодически помогая друг другу руками или даже ртом (любимые дни Минхо), но самого важного сближения не было, хотя оба безумно этого хотели. Но Сынмин был странным парнем, а еще однажды признался Минхо, что мечтает именно о таком: искренние чувства, ради которых ты пройдешь огонь и воду, и даже медные трубы в придачу, дойдя до свадьбы, как в сказках. Минхо же просто был готов пойти на все ради Сынмина. Потерпеть без секса ради любви - это не самое сложное в жизни. И вот, наконец, этот день настал. День, когда два сердца свяжут себя узами брака официально. – Я точно нормально выгляжу? – Минхо нервно теребит бабочку на горле, которая безумно тянет, кажется, не давая кислороду свободный доступ в легкие. Уровень волнения сегодня просто на высоте. Кажется, что Минхо ни разу в жизни так сильно не волновался, даже когда он делал предложение Сынмину. – Ты выглядишь отлично, но, пожалуйста, не мни ты эту бабочку! – восклицает Хенджин, шлепая по неугомонной руке Минхо. – Я не могу, я задыхаюсь, – честно признается Минхо. – А еще, я сейчас сдохну от волнения. – Не время умирать, особенно, когда твой самый красивый жених ждет тебя в соседней комнате. Минхо не сдерживает теплой улыбки, потому что слова Хенджина это чистая правда. Он еще не видел Сынмина, но знает, как сильно ему идут костюмы и белый цвет. Сынмин сегодня, определенно, будет похож на самого прекрасного принца. И этот принц свяжет свою жизнь с жизнью Минхо на самом официальном уровне. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, но это действительно так. – Так хочу его увидеть. – Скоро увидишь, и это явно произойдет быстрее, если ты не испортишь свой внешний вид. Минхо закатывает глаза, но Хенджин, в конце концов, прав. Сынмин хотел, чтобы в этот день идеальным было все, и Минхо обязан соответствовать всем пожеланиям своего любимого человека. Легкую суету над внешним видом Минхо нарушает Феликс, проскальзывающий в комнату, где готовится Минхо. Феликс был другом со стороны жениха Кима и, по-хорошему, не должен сейчас находиться с Минхо, шефство над которым взял Хван Хенджин в качестве его свидетеля, поэтому Минхо удивлен его появлению. – Что такое, Ёнбок-а? У Сынмина все хорошо? – Минхо оборачивается на вошедшего, а сердце ходуном ходит от волнения. – Все хорошо! – тут же успокаивает его Феликс, выставляя маленькие ладошки вперед. – Просто пришел на разведку. – Эй, у нас все под контролем, ты что, не доверяешь моей компетенции? – Хенджин упирается руками о бока, делая недовольную мордашку. Феликс улыбается в ответ своей солнечной улыбкой, поэтому с Хенджина быстро спадает вся его спесь. Противиться улыбки Ли Феликса совершенно невозможно. – Ты в этом лучший, хен. Мне просто нужно передать послание от Сынмина его будущему мужу. Минхо удивленно вздергивает бровь. Сынмин же мог просто написать ему, что за очередные гениальные идеи в голове у его жениха? Серьезно, из-за Ким Сынмина в жизни Минхо постоянно происходит что-то интересное. – Какое послание? – Вот, – Феликс протягивает Минхо свернутую бумажку, с виду похожую на полароидную фотографию. – Что это? – Минхо принимает так называемое послание, не спеша сразу же разворачивать его. – Сам посмотри. Я пошел, Сынмини ждет, – с этими словами Феликс уходит, закрыв за собой дверь, напоследок одарив своей улыбкой Минхо и все еще чуть недовольного, но только с виду, для образа, Хенджина. Минхо переглядывается с Хенджином, но Хван лишь пожимает плечами, возвращаясь к тому, чтобы убрать все до единой ненужные ворсинки с пиджака Минхо. Сам Ли же в это время отходит в сторонку, не без волнения разворачивая бумажку и мгновенно сворачивая ее обратно от шока. Кровь внутри тут же начинает бурлеть, а сердце словно замирает на несколько секунд, после вновь начиная биться с большей силой. Это не то, что ожидал увидеть Минхо. Худо бедно взяв себя в руки, он вновь разворачивает фотографию. Да, это действительно фотография. Но вот ее содержание… На полароиде Сынмин, и это точно он, хотя лицо