Неопознанные

21 июня 1941 год. Москва .....С улицы доносились щебетания птиц. Погода была ясной и солнечной. Дождя не обещали в ближайшее время. Нил еле как поднялся с кровати, широко зевая. Кровать скрипнула, словно заставляя оторвать наконец-то задницу с нее. Джостен спал достаточно, но сонливость била во все тяжкие, снова и снова кланя в сон. Будильник верещал и верещал. Нил поклялся, что вот вот и сломает его. Спать долго он не мог, ребята со двора звали купаться на речку, Нил не мог пропустить такое. На улице стояла жара, хотелось скорее окунуться в прохладу воды, расслабиться и может даже выпить. В силу того, что Джостену было всего 17 лет, выпивку ему не продавали. Приходилось просить или прохожих, или не просить вообще, так как совершеннолетних друзей у мальчика не было. Быстро позавтракав , Нил оделся и кинул плавки в свою сумку, серую и старую. Она досталась ему, вероятно, от дедушки, который умер ещё десять лет назад. - Мам, я ушел, - бросил Нил через плечо матери, после чего дверь скрипнула, оповещая об уходе Джостена из дома *** - Эй, Лис, пришёл наконец-то? - донесся звонкий голос одного из ребят. Нил не очень любил глупую кличку "Лис". Она ассоциировалась с хитростью, что в прочем была у Джостена, но с хитростью с плохой стороны. Нил не был корыстым или человеком, который постоянно искал выгоду для себя. Напротив. Нил был весёлым и относительно добрым, справедливым. - Эй, - передразнил он Ники, - ещё раз назовешь.. Нилу не надо было заканчивать. Конечно, Ники и остальная компания называли его так не из злых побуждений. Причина была в том, что у Нила были рыжие волосы. Ярко рыжими они были только на свету, в основном же волосы отливали ржавым. Компания, состоявшая всего из пяти человек, уже ждала Нила на каком-то старом покрывале у самого берега. На нем лежала пара яблок и недоспелых груш. На самом покрывале развалились и остальные ребята: Аарон Миньярд, Кевин Дэй, сам Ники и Эндрю Миньярд. Нил хорошо знал Эндрю. Они были похожи характерами. Но цепляло Нила не совсем это. Он чувствовал некую привязанность к этому человеку, новую для него. Нил подошёл к краю то ли пледа, то ли покрывала и сел на край рядом с Ники. Перекинувшись парой слов, все пошли в воду. *** Уже смеркалось, но никто из ребят не возвращался домой. Нил устало лежал, скрыв лицо в сгибе локтя. У него на животе устроился Эндрю, от чего на душе Нила непонятно теплело. Он до сих пор не мог привыкнуть к этому чувству. Ники тем временем оживленно вёл беседу с Аароном, обсуждая, как казалось Нилу, какой-то очередной бред. Кевин Дэй, звезда гимназии, сейчас пил квас, купленный им для всех ребят. Становилось все холоднее и холоднее, тёплый летний ветерок менялся суровым и холодным. Приходилось вставать, чтобы переодеть мокрую от воды одежду и все-таки направиться домой. - Отлично скупнулись сегодня, - устало сказал Кевин - Согласен. Пойдёмте завтра в другое место? Я знаю тут одно. Там и тени больше, и народу меньше, - пролепетал Аарон Завтра. Завтра. Завтра. Завтра....... 22 июня 1941 год. Москва. Нил проснулся, ища вслепую рукой будильник, в попытке остановить неприятный начавшийся гул. Но попав несколько раз вроде как по нужному месту, звук не пропал. Нил в непонимании раздраженно прподнялся с кровати, опираясь на руку и потирая глаза. Прошла секунда, как Нил понял, что звук доносится с улицы, а именно с уличного радио. Звук был громким, но не совсем четким, из-за чего приходилось сосредотавичаться на нем -....