Первая спокойная ночь спустя столько дней

Размеренная тишина доносилась вдоль коридоров небольшого поместья, что было удивительно, ведь последние несколько дней выдались самыми громкими. Это было чем-то сверхъестественным, если тишина и покой длились дольше получаса, ну максимум час. Размеренными шагами мужчина медленно ступал по Татами, удерживая в руках небольшой поднос с несколькими бутербродами, сделанными на скорую руку, если присмотреться к разнице нарезания ингредиентов и заметной неаккуратности. Один был точно с тунцом, а с краю выглядывал свежий лист салата, другие два точно с авокадо и помидором. Коридор заканчивался и вскоре в поле зрения попала самая последняя дверь по правому крылу, с низу которой проталкивался слабый свет. Дверь была прикрыта и чем ближе молодой человек подходил к ней, тем яснее становилась тихая колыбель. Не хотелось рушить этот момент так быстро, поэтому глава дома тихо встал возле дверного косяка, аккуратно заглядывая одними глазами через щель в проёме. Как и говорилось раньше, комнату освещал легкий свет исходящий от маленькой лампы на столике. Сразу вспомнился день покупки этой маленькой лампы...

***

- Шото ты погляди только какая милота. Мужчина перевёл взгляд в сторону сказавшей это Момо, и сразу же опустил взор в след за её пальцем. Тот указывал на маленькую лампу в форме полненького и в правду милого котика с глазами-бусинками и милой мордашкой. Подняв глаза вновь на девушку, парень улыбнулся ей. Она так завороженно смотрела на эту лампу, что было невозможно взять и просто уйти. Подойдя ближе к стенду с разного рода похожими лампочками, рука потянулась к полке ниже, осторожно поднимая одну из перво стоящих коробочек с изображением выше стоящего кота. Момо потянулась на уже стоящих невысоких каблуках ещё выше и оставила лёгких поцелуй на правой щеке мужа, обхватывая его предплечье. - Уверена ей понравится. - Она же не умеет говорить, как мы это узнаем? - Не обязательно говорить всё в слух, дорогой. - в след последовал ещё один поцелуй, но на этот раз он был обращён в сторону самой Момо.