его и прикрыто ладонью, сидит на белоснежном диване в такой же белоснежной и полностью распахнутой рубашке, широко расставив длинные ноги, которые так обожает Минхо. Пуговица на черных брюках расстегнута, а молния расстегнута примерно наполовину, открывая вид на кусочек белья. Открытые участки тела блестят, словно кто-то оставил влажные дорожки от языка на этой карамельной коже. Этот кто-то явно не Минхо, но Минхо безумно захотелось сделать с Сынмином именно это. Поцеловать каждый участок кожи парня, добавить язык, добавить зубы. Терзать это тело муками удовольствия, заставляя выстанывать свое имя. Такие мысли часто посещали Минхо в моменты, когда он сдерживал себя, не переходя грань в доступных ему ласках. Сынмин не позволял перебарщивать с этим. Они ждали сегодняшнего дня, чтобы их первая брачная ночь была наполнена всевозможным удовольствием, чтобы это произошло впервые именно сегодня. Сынмин решил поиздеваться над Минхо? Тяжело теперь думать о чем-то, кроме этой фотографии. – … хен! Минхо дергается, резко сворачивая полароид и оборачиваясь к Хенджину который, кажется, уже какое то время звал его. – Что? – Что значит “что”? Я тебя тут уже в десятый раз зову. – Прости, отвлекся, – не врет Минхо, не уточняя, на что именно, а точнее, на кого он отвлекся. – Не отвлекайся! У нас сегодня серьезная миссия - наконец-то женить тебя. Минхо нервно смеется, пряча фотографию в карман зауженных черных брюк. И правда, нужно сосредоточиться на важном. Но у Сынмина сегодня явно другие планы. Спустя некоторое время, когда Минхо уже вошел в зал, где им с Сынмином предстоит давать клятву друг другу, в полной боевой готовности, с красивой укладкой и легким макияжем, вкусно пахнущий и в идеально выглаженном костюме с удушающей, но стильной бабочкой, на горизонте вновь появляется Феликс. – Ну что, хен, готов? – улыбается блондин, ободряюще хлопая Минхо по плечу. – Ты еще спрашиваешь? – Минхо более, чем готов. Их с Сынмином любовь прошла огонь, воду и два года полного воздержания. Не совсем полного, конечно, но то, что было, не считается. Тот факт, что Минхо и правда еще ни разу полностью не обладал Сынмином, на самом деле, удивителен. Спроси у Минхо несколько лет назад, готов ли он пойти на такое ради кого-то, он бы точно рассмеялся в лицо этому человеку. К слову, о воздержании. – Кстати… Что за фотку ты мне принёс? Ты знаешь, что на ней? Феликс как-то слишком хитро улыбнулся, но пожал плечами, делая вид, что ничего он не знает. – Я просто передал тебе послание. Ах, точно, – пврень быстро лезет в карман и вытаскивает еще одну, точно такую же, как прошлая, бумажку, и сует ее Минхо. – Сынмин передал еще одно. А мне пора, готовься встречать жениха. Минхо смотрит вслед удаляющемуся Феликсу, держа в руке, по ощущениям, точно такую же фотку, что и до этого. В горле вдруг резко пересохло. Он быстро оглядывается, убеждается, что никто в настоящий момент на него не пялится, и разворачивает снимок. В следующую секунду он тут же сворачивает его вновь, лишь бы никто не посмел подсмотреть через его плечо на его почти мужа, лежащего на спине на все том же диване, но есть нюанс: теперь не нем была только рубашка. Длинные ноги красиво растягивались по кожаной поверхности, одна была полусогнута, из-за чего не видно было все самое интересное, но воображение у Минхо довольно хорошее. Новоиспеченный почти что муж отходит в сторону, пока вокруг суетятся люди, подготавливая алтарь к скорой клятве влюбленных, но у Минхо сейчас другая миссия. Он вновь разворачивает фотографию, предварительно убедившись, что никого рядом нет. Стоит ли говорить, что от такого вида его будущего мужа он стал волноваться лишь сильнее, а кровь начинает бурлить, подступая туда, куда сейчас не следовало бы. Сынмин безумно красивый, в одежде и без, в безразмерном худи или в приталенной рубашке, но как же сильно Минхо не терпелось по-настоящему взять его. Полностью прочувствовать его тело и заставить загнанно дышать, выстанывая “хен” сладким