Университет Хольметто

Сигарета дотлела до фильтра – Нил Джостен не сделал ни одной затяжки. Он нуждался не в никотине, а в едком дыме, который напоминал о матери. Если вдыхать медленно, почти ощущаешь призрачный запах бензина и гари. Смесь вызывала отвращение и удовольствие одновременно; по позвоночнику пробежала колкая дрожь. Болезненная волна докатилась до кончиков пальцев и столкнула вниз комочек пепла. Он упал под ноги Нилу, на трибуны, и тут же исчез, подхваченный ветром. Нил посмотрел на небо, туда, где ярко светили звёзды. Может одна из этих звёзд его мама? Люди же верят в перерождение. Может и волшебники могут переродиться? Даже такие волшебники как Нил..или его мама?.... Парень не впервые думал о том, смотрит ли на него сверху мать. Эта мысль была так же привычна, как и то, что по утрам приходиться открывать глаза. А если продолжить мысль про то, смотрит ли она..хоть бы нет.... Уж мать бы на нём места живого не оставила, если б увидела, как он тут киснет и мается. Скрип двери вывел его из задумчивости. Нил подтянул спортивную сумку поближе и обернулся. Оставив дверь раздевалки открытой, тренер Эрнандес сел рядом. – Не заметил на игре твоих родителей, – сказал он. – Они в командировке, – ответил Нил. – Все еще или снова? Ни то ни другое, но об этом лучше промолчать. Нил знал, как надоело тренеру и профессорам всякий раз слышать одну и ту же отмазку, но для него эта ложь была столь же легка, сколь и привычна. Удобное объяснение, почему Джостенов не видно на чемпионатах по квиддичу и почему они не отвечают на письма. Прошлым летом Нил перебрался во Францию. Здесь была одна из самых лучших школ для волшебников. Подать документы на поступление и наплести историю о том, что у родителей много командировок и они не могут лично поговорить с директором, было легко. Он рассказал, что из-за работы родителей они переехали и поэтому он переводится в новую школу. Использовал пару заклинаний, чтоб директор точно ему поверил и готово. Он официально ученик французской школы волшебства Шармбатон. Эрнандес протянул руку. Нил передал ему сигарету. Тренер затушил ее о бетонную ступеньку, щелчком отбросил смятый окурок и повернулся к Нилу. – Думал, сегодня они сделают исключение. – Кто же знал, что эта игра – последняя? – отозвался Нил, глядя на поле. Поражение в матче против школы Хогвартс выбило команду Шарбатона из чемпионата всего за две игры до финала. Подойти так близко и откатиться так далеко. Раз – и сезон окончен. Это было болезненно, но что ж поделать.... Квиддич — спортивная игра, в которую играют летая на мётлах. Цель — набрать как можно больше очков до окончания игры. Игра заканчивается, когда ловец одной из команд поймает мяч под названием снитч. Поимка снитча обычно приносит команде победу, так как за поимку золотого мячика присуждается сразу 150 очков. В игре используются четыре мяча: один квоффл, два бладжера и один снитч. Квоффл — основной и самый крупный мяч, его надо забросить в одно из трёх колец противника. Два бладжера летают самостоятельно, пытаясь сбить игроков с их мётл. Снитч — маленький золотистый шарик с крылышками, летает самостоятельно. Из-за малого размера его сложно обнаружить и поймать. Команда игроков в квиддич состоит минимум из семи человек: Охотники (3 человека) — нападающие команды. Они ловят квоффл и пытаются забросить его в кольца соперников. Загонщики (2 человека) — игроки, отвечающие за сохранность игроков команды. На них лежит ответственность за бладжеры. Вратарь — игрок, отвечающий за сохранность колец. Должен охранять кольца команды от попадания в них квоффла. Ловец — его задачей является поймать снитч. Нил обожал в этом виде спорта всё, начиная от высокого темпа и заканчивая агрессивностью. Квиддич – единственная часть его детства, от которой он не смог отказаться. – Отправлю сову им позже, сообщу счет, – добавил он под пристальным взглядом тренера. – Скажу, что ничего интересного они не пропустили. – Пока, может, и не пропустили, – туманно произнес Эрнандес. – Тут к тебе кое-кто пришел. Для того, кто полжизни убегал от собственного прошлого, эти слова прозвучали как фраза из ночного кошмара. Нил тут же вскочил на ноги и закинул сумку за спину, но звук шагов сзади подсказал, что драпать поздно. Рывком развернувшись, он увидел в дверном проеме высокого крупного мужчину. Он был одет в рубашку с закатыными рукавами, из-под них, на руках, выглядывали татуировки в виде пламени. Магловские джинсы и высокие ботинки, кажется бертсы, тоже магловская фигня. Одну руку он держал в кармане джинсов, на этой же руке висела мантия волшебника, в другой руке он сжимал толстую папку. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд карих глаз – пристальным. Нил его не узнал, а значит, мужчина был не кем-то из профессоров или родителей сокомандников. Последних Нил часто видел на играх. – Я вас не знаю, – констатировал Нил. – Он из магического университета, – пояснил Эрнандес. – Приехал посмотреть, как ты играешь. –А я так и поверил. Тренер бросил на Нила предостерегающий взгляд и поднялся. – Этот человек приехал сюда, потому что я написал ему о тебе. В его команде проблема с ловцом, вот я и решил, что стоит тебя показать. Тебе говорить не стал, чтобы не обнадеживать раньше времени. – Чего-чего? – Нил вытаращил глаза. – Когда мы договорились о встрече, я пытался связаться с твоими родителями, но они так и не ответили. Ты вроде говорил, они постараются приехать на игру? – Они хотели, – буркнул Нил. – Не получилось. – Я больше не могу ждать. – Незнакомец подошел и встал рядом с Эрнандесом. – Разумеется, глупо набирать игроков под конец сезона, но у нас возникли технические трудности с последним новобранцем. Тренер Эрнандес сказал, ты еще не определился с выбором учебного заведения на следующий год, так что все складывается как нельзя лучше, а? Мне нужен ловец, тебе – команда. Подписываешь бумаги, и на ближайшие пять лет ты в моем распоряжении. Со второй попытки Нил выдавил: – Вы же это не всерьез? – Еще как всерьез. К тому же дико тороплюсь. – Незнакомец бросил свою папку на трибуну, где сидел Нил. На обложке черным маркером были жирно выведены имя и фамилия Нила. Он уже хотел открыть папку, но потом подумал: а смысл? Человека, которого изучил и теперь старается завербовать этот заезжий тренер, вообще не существует. Через пять недель Нил окончит школу, а через шесть будет далеко отсюда, сменит и место жительства, и имя. Неважно, что ему понравилось быть Нилом Джостеном. Он и так здесь слишком задержался. По большому счету, к такому образу жизни Нилу не привыкать. Последние восемь лет он провел в бегах, нанизывая одну ложь на другую, путая следы. От настоящего имени его отделяло двадцать два фальшивых, и он знал, что случится, если кто-нибудь все же отследит между ними связь. Стать членом университетской команды – значит не просто застрять на одном месте, а оказаться в центре внимания. Аскабан не задержит отца надолго, и в матче-реванше Нилу просто не выжить. Арифметика проста, но она не делает выбор легче. Контракт – верный билет в будущее, которое ему не светит и о котором он мечтает до боли. На краткий миг Нил возненавидел себя за решение поступить в школу и напроситься в команду. Нельзя ему было возвращаться на поле. Говорила же мать, что он должен завязать с квиддичем.... Предупреждала, чтобы не высовывал носа, чтобы «болел» издали, а он не послушал. Но что еще ему было делать? После смерти матери Нил приткнулся к единственному, что внушало хоть какую-то безопасность. К школе волшебства. К Шармбатону. А от этого недалеко и до квиддича.... Нил просто не знал что делать. У него не осталось ничего, кроме квиддича, и теперь, заново почувствовав вкус игры, он уже не представлял, как от нее отказаться. – Пожалуйста, уходите, – сказал он. – Понимаю, все это немного неожиданно, но имей в виду, ответ мне нужен сегодня. После того как Джейни упекли в больницу святого Мунго, комитет с меня не слезает. Сердце Нила ухнуло. Он оторвал взгляд от папки и посмотрел на чужака. – «Лисы». Университет Хольметто. Мужчина – Нил уже догадался, что это тренер «Лисов» Дэвид Ваймак, – заметно удивился его сообразительности. – Значит, ты видел сюжет в пророке, – произнес он. – Рита Скитер как обычно навалила грязи, но суть передала. Технические трудности, сказал Ваймак. Под этим завуалированным выражением подразумевалась попытка самоубийства, которую совершила Джейни Смоллз, новый игрок команды. Лучшая подружка обнаружила ее со вскрытыми венами в ванной и, к счастью, успела доставить в больницу. Последнее, что слышал Нил, – Джейни поместили под надзор психиатров Мунго. «Типично для “Лисов”», – бестактно ляпнула Скитер, хотя, надо признать, не