Бой с поганью

      Тишина окутывала развалины когда-то Великой церкви. Сгоревшие груды досок тлели то тут, то там. Казалось, что среди руин до сих пор воют призраки, а само место давно брошено Всевышним.       Серое небо рыдало над остатками святыни, затухали последние огоньки под влагой небесных слёз. Среди обломков когда-то святого пристанища лежали чёрные обгоревшие кости того, кто отдал жизнь за упокоения душ, которым не повезло встретить ужасный конец под стенами, что должны были оберегать созданий единого Бога.       Вдруг воздух вокруг скелета, будто потяжелел. Задребежали, словно от землетрясения, камни и щепки от стен здания. Заволновался воздух вокруг мертвеца, как в пик летней жары. Всë поднялось в воздух: камни, щепки, деревяшки. И даже сами кости встали, словно на них все еще были мышцы и жизнь, которая могла бы их двигать. Мусор завертелся в урагане, яркий золотой свет, как звезда засиял меж рёбер чёрного скелета, и начало происходит что-то немыслимое. Что-то тёмное.       Сердце образовалось и словно живое билось в агонии, как загнанное животное. Ребра белели, будто их не терзало пламя, собирались вновь мышцы, а за ними кожа от груди и до самых рук и ног. Череп оброс кожей и дымчатыми волосами. Синие глаза распахнулись, даже шрамы вернулись на свои старые места.       Лоргон сжал кулаки, бледное тело накрыло чёрное одеяние. Золотые искры и электрические разряды сопровождали очередное возрождение Воина Божьего — Бессмертного Лоргона. Крест пылал на лбу крестоносца той же силой, что и всегда.       Лоргон улыбался, рассматривая себя, пока не ощутил, что рядом бродит кто-то ещё. Он насторожился. Среди обломков церкви раздались одинокие хлопки. Лоргон обернулся на звук, сохраняя спокойное выражение лица, пока его не поразило то, что он увидел.       Среди руин спокойно вышагивал человек, оглушая тишину хлопанием ладоней. Он был высоким — под два метра точно — чёрные волосы спадали чуть ли не на плечи. Зелёные глаза не отрывались от крестоносца, глядели все равно, что на добычу. Но примечательно было не это. Как обладающий божественной силой, — малой частичкой Всевышнего, Лоргон чувствовал всю греховность человека, пусть и сам был по уши загажен этой скверной.       От существа перед ним разило грехом все равно, что от армии погони, тьма, будто росла и шагала за ним как послушная псина. Каждый шаг этого монстра раздовался стуком сапогов по каменному полу, хлопки отражались от выживших стен:       — Браво! Браво! — весело восклицала нечисть, неотрывно глядя малохитовыми очами в лазурные глаза Лоргона.       Крестоносец отвернулся. Гнев начал вскипать в его венах. Не имеет право такая тварь ходить по святым землям! И более немедля Воин Божий начал действовать.       Тихий звон стекла, и он уже позади демона с поднятым кулаком. Миллисекунды хватило погани, чтобы развернуться. Лоргон увидел широченную улыбку существа и безумный взгляд перед тем, как тварь увернулась, оказавшись уже на месте возрождения Лоргона. Кулак врезался в землю, потрескав испачканный пеплом пол. А демон откровенно заржал, казалось, сразу двумя голосами, да так, что того, наверняка, слышала вся округа. Лоргон плотно сжал зубы от гнева. Бой будет не простым. Он не знал, что это такое, но чувствовал всем нутром, что с таким ещё не сталкивался ни разу за свою безумно долгую и тяжёлую жизнь.       Тем временем демон заговорил:       — Ты только посмотри, Шиза, лисёнок хочет поиграть.       Ноздри раздулись, будто у быка, глаза навострились на тварь, пепельные брови создали на переносице складку. Воин встал в боевую позу. Как он его назвал? Лисёнок, да?       И тут земля задрожала, почернела. Небеса окрасились алым, церковь растаяла во тьме земли, слилось с ней и утонула. Раздался звук церковных колоколов, и посреди всей этой сцены сражались два существа.       