певческим голосом. Эти послания - какое-то мучение, еще и в такой ответственный момент, но оторваться от созерцания фотографии почти невозможно. – Хен, иди сюда! Начинаем через пять минут, – зовет Хенджин, стоящий возле родителей Минхо у алтаря. Парень прячет фотографию, в спешке продвигаясь к Хенджину и остальным. – Малыш, чего весь красный? Все хорошо? – с волнением спрашивает мама Минхо, поглаживая сына по горящей щеке. – Просто переживаю, мам, – Минхо улыбается, накрывая своей ладонью руку самой главной женщины своей жизни. – Все нормально. – Ох, сынок, не волнуйся, выглядишь просто отлично. Уверена, церемония будет прекрасной, вы так хорошо все подготовили, правда, милый? – обращается мама к своему мужу, стоящему рядом. – Да, конечно, – немногословно отвечает отец Минхо, и эту черту Минхо точно перенял от него. Они оба больше любили действовать, чем болтать. Не стоит никому говорить о том, что именно стало причиной горящих щек и ушей Минхо. Волнение же быстро вытесняет другие чувства, которые он испытывал до этого момента. Потому что он, наконец-то, увидел Ким Сынмина. Его парень, без пяти минут муж, выглядел просто сногсшибательно, невозможно красиво, неописуемо. Минхо влюбился в тысячный раз прямо в этот момент. Сердце готово выпрыгнуть из груди при виде Сынмина, всего в белом, в приталенном пиджаке с жилетом под ним, с бесконечно длинными ногами и открытым лбом, блестящими глазами и розоватыми губами. На шее красуется цепочка с небольшим кулоном, которую когда-то подарил Минхо, дополняя и без того идеальный образ. Минхо правда представлял Сынмина в этот день именно таким, но реальный Ким Сынмин, в конце концов, оказался еще прекраснее. Когда Минхо говорил свою клятву, он заикался в начале, не в силах выдержать влияние Сынмина на его глупое сердце в этот конкретный момент. К счастью, он смог собраться и взять себя в руки, ведь Сынмин хотел, чтобы их клятвы были как фильмах, красивыми и искренними. Сам Сынмин, конечно, справился лучше Минхо, но это и не удивительно. Сынмин во многом был лучше Минхо и ему совершенно не стыдно это признать. Он идеален. В момент их поцелуя после заветного “да” с обеих сторон, Минхо ощущал себя самым счастливым человеком. Сынмин чувствовал то же самое, ведь его мечта об идеальной свадьбе сбылась и дело осталось за малым: отпраздновать вместе с их семьями и друзьями, а после оказаться наедине за дверьми комнаты для молодоженов в одном из лучших отелей Сеула, на оплату которого не поскупился его теперь уже муж. Но это не все планы, которые остались у Сынмина на этот вечер. Когда Сынмин отлучился в туалет, пока все остальные гости попивали коктейли и танцевали под живую музыку, Минхо просто смотрел на все происходящее, наслаждаясь своим новым статусом и потирая большим пальцем обручальное кольцо на безымянном. Он сам уже немного пьян, но не достаточно для того, чтобы потерять голову, ведь после прекрасного вечера его ожидал самый вкусный десерт и Минхо хочет все запомнить, поэтому градус алкоголя в крови был на уровне, когда ты становишься чуть веселее и разговорчивее, но не теряешь голову. Однако, вместо Сынмина, которого ждал Минхо, к нему вновь подошел Ли Ёнбок. – Поздравляю, муженек! – блондин улыбается, снова хлопая Минхо по плечу. Вот кто уже точно выпил достаточно, судя по его шатанию и пролитому из бокала шампанскому. – Спасибо, – искренне улыбается Минхо. – Тебе не хватит пить, Ёнбок-а? Джисону опять тебя на себе тащить? – Кто еще кого будет тащить, ты его видел? – смеется Ликс, плюхаясь на место Сынмина возле Минхо. – Ладно, я не за этим пришел. Держи, подарок. Феликс протягивает Минхо свернутую бумажку. Третий раз за день. И Минхо уже знает, что там. По правде, на волне волнения и последующей эйфории, Минхо уже даже забыл о предыдущих двух фотографиях, но вспомнил сразу, как только полароид оказался зажатым между его пальцами. – Ёнбок-а, ты– – Пойду найду Джисона, – хихикает Феликс, поигрывая бровями, после чего кое-как поднимается