Rebilion

      Звон в ушах и пробивавшиеся через него неизвестные звуки встретили ещё не осознававшего ничего парня, который, едва открыв глаза, стал щуриться от белого света ламп. Опираясь на локти, у него вышло немного приподняться и за пару оборотов головы осмотреть знакомую ему палату. Ничего не изменилось, да и не должно было за те несчастные восемь часов, что Вайолет провёл на операционном столе.       Сухость во рту и во всей глотке парня, заставила его с надрывом кашлять, но стоявшая на тумбочке около кровати бутылка воды, быстро привлекла его внимание. Потянувшись к ней, Вайолет тут же осознал, что произошло, когда на периферии зрения увидел свою железную модифицированную руку, от которой отражался свет ламп. По телу, словно ток, пронеслась дрожь, быстро сменившаяся тревогой где-то глубоко внутри. Глаза неустанно бегали по рукам в попытке принять факт их существования, и что они теперь часть него самого.       — Ты проснулся, — констатируя очевидный факт, произнёс невысокий парень, вошедший в палату с планшетом в руках. — Как ты себя чувствуешь? И как я погляжу, ты уже успел ознакомиться со своими модификациями.       — Я не знаю, — растеряно прошептал тот. — Так странно воспринимать их как часть себя. Ещё и пить хочется, — хриплым голосом промолвил парень, будто его голосовые связки готовы были вот-вот порваться от напряжения.       — Ах да, прости. Это всё из-за препаратов, которые вам вводили через дыхательную маску, — беззаботно обмолвился медработник в момент того, как откручивал крышку бутылки с водой. — Можешь немного запрокинуть голову назад? Ты не сможешь сейчас держать её самостоятельно, — Вайолет, не задавая никаких вопросов, повиновался. Бутылка понемногу наклонялась, и вода тут же оказалась в ротовой полости парня. Влага вызывала облегчение и боль, когда попала на потрескавшиеся гланды юноши. Отслонив бутылку, врач тут же спросил:       — Ещё хочешь? — интонация его голоса казалась мягкой и спокойной, что вызывало комфорт от нахождения рядом с ним.       — Нет, спасибо, — с придыханием и лёгкой улыбкой на устах доброжелательно произнёс Вайолет.       — Хорошо, — согласно кивнул медработник, делая какие-то пометки в своём планшете, и периодически бросая свой взгляд на потрёпанного парня. — Что ж, я сообщу твоему Керофангу, что ты проснулся и попрошу охрану сопроводить тебя до вашей комнаты, — добавил он, медленно выходя из палаты.       В помещении повисла тишина, которая вызывала писк в ушах, но долго задерживаться на этом не пришлось. Резко из дверного проёма послышалось покашливание - стоявший там охранник пытался привлечь внимание юноши, и у него это получилось. Свесив ноги с койки и надев тапочки, Вайолет ещё раз осмотрел палату на наличие каких-то своих вещей. Но мысль о том, что даже если бы они тут были, он не смог бы их взять, послужила призывом продолжить свой путь к двери.       Белоснежный коридор больничного отделения, и снова коридор с неоновыми вывесками и рекламами - всё до боли знакомо. Сколько раз он проходил по ним, когда шёл на тренировки и на чёртову арену. В какой-то момент он перестал озираться по сторонам, следуя по знакомому маршруту из раза в раз, и сколько ещё он будет по нему идти в дальнейшем, он не знал. Всё его тело ощущало нарастающее с каждым сделанным шагом. напряжение       — Вам сюда, — произнёс охранник, остановившись и приоткрыв левой рукой одну из дверей.       — Спасибо, — кратко обмолвился парень и поспешил зайти внутрь помещения.       За его спиной послышался щелчок закрывшейся двери. Визуально комната казалась просторной и светлой. Пара шкафов и тумбочек сделанных из красного дерева стояли неподалёку от большого панорамного окна, а слева и справа имелись разделения на их личные комнаты небольшого размера. Такая планировка отдавала комфортам и уютом, а свежий мятный аромат располагал к себе.       — Добро пожаловать, принц, — деловито произнёс довольный Нолан, сидящий на одном из диванов зелёного оттенка в гостиничной комнате.       — Чёрт, я проиграл! Как ты это сделал? Ты что, маг-кудесник? — недовольно бурчал себе под нос Бэзил, морщась, как котёнок.       — А тебе точно только ноги модифицировали? А то, по-моему, и мозг повредили. Я ваш Керофанг! Ты правда думал, что я не знаю, кто из вас придёт следующий? — с весёлой ухмылкой, явно забавляясь от своего превосходства, выговорил Нолан.       — Что тут происходит вообще? И где остальные? — недоумённо и очень растерянно спросил Вайолет.       — Да мы поспорили на желание, и похоже, что я выиграл, — показав большой палец вверх, мужчина получил в ответ лишь средний палец от третьего. — А что касаемо остальных, то они будут немного позже. У Бенджамина больше модификаций, чем у вас это занимает больше времени. А что касаемо Лиама, то возникли некоторые осложнения во время операции. Теперь ему нужно больше времени, чтобы прийти в себя, — словно заготовленную заранее речь, высказал Нолан, потупив свой взгляд в окно и потерев переносицу.       — Да вы издеваетесь, какие ещё нахер осложнения? — тихо, но с озлобленно произнёс Мин.       — С ним всё в порядке, — он примирительно поднял руки возле головы, — а насчёт осложнений, то могу сказать, что.., — в комнате повисла тишина, будто Нолан подбирал слова и сомневался, стоит ли ему продолжать. — ....У всего есть последствия. Не знаю сколько он сидел на этом, но у наркоманов есть свои последствия и даже хорошо, что его модифицировали - он полностью избавится от своих ломок, — пожимая плечами, будто ёжась, он нахмурился. — И да, не советую таращиться на него, когда он явится. Его психика сейчас слишком непредсказуема, и неизвестно, как он будет себя вести теперь.       Бэзил попытался что-то сказать, но слова застряли в глотке - он был не в силах продолжить этот разговор. Присев на диван рядом с ним, Ким решил последовать его примеру и не изъяснятся по этому поводу.       Резко зазвонивший телефон Нолана прервал скопившееся напряжение. Его глаза были будто под белоснежной пеленой, ответы были односложными, но его заинтересованность была видна невооружённым глазом, судя по эмоциям на лице. Сбросив трубку, моргая как после сна, он быстро проговорил: — Бенджамин очнулся, скоро его привезут сюда.       Возможно из-за прошлого диалога, а может каждый утопал в своих мыслях и мнениях невысказанных вслух, но в помещение повисла тишина. Было слышно лишь дыхание ребят, пока со стороны двери не раздались многочисленные звуки. Обе створки двери распахнулись, и в проёме появился жизнерадостный Бенджамин на коляске.       — Ребят, вы видели эти модификации, они же шикарны! — он был рад, будто ребёнок. А улыбка говорила о том, что он очень доволен и быстро пришёл в себя. Переменившись внезапно в лице, он запнулся и свёл брови к переносице. — Вы чего такие поникшие?       — Да ничего такого, до сих пор в небольшом шоке от наших новых игрушек. Осталось только научиться ими пользоваться, — кое-как собрав мысли воедино, с дружелюбием вымолвил Вайолет.       — Ну, раз все в сборе, предлагаю отправиться в реабилитационную комнату, — приподнимаясь с дивана, изрёк Нолан и повернул голову на Бэзила. — Ах, точно! Надо же пересадить тебя в коляску, своими ножками ты же ходить не можешь, — издевался он с нахальной ухмылкой. Пересадив парня на его средство передвижения, все всё-таки последовали в сторону двери.       — А как же Лиам? Его же до сих пор нет, — обеспокоено произнёс Бенджамин.       — Он присоединится к нам, как только сможет. Видишь ли, его модификации отличаются от ваших, — потерев переносицу, сказал Нолан, видимо, уже устав объяснять одно и то же.       Когда Вайолет вышел за пределы комнаты, в его голове крутились лишь мысли о том, как будет сложно вернуть функциональность своих рук, и как же мало времени на это, ведь сразу после восстановления начнутся очередные тренировки. Чтобы вынести это ему и остальным ребятам нужно не только выйти за пределы человеческих возможностей, но и бороться со страхом внутри, преодолевать всё на своём пути быстрее и лучше, быть готовыми к хаосу в своих головах, быть готовыми положиться друг на друга так же, как на отражение самого себя в зеркале.       