Серое

      Стены, стены, стены... Лабиринт стен - безликих, серых, с небольшими потёками и выбоинами. Этим стенам много лет. Будучи однажды созданными, они не тронуты ни бомберами, ни вандалами, ни охотниками за дармовой арматурой и стройматериалами. Они просто старятся в своём отдельном измерении, постепенно разрушаются сами по себе.             Время грызёт их.       Крыши над стенами нет. Строительство закончилось едва только возвели перегородки.       Дождь и ветер гуляют там, где их не должно быть. В остальном природа брезгливо отгородилась от вонзившегося в неё бетона - внутри безликих серых прямоугольников нет даже вездесущего мха. Иногда ветер закидывает в бетонные лабиринты сухие листья и семена, принесённые откуда-то из параллельной вселенной, но время, оцепеневшее и голодное в своей клетке, тут же без остатка сжирает эти проявления жизни.       Небо над лабиринтами либо пустое, либо до отказа забито лохматыми тучами - ещё более серыми, чем оно само и бетон под ним. Иногда в бетонные коридоры заползает туман. Он блуждает, пытаясь выбраться, время догоняет его и тоже сжирает, как заносимый ветром мусор. Туман не любит этих мест. Дождь сыпется с неба в лабиринт, но время ловит его капли на лету, не давая им достигнуть бетонного пола.       Под разинутым в небо лабиринтом - бездна бетона, множество комнат, коридоров, переходов, галерей, лестниц. Там, внутри, всё такое же бесцветное и однообразное, как на поверхности. Разрушений почти нет, но есть тьма. Во тьме время чувствует себя лучше и потихоньку грызёт свою клетку ржавчиной по стальным балкам, трещинами по стенам и усталостью металла арматуры. Кое-где время даже нашло воду и её каплями подтачивает бетон и металл. Вода охотно приходит и остаётся в комнатах и коридорах - ей уютно в замкнутом пространстве.       Здесь время живее. Ему не так одиноко.       Бетонный лабиринт бесконечен, он ест землю, скалится на небо, пытаясь захватить и его, но в небе время свободно, оно водой и ветром стачивает этот оскал, заставляя бетон уходить в стороны и вниз. Земля глушит серую язву медленно и неумолимо. Земле некуда торопиться. Она всё равно победит, поглотив целиком то, что не сумеет разрушить.       С одной стороны на бетон бросается море. Оно злобно бьётся об серую броню, но его атаки не такие действенные, как неторопливые удары капель в глубинах лабиринта. Море ревёт, шипит, находит щели и трещины в стенах, врывается вовнутрь и замирает, встречаясь со спокойной водой, живущей в вечной тьме. Утихает и становится ленивым, неторопливо ищет путь дальше, иногда пытаясь вернуться, на простор под небо. Постоянно колеблясь, оно расширяет вход в очередную комнату и его становится всё больше внутри казалось бы неприступной твердыни.       Море тоже имеет серый цвет. Ветер взбивает на беспрестанно колышущейся поверхности куски грязно-белой пены, которая, врезаясь в бетон, превращается в кипящее месиво. У моря тоже есть свои жертвы. Если бетон и земля медленно давят друг друга, то море швыряет то, что попадает в его власть, подбрасывает вверх, заглатывает и выплёвывает, отпускает и норовит расколоть или разломить. Оно кидало корабли в бетон, но не сумело расколоть его. Корабли, смятые, скрученные и раздавленные, грудой лежат у ног противника и море злится, не в силах оторвать их друг от друга и от дна, чтобы повторить попытку. Серо-синие волны бросаются на груду металла, ранятся об неё и с рёвом отползают, истекая ржаво-мазутной пеной.       Иногда приходит снег. Море жадно глотает его и слизывает с бетона и металла, как время в лабиринте глотает дождь. Снег равнодушно ложится на бетон, время не может сожрать его весь и пытается вымести прочь из своей тюрьмы, но снег не уходит. Он находит ходы в нижние ярусы и обессиленно ложится на пол. Вода подкрадывается к нему и плавит его, но бывает так, что снег оказывается сильнее и вода замерзает прямо в движении, образуя наплывы. Снег всё так же бесстрастно ложится поверх льда и устраивается поудобнее. В самых нижних ярусах, где царит вечный холод и куда не может добраться нервное морское течение, вода замерзает навсегда. Становясь льдом, она селится в щелях, расширяет их, чтобы устроиться поудобнее, и рушит бетон.       Бесконечная война времени, воды, ветра, моря, неба и земли. Война, где все против всех и все друг к другу равнодушны. Война, медленно бушующая в пустом сером мире.