Лунный союз

Деревня утопала бы в кромешной тьме, если бы не серебристый снег и мягкий лунный свет. Чимин подошел к окну, опираясь на подоконник и разглядывая пустую улицу. Все оборотни ещё спят, не желая вылезать на холод. На часах было почти шести утра, но солнце в это время года встает поздно, оставляя деревню в холодном полумраке. Сейчас Чимин мечтал остаться дома и никуда не идти. Грелся бы под тёплым одеялом, от которого совсем не мог оторваться. Партию таких пушистых и мягких одеял привезли в деревню совсем недавно из города. И омега буквально хотел бы жить лишь в постели, не вылезая. Тихое хмыканье сорвался с губ молодого оборотня, когда он увидел, как в маленьком доме напротив загорелся свет. Чимин задумался о городе и людях, которые в нём живут. Он вспомнил, что когда-то оборотни и люди враждовали. Они ссорились, но без кровопролития. Лидеры людей и вожаки стаи всегда были мудрыми и рассудительными. Они выдвигали странные требования и ругались из-за них, но никто не шёл на уступки и не развязывал полноценную войну. Предыдущий вожак стаи, отец нынешнего, хорошо потрудился, когда был ещё молод. Заключил с людьми договор о мире и взаимной помощи, налаживая жизнь всех. Все ссоры и недопонимания, как и ненависть, сошли на нет. Два мира живут в гармонии, помогая друг другу. Люди, например, любили отправляться в походы и мимолётно задерживаться в поселении оборотней. А те лишь рады гостям, принимали с широко раскинутыми объятьями, устраивая праздник. Оборотни с ответными визитами тоже ездили. Их снабжают одеждой, удобной и более современной. Передают в стаю различные приборы и технику, медикаменты и всё, что сможет облегчить жизни. Даже с электричеством помогли, конкретно изменив жизнь каждого волка в поселении. Люди не жадничают, а волки в долгу не остаются. Почва в поселении оборотней была более плодовитой, позволяя выращивать большое количество овощей и фруктов. И делиться ими для пушистых совсем не было проблемой. Да и у людей с рабочей силой, почему-то, проблемы уже долгое время. Так что, часть оборотней, более выносливых и стойких, стабильно ездили в город, работая и трудясь там на благо мира. Чимин тяжело выдыхает, прикрывая глаза. Он отходит от окна, начиная неспеша раздеваться. Складывает одежду ровно, практически идеально. Делает это совсем медленно, оттягивая момент, которого так отчаянно хотелось бы избежать. Оборотни помогают людям, но сами находятся не в лучшем положении. Альф в поселении можно на пальцах двух рук перечесть. А часть из них ещё и в город отправляется работать, оставляя своих сородичей. Тот факт, что омеги ходят на охоту — неудивителен. Ёнвон, действующий вожак, сказал, что каждый омега обязан ходить на охоту, чтоб легче было прокормить всю стаю. Отказаться от охоты мог лишь тот представитель слабого пола у кого был альфа. А таких, к сожалению, было мало. Охотиться Чимину не нравится. Да, он бегал быстро, практически сразу замечал добычу, но вот ловкости молодому омеге не хватало. Мог запнуться и спугнуть или вовсе выдать себя со всеми потрохами, не замечая хрустящие ветки под лапами или издавая неконтролируемый рык. Редко ему удавалось кого-то словить и притащить в деревню, обеспечив стаю пищей. Вечно возвращался с пустой пастью, в отличии от других омег. И сегодня настроен всё же кого-то притащить. Омега перевоплощается в стенах своего родного дома, становясь уверенно на четыре лапы. Тихим шагом крадется по коридору и направляется на выход. Старается не издать лишнего шума, чтоб не разбудить мирно спящих родителей. Да, в их семействе есть альфа, однако за пищу отвечает двое омег - Чимин да его папа. Первому до конца так и не ясно, почему отец не охотится. Возраст ещё позволяет, да и сил у него хоть отбавляй... К сожалению, родному сыну, хоть и любимому, тайну не раскрывают. Хотя молодой омега догадывается, что неспроста альфа их семейство тесно общается с вожаком и его отцом. Правду не раскрывают, но догадок хватает. Присущая неуклюжесть преследует Чимина, отчего он спотыкается на самом пороге. Тихо порыкивает на себя же за это. Мысленно хочет собраться, чтоб не упасть вновь мордой в грязь, а прийти с добычей, чтоб вожак видел, что Чимин, на самом деле, не бесполезный омега. Белый снег, отражающий лунный свет, хрустит под лапами, стоило ему выйти на улицу. Омега чуть фыркает, удаляясь в сторону леса. Для охоты ещё рано, никто не выходит и не собирается с утра пораньше носиться по снегу за каким-нибудь белым зайцем. А Чимин идёт. Отдельно от всех. Хочет побыть один, чтоб никто ему не мешал. Хочет не чувствовать эти осуждающие взгляды на себе. Под лунным светом белая шерсть Чимина красиво переливается, пока он