Реабилитационное отделение, оказалось совсем рядом, всего в паре минут ходьбы от их комнаты. Вероятно, такое расположение было сделано намеренно для удобства или чтобы участники не тратили своё время в пустую.       Когда они подошли к белой застеклённой двери, датчик движения уловил сигнал, и она открылась сама собой, впуская их в реабилитационный зал, где уже находилась пара врачей, ведущих какой-то незамысловатый диалог между собой.       — Здравствуйте, я привел к вам мальчишек для восстановления, - громко сказал Нолан, проводя рукой по своим волосам. Подходя ближе к медперсоналу он специально оставил двух колясочников рядом с тем, кто даже бутылку воды держать теперь не может.       — Добрый день. Хорошо, я вас понял. Мы займёмся ими, а вы, если у вас есть какие-то дела, можете быть пока свободны. Мы сами отправим их в комнату по окончанию процедуры, — произнёс врач с равнодушием в голосе. Его внешний вид так и вещал, что он тут главный. Это был высокий брюнет с тёмно-карими глазами и висящими на переносице очками, очевидно, дорогого бренда, которые добавляли шарма к его белому халату.       Все ребята тут же воодушевились, ведь они понимали, что это их личная возможность научится пользоваться модификациями и стать сильнее.       — Тогда доверяю этих малышей вам, — съязвил Чон, направляясь в сторону выхода. — Друг за другом не бегать, ни с кем не драться! Ну, если конечно сможете, — Нолан усмехнулся.       Проводив его взглядом, Вайолет замер, а по его коже пробежали мурашки.       — Позвольте нам ввести вас в курс дела, — врач снял с носа очки, тяжело вздыхая, будто повторял одно и то же каждую минуту. — Что будет происходить в этом зале? Здесь вас научат основам, то есть, — он начал загибать пальцы, — держать предметы, сгибать колени, держать равновесие. В результате всего, вы сможете стоять, бегать, хватать предметы и управляться с модификациями, как со своими настоящими конечностями. Всё будет зависеть от ваших собственных стараний, и от того как вы будете прокачивать свои мышцы.       Не успел молодой парень моргнуть, как его друзья уже были расформированы по врачам. Комната наполненная светом, с мягким прорезиненным полом, оживилась. Стоящие снаряды для ходьбы и пара столов с различными предметами, стол для настольного тенниса и мячи, с мягкой обивкой, лежащие в углу комнаты, заставляли гадать, чем именно они будут заниматься сегодня.       — Предлагаю, тебе для начала попытаться сжать свои пальцы по очереди. Через пару таких повторений попробуешь проделать тоже самое уже под мой счёт, — произнёс медработник, подойдя практически в плотную к Вайолету и застыв в ожидании.       Бросив недодумывающий взгляд на работника, юноша всё же последовал сказанному. Движения были обрывистыми и дёрганными, как будто по его руке из раза в раз проходит импульс тока, не давая ему плавно, как раньше, согнуть свои пальцы. Но после примерно семи таких повторений, результат начал становится лучше, хотя до сих пор был далёк от нужного ему идеала.       Когда он обратил своё внимание на остальных ребят, то увидел, как дрожащий Бэзил, держась за поручни, постепенно выпускал их из своих рук и пытался уловить баланс, чтобы удержаться на своих новых ногах. Бенджамин и вовсе морщил нос в попытке разогнуть колено и оттолкнуть руку врача, давившую ему на лодыжку со всей силы.       — Хорошо, а теперь я буду называть пальцы, а ты будешь их сгибать на обеих руках в заданной мной последовательности, — внимательно наблюдая за реакцией юноши, медработник фыркнул, сдерживая чих. — Большой палец — это один, мизинец — пять. Ну, я думаю, принцип понятен, — произнёс он спокойным тембром голоса, почесав свой затылок. — Один, четыре, два.       Пальцы едва ли поддавались, но концентрация и желание юнца давали свои плоды.       — Прекрасно, давай повторим это ещё пару раз. Готов?       — Да, - молниеносно выговорил Вайолет, не отрывая взгляда от собственных рук, и полностью концентрируясь.       — Хорошо. Три, пять, один, — скомандовал врач, внимательно наблюдающий за движениями парня.       