со стула, направляясь, видимо, на поиски своего бойфренда. Минхо нервно сглатывает, опуская взгляд на бумажку. По какой-то причине, возбуждение нахлынуло на него заранее. Он уверен, что там будет что-то такое, что точно не оставит его равнодушным, перебив двух предшествинников, по-прежнему лежавших в кармане его брюк. Минхо опускает фотографию на колени разворачивает ее там, под столом, почти сразу же прикрывая глаза в попытке успокоиться. Не получается. Он вновь открывает глаза и жадно рассматривает изображение своего мужа. Сынмин сидит на коленях, полностью обнаженный, спиной к объективу камеры, руками держась за спинку дивана и изгибаясь в спине от напряжения в руках. Ноги довольно широко расставлены, демонстрируя все, что можно увидеть при таком ракурсе, а голова повернута к камере. Сынмин смотрит на Минхо с фотографии, заставляя сходить с ума от вожделения. Взгляд Ли жадно изучает фотографию, но хочется изучить это тело вживую, заново, в новом статусе мужа. В очередной раз очерчивая глазами огруглую задницу своего мужа, Минхо вдруг замечает небольшую надпись в нижнем правом углу. “В моей комнате подготовки”. Очень удобно, что сейчас все гости уже были заняты тусовочной частью свадьбы, потому что это дало Минхо возможность по-тихому улизнуть со своего так называемого свадебного президиума вслед за своим мужем. Своим мужем. По правде, это словосочетание возбуждает не меньше, чем фотографии Сынмина. Оказавшись напротив заветной двери в комнату, где из его университетского бойфренда делали настоящего принца, Минхо, сам не понимая, зачем, постучал в нее. Сынмин сам позвал его, но Минхо потребовалось его разрешение, чтобы войти. – Заходи, хен, – слышится из-за двери любимый голос. Минхо послушно открывает дверь, сразу же встречаясь лицом к лицу с его обладателем. – Рад, что ты пришел. – Ты так мелко написал, я мог и не заметить, – Минхо делает шаг вперед, любуясь сидящем на туалетном столике Сынмином. – Я предполагал, что ты будешь долго пялиться и, в конце концов, заметишь надпись, – Сынмин встает, продвигаясь в сторону Минхо. – Как тебе мои послания? – Очень понравились, – честно отвечает Минхо, наблюдая за тем, как Сынмин, неожиданно для него, проходит мимо, направляясь к двери. – Но я совсем не ожидал такого, знаешь ли. – Хотел сделать тебе особенный свадебный подарок, – щелчок дверного замка говорит лишь об одном: Сынмин запер дверь. Минхо внимательно следит за тем, как Сынмин опирается спиной о дверь, заводя опущенные руки в замке за спину. – Прямо перед церемонией? Я чуть с ума не сошел. – Я этого и добивался, – Сынмин хитро улыбается, склонив голову набок, из-за чего чуть выбившаяся из укладки челка следует этому движению. – Ты возбудился? – Сынмин… – Пожалуйста, ответь. – Конечно, блять, я возбудился, ты издеваешься? Сынмин цокает язычком, после чего отталкивается от стены, вновь направляясь к Минхо. Да, издевается. – Так тебе понравилось? Длинные худые руки обвивают шею мужа и Минхо на автомате укладывает ладони в привычном движении на стройную талию, так красиво подчеркнутую сегодня приталенным пиджаком. – Мне нравится все, что связано с тобой. Но, Ким Сынмин, – пальцы чуть сильнее сжимают талию, а взгляд слегка темнеет. – Кто тебя фоткал в таком виде? – Ревнуешь? – Сынмин улыбается, накрывая напрягшиеся губы Минхо легким и коротким поцелуем. Конечно, Минхо ревнует, но поводов для ревности нет и нужно скорее позволить своему мужу расслабиться. – Ликси фоткал. Мы были только вдвоем. У Минхо и правда отлегло. Думать о том, что посторонний человек, даже в качестве фотографа, видел его Сынмина таким, не особо радовало. Парень вновь расслабляется, теснее притягивая к себе возлюбленного. – Обожаю тебя. Хочу скорее оказаться наедине. – А сейчас ты здесь кого-то, кроме нас, видишь? – искорки в глазах Сынмина заставляют Минхо сглотнуть, а новый поцелуй мягких губ, такой вкусный, немного влажный от того, что Сынмин своими губами оттянул нижнюю губу Минхо, образуют все большую