Один отдавший всего себя Всевышнему и получивший часть его божественной мощи и второй — погонь, нечисть, демон, что продал человечность за бесценок, посвятивший свою жизнь греху и отдавшийся тьме, ради её небывалой мощи.       Движения каждого размывались в воздухе, не были заметны человеческому глазу, слышен лишь звон стекла, смех и издевки существа:       — Какой же ты быстрый, лисёнок! Давай Бессмертный Лоргон! Покажи, почему сама богиня смерти течёт по тебе!       Демон уворачивался, успевая следить за движениями воина, но спустя минуты битвы все же нанёс удар и неожиданно попал. Лоргон видел его и хотел уйти, но что-то на секунду парализовало тело и этого хватило, чтобы прямо в область желудка прилетело кулаком. Лоргона отбросило далеко, он пару раз ударился об землю, но это не помешало ему быстро встать и сплюнув кровь, вновь ринуться в бой. Это его долг — бороться с нечистью. Он должен избавить мир от чего-то настолько тёмного, как это.       Демон схватил его кулак при очередной попытке ударить и второй тоже. Лоргон использовал ноги и впервые смог задеть тварь, зарядив ногой прямо по челюсти и кувыркнувшись. Демон отшатнулся, согнулся и, предвидя атаку, поставил одной рукой магический щит, по которому ударив, Лоргон тут же отскачил, второй рукой нечисть предерживала челюсть, будто проверяя на месте ли она:       — Хороший удар! — похвалил демон и расплылся в кровавой улыбки, — Разреши теперь мне, — демон выпрямился во весь свой огромный рост, в его глазах сверкнуло безумие и азарт, — Сделать ход.       Лоргон успел заблокировать лишь один удар, второй пришёлся ему по лицу, и ублюдок успел ухватить его за длинные волосы и нанести ещё один. Лоргон ушёл с помощью навождения. Далее успешно нанёс удар по глазу существа, тот прикрыл его, из под век текла почти чёрная кровь. Но демон лишь улыбнулся и двинулся прямиком на крестоносца. Лоргон готовился себя защищать, но тут неожиданно земля размягчилась под ним, стала будто ил. Нога ушла вниз. Упустив голову, он увидел, как она потонула в чем-то вязком, сливающимся с чёрным пространством, но воин четко видел края этой чёрной пульсирующей лужи. Лоргон попытался освободиться, но не вышло. Вдруг из склизкого пятна вырвались несколько чёрных длинных рук:       — Какого х...!? — хотел закричать он, но одна из конечностей плотно зажала его рот, не давая издать ни звука, а другие опутали все тело.       — Как неприлично слышать такие слова от святого человека. Постыдился бы! — насмехался демон, оказавшись вплотную к крестоносцу, — полагаю, я выиграл. Позволь получить свою награду.       Лоргон пытался вырваться как мог, но чёрные мерзкие руки держали до боли крепко. А при попытки использовать силу креста, Лоргон ощутил сильную боль в правом запястье. Рука демона сжала его, так-что переломало всё кости, сила к шоку крестоносца не отозвалась.       — Это чтобы сильно не рыпался. Так...— задумчиво протянул демон, поглаживая щетину на подбородке, — что думаешь, Шиз? Мне кажется он довольно миленький.       Лоргону приходилось нехило так задирать голову, чтобы смотреть в глаза ублюдка. Хотя сам на рост он не жаловался, но вблизи эта тварь была поистине высока.       Вдруг демон вновь засмеялся, будто конь в конюшни и сквозь смех говорил сам с собой. Гребаный псих:       — Шиза, ну чего ты? Ха-ха, неужели мне уже нельзя развлечся? Ну, и что!? Времени полно!       Демон веселился, а Лоргон все так же не мог пошевелиться или возвать к силе, и это... пугало. Резко демон направил взгляд на Лоргона. Малохитовые очи осматривали его с головы до ног и будто оценивали. В глазах появился какой-то огонь, и демон облизнулся:       — Ты не нравишься моему другу, — говорил демон подойдя чуть ли невпритык, — Но мы его слушать не будем, — прошептал он на ухо тихо и... возбуждено?       Лоргон оказался более чем смятен. Демон вдруг ухватился за ворот его чёрного плаща. Он резко дёрнул его в сторону, обнажая грудь крестоносца. Что за хрень!?       