***

Мотая головой в стороны, Шото отбросил воспоминания в сторону и аккуратно толкнул дверь одной рукой, открывая взор на всё помещение. Комната была светлой, учитывая то, что её освещала одна только настольная лампа. Лёгкое тихое, еле слышимое пение колыбели оборвалась. Исполнительница резко повернула голову в сторону двери. У Момо от природы были очень тёмные и глубокие глаза, но в полу мраке комнаты они казались абсолютно чёрными. Такое ощущение, будто бы смотришь в чёрное ночное небо, без единой звезды или другого источника света. Глаза так и норовят открыться больше, пытаясь разглядеть всю темноту её очей. Несколько лет назад, когда Шото решил познакомить свою девушку, сейчас же уже как около трёх лет свою жену, со своей мамой, она же выждала минуту наедине с сыном и посмотрев с мягкой улыбкой, прям как в детстве сказала: " У неё очень красивые глаза, особенно когда она на тебя смотрит. Такое ощущение, что в ночном небе зажигается самая яркая звезда." Это надолго засело в его голове и каждый раз всплывало, стоило им посмотреть в глаза друг друга. Как и сейчас. Поняв, что вошёл муж, взгляд смягчился, а в самих омутах снова будто бы зажглась та самая звезда, о которой говорила мама. Всё бы ничего, но выглядит она жутко уставшей. Он сам выглядит не лучше. Они оба последние дни очень мало спят и стали такими дёргаными, что застывают как статуи на любой звук. Шото медленно опустил взгляд на руки жены, точнее на содержимое. Маленький комок укутанный в детское одеяльце сопел у неё на руках. У малышки выглядывало пару волосков на голове, белые, как у него, как у его мамы. Подойдя ближе к своей маленькой семье хотелось раскинуть руки и закрыть их обеих ото всех, но в первую очередь нужно было оставить поднос с едой, что было сделано в следующий момент. Мужчина опустился на колени перед обеими, задерживая взгляд на лице жены, та лишь робко улыбнулась, пряча стеснение. Удивительно, что спустя столько лет брака, отношений и самого знакомства ещё далеко в школе UA, она всё ещё умудрялась так стесняться самых обычных действий. - Давай ты её отложишь в колыбель и поешь. Точно, она же поэтому и отправила его на кухню, потому что сильно проголодалась, пока пыталась успокоить дочку. Бедняжка плакала редко, но эти последние дни всё было совсем наоборот, она только и делала что плакала. Были редкие перерывы на сон и приём пищи, но долго они не длились. Момо хоть и осталась дома в декрете, она одна не справлялась. Шото каждый день приходил с работы и занимался незаконченными домашними делами, что бы та могла чуть чуть передохнуть одна, но из-за того, что на этот период он взял всю работу на себя, сам многим помочь не мог, как бы сильно не хотел. Им помогали их мамы, но они не могли каждый день быть тут, да и Момо было сложно одной ездить к ним с плачущим ребёнком. Видя такую замученную жену каждый день, Шото было так больно, что он так мало помогал ей. Она его утешала тем, что он итак стал больше работать, пока она сидит в декрете, что-бы стабильность их финансов не падала, как он ей всегда аргументировал. У них никогда не было финансовых проблем и поэтому Шото сразу же сказал, что будет работать за неё, чтобы уровень дохода не понижался. Пытаясь его отговорить от этого разными способами, было бесполезно. Каждый такой разговор заканчивался одним и тем же, но последний был другим. " Ты её мама и тебе сложнее, чем мне в разы. Ты её вынашивала почти год, не спала, мучилась. Ты её рожала почти сутки и после этого провела несколько дней с ней 24 на 7. Да ты и сейчас с ней всё время, делаешь всё возможное. Со мной ничего не случится, если я буду работать хотя-бы в полтора раза больше обычного. Я хотя бы работой больше помогаю чем дома." Этот разговор случился пару дней назад, как раз когда у девочки только начался весь этот период неугомонного плача. Момо долго размышляла над этими словами и в какой-то момент, совершенно случайно, она поняла одну вещь. За все четыре недели, что они родители, он ни разу не брал её на руки. Ни разу. Он словно избегал этого процесса. Но ей всё равно было трудно поверить, что он ни разу не брал собственную дочь на руки. Она долго пыталась вспомнить хоть один момент, когда он хотя бы протянул руку к ней, но даже такого не было. А телесного прикосновения уж подавно. Было трудно в такое поверить, но к сожалению это было правдой. Обсудить это было к сожалению не с кем. Её мама много работала, папа тоже. Мама Шото помогала больше всех, но даже она не смогла эти дни найти пару часиков, что-бы наведаться к семье сына. Что касается его о... неважно. Они даже не общаются. Темболее вряд ли он сказал что-то дельное. В итоге ей пришлось держать это в себе, до сегодняшнего дня. - Может ты её лучше сам подержишь? Если проснётся, то сразу будет на руках, быстрее укачаем опять. - глаза устремились на спящий свёрток в руках и вновь на мужа. Тот был слегка ошарашен и будто бы отдалился от них на пару сантиметров. - Не думаю что это хорошая идея, - упираясь руками в пол, мужчина встал и отошёл на пару шагов от жены - я не умею даже, поэтому не стоит. На последних словах он повернулся в сторону окна, что выходило на внутренний дворик, устремляя свой взгляд куда-то вдаль. Момо вздохнула. Он боится её брать на руки, теперь это официально. Медленно она поднялась на ноги, чтобы девочка не проснулась и прошла по той траектория, что и Шото. Вставая прямо за ним, она направила взгляд вверх, упираясь им в его затылок. Вымахал, не то слово. - Шото, чего ты боишься? Она тебе не скажет "Пап, не правильно держишь". Я тебе покажу, куда какую руку класть, как держать, качать. Ты только попробуй. - приходилось говорить очень тихо, чуть ли не шёпотом, что бы малышка