тяжесть внизу живота. – Нет, не вижу. – Именно, – кивает Сынмин, после чего, наконец-то, впивается в губы Минхо настоящим, долгим поцелуем, выбивая весь воздух из чужих легких. Он чувствует, как внизу все напрягается от возбуждения и от того, что он хочет, чтобы Минхо с ним сделал прямо сейчас. Минхо непроизвольно поддевает край пиджака, касаясь нежной кожи на пояснице, пока Сынмин наступает, подводя парня к столику, на котором сам совсем недавно сидел. Он отрывается от поцелуя, вместо этого занимая губы чужой мощной шеей. Сынмин знает, как Минхо любит, когда тот оставляет на нем следы, ровно как и сам обожает это делать, но Сынмин в этом плане куда более скромный. Но только не сейчас, когда кусает, а потом зализывает укус, покрывая кожу вокруг маленькими поцелуями. – Сынмин, погоди, что ты- Минхо пытается прийти в себя, но рука Сынмина на его набухшем от возбуждения члене мешает сосредоточиться, даже касаясь через ткань брюк. С учетом, что из-за фотографий Минхо провел этот день в полувозбужденном состоянии, сейчас ему хватило совсем немного, чтобы у него полностью встал. – Сынмин, постой, мы же на нашей свадьбе… – Да, это так, – ловкие пальчики быстро расправляются с ширинкой и непослушной пуговицей. – Но мы уже женаты. Так что, Ли Минхо, пожалуйста, сделай это прямо сейчас. Горячая ладонь накрывает возбуждение и Минхо хочется хныкать как подростку от того, насколько это приятно и насколько же ему этого хотелось. Сынмин и раньше касался его руками, но сейчас его намерения совсем другие и он, кажется, намного сошел с ума, раз хочет сделать это прямо здесь, пока их гости отрываются на свадьбе. На их свадьбе. Но кто такой Минхо, чтобы отказывать своему прекрасному мужу? Он быстрым движением меняет их местами, что несложно сделать ввиду его более крепкой физической силы. – Не шути так, иначе разложу тебя прямо на этом столике. – Я хочу именно этого, хен. Пожалуйста, не ты один терпел два года. Минхо не нужно еще одно позволение для того, чтобы притянуть Сынмина ближе к себе и впиться теперь по-настоящему жадным поцелуем в любимые губы, параллельно оглаживая стройные, но аппетитные бедра, по-прежнему скрытые под белоснежной тканью. Сынмин и сам прижимается ближе, из-за чего Минхо прочувствовал его возбуждение. Минхо не сдерживает смешка, отрываясь от губ Сынмина. – Сам так хотел, но все равно ждал дня свадьбы? Ты удивительный человек, Ким Сынмин. – Не из-за этого ли ты влюбился в меня по уши? Из-за этого. И еще из-за миллиона других причин. Просто потому, что это Сынмин. Ответ всему - Сынмин. Минхо скользит руками вверх, под жилет, надетый на голое тело. Сейчас все ощущения кажутся иными. Теперь Минхо сможет делать с телом Сынмина все, что захочет. Сынмин не стесняется, хотя на щеках все же выступает румянец, когда Ли одну за одной расстегивает пуговицы на жилете и проводит ладонью от шеи до низа живота. Он с удивлением видит тонкую цепочку на талии Сынмина - этот хитрый щенок отлично подготовился. – Ты безумно красивый, – выдыхает Минхо, склоняясь над Сынмином, из-за чего тот оказывается полностью в лежачем положении, пока сам Минхо ведет губами от ключицы вниз, проходясь ими по одному из сосков и ниже, останавливаясь на блестящей цепочке. Он поддевает ее зубам, слегка царапая ими и кожу, отчего Сынмин издаёт сдавленный стон. Губы Минхо следуют ниже и на уровне пупка подключается и язык, очерчивая аккуратный, маленький, по словам Сынмина, пупок. Минхо прикусывает мягкую кожу под ним, останавливаясь перед преградой в виде брюк. Он поднимает взгляд на лицо Сынмина и с удовольствием отмечает то, как поверженно он выглядит, такой уверенный в себе минутами ранее. Он такой милый и горячий одновременно, что у Минхо не хватает сил сдерживаться. Парень медленно расстегивает пуговицу и ширинку, просто чтобы поиграть с терпением Сынмина, которое, судя по выпирающему сквозь белье члену и влажному пятну на ткани, уже близится к концу. Минхо за раз стягивает белье вместе с брюками вниз, отчего