***
Засидевшись на пару с королевской печатью до поздней ночи, Юнги наконец заканчивает с бумажной работой, откинув всё в сторону. Крепко потягиваясь на мягких, шёлковых подушках, уже предвкушает отпить отменного рисового вина. Губы лишь едва касаются железной чашки, как королевская стража объявляет: — Прибыл советник Ким. Массивные, алые двери отворяются. В тронный зал вваливается— не иначе; крепкое, почти двухметровое неуклюжее тело, что успело за 15 метров споткнуться о воздух, упасть и разронять бумаги. —Благую ли весть ты несёшь, путник?— со смешком скалится Мин. И как со своей неуклюжестью он смог стать достойным советником? —Ваше величество, Позвольте... —Брось это всё, мы тут одни. Намджун, не томи, выкладывай. —Вижу тебе так и не терпится узнать будущего муженька поближе, а?—с пару секунд играет бровями, заметив уставший взгляд правителя решает максимально сократить свой доклад: —Для королевского омеги он просто нечто. Помимо весьма привлекательной внешности он также хорошо образован, владеет мечом чуть ли не в совершенстве, даже прошёл какое-то учение врачевания. —Так говоришь он так хорош собой? Хм, что ж, интересно...—хмыкает Юнги.Часть 1
10 мая 2025 г., 22:33
Дабы заиметь сильного союзника в такое непростое, смутное время, король Мин прислушивается к настойчивым мнениям советников.
Его величество отправляет гонца с письмом о предложении руки и сердца единственному сыну короля Пака.
Оба правителя совсем не дурны, брак — лишь прикрытие для выгодной сделки меж королевствами.
Лишь брак способен своими невидимыми, крепкими как сталь узами скрепить союз сильнее любой печати, любого договора или мирного соглашения.
Так, в одно утро Чимин просыпается от непривычного «жужжания» слуг в коридорах. Те что-то носятся с самого утра, снуют туда-сюда из комнатки в комнатку, о чём-то восторженно шепчутся и хихикают.
Не выдержав всех тех оглушающих и мешающих звуков, омега подрывается с постели. Босиком, громко топая по прохладному полу с силой отворяет дверь, та еле держится на скрипучих петлях; в одной ночной сорочке показывается из покоев и гневно кричит:
—Тётушка! Тётушка Ён! — Да чёрт бы побрал эту старуху!
Госпожа Ён являлась приближённой придворной бетой, долгие годы верно служа королевской семье.
Чимина она нянчила с пелёнок, от того к ней так и прилипло Чиминово ласковое «тётушка».
—Госпожа Ё-он! —протяжно тянет омега ещё громче прежнего.
—Ваше высочество! —низенькая, пухленькая бета кланяется, запыхавшись.
—Что же Вы в таком виде выскочили, не дай бог простудитесь! А ну-ка, давайте-ка живо в покои!
—Что творится во дворце в такую рань, тётушка?
—Так как же! Король Мин путь держит во владения, авось к вечерне подоспеет, письмо вот...—стыдливо опускает взгляд и кланяется.
— Простите, лишнего болтаю. Давайте помогу Вам собраться, завтрак ведь скоро накроют, его величество просил поторопиться..
За завтраком Чимин всё время чувствовал пристальный взгляд отца.
Тот выглядел серьёзнее, чем обычно, словно что-то обдумывая, время от времени кивал сам себе.
—Отец, что-то случилось? Я слышал к нам путь держит король Мин. Прислуга с самого утра расшумелась, никогда не видел такого...
—Не сердись на них, времени подготовиться совсем мало, гонец ночью принёс радостные вести.
—Оставьте нас,— даёт указание прислуге.
Как только та удаляется прочь, его величество берёт сына за руку, смотря в глаза с отцовской теплотой.
Подобную нежность король позволял себе редко, лишь когда они были наедине, ведь такое поведение не присуще правителю.
—Сын мой, в письме, что давеча принёс гонец, его величество просил твоей руки.
—И что же..что же Вы ответили?
—Я настоял на личной встрече.
Чимин-и, я не хочу давить на тебя, не хочу выдавать тебя замуж по расчёту.
Мин Юнги и правда хорошая партия из возможных. Он молод, весьма неплох собой, к тому же народ его не бедствует, да и время сейчас...
—Неспокойное...— едва на грани слышимости произносит младший.
—Да, весьма неспокойное. Как король я должен думать о подданных, но как отец я не могу быть жесток с тобой..
—Я понимаю, я...я выйду за него...—чуть крепче сжимает ладонь отца, искренне улыбаясь продолжает:
—Папа всегда учил думать о своём народе. Думаю, он поступил бы так же...
—Чимин-и, тебе всего 17, ты ещё так юн, но мудр не по годам. Мой мальчик совсем вырос, видел бы тебя твой папа...Он бы так гордился...
—Я так скучаю,— с горечью выдавливает омега.
—Я тоже...Так, хватит тоски, твоему папе это бы не понравилось. Давай завтракать, у нас ещё десерт по особому случаю. Госпожа Ён! Подавайте!
Пока Чимин в предвкушении перебирает возможные варианты, тётушка подносит плоское блюдце с бледными, ароматными пирожками.
Эти пирожки с начинкой из сладких бобов, самая любимая дворцовая стряпня для Чимина.