do it for yourself

— Тебе накладывать? — слизывает острый соус с пальца Джисон, и выглядывает через перегородку между кухней и гостиной. — Сегодня у тебя съемки. Нужно поесть. — Вот именно, — выдыхает Ли, и отрывает взгляд от книги, кладя её на грудь. — Живот должен быть плоским. — Брось, — слегка раздражается младший, но это лишь от беспокойства. Хан берёт миску с рисом, сверху — немного кимчи. Присаживается рядом на край кровати, одной рукой тянется за палочками, набирает еду. — Открой рот пошире. — Знал бы ты, как это звучит, — лениво отзывается тот, не отводя взгляда. — Не играйся. Фанаты беспокоятся за твоё здоровье. Они выражают недовольство в соц-сетях. — Тебе наплевать. — На них? Да. На тебя? Нет. Поэтому, пожалуйста, съешь немного. И не волнуйся на этот счет, ты будешь выглядеть великолепно. Как всегда. Он поставил еду рядом с ним на поднос-столик и покинул комнату, оставляя его одного. Минхо не двинулся сразу. Сидел, как сидел, с закрытыми глазами и опершись спиной о подушку, с руками на коленях, будто в комнате по-прежнему кто-то есть, будто ещё звучат шаги в коридоре. Воздух пах едой — тёпло, остро, пряно. Рис, кимчи, немного водорослей сбоку. Он даже не смотрел в сторону подноса. Снаружи хлопнула дверь — глухо, беззлобно. Где-то на кухне зажурчала вода, что-то упало в мойку. Он поднял раскрыл глаза, будто очнулся. Потянулся за палочками, вяло, как будто только по инерции. Взял рис, откусил кусочек кимчи, медленно пережёвывая, как будто пробуя что-то чужое. Плечи дрожали от усталости или от того, что слишком долго не ел. Он не думал о том, как будет выглядеть на обложке нового журнала. Не думал о фанатах, о том, что кто-то недоволен. Только о нём — о том, как он сказал это: «Ты будешь выглядеть великолепно. Как всегда». Тихо. За окном скрипнули тормоза, прохрипела машина, кто-то крикнул на углу. Он дожевал, поставил палочки на край подноса, медленно провёл пальцами по ребристому краю миски, словно пытаясь за что-то уцепиться. На кухне перестала капать вода, и дверь в их спальню захлопнулась. Он ступил голыми ногами на холодный пол, бесшумно проскальзывая на кухню, чтобы тщательно вымыть посуду и оставить её сохнуть на полотенцах.

***

Джисон просыпается только через несколько часов, и чувствует, как на его щеке неприятно горит след от подушки. Парень поднимается на ноги, и пытается не свалиться, когда ступает ближе к рабочему столу, чтобы надеть на себя тёплую рубашку своего парня. Он застёгивает её наспех, не обращая внимание на складки ткани, и выходит из комнаты, чувствуя, как ноги всё ещё не до конца слушаются. В коридоре тянет сладкий запах духов, а на кухне его встречает тишина. Чистая, вымытая посуда, из которой только недавно Хан просил съесть кусочек еды, была пустая. Он невольно улыбнулся и залез на стул, лениво смотря на настенные часы и отчитывая время до прихода старшего. Он думает о том, что приготовит ему что-нибудь лёгкое на ужин. И о том, как приятно чувствовать себя важным благодаря взаимной внимательности и уважению.