Воин начал барахтаться в руках, но они лишь подняли его чуть выше. Видимо, чтобы демону было удобнее совершать богупротивные действия. Лоргон замычал матом, жаль только, что демон его не понимал:       — Что-то хочешь мне сказать, лисёнок? Кстати, я вроде говорил тебе не сопротивляться.       И так сломанное запястье вновь сжали, только не остановились на этом. Лоргон чувствовал, как его ладонь с невероятной силой тянут вверх, при этом придерживая предплечье. И к шоку воина подвердились его опасения. Чёрная рука дергала из стороны в сторону его ладонь и тянуло, силясь оторвать. Вскоре у него это вышло.       Кожа, мышцы и сухожилия рвались, как старая ткань, а кости и до того переломанные показались и тут же отсоединились. Кровь лилась водопадом на чёрный пол, окрашивая его в алый, а ладонь благополучно улетела куда-то в даль. Культю заботливо обернули тьмой, дабы кровь не текла. Лоргон плотно сжал зубы больше от гнева, чем от боли. Он злился, оттого что ничего не мог поделать. Что за монстр перед ним?       Демон безразлично наблюдал и когда закончил лишь хмыкнул. Изящные, смуглый пальцы охватили подбородок рыцаря и заставили смотреть на демона. Вкрадичивым голосом он говорил полушепотом:       — Я не дам тебе умереть, лисёнок. Но лишить тебя всех конечностей и возможности шевелится мне не составить труда, — тварь усмехнулась и заговорила с ним, будто с несмышленным ребенком, — Ты же их отращивать не умеешь, как ящерка, ты же лисёнок. Скажу даже так...— демон отпустил его и выпрямился, — скорее всего, мне это даже понравится. Хочешь меня возбудить?       Лоргон впал в ступор от последних слов демона. Этот ублюдок действительно собирается...? Демон вновь облизнулся. Чёрные руки поползли по его голому телу, обжигая холодом. Одну он почувствовал на своей ягодице, вторая взялась за грудь. И демон решил присоединиться. Ощупал его пресс, свободную грудь, словно оценивал товар на пригодность. Он неожиданно сильно сжал сосок. Лоргон пискнул от удивления и вновь заëрзал, но пока что демона это не волновало. Ублюдок прильнул к бледной шеи, прошелся губами по кадыку до ямочки ключиц. И вновь поднялся выше к уху и укусил за его мочку. Чёрная рука с груди спустилась к штанам и поглаживала лобок.       Рыцарь, наконец, вышел из ступора. Такого с ним ещё точно не делали, и Лоргон не собирался позволять происходит разврату дальше, но ничего, как и до этого. Как бы сильно он не сопротивлялся, демон лишь сжимал его сильнее и насмехался:       — Твои попытки меня умиляют.       Вдруг тварь толкнула его наземь. Руки не ушли, но ослабли. Этого хватило, чтобы рыцарь вырвался, но стоило лишь моргнуть, и Лоргон оказался на земле, а запястья и лодыжки вновь сжимали до хруста. Культю сново укатали тьмой:       — Все не так просто, как ты думаешь, Лисёнок.       Демон ухмылялся. Он подошёл и упустился, удобно устроившись на его бедрах. Ублюдок наклонился над ним и Лоргон, чей рот уже нечего не закрывало, неудержавшись плюнул. Попало прям в цель – на щеку, и демон на секунду прикрыл глаза, будто успокавая ярость, резко ухватился за тонкую шею и принялся душить наглеца. Лоргон кашлянул и откинул голову в попытках, хоть как-то ослабить хватку, но увы:       — Ты только посмотри, Шиза, какой сука меткий! — процидил сквозь зубы демон. Одна из рук смахнула слюну Лоргона.       Он до синяков сжимал его горло. В глазах рыцаря темнело. И когда уже казалось, что демон переломает его шею, как и руку до этого, тот наконец отпустил. Но не дав передышки несчастной шеи, на которой действительно остались лиловые, жуткие синяки, демон укусил её, да так, что казалось хочет оторвать кусок и сожрать, как настоящая погань. Потекла теплая красная кровь, запах железа вбился в нос. Демон довольно улыбался и смотрел в глаза Лоргона, которые выражали глубочайшую ненависть и отвращение:       — А ты из молчаливых.       — Не вижу чести общаться с тёмной тварью, — выплянул Лоргон, он действительно испытывал тошноту и гнев при каждом слове, сказанном ему.       Демон захихикал своим низким голосом, все ещё корча довольную мину:       — Какая прелесть.       Демон сново наклонился к его разодранной шеи, вдохнул аромат крови и спустился ниже, попробовал на вкус выпирающую ключицу и двинулся дальше до соска. Тварь вобрала его в рот, также не оставляя без болезненного укуса, и ощущение от этого прошли прямой дорожкой от груди до самого паха. И Лоргон точно не мог сказать приятные они или нет. Но знал, что его тошнило от прикосновений нечисти. И руки свои ублюдок распустил. Одной он проводил по боку рыцаря, царапая его, а второй ощупывал грудь. Лоргон хотел возмутиться, обматерить ебанного ублюдка. Язычники говорят это хорошее средство от нечисти. Но тварь, будто прочитала его мысли и надавила на его ребра так, что несколько явно переломились. Лоргон от неожиданности даже вскрикнул, на что демон вновь заулыбался:       — Молчи дальше, лисёнок. Я не люблю, когда меня отвлекают.       Но похоже его отвлекли. Демон замер, будто вслушиваясь, и вдруг засмеялся:       — Лисёнок, ха-ха, мой друг за тебя волнуется. Спрашивает: "Ты его трахнуть хочешь или убить?" — и вновь смех, — Не волнуйся, в основном я хочу тебя отыметь. Знаешь, фетиш у меня такой — ставить раком сильных личностей. Ты подходишь под это описание.       Взгляд Лоргона сделался задумчивым и обеспокоенным, и демон тут же произнёс:       — О, не волнуйся, твой брат не в моем вкусе.       — Скорее бы он тебя нагнул, чем ты его, уебок.       — Ты хочешь, чтоб мы проверили? Могу прям на твоих глазах.       Лоргон задергался и пробурчал что-то в ответ. На что демон закатил глаза, и Лоргон почувствовал, как его ногу угрожающи тянут и сжимают. Он замер и, подумав решил, что лучше дождаться момента, а не давать сукину сыну повод оторвать или переломать ему все конечности.       Правда, наступит ли этот момент?       — Наконец-то, ты усвоил урок. Но давай продолжим, а то я уже весь извелся. Вы заставляете меня вечно отвлекаться от главного!       Лоргон сжал зубы и закрыл глаза, пытаясь возвать к силе. Пустота. Может это просто сон? Откуда этот урод вообще взялся?       Ублюдок устроил руку на его шеи, но пока не душил, а лишь поглаживал длинным пальцем щеку. Лоргон сжимал зубы, пытаясь сопротивляться желанию откусить эти ебанные пальцы:       — Красивый, — завороженно прошептал демон и неожиданно близко наклонился к его губам.       Демон его поцеловал. Синие глаза от шока расширились, и Лоргон не смог воспрепятствовать мерзкому поцелую.       Демон был страстен, целовал долго, изучая каждый миллиметр и не обращая никакого внимания на попытки сопротивления своей жертвы. Он попутно начал снимать с себя чёрный кожаный плащ, растегнул две пуговицы из трёх своей рубахи. А Лоргон тем временем вновь заëрзал. Его начало серьёзно подташнивать. Если честно, он был бы рад извергнуть содержимое желудка, лишь бы прервать это мучение, но демон, наконец, остановился сам, прикусив до крови нижнию губу и оттянув её. Демон грозовой тучей нависал над ним и улыбался по обыкновеннию своему жутко. На его губах осталось кровь Лоргона, которую тот с удовольствием слизнул:       — Ты очень вкусный, лисёнок.       Лоргон всей душой желал в него снова плюнуть, но не успел, так как его вновь накрыли поцелуем. Одной рукой демон придерживал его голову, пока целовал, а другой судя по звуку растëгивал пряжку своего ремня. Не потерпев таких наглых действий, лисёнок додумался укусить тварь за язык. Лоргон хотел его откусить полностью, но мудак, будто ожидая такого, тут же воткнул пальцы в его левый глаз.       