Граждане и гражданки Советского Союза!.... Сегодня в 4 часа утра, без каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границ во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города - Житопмир, Киев....... Дальше все было как в тумане. Нил замер, не веря в происходящее. Неуверенно снова потерев глаза, словно пытаясь пробудиться от неприятного сна, он снова вслушался, прекрасно понимая, что это не сон. Может злая шутка? Может послышалось? Нет. Нил вскочил с кровати, направляясь в небольшую комнату матери. Мать сидела с опущенными и щироко открытыми глазами. Взгляд её казался пустой, она смотрела в пол. Наконец, вырвавшись из оцепенения, она подняла глаза на Нила. На её глазах застыли слезы. - Мам?....- неуверенно тихо позвал её Нил - Мам, - более настойчиво сказал он, стараясь привлечь её внимание. На этот раз вроде как получилось. Мать не сказала ни слова, лишь покачала головой. *** Уже 22 июля случился первый налёт гитлеровской авиации на Москву. Интенсивные полёты продолжались весь год. 19 октября 1941 года в столице было введено осадочное положение. Уже к декабрю население страны сильно уменьшилось, а в сентябре в тыл было переведено около 500 промышленных предприятий союзного и республиканского значения. Нил уговорил поехать в тыл мать. Она была ужасно против, звала сына с собой, но Нил не решался покидать столицу. К началу 1942 года был расстрелен один из близнецов. Аарон. Это был удар для Эндрю. Нил и остальные в силу свои возможностей поддерживали его, что мало давало успеха. 31 марта 1942 года Нилу исполнилось 18. Всю компанию призвали на фронт. К тому времени план окружения и взятия Москвы был сорван и столица осталась освобождена. Но надолго ли это? *** Эндрю недолго горевал о потере брата. Следующие месяцы его жизни открыли глаза на смерть. Он никому не открывался. Никому, кроме Нила. Нил и Эндрю понимали друг друга без слов. Пройдя подготовку, Эндрю стал танкистом. Физическая подготовка Нила давала ему возможность стал снайпером, кем он и стал. Было мало возможностей отдыхать, но каждая остановка в тылу запоминалась надолго. Нил часто шутил, заставляя улыбнуться пару раз даже Эндрю. Парни частенько забирались в какой-то тихий уголок, где показывали настоящие эмоции только друг другу. Каким бы не был военный дух обоих, готовых до последнего защищать страну, маски спадали, как только они оставались наедене. Было тяжело. Слишком много смертей. Слишком. Вслед за Аароном умер Ники. Об этом Нил узнал только спустя месяц. Тяжело. Тошно. В этот момент рядом оказался только Эндрю. Для обоих смерть близкого товарища стала ужасной потерей. Нил сидел в деревянном домике на очередной остановке в тылу. Одна нога была прямой и расслабленной, а вторая была поджата к груди. Лицо было спртяно в сгибе локтя. Скрипнула тяжёлая деревянная дверь, а затем знакомый звук шагов. Знакомый до боли, греющий душу. Миньярд сел рядом, прислонившись плечом к плечу Джостена. - Эй, - тихо позвал Эндрю - М.. - промычал в ответ Нил. Говорить, казалось было невозможно. Да что тут скажешь, из компании ребят остались только он и Эндрю. Аарон мертв, Ники тоже. Связь с Кевином была утрачена ещё в самом начале. Оба парня приписали его к умершим. - Нил, ты слышишь меня? Эндрю получили лёгкий кивок - Мы вдвоем, у нас все хорошо. Сейчас нужно думать только об этом. Но запомни, если я... Нил моментально вскинул руку, прикрывая рот Миньярду, не давая договорить. - Нет, - отрезал он Эндрю убрал руку Нила от своего лица - Не будь идиотом. Всё мы знаем что сейчас происходит. Просто... - Эндрю запнулся, нервно сглатывая, - Просто запомни, что надо жить и бороться дальше. Слышишь? Ты понял? Нил промолчал. Даже думать об этом не хотелось - Этого не случиться. Пообещай мне, пообещал!.. Нил