Время то летело, то будто застревало где-то в пространстве реабилитационной комнаты. Отсутствие хоть каких-то часов часов вынуждало полагаться на собственный биоритм, который был и без того сбит.       Неизвестно сколько часов они потратили на выполнение таких лёгких манипуляций, но внезапно стало не до них. Резко подавший голос врач громко произнёс: — Все молодцы! Вы хорошо постарались, но на сегодня мы закончили. Вас сопроводят до вашей комнаты. Рекомендую сегодня ещё раз повторить упражнения самостоятельно, но не переусердствуйте и позвольте отдохнуть себе должным образом.       От ощущения собственной бесполезности, грудная клетка Кима сжалась и отдала истошной пульсирующей болью, вызывая межрёберную невралгию.       Коридор оживился от уставших, но довольных голосов Бэзила и Бенджамина. Немного понаблюдав за ребятами, молодой парень прогнал все неприятные мысли, которые так и норовили окутать его сознание, и присоединился к их разговору. — О, так вы решили обсудить наши арены?       — Представляешь, пока мы там в ливень бегали по чёртовой лестной местности с кучей склизких корней, на которых я чуть не проломил себе череп, — возмущённо начал цедить третий, — эти двое там бегали по тёплому песочку! — Мин ворчал, как старый дед, хлопнув ладонью себе по лбу.       — Лил, я не думаю, что всё настолько просто. Хоть мне и хочется надеяться, что им выпала арена полегче нашей, но мне слабо в это верится, с учётом того, что Лиам вообще чудом выжил, и стал вторым финалистом.       — Ты прав, Вай. То, что происходило там вообще не было похоже на отдых, — сделав небольшую паузу и прочистив горло, он было хотел продолжить, но его перебил Бенджамин.       — Это был ад, не иначе. Если бы не этот идиот, который в себя даже прийти не может, меня бы тут не было, — сказав это, он выглядел расстроенно. Но его голос звучал так, будто он злился или на себя, или на Лиама за его поступок.       — Слушай, давай мы продолжим уже внутри, и ты объяснишь нам в подробностях всё, что там произошло, — обеспокоено сказал Бэзил, увидев состояние друга.       Врач, идущий с ними всё это время, медленно приоткрыл дверь, чтобы впустить всех ребят внутрь. Зайдя в помещение все трое, осмотрели помещение. Нолана ещё не было, а щелчок за их спинами дал понять, что дверь закрылась, они остались одни и могут теперь продолжить диалог.       Расположившись на диване в гостиной, Бенджамин уткнулся взглядом в пол и продолжил говорить: — Вы точно хотите это знать? Этот рассказ будет не из приятных.       — Если бы мы не хотели знать, то уж точно не стали бы просить рассказать, — вымолвил уверенно Вайолет, в попытке обнадёжить собеседника своим ответом.       — Знаешь, когда мы только оказались там, то не знали, что всё будет настолько опасным. По крайне мере, я не знал, — юноша с трудом начал рассказ. — Горячий песок, невыносимая жара и ветер, бьющий по лицу. Из источников воды только какие-то кактусы размером с яблоко. Когда прозвучал сигнал, я не сразу смог сориентироваться, куда мне нужно, и едва ли смог рассмотреть построение сквозь ветер с песком. Подобравшись к строению, я увидел, что это древняя пирамида с огромной аркой вместо двери. Стоило мне сделать пару шагов в темноту, как я сразу же заметил, как парень из Первого Регеста порезал руку Кан До и песок у саркофага рассеялся. Оказывается из-за красного бархата гибрида срабатывает какой-то механизм, и только в таком случае ты сможешь получить оружие, — прочистив горло негромким кашлем, он сложил руки на ногах. — Я сразу же побежал туда и взял нужное снаряжение. Осмотревшись по сторонам, я впервые встретил Лиама на арене, и тот уже был ввязан в драку. Он бил какого-то парня затылком об пол. Я смог его оттянуть, бегло осмотрев его и вручив рюкзак. Мы бросились прочь оттуда. Но, не успели уйти далеко - на нас напал избитый Нам Акви. Лиам, видимо, вновь с ним сцепился, оттолкнув меня, но в итоге мне пришлось убить этого парня, чтобы спасти друга, — запнувшись в моменте, большой парень всё же взял себя в руки. — Я вонзил ему в бок свой топор со всей силы, что у меня были в тот момент. Мне было страшно, ужасно страшно. Я буквально не знал, что дальше делать, страх всё больше окутывал меня с каждой секундой, — дрожащий голос Бенджамина выдавал, что даже сейчас, когда он уже не на арене, его по-прежнему сковывал страх.       — После этого... ну, какое-то время всё было в тумане. У меня опять случился приступ, и всё, что я помню - как мы свалились в какую-то пещеру и Чон в спешке пытался вывести меня из этого состояния. Он даже порезал мне руку, заметив, что именно так я справляюсь с этим самостоятельно. Когда мы нашли укромное место и сделали привал, он позволил мне отдохнуть первым, хотя и сам уже заметно вымотался. Когда он меня разбудил, я понял, что мы там не одни. Мы смогли подслушать разговор других Регестов о том, что после того как Кан До выпил воды из странного кактуса на поверхности, с ним что-то случилось, но мы не поняли, что именно. Мы выждали, пока двое из них, уйдут и с нами останется только один человек, — Бенджамин нервно сглотнул и поднял свой взгляд на Вайолета, не зная какую реакцию ожидать от следующих его слов. Он сделал глубокий вдох и выдох. — Этим человеком был Тин Альт.       Было видно, как от натянутых струной нервов Кима передёрнуло, а кадык медленно двинулся, показывая что тому трудно уже сейчас сдержаться. Однако, он всё равно молчал и продолжал со стойкостью и терпимостью слушать рассказ.       — Но не смотря на услышанное, мы решили рискнуть и испробовать эти кактусы из-за сильной жажды. Я не заметил ничего странного, но Лиам менялся с каждой секундой всё больше. Он едва ли был похож на живого человека: его не держали собственные ноги, его всего трясло, а из глаз постоянно текли слёзы. Его улыбка уже не казалась мне нормальной, было ощущение, что он на гране психического припадка, — проведя одной рукой по своему отросшему ёжику на голове, он перевёл свой взгляд в окно, и, смотря куда-то вдаль, произнёс: — Если бы вы его видели в этот момент, то поняли бы всё. Дальше было только хуже.       Вайолет и Бэзил переглянулись, ожидая худшего. Поёжившись на диване, они не знали, точно ли готовы услышать продолжение, но никто не осмелился остановить Бенджамина, они позволили ему продолжить.       — Лиам был как будто не в себе и прыгнул прямиком к Альту, даже не пытаясь скрыть своё присутствие. Их сражение было больше похоже на охоту хищного зверя на маленького зверька. Он игрался с этим парнем. Он его не боялся, но всячески уклонялся от летящих в него стрел, хотя сам едва ли мог держать равновесие, чтобы просто стоять. Сделав резкий выпад прямо к Альту, он всё же смог коснутся его косой и порезать грудную клетку. Мальчишка решил спрятаться в темноте, пока Чон зашёл за стену, прячась от череды летящих стрел. А выйдя прямо на середину, он позволил Альту себя ранить в ногу, чтобы отследить направление, откуда летят стрелы. И он его нашёл, — тяжело сглатывая, Ким сжал челюсти, играя желваками. — Коса Лиама тут же вонзилась в спину альта, а другая ринулась прямиком к его глотке. Я думаю, не стоит объяснять, что случилось дальше. Я не сразу понял, что Чон наркоман в завязке, и что те самые кактусы, в которых была наркота попали именно в его чёртов рюкзак. По итогу это превратило его в того, с кем мне и пришлось повстречаться.       В комнате повисла полная тишина, никто не знал, что сказать. Каждый утопал в своих собственных мыслях. Резко пришедший в себя Вайолет, тихо одними губами произнёс: «Ты старался малыш. Жаль, что всё кончилось именно так. Прости.». В этот момент по его щеке скалилась слеза.       Не в силах находится больше в одном помещении, Мин и Бенджамин решили разъехаться на колясках по своим комнатам, дать друг другу выплеснуть свои эмоции в гордом одиночестве и привести свои мысли в порядок.       