пробирается между деревьев, стараясь минимизировать издаваемый им шум. Двигается не особо быстро, но крайне осторожно. Принюхивается и прислушивается, стараясь зацепиться взглядом хотя бы за какой-то движущийся объект. И вот, наконец-то, Чимин видит неподалеку от себя оленя, который, кажется и сам был в поиске пищи. Омега мысленно извиняется перед животным, пока сам прижимается ближе к земле, пытаясь скрыться. Он готовиться, чуть приподнимается. Сейчас только его будущая добыча лишь подойдет поближе и он сразу броситься на неё. Покажет всем, что он способен добывать еду. Он не бесполезный. Олень, неожиданно для оборотня, замирает. Тот словно прислушивается, бросает взгляд куда-то немного левее от затаившегося Чимина. А затем жертва срывается на бег, быстро скрываясь и не собираясь отдаваться хищникам на растерзание. Чимин громко фыркает, поднимается устойчиво на лапы и оглядывается по сторонам. Ищет, что оленя смогло так просто напугать, а затем рычит, замечая неподалеку серое знакомое пятнышко, что буквально мчит на него со всех лап. — «Прости! Ты охотился…» — омега, подошедший ближе, усаживается на снег. Смотрит на Чимина виноватыми глазками, опуская уши. Понимает, что спугнул оленя. — «Да, Гёнхи… Охотился…» — отвечает мысленно, разворачиваясь от мальчишки и двигаясь по лесу дальше. Чёрт. У него почти получилось. — «Ну, хён! Прости, я не знал», — Гёнхи плетётся следом, стараясь больше не шуметь. — «Чего пошёл в лес в такую рань? Наши охотятся в восемь». — «Да, знаю. Проснулся чего-то, увидел из окна, как ты в лес пошёл». Чимин поворачивает мордочку в сторону друга, осознавая, что теперь, кажется, он охотиться не один. Но с Гёнхи никогда не было дискомфортно. Омеги давно дружат, отлично ладят и ни за что друг друга не осуждают. Поэтому младшенький чувствует колоссальную вину перед Чимином за то, что спугнул животное. Знает, что у белого волка проблемы с охотой. — «И почему не спится?» — интересуется Чимин, пока они заходят всё глубже в лес и всё больше отдаляются от своей деревни. — «Не знаю», — выдыхает, выровнявшись со старшим на одном уровне. — «Чувствую себя странно. Как будто что-то случиться». — «Например?» — «Понятия не имею».

***

Двое омег стоят посреди леса, осматриваясь. Они шли довольно долго, отойдя от деревни на приличное расстояние. Кажется, в этих местах они вовсе никогда не бывали. Но либо Чимин такой везучий, либо в округе действительно все животные уже разбежались. Ни единой живой души им так и не встретилось, сколько бы они не шли по лесу, усыпанным снегом. — «Давай немного глубже зайдем», — решается старший. Белый волк решительно ступает дальше, пока Гёнхи мешкается немного на месте. Он смотрит в спину своего друга, пока тот оборачивается, будто мысленно спросив, чего тот замер и стоит как вкопанный. — «Глубже?» — отчего-то уточняет серый. — «Здесь никого нет. Идём». — уверенно. И Гёнхи сдаётся. Всё же идёт вслед Чимину, доверяя ему. И насколько же облегченно выдыхает старший, когда на горизонте замечает белого зайца. Тихо фыркнув, привлекает к себе внимание омеги и мысленно просит его быть потише. Сам же начинает медленно подкрадываться к своей, надеется, добыче. Гёнхи действительно затихает. Прячется где-то неподалёку и старается не издавать ни малейшего звука. Боится снова помешать. Лишь наблюдает, как омега крадётся и готовиться напасть. Действует аккуратно и не торопясь, старается изо всех сил. Заяц навостряет в моменте свои длинные уши, словно почуяв неладное. Это Чимина на секунду сбивает. Особенно, когда он видит, как маленькое животное отскакивает от него подальше, вызывая негодование. Сегодня он не может упустить добычу ещё раз. Он обязан принести этого зайца вожаку. Чимин крадётся ещё, подходит всё ближе. С белого и пушистого глаз своих темных не отводит. За каждым действием наблюдает. — «Чимин…» Омега друга не слышит. Отставляет немного заднюю лапу и готовиться рвануть, чтоб из засады тут же напасть на зайчонка. — «Чимин, постой…» Пути назад нет. Старший омега отрывается от земли, перепрыгивает небольшой снежный бугорок и громко рычит, готовясь хватать зайца. — «Чимин!» Однако белый волк немного промахивается, лишь клацая зубами возле животного. Заяц испуганно отпрыгивает и срывается на бег, стараясь не попасться в пасть хищнику. Мчит со всех лап, пока омега раздраженно рычит. Начинает погоню, но усевает сделать около двух шагов, как вдруг перестаёт чувствовать землю под лапами. Рычит Чимин громче, пока кто-то таранит его бок, повалив на землю. Перед его мордой оказывается бурый волк, который клацает громко зубами, придавливая омегу сильнее к земле. Не даёт вырваться, хотя белый волк отчаянно пытался это сделать. Справа