преувеличила. «Лисы» из университета Хольметто представляли собой сборище талантливых отбросов и беспризорников: Ваймак комплектовал свою команду исключительно выходцами из неблагополучных семей. Его намерение сделать из «Лисьей норы» некое подобие реабилитационного центра в теории выглядело замечательно, однако на деле подопечные Ваймака представляли собой группку изломанных жизнью одиночек, не способных сплотиться даже на время игры. В Магической национальной студенческой спортивной ассоциации (МНССА) «Лисы» значились как самая малочисленная и безнадёжная команда, на протяжении трех лет плетущийся в хвосте рейтинга. За прошлый год они здорово прибавили – все благодаря упорству капитана, – однако министерские чиновники по-прежнему не воспринимали их всерьез. Постоянные плохие результаты начали раздражать даже КРК – Комитет по регламенту квиддича. А потом к команде присоединился Кевин Дэй, некогда завоевавший титул чемпиона страны. Для «Лисов» это стало лучшим, что могло с ними произойти, а для Нила – причиной, по которой он не мог принять предложение Ваймака. Нил не видел Кевина уже почти восемь лет и не горел желанием встретиться с ним снова. Не все двери стоит открывать; в случае Нила от этого зависела его жизнь. – Не надо было вам приезжать, – сказал он. – И все же я здесь, – парировал Ваймак. – Перо дать? – Нет, – ответил Нил. – Я не буду играть за «Лисов». – Я ослышался? – Вы взяли Кевина. – А Кевин предложил взять тебя, так что… Дальше Нил слушать не стал – рванул вверх по трибунам к раздевалке. Звон в ушах заглушил удивлённый оклик Эрнандеса. Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался. К черту окончание школы, к черту Нила Джостена. Он удерет сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы. Он опоздал. На полдороге к выходу из раздевалки до него дошло, что в помещении он не один: путь к двери кто-то преграждал. Блеснула красная вспышка – стоявший выстрелил заклятием, – а увернуться Нил не успел. Заклятие ударило ему под рёра, едва не вдавив лёгкие в позвоночник. Он не помнил, как упал, и просто обнаружил, что валяется на спине в другом конце комнаты, хватая ртом воздух. Если бы у Нила получилось вздохнуть, его бы тут же стошнило, но тело почему-то не слушалось. Выяснилось, что шум в ушах – это голос разъяренного Ваймака, только звучал он неразборчиво, словно с большого расстояния. – Черт побери, Миньярд! Вот поэтому нам и не удается заполучить приличных людей! – Да ладно вам, тренер, – прогудел кто-то над головой у Нила. – Будь он приличным, нам бы не пригодился, верно? – Он и не пригодится, если ты его переломаешь! – По-вашему, надо было дать ему сдернуть? Налепите на него пластырь, и будет как новенький. В глазах у Нила потемнело, затем окружающий мир обрел болезненную четкость – в легкие наконец хлынул воздух. Он вдохнул так резко, что закашлялся. Казалось, от этого мучительного кашля он сейчас развалится на куски. Обхватив себя обеими руками, Нил исподлобья бросил свирепый взгляд на нападавшего. Ваймак уже назвал того по фамилии, однако Нилу это было без надобности. Слишком часто он смотрел на это лицо в газетных вырезках, чтобы не узнать вживую. Эндрю Миньярд с виду не представлял собой ничего особенного – светловолосый паренек ростом всего-то под метр пятьдесят два, – но Нил знал, сколь обманчива внешность. Первокурсник Эндрю был голкипером и самым смертоносным приобретением «Лисов». Он провел три года в Аскабане и едва избежал второго срока. В Аскабане чёрт побери! В свои 18 лет! Вдобавок Эндрю был единственным, кто отказался от приглашения в команду университета Альбуса Дамблдора – действующих чемпионов страны. Кевин и Рико даже устроили прием в его честь, но Миньярд отчего-то предпочел неудачников-Лисов. Свой выбор он не комментировал, но все объясняли это тем, что Ваймак согласился принять в команду и всю его семью: в том же году к «Лисам» присоединились Аарон, близнец Эндрю, и их двоюродный брат Николас Хэммик. Ну, и недавний переход Кевина тоже относили на счет Эндрю. Кевин играл за «Воронов» Альбуса Дамблдора до декабря прошлого года, пока не сломал преобладающую руку, во время отдыха в горах. Как объяснял это он сам "встретил особо свирепых кентавров". Травма стоила ему спортивного контракта с университетом. Предполагалось, что он восстановится и вернется в родную команду, но вместо этого Кевин вдруг перебрался в Хольметто, где стал помощником Ваймака. А три недели назад он подписал контракт и с нового сезона официально вошел в состав «Лисов». Лузеры вроде «Лисов» могли предложить Кевину только одно: голкипера, некогда презрительно отвергшего его предложение. Всю весну Нил собирал информацию об Эндрю, желая понять, что же такого разглядел в этом человеке Кевин. Встреча с Миньярдом лицом к лицу оказалась не только неожиданной, но и болезненной. Коснувшись пальцами виска, Эндрю с улыбкой отсалютовал Нилу: – Ничего, в другой раз повезет. – Пошел ты, – отозвался Нил.  