Вайолет же остался сидеть на диване. У него не было сил встать и пойти в свою комнату. Его грудная клетка сжалась до предела и по щекам потекли неконтролируемые слёзы. Если бы он только мог закричать... Но даже на это простейшее действие у него не было никаких сил. Ему оставалось лишь смотреть куда-то в пустоту и позволить себе переживать это. Оставалось лишь простить себя за то, что он не смог защитить юнца. В голове застряла мысль, что Дамиан всё знал с самого начала, но он не проронил ни слова; как прежде улыбался ему, когда тот только очнулся после боя.       Резкий щелчок двери никак не выдернул парня из потока своих мыслей. Вернувшийся Нолан судорожно пытался понять, что происходит. Он медленно подошёл к дивану и присел рядом с Кимом. Он замер в попытке подобрать слова, которые будет правильнее сказать сейчас, или что правильнее спросить. Положив руку на голову юноши, Керофанг тихо произнёс:       — Расскажи мне, о чём ты думаешь сейчас?       — Почему так выходит, что ты способен помочь всем, но не тому, кто в этом нуждается из-за каких-то обстоятельств? И вот ты сидишь, а человека уже нет. И ты не способен ничего сделать вообще. Как Дами переживал это из раза в раз в одиночку и почему он ничего не сказал мне? Он ведь всё знал, — промолвил Вайолет, сквозь всхлипы. Его голос казался таким хрупким, будто он может в любой момент расколоться на части.       — Ты не мог никак повлиять на судьбу Альта. Эти игры жестоки, малыш, они никого не щадят - ни проигравших, ни выигравших. Но пока мы способны чувствовать боль, мы живые, и пока в наших сердцах горит сочувствие - мы остаёмся людьми, — Чон внимательно наблюдал за состоянием Вайолета и ощущал, как тот понемногу расслабляется от прикосновений к своим волосам.       — Иди сюда, мой юный принц, — с трудом выговорил Керофанг, боязно укладывая Кима себе на плечо и обнимая за спину одной рукой.       — А Вы теряли, кого-нибудь? — слова парня стали чётче. Слёзы перестали литься по его щекам и он медленно, но верно начал приходить в себя.       — Да, однажды. Но уже много лет прошло с того момента, — выговоренные слова звучали уверено, но это не помешало заметить, как всего на секунду сжалась грудная клетка Чона.       — Похоже, он был очень дорог Вам, — спокойным, мягким тембром спросил юноша.       — Да, — кратко и без объяснений молвил Нолан и продолжил: — Ты злишься на Лиама?       — Нет, у него не было другого выхода. Это игра на выживание и с этим ничего не поделаешь. Но я хочу встретиться с ним. Я хочу, чтобы он сам рассказал мне всё, хочу увидеть его эмоции, — всё же выговорил Вайолет. Его слова казались протяжными, он засыпал. — Знаешь, твой запах, усп.., — не успев договорить, Ким провалился в сон, толи из-за усталости, толи из-за новостей, которые он узнал.       Керофанг аккуратно вытащил свою руку из-за его спины и, удерживая за голову, медленно уложил парня на диван. Вытащив из небольшой тумбочки плед, он поспешил укрыть им Кима. Приглушив свет в гостиной, он направился в свою комнату. Впервые за долгое время Вайолет крепко уснул, его не тревожил ни внешний шум, ни собственные мысли, которые обычно так и норовили окутать его с ног до головы в своём омуте. Следующие два дня никак не отличались от предыдущих. Те же помещения, те же запахи. Разве что реабилитация медленно, но верно шагала вперёд, открывая перед ними новые возможности владения их модификациями. Вайолет, наконец-то, приступил к отработке хватательных рефлексов, мучаясь в попытках удержать в своих руках предметы разной формы и тяжести. Бенджамин и вовсе был занят по всем фронтам: ему одновременно приходилось выполнять упражнения на разработку правой руки и левой ноги. Но он ни капельки не уступал Киму. С помощью медработников он, хоть и пошатываясь, но мог передвигаться с помощью костыля и больше не полагаться на инвалидную коляску. Бэзил, научившись улавливать баланс после нескольких падений, опираясь на поручни, перешёл на этап вбирания и перешагивания через разного рода предметы. Время неумолимо летело, но каждый из них, не жалея собственных сил, шёл к поставленной цели.       