говорил тихо,но в его голосе было что-то такое, что ком застревал в горле. Солёный и горький. Эндрю тоже промолчал. Было глупо обещать что-то друг другу. Особенно в это время Они посидели так всего полчаса, прежде чем главнокомандующий не объявил о новой операции. *** 31 марта 1943 год. Москва Действия проходили быстро, пуля за пулей свистели в ушах, танки стреляли по врагам. Пока не наступила секундная тишина. Нил сначала не понял, что произошло, пока один из танков не взорвался. Полыхнул огонь, все находящиеся вблизи такнка отошли на несколько метров. Нил машинально, автоматически отшагнул тоже. Танк горел. Огненные языки пламени, жар, добирающийся до близ стоящих людей, явно ощущался. Красные, оранжевые, жёлтые цвета танцевали, превращаясь в серый дым, стремящийся улететь вверх. Нил опомнился. Точнее, только сейчас выпал из ступора. Загорелся танк, да, обычное дело. Но. Загорелся танк Миньярда. Эндрю. Эндрю.. Нет. Нил хотел было рвануть, но его успели удержать. Нила отключили. Очнулся он рядом с местом операции. Сколько прошло времени? Где он?? Где Эндрю? Где? Где? Где? Нил быстро встал с пола, на котором только что лежал, скинув с себя непонятную то ли тряпку, то ли пальто. Было плевать - Где Он? - Нил подбежал к одному из товарищей по имени Ричард, - Где!? - Джостен, успокойся Нил не унимался, он взял за плечи Ричарда, потряхивая его. Тот быстро скинул с себя руки Джостена - Заткнись! Хватит истерить! Он мертв Нил замер. Он отшатнулся от Ричарда, облокотившись на стену. Он не верил. Нет. Такого просто не может быть. Только спустя час Нил нашёл в себе силы подняться. Поведение было не военное. Нилу больше не хотелось ничего. Только увидеть его. Его. Его *** Нил вышел из-за кустов, отойдя от деревянного домика на метров 500. Танк, который остался горящим в ужасном воспоминании Джостена, сейчас был серым и полностью разрушенным. Поднявшись в него,он не опознал ничего. В глаза бросился маленький, тусклый значок, на котором были изображены серп и молот. Это был значок Эндрю. Джостен запомнил его, так как Миньярду дали значок с небольшим браком, в уголке был скол. Дрожащими руками Нил поднял его. Осмотрев, он прицепил его к своей форме с левой стороны. Рядом с сердцем. Он не верил в происходящее до сих пор. Казалось, Эндрю сейчас подойдёт к нему сзади и крепко обнимет. Обнимет и не отпустит. Никогда. Он возненавидел этот день. Всем сердцем возненавидел. Это был не просто обычный день, это был его день рождения. Сегодня Нилу 19 лет. Он никому не сказал об этом дне. Он больше никогда не отпразднует его сам. Он никогда не будет счастлив ни в этот день, ни в какой другой. Так и было. Битвы стали жёстче и яростнее. Нилу хотелось отомстить. Отомстить за друзей, за сокомандников. За Эндрю. За человека, ради которого тот сам готов был умереть. Каждую ночь после того, как Эндрю...... Нилу снились сны с ним. Некоторые были обыденными, а некоторые были воспоминаниями :Эндрю сидит под деревом. Нил лежит у него на колнях, пока он нежно перебирает рыжие волосы. - Нил, ты слушаешь? - Эндрю спросил только потому, что тот лежал с закрытыми глазами. Может, спит. - Слушаю, - тихо ответил Лис - Пообещаешь мне кое-что? Нил пожал плечами. Как один, так и другой относились к обещаниям серьезно. Они не могли не выполнить их. Без разницы, как давно было дано обещание. Главное, что оно было дано. - Пообещай, что не забудешь меня Нил помолчал. Он не сразу понял о чем он. Тогда Нил думал, что тот говорил про выпуск из гимназии в следующем году, поэтому ответил - Обещаю Обещает. Новая связь, соединаяющая их: Может Эндрю правда имел в виду выпуск, но