Опешив от резкий боли и заливающегося кровью глаза, воин разамкнул зубы. Демон быстро отсранился и влепил нехилую пощечину. Бледная кожа вмиг покраснела, но Лоргон даже, несмотря на то, что у него появилась весьма обширная слепая зона, казался довольным. И не стеснясь единственным лазуритом, крестоносец смотрел на демона с неприкрытым презрением.       Нечисть тем временем гневалась, кровь заливала его рот, а сам он прямо-таки дрожал от гнева и, наконец, сорвался:       — Раз ты так этого хочешь, — процидил он, — Я сделаю это быстрее и больнее, хотя боль для тебя мало, что значит, как я погляжу, но унижение...— демон захихикал, — как ты это переживешь, Воин Божий?       Улыбка Лоргона спала быстро, и демон так же скоро успел его перевернуть. В этот раз Лоргон совсем не успел ничего поделать. Штаны с него грубо стянули, возможно, даже порвали, и демон ухватился за его ягодицы, сминая их в своих руках и раздвигая.       Лоргон тщетно пытался сопротивляться. Как бы он не хотел это признавать, но демон, действительно, доводил его до ужаса, пусть и воин этого не показывал. Он каким-то образом лишил его сил и делал с ним эти мерзкие вещи, что если на нём одном он не остановится? Сможет ли Айван его остановить? Это его волновало больше, чем собственная гордость. Демон, обладая такой силой, мог устроить настоящий террор, и никто ему не помешал бы. Даже Лоргон не смог, за что себя сильно корил.       Лоргон, пытаясь сопротивляться, двигался в силу своих возможностей, которых было немного, из-за чего вилял задницей. Но судя по усмешки демона и отсутствию подавления сопротивления, ублюдку очень нравилось происходящее. Поняв это, Лоргон замер, вновь взывая к силе и думая что ему делать.       Демон вновь засмеялся, видимо, очередной шутке его больного разума. И медленно провёл рукой по спине рыцаря до шеи, остановив руку лишь на затылке. Он ухватился за серые волосы и сжал, будто пытался их оторвать. Он прижал лицо Лоргона к земле, приподнял его зад и резко вошёл наполовину. Лоргон аж подавился воздухом от неприятного, отвратительного чувства заполнености. Демон потянул длинные волосы на себя, натянув кожу на лбу, и вошёл уже полностью. Тут Лоргон не выдержал, и с его уст вырвались все возможные ругательства, которые правда были проигрорированы.       Член погани соответствовал немалому росту. Он отпустил его несчастную прическу и ухватился за бедра, трахая Лоргона, — заместителя капитана ордена Крестоносцев, словно бордельскую шлюху. Демон не стеснялся стонать. А Лоргон молчал не в силах выносить унизительной муки. Да и зачем говорить, если тому, похоже, наоборот, его слова приносили наслаждение:       — Какой ты узкий, лисёнок! Чувствую у нас будет не один раунд!       Удовольствия никого не было и быть не могло. Боль, мерзость и унижение заполняли душу Лоргона, как сраный член сейчас заполнял его зад. Ощущения были откровенно странными. Кажется демон умудрился задевать какую-то точку в нем, отчего по телу Лоргона проходила дрожь, но это сомнительное удовольствие быстро перекрывала боль. Она не заботила воина, но сейчас кроме неё чувствовать больше ничего не оставалось.       Демон все ускорился и ускорялся, утробно рыча, словно довольный зверь. Он до синяков сжимал его бедра, пару раз полностью покидал его тело, но тут же вторгался обратно. Изредка он кидал неприличные фразы, но Лоргон их не слышал. В ушах звенело, в висках кипела кровь, он во всю представлял каким пыткам подвергнет ублюдка, но от своего бессилия хотелось, откровенно, выть.       И когда уже шлепки и неприличные звуки достигли предельной скорости, демон громко и более чем довольно застонав, кончил. Лоргона заполнило жидкостью, и его, наконец, стошнило кровью и желчью. Демона это, скорее, позабавило.       Урод вновь воткнул его лицом в землю. Лоргон кинул в него пронзительный полный ненависти взгляд, но тот все так же довольно улыбаясь, наклонился к нему и прошептал:

— Продолжим, лисёнок?