В свободное время часто раздавался смех троих парней, как только кто-то из них исполнял очередную глупость или задыхался сквозь смех в попытке добавить что-то в высказанную шутку. Впервые за долгое время им было позволено выйти за пределы комплекса - в парковую зону их реабилитационного отделения - что положительно повлияло на психику и на них самих. Взаимодействия ребят становились всё теплее и ближе. Со стороны даже могло показаться, что пока эти ребята вместе они не пропадут и не останутся одни. Нолану то и дело приходилось наблюдать, как колкий на слова Мин пытался уехать на своей коляске от взбешённого Вайолета, который так и норовил преподать ему урок. Не сосчитать сколько раз он услышал «а мы говорили!» от обеспокоенных Кима и Бенджамина, смотрящих на бесовские проказы Бэзила. Вся эта картина вызывала у Керофанга искренний смех и умиление от поведения юнца, которому он начал уделять очень много своего внимания. Но и об остальных не забывал. Просто это было другое.       Подойдя прямо к Киму и наклонившись к его уху, Нолан произнёс: — Он очнулся. Если пожелаешь, можешь зайти к нему сегодня, чтобы поговорить вдали от посторонних ушей. А завтра его переведут к нам в комнату, об этом мне только что сообщил Руи.       — Руи? — изогнув бровь и не понимая о ком речь, спросил Вайолет.       — А, прости. Похоже, ты с ним не знаком, — уголки губ мужчины дёрнулись в подобии улыбки. — Он Керофанг Лиама, является выходцем из Первого Регеста, и так же является полноценным гибридом. Так что восстановлением подчинённого он будет заниматься самостоятельно. Он хороший парень и хороший другом Дамиана. Но как по мне, его особенность заключена в его потрясающем интеллекте, — будто бы погружаясь в собственные мысли и воспоминания, мягко высказался Нолан.       — Что ты подразумеваешь под особенностью? — с недопониманием осторожно поинтересовался Ким.       — Я имею ввиду то, что отличает человека от всех остальных. Хм, вот например, Бэзил выделяется из всей своей гетерохромией, Бенджамин мастерски управляет ножами, так ещё и свободно говорит на французском языке. Лиам имеет голубо-серый цвет глаз, но когда он сосредоточен, едва ли они отличаются от куска льда. А твоя особенность - змеиный укус на губах и дислексия. А что касается Дами и меня, он всегда пишет в столбик и способен это делать двумя руками, я же имею сплит языка и страдаю от дальтонизма. Ну, страдал им до всех этих операций с имплантами. — Что? Откуда вы всё это знаете?! - воскликнул парень с непониманием и обернулся на сто восемьдесят градусов, чтобы оказаться лицом к лицу с мужчиной. Узнав мелочи на который ранее не обращал никакого внимания. — Керофанги нужны не только для того, чтобы сопровождать вас. Хотя некоторые придерживаются только этого. Но другие наблюдают, выделяют сильные и слабые стороны, направляют вас и беспокоятся за ваши жизни. Потому что по собственному опыту знают, какого это, — удручёно, но уверено вымолвил Нолан, потерев пальцами свою переносицу и продолжил: — Он в четырнадцатой палате.       — Хорошо, я понял, — кратко ответил Вайолет, повернувшись в сторону реабилитационного отделения, и отправился в путь.       Тревога охватывала и захламляли его сознание и мысли, он не знал, в каком состоянии застанет Лиама и к чему приведёт их разговор. Какие эмоции будут на его лице? И будет ли в нём хоть доля сожаления за свои жестокие действия? Как ему самому, прежде всего, стоит реагировать? Он не был зол, он всё понимал, но не был до конца уверен, что готов к этому разговору. Очнувшись уже перед дверью нужной ему палаты и прогнав все посторонние мысли, он медленно приоткрыл дверь, проходя внутрь помещения. Время ускользало, как маленькие песчинки сквозь пальцы парня. Ему не было никакой разницы на то, сколько времени прошло и сколько ещё займёт - на его душе стало спокойно. Но выйдя из палаты, он замер от собственного опустошения. Казалось, что всё то, что так горело внутри него, замерло. Но вслед за ним последовало спокойствие и мимолётная гордость за маленького Альта, который сражался до последнего, но не смог. Сжатое сердце Вайолета с каждым вдохом ослабляло свои тиски.       