слышится хруст снега, привлекающий внимание. Чимин резко мордочкой поворачивает, всматриваясь, кто надвигается на него. Рычать же не прекращает, защищается, не понимая, почему какие-то волки на него сейчас напали. И пока всматривается в чёрного волка, который надвигается, словно огромная и темная туча, замечает одну важную деталь. Он всматривается повнимательнее во всё, что его окружает. Взгляд бегает по деревьям, укрытыми снегом, по их расположению. И до него медленно доходит. Чёрт… Его снова оглушает чужое рычание. В нос вбивается чужой тяжелый запах, который позволяет сделать вывод, что сейчас его прижимает к земле альфа. Оно и ясно — тот сильнее омеги в несколько раз. Вкладывает всю силу, не давая нарушителю сбежать. Бурый волк поворачивается в сторону другого, чёрного. Они смотрят друг на друга, пока Чимин, не двигаясь, лежит на холодном снеге. Давит в себе рвущееся рычание и делает вывод, что оборотни общаются, что-то обсуждая, отчего даже несдержанно фыркает. Нашли время болтать. Чёрный волк подходит ближе, наклоняется к омеге и слабо обнюхивает. Проводит мокрым носом по белой шерсти, а рецепторы Чимина улавливают чужой запах. Он замирает, пока его зрачки медленно расширяются. Голова слегка кружится, пока на языке оседают нотки природного аромата. Пахнет чем-то цитрусовым и свежим. Это не было похоже на нечто тяжелое, присущее альфам, скорее наоборот, легкое и освежающее, что хочется аж делать вдох за вдохом, без перерывов. Альфа словно пахнет только разрезанным апельсином, да так приятно, что во рту скапливается слюна, а омеге отчаянно хочется попробовать этот вкус, который с лёгкой кислинкой оседает на языке. Он внимательно смотрит на чёрного оборотня, не издавая в этот раз ни рычания, ни фырканья. Чимин в свете луны замечает, как этот волк на него смотрит изучающе. И омега клянется, что ещё мгновение и он в этих чёрных глазах утонет. Дышит чаще, отчаянно пытаясь задохнуться чужим запахом, пока ему это позволено. Тяжесть на Чимина действовать прекращает. Это он понимает не сразу, так и лежа вверх животом. Плевать, что он сейчас так открыто валяется перед двумя альфами. Главное, что он смотрит одному из них в глаза пристально. Не может заставить себя оторваться, пока его сердце пропускает удар за ударом, следом начав биться быстрее. Черный волк подходит максимально близко, утыкается носом омеге в бок. Просит таким образом встать на лапы, а не валяться на земле. И Чимин делает всё, что «просят». Не осознаёт, что подчиняется альфе, утопая в нем, его запахе и феромонах окончательно. К омеге подходят опять, начиная в очередной раз обнюхивать. И, если честно, Чимин только рад, потому что может тоже насладиться чужим запахом. Хотя бы ещё чуть-чуть. Не хочет потерять эту приятную расслабленность, наступившую с первым вдохом. Чимина начинают снова подталкивать в бок. Направляет альфа его в сторону леса, безмолвно прося уйти, да поскорее. Умоляет глазами скрыться отсюда, а белый волк себе позволить этого никак не может. Завороженно глядит на незнакомого оборотня, не понимая, что вообще с ним твориться. Потерять голову от первого встречного? Да плевать, главное, что в моменте ощущается. Сбоку бурый волк лишь фыркает, наблюдая за сложившейся картиной. Явно ситуацией был недоволен, но всё равно не встревал и не мешал. Чимина всё равно выталкивают, пока сам альфа делает несколько шагов назад. Они смотрят друг другу в глаза. Давно стоило разбежаться. Омеге давно стоило уносить ноги, а не засматриваться на чёрного волка. А альфе давно нужно было нарушителю глотку перегрызть, не давая пощады. Он щадит омегу, пока сам тонет. Чёрный волк начинает всё же отходить, понимая, насколько всё затянулось. Так нельзя. Он удаляется всё дальше, но позволяет себе последний разочек на белого волка взглянуть, пока тот взгляда не отрывает. Хочет запечатлеть в своей голове светлый образ этого омеги, запомнить каждую деталь, связанную с ним. — «Будь внимательнее», — чужой приятный голос отдаётся в голове Чимина эхом. Приятный, бархатистый и низкий. По телу бегут мурашки, заставляя белую шерсть в некоторых местах встать дыбом. Альфа всё-таки сдаётся первым. Сначала отворачивается, не спешно идя, а затем чуть ли не сбегает. Боится, что если ещё на этого омегу посмотрит, то точно оторваться себе не позволит. Да, Чимину действительно нужно быть более внимательным. Он пересёк воображаемую черту и позволил себе ступить на чужую территорию, принадлежащую другой стае, с которой они давно враждуют. Пытался поймать того несчастного белого зайца, нагло наплевав на запреты. Пересекать границу с чужой стаей запрещено. Сегодня Чимин вляпался по уши. И совсем не из-за пересечения границы.