Сынмин ежится и машинально пытается свести ноги. Минхо с почти умилительной улыбкой смотрит на своего мужа, пока его ладонь аккуратно обхватывает истекающий естественной смазкой член Сынмина, большим пальцем размазывая вязкую жидкость по головке, отчего Ким не выдерживает, издавая теперь настоящий стон. – Ты стесняешься меня, милый? – нежно спрашивает Минхо, хотя цель его сейчас поиграть немного на нервах младшего. Он ведет ладонью вниз, размазывая предэякулят по всей длине, а после аккуратно поддевает яички, почти невесомо массируя их, только чтобы раззадорить. Минхо знает, что Сынмин любит, когда он трогает его там. – Ты еще не знаешь всего, хен, – выдыхает младший, встречаясь затуманенным взглядом с Минхо. Тот лишь ведет бровью, опуская свободную руку на бок Сынмина, чтобы подтянуть его чуть ниже для удобства. После этого другая рука ведет по бедру, в конце концов оказываясь на мягкой ягодице. Трогать эту часть тела Сынмина удавалось совсем не часто, но Минхо безумно хотелось оставить следы от своих зубов на этом месте. Он обязательно сделает это, но не сейчас. Легкий шлепок по половинке и вызванный этим новый стон не оставляют выбора, и Минхо подбирается пальцами ко входу Сынмина, только сейчас соображая, что у них нет смазки. Он хотел было сказать об этом, но тут почувствовал, что что-то мешает его указательному пальцу войти хотя бы чуть-чуть, на пробу. Минхо вновь переводит взгляд на Сынмина, в этот раз по-настоящему удивленный. – Ты серьезно? – Правда, я молодец? – Сынмин, довольный собой, вновь издаёт протяжный стон, когда Минхо аккуратно поддевает анальную пробку, слегка вытаскивая ее, после чего возвращает в исходное положение. Минхо повторяет движение, убеждаясь, что пробка скользит легко не только от того, что Сынмин хорошенько растянул себя, но и потому, что у него там все все еще влажно после самостоятельной работы над собой. Возможно, смазка даже не понадобиться. – Ты маленький извращенец, – Минхо вытаскивает пробку за наконечник, оценивая ее не самый маленький размер. Он даже немного ревнует, что анальная пробка оказалась в Сынмине быстрее него самого, но сегодня, сейчас, не настроен дразниться или медлить. Все-таки, гости их ждут. – Хен, давай уже, прошу, – торопит и Сынмин. На самом деле, он много раз хотел отойти от своего принципа, или от своего желания, или от прихоти - как угодно, но сдерживался до последнего. Это явно подарит еще одно яркое воспоминание в их жизни и Сынмин постарался, чтобы этот момент стал еще более запоминающимся. – Детка, я все понимаю, но ты уверен, что сможешь прямо так? Даже с учетом, что Сынмин хорошо растянут и смазки от этого процесса осталось еще много, Минхо беспокоиться, ведь это его первый раз и не хочется причинять дискомфорт из-за недостаточного количества вспомогательных элементов. Хотя, когда Минхо скользнул сразу двумя пальцами внутрь, Сынмин лишь изгибается всем телом с протяжным стоном, цепляясь за плечи Минхо. – Я уверен. Именно сейчас, ты должен сделать это. Я готов, хен. – Хорошо. Я люблю тебя, – Минхо оставляет влажный поцелуй на покрасневших от покусываний губах, после чего чуть отклоняется. Он высвобождает себя от мешающих частей ожежды, будучи безумно твёрдым. Весьма удачно то, что он и сам очень влажный там из-за естественной смазки, что окажет им с Сынмином услугу из-за отсутствия лубриканта. Минхо хватает Сынмина, широко расставившего ноги, за бедро, подтягивая к себе, и аккуратно ведет головкой у входа, который реагирует на это сжимающимися движениями. – Хен, не дразнись, – хнычет Сынмин и в любой другой ситуации Минхо и правда бы подразнился чуть дольше, но у них еще будет время для этого. Целая жизнь. Сейчас же хочется дать Сынмину то, чего он просит. Минхо, еще раз размазав естественную смазку по всей длине, аккуратно толкается внутрь, не встречая особого сопротивления от тела Сынмина, которое реагирует лишь тем, что вжимается в Минхо, тяжело дыша и тихонечко скуля. Минхо старается не быть резким, но