Пока он шёл в свою комнату, его взгляд привлекло ответвление коридора, которое хоть и было освещено неоновыми вывесками очередных реклам, казалось крайне тёмным из-за густого липкого дыма, распространяющего по всей поверхности пола. Молодого парня охватило чувство дежавю, он однозначно видел это раньше. Однако, судорожная попытка вспомнить, где именно, не дала никаких результатов.       Тёмный силуэт, прятавшийся в дыму, будто неспеша изучал юношу. Вайолет замер, как истукан, не в силах отвести взгляд от происходящего. Было совсем непонятно и вообще неизвестно, что нужно этому парню в капюшоне.       — Эй, Вайолет, что с тобой? — обеспокоенно произнёс Нолан, положив свою руку на плечо юноши.       — Что? Когда ты пришёл? — он явно был озадачен, путаясь в собственных догадках о происходящем.       — Переживал, что после вашего диалога ты будешь не в себе и решил зайти за тобой. Но когда я заприметил, как ты стоишь один в этом коридоре как околдованный, то сразу же окликнул. Но похоже, ты витал в облаках, поэтому мне пришлось подойти, — проведя пятернёй по своим волосам, выговорил Керофанг спокойным тембром голоса.       — А, ну... Дым и какой-то парень в капюшоне привлекли моё внимание, — непонятно почему дрожащим голосом сказал Ким, указывая рукой на ответвление. Повернув голову, Чон взглянул на указанное ему пространство, но там ничего не было: ни дыма, ни таинственного парня в капюшоне.       — Идём в нашу комнату, — после глубокого вдоха и выдоха тихо произнёс Нолан, потерев пальцами свою переносицу, будто пытаясь избавиться от дискомфорта.       Они направились в сторону комнаты, их путь сопровождался сменяющимися неоновыми свечениями рекламы модификаций, и это это резко било по глазам. За окном садилось солнце и сменялось темнотой глубокой ночи, доставляя шарма всем событиям, произошедших за сегодняшний день.       Когда они вернулись, свет горел только в гостевой комнате. Стояла полная тишина. Судя по всему, остальные уже провалились в сон от насыщенного дня. На тумбочке возле дивана стояла тарелка с лёгким ужином для Вайолета, состоявшего из тушёных овощей и варёного мяса.       — Тебе стоит поесть. На вкус это не так плохо как на вид, но это не точно, — съязвил Чон с лучезарной улыбкой на лице, пытаясь хоть как-нибудь вызвать улыбку на чужом, или увидеть хотя бы намёки на неё.       — Кстати, почему после сделанных модификаций, мы всё это время испытывали чувство голода? — вспомнив внезапно подробность, спросил парень.       — Всё крайне просто, вы его не ощущаете, поскольку не голодны. Всех, кому проводят эти операции, напитывают питательными веществами на протяжении всего времени процедуры. Так что вы способны обходится без еды. То же самое касается воды на аренах. Коразон не уверены, что участники игр Ктулх`у будут способны есть самостоятельно, поэтому напитывают вас чтобы вы не умерли с голода, - вымолвил Нолан, наблюдая за реакцией юноши.       — Но на второй арене кактусы были пропитаны наркотиками, — с негодованием произнёс Ким, сведя брови к переносице.       — Да, но лишь малое их количество. Можно сказать, что это испытание на везение, — тихо, словно нехотя, вымолвил Керофанг.       Вайолет, сидя на диване, мучился в попытке удержать ложку в своих руках, дабы поесть, как нормальный человек.       — Не мучай себя, давай помогу, — немного озадачено произнёс Нолан.       Перехватив ложку и набрав в неё содержимое тарелки, он аккуратно поднёс её ко рту парня. Ким взглянул на него с долей недопонимания, но не высказал ничего против его действий и послушно приоткрыл рот. Пища казалась ему и правда не такой отвратительной, какой казалась на вид. Но ей, как и прежде, не хватало вкуса. Покончив с едой за несколько таких повторений на лице Керофанга, расцвела улыбка.       — Уже поздно. Прими душ и ложись спать, - почти командным, но тихим тембром выговорил Чон.       Не став пререкаться, Вайолет поднялся с дивана и отправился в душевую. Тёплая вода всё больше нагоняла сон на его разум, поэтому быстро сделав все ванные процедуры, он вышел и отправился в свою комнату.       В темноте помещения он рухнул на кровать, и сон сразу же утащил его куда-то вглубь, стоило лишь голове коснуться подушки.