В изгнании

Хакс становится более хрупким и передвигается с тростью. Его полупрозрачная кожа напоминает бумагу. Кайло тоже боится упасть. Образ жизни, который он вёл прежде, ослабил его тело. Старые травмы — источник хронических болей. Он собирает лекарственные травы и, когда может, использует Силу для исцеления, но он остаётся смертным. Сердце даёт о себе знать всё чаще, и каждым годом ему всё тяжелее подниматься на холмы, окружающие их дом. Они по-прежнему спорят, но теперь в их спорах нет яда. Они просто движутся проторенными тропами, былые предательства и обиды зарубцевались. Они принимают друг друга такими, какие есть. Хакс проектирует полезные вещи: простые в использовании ловушки для дичи, дроидов-помощников, эффективные фильтры для воды и приборы для приготовления пищи. Когда кому-то из них слишком больно, Кайло берёт обоих в путешествие по миру грёз. Они знают, что им осталось недолго, и дни теперь летят так стремительно, что кажется, будто времени нет вовсе. Забавное ощущение после всех этих лет, когда они не рассчитывали дожить до сорока. Они ждут конца вместе, вдвоём, потому что иного даже представить нельзя. Для Кайло всегда существовал только Хакс, а для Хакса — Кайло. Без вариантов. Когда неизбежное наступает — это внезапно Кайло, чего Хакс совершенно не ожидал. Он загружает Кайло в шаттл и впервые лет за десять, как минимум, запускает двигатель и выводит шаттл из атмосферы, прокладывая путь к солнцу. А потом ложится рядом с телом Кайло, удивляясь тому, как это естественно, как привычно. Кладёт голову на его плечо и вспоминает, насколько мускулистее Кайло был в молодости. Хорошие воспоминания, хотя и теперешний Кайло ему тоже нравится. Дыра в его груди больше не болит, и Хакс засыпает, не обращая внимания на ноющую ногу. Самый спокойный сон в его жизни.