внутри Сынмина так хорошо, что контролировать себя с каждой секундой становится все сложнее. Тем не менее, оказавшись целиком внутри, он дает мужу время, чтобы привыкнуть к новому ощущению, прижимая к себе и оставляя поцелуи на всех доступных частях тела и лица. Когда он чувствует, что Сынмин окончательно расслабляется в его руках, Минхо начинает аккуратно двигаться, медленно, но от этого Сынмин ощущает еще больше, он словно чувствует каждую вздувшуюся венку на члене Минхо и это точно приятнее, чем безликая пробка. И пробка никак не могла достать до самой важной точки, а вот Минхо - смог. Спустя буквально несколько минут Сынмин издал настолько громкий стон, что Минхо сначала даже испугался, не причинил ли ему боли. Нет, не причинил. Он просто достал до нужного места. Вновь двигаясь в том же направлении, Минхо снова добился этого звука, пожалуй, слишком громкого в их положении, но им обоим было сейчас все равно, даже если кто-то ворвется в комнату. Минхо начинает ускоряться, потому что сил терпеть и сдерживаться больше нет, да и движения внутри Сынмина никак не затруднены, а его стоны слишком явно говорят о том, что все происходящее сейчас - самое правильное из возможного. Быть настолько близко к любимому человеку это предел мечтаний Минхо, он правда грезил этим и даже не из-за пошлого контекста простого желания. Когда ты любишь человека, то желаешь быть с ним как можно ближе, и секс с Сынмином воспринимается для Минхо именно так. – Ты такой пиздецки узкий, Ким Сынмин, – рычит Минхо куда-то в район шеи младшего, разбавляя свою речь мокрыми поцелуями нежной кожи. Сынмин, обнимающий Минхо за шею, отвечает лишь новыми стонами из-за ускоряющихся движений Минхо. Он не ожидал, что первый раз будет настолько хорош, потому что совершенно не испытывает никакого дискомфорта. Скорее всего, свою роль сыграла и эйфория от происходящего, но это совершенно не важно, пока Минхо каждым своим толчком так приятно надавливает на простату, отчего сдерживаться становиться почти невозможно. – Хен, я с-скоро, – стонет Сынмин, теряя дар речи, когда ладонь Минхо обхватывает его возбужденный член, все это время потирающийся о живот Минхо в такт его движений, и начинает двигать ею, помогая Сынмину сойти с ума окончательно. – Хен..! Сынмин кончает в кулак Минхо, сжимаясь вокруг него так приятно и правильно, что старший кончает почти сразу следом, даже не пытаясь контролировать собственные стоны, похожие на скулеж. Их первый раз оказался столь особенным из-за его долгожданности и всех обстоятельств, выстроенных гениальным мозгом Ким Сынмина. Немного отдышавшись, Минхо отрывается от плеча Сынмина, на которое он уместил свой лоб в первые пару послеоргазменных минут, и тянется к приоткрытым губам мужа, нежно целуя, словно он создан из самого тонкого хрусталя. – Как ты, детка? – мурлычет Минхо, чистой рукой убирая растрепавшиеся волосы парня со лба. – Как будто только что потрахался впервые за два с половиной года, – улыбается Сынмин, чей взгляд по-прежнему затуманен от неги удовольствия. – Спасибо тебе, хен. – Что? – удивленно спрашивает Минхо, искренне не понимая Сынмина. Кто еще кого должен благодарить. – За что, Сынмин-а? Сынмин расслабленно вздыхает, укладывая голову на сильное плечо, его поддержку и опору. – За то, что ждал. Сердце Минхо в очередной раз останавливается и начинает свой бег от слов Сынмина. Этот парень всегда делал с Минхо невероятные вещи и Минхо надеется, нет, он точно знает, что так продолжится, как они и поклялись часами ранее, до конца их дней. – Я бы ждал сколько угодно. Я люблю тебя, Ким Сынмин. Феликс встретил парочку в зале уж очень подозрительной улыбочкой, а Хенджин возмущением о том, что костюм Минхо превратился в непонятно что и весь помят, хотя вечер еще не закончился. Молодожены лишь переглянулись, со спущенными улыбками на губах. Их первая брачная ночь уже началась, но еще не закончилась, и в номере, где будет уже больше времени, они обязательно продолжат то, что начали.