не проснулась. Она долго её качала, чтобы та уснула. - Нет, не стоит. - Силуэт повернулся в сторону девушки, устремляя свой взор на её лицо. Её взгляд будто бы отрезвлял и походу она была сердита на него за такой ответ. - Ты серьёзно? Я понимаю, что ты боишься её поднять, да, многие отцы боятся брать своих детей на руки в первые дни, даже недели. Но черт, - одно из редкий ругательств, что она могла себе позволить - ты серьёзно? Даже не попытаешься? Ты всегда мне говорил, что боишься стать таким же отцом, как и твой отец. Я всегда тебя убеждала в том, что такого не произойдёт, что ты совершенно на него не похож. Во время беременности, ты всегда возле нас бегал, как на углях, чуть ли не все дела из рук выхватывал, боялся, что переборщу и с Мирей, что-то случится. Каждый день сидел возле живота, пытаясь уловить её толчки. Часами мог сидеть с руками на животе, чувствуя её движения. Почему же сейчас когда она наконец появилась на свет, ты боишься её взять на руки? - под конец её реплики глаза стали отблескивать еле светящий свет комнаты. Пару слезинок прокатилось по щекам, дыхание сбилось. В ту же секунду снизу послышалось лёгкое хныканье, Мирей дала о себе знать родителям. - Черт, я её так долго качала и в конце сама ещё и разбудила. - глаза полостью заполнились слезами и теперь в комнате плакала не одна Мирей. На душе резко стало тошно, почему-то это резко напомнило о его детстве, когда мама точно также плакала вместе с ним перед отцом. Но ведь, он не такой. Он не доводил их ни разу до такого состояния, как это делал отец. Он всегда старался для них, не то что отец. Но сейчас они обе в слезах по его вине. - Момо, я... мне жаль. Прости меня, я правда боюсь, вдруг я пораню её? Обожгу? Мне страшно от одной только мысли. - его рука потянулась к лицу напротив, собирая ещё не пролившиеся слезинки с уголков глаз - Я переживаю об этом. - затем рука потянулась к детской щёчке, но вдруг замерла на месте, напоминая о страхе поранить дочку. Нефритово-чёрные глаза устремились вслед за протянуть на пол пути рукой. И тут обладательнице создания пришла в голову мысль. - Дай мне свою руку, левую, я кое-что попробую. Шото хотелось отказать, ведь тот был уверен, что это как-то, да будет связано с ребёнком. Но не прекращающийся плачь быстро давал понять, что как-то надо помочь малышке. Хоть чем-то. Протянув руку к Момо, она быстро её перехватила и без каких либо предупреждений приложила к щеке ребёнка. В итоге вышло так, что на маленькой детской щеке оказались указательный и средний пальцы, из-за сильного диссонанса размера руки и тела ребёнка, а не вся рука или хотя бы её маленькая часть. Было видно, как он напрягся от проделок жены, но он не отдёрнул руку. На несколько секунд Шото задержал дыхание, боясь даже шевельнуться. Без каких либо слов, Момо решила, что либо сейчас, либо никогда. Она быстро сориентировалась и подтолкнула плачущий комок к рукам мужа, одновременно заставляя того их перевернуть. Вышло кривовато, но итог был таков: Шото стоял в полу шоке, держа ребёнка на руках прижимая её как можно ближе к себе боясь уронить, а Момо же отошла от них подальше, что-бы тот не мог вручить ей вновь ребёнка. Глаза бегали с жены на дочку, он не мог вымолвить не то что слова, даже звука, отрываясь то закрываясь как у рыбы. Всё бы ничего, если бы они не заметили одного маленького, но такого важного изменения. Мирей перестала плакать, она только легко похныкивала. - Ты можешь активировать причуду так, чтобы тепло совсем чуть чуть выходило? Слушая мирный и спокойный голос жены, он сразу же сделал то, что она ему сказала. Она сделала пару шагов обратно к нему, кладя одну руку поверх маленькой головы, второй же берясь тонкими пальцами за крохотные пальчики детской руки. - Я читала литературу о возможных болях детей после рождения, там говорили про колики. Было много разных методов, как можно убавить боль, я многие перепробовала. Один из самых популярных оказался обычным контактом с ребёнком. Обнимания и прижатия к себе. Но как ты видишь это мало помогало. Также говорилось про тепло, я прикладывала тёплые предметы, грелки, но эффект от них длился почти ничего. Сейчас мне совсем спонтанно пришла в голову мысль "А вдруг твоё тепло больше поможет, заодно ты попробуешь подержишь её на руках". От тебя действительно исходит более приятное и успокаивающее тепло, нежели от грелок. Проверено лично. - в конце Момо слегка подмигнула. Чёрная макушка уткнулась в грудь напротив, продолжая придерживать маленькие пальчики руки. Дыхание вновь пришло в норму. Удивительно, но страх медленно улетучивался прочь, оставляя за собой только умиление от такой маленькой крохи на руках. Стало так обидно за все те моменты, которые он упустил из-за необоснованного страха. Ведь он мог столько времени провести с ней, а не оставлять её одну с Момо. Да, она ещё совсем маленькая и у него есть достаточно времени, чтобы провести его со всей своей семьёй. Смотреть за тем, как она растёт, познаётся мир, становится взрослой... Пока он без конца не погрузился в эти мысли, до его сознания дошло, что Момо нужно сделать перерыв и перекусить, - Ты совсем забыла поесть, я справлюсь с ней пока что. - опустив голову ближе к лицу напротив произнёс обладатель огня и льда, чем заставил девушку улыбнуться. Не упуская лёгкого румянца на щеках. Лицо напротив медленно поднялось наверх, загораясь лёгкой улыбкой, - Я наверное побуду с вами ещё немного, еда никуда не убежит. Посмотрев друг другу в глаза, уже который раз за короткий промежуток времени, они одновременно посмотрели на дочку на руках отца семьи. Та уже успела заснуть, всё ещё слабо держась за пальцы матери. Наверное это будет первая спокойная ночь спустя столько дней.