Эндрю предпочёл проигнорировать парня. Просто наблюдал с сумашелжей улыбочкой. – Господи, Нил, ты как? – Подошедший Эрнандес схватил его за локоть и помог подняться. – Воспитание у нашего Эндрю слегка хромает, – заметил Ваймак, вставая между парнями. Миньярд прекрасно расшифровал это безмолвное предупреждение. Он вскинул руки – дескать, я что – я ничего, – и удалился. Проводив его глазами, Ваймак осмотрел Нила. – Что-нибудь сломал? Нил осторожно прижал ладони к ребрам и вдохнул; мышцы протестующе вспыхнули болью. Он перенес достаточно переломов, чтобы понять: на этот раз легко отделался. – Я в порядке. Тренер, мне надо идти. Пустите. – Мы еще не закончили, – возразил Ваймак. – Тренер Ваймак… – начал было Эрнандес, но тот его перебил: – Я недолго, хорошо? Эрнандес перевел взгляд с коллеги на подопечного, затем отпустил его. – Подожду снаружи. Нил прислушался к удаляющимся шагам. Стукнула сбитая дверная подпорка, с противным скрипом захлопнулась задняя дверь. После того как щелкнул замок, Нил заговорил: – Я уже дал ответ. Я не буду подписывать контракт. – Ты даже не выслушал мое предложение полностью, – сказал Ваймак. – Раз уж я заплатил за троих, чтобы прилететь сюда и посмотреть на тебя, ты мог бы, по крайней мере, уделить мне пять минут, а? Кровь отхлынула от лица Нила так внезапно, что закружилась голова. Он отшатнулся от Ваймака, отчаянно пытаясь обрести равновесие и глотнуть воздуха. Спортивная сумка ударила его в бедро, и он обмотал ремень петлёй вокруг ладони, желая ухватиться хоть за что-нибудь. – Только не говорите, что взяли его с собой. Ваймак устремил на него суровый взгляд. – Какие-то проблемы? Открыть правду Нил не мог, поэтому сказал: – Я недостоин играть на одном поле с чемпионом страны. – Вот именно, хотя сейчас это не важно, – раздался голос, и у Нила перехватило дыхание. Он обернулся. Следовало бы догадаться раньше, как только он увидел Эндрю. С какой стати вратарю смотреть на потенциального новичка, если тот играет за ловца? Эндрю здесь только потому, что Кевин Дэй никогда не ходит в одиночку. Кевин устроился на одном из диванов и судя по невозмутимому взгляду, с которым он наблюдал за спектаклем, его не впечатлили слова Нила. Прошли годы с тех пор, как Нил с Кевином находились в одной комнате; с тех пор как на их глазах отец Нила пытал кричащего человека круцио. Нил знал лицо этого парня, как свое собственное, а все потому, что неотрывно следил за возрастающей популярностью Кевина, пускай и издалека. Кевин Дэй изменился во всем. И остался прежним – тоже во всем, начиная с зеленых глаз под темной шевелюрой и заканчивая вытатуированной на левой скуле черной цифрой два, один вид которой вызывал у Нила приступ тошноты. Кевин ходил с ней и тогда, давно, просто был еще слишком юн, чтобы набить настоящую тату. Он и его сводный брат, Рико Морияма, черным маркером выводили у себя на щеках двойку и единицу. Благодаря магическим свойствам маркера, эти цифры могли держаться около года, потом мальчики просто рисовали заново. Нил в то время еще не понимал, что Кевин и Рико с самого детства стремились к славе. Своими цифрами они обещали, что станут звездами. И оказались правы. Оба играли в профессиональной команде под названием «Вороны». В прошлом году обоих приняли в национальную сборную. Оба завоевали чемпионский титул, а Нил… Нил запутался в клубке лжи и безысходности. Кевин не мог его узнать, это факт. Слишком много воды утекло, теперь между ними целая пропасть. Кроме того, Нил маскировался с помощью трансфигурации, которую выучил с помощью матери гораздо раньше своих сверстников. Но тогда с чего вдруг Кевин Дэй явился на него поглазеть..... Неужели узнал в Ниле того мальчика с цифрой три на щеке?.... После стольких лет?....