сейчас, прокручивая это воспоминание в голове снова и снова, с каждым разом думал иначе. Нил никогда его не забудет. Никогда *** В октябре 1944 года в отряд присоединился ещё один солдат. Тоже танкист. Говорили, что его перевели из другого ботальона, так как тот получил тыжелые ранения. Так и было. Лицо нового товарища на вид было как ужасное месиво. Одного глаза не было, а второй был тёмным и коричневым. Сначала Нил сторонился его, но взвесив свои действия, Нил решил, что лучше через себя будет с кем-то говорить, нежели постоянно думать об Эндрю. На удивление, Нил быстро нашёл общий язык с Марком. Так звали новенького. Тот лишний раз не приставал к Нилу с расспросами, не лез не в свое дело Спустя время Нил немного, но доверился Марку. Снимая камень с души, Нил рассказал ему об Эндрю - Марк, ты знаешь его? Нил показал ему фотографию Эндрю. Эта фотография была сделана в один из первых дней, как их призвали на фронт. Они оба были в чистой форме и оба были счастливы. Сейчас оба мертвы. Мертвы оба, но только один из них перестал дышать. - Нет, - сухо ответил Марк. Уголки его губ незначительно слегка дернулись вне эмоции, - ии, кто это? - Это очень близкий мне человек. Это мой... - Нил не мог подобрать слов. Всё казались ему не такими, они вообще не описывали отношение Нила к Эндрю, - знаешь.. Самый близкий и дорогой мне. Нил показывал Марку фотографии с фронта. Тот молча смотрел. Он не задавал вопросов. Всплывали фотографии с фронта, беззаботных летних каникул и прочто фотографии с учебных годов. - А это..., - Нил посмотрел на Марка и чуть оторопел. По изуродаванной щеке скатилась слеза, - Ты чего? Оба помолчали. Нил не знал, что ответить или просто сказать. - У тебя похожая ситуация? Ты прости, если... - Всё хорошо Марк перебил его. Он протёр руками лицо. Нил лишь вздохнул. Он конечно не обижался на Марка. Возмоно, у того была такая же ситуация. *** С того дня Марк часто слушал истории о неком Эндрю Миньярде. Он иногда плакал. Он ничего не объяснял Нилу. Считал это не таким важным. В одном из сражений Нил получил тяжёлое ранение. Марк ни на шаг от него не отходил, исключая конечно операции и бои. Нилу пробили правое плечо, из-за чего рука перестала быть рабочей. Из последних сил Нил боролся за страну. Боролся за Эндрю. Мстил каждому захватчику. Он изо всех сил старался оправдать свою жизнь. Марк помогал как физически, так и морально. Легче становилось не особо, но ощущение кого-то рядом все-таки помогало. *** 8 мая 1945 год Москва Нила застрелили. Попали прямо в грудную клетку. Все достижения и медали, полученные в ходе сражений, испачканы в крови. Марк пулей выбежал из танка. Глаза Нила были ещё открыты. Впервые Марк снял свою каску. Из под неё показались сожженные светлые волосы. Светлые. Нил чуть улыбнулся, но улыбку сразу померкла, стоило ему сложить два плюс два. Марк..Нет. Не Марк. Нет. Нет. Нет... Эндрю сел к лежащему Нилу, хватая того за руки. Оба знали, что его уже не спасти. Нил не верил. Это какая-то ошибка. Неужели ослепленный горем, он не узнал его. Обожженое лицо Миньярда обеспокоенно бегало по телу Джостена. Стоило Нилу открыть рот, но Эндрю не дал. Он поцеловал Нила. Мягко. Ржавый вкус металла моментально почувствовался во рту. Было плевать. Нил чуть отстранился, покашливая. - Почему? - это единственное что Нил слился сказать сейчас. Эндрю промолчал. Он обнял Нила. Последний раз. Он не знал, сколько обнимал его. Слезы, казалось, обжигали уже бедную кожу Лисенка. Нил мертв. Совсем. Навсегда *** 9 Мая 1945 год Нил не дожил до победы всего день. Всего день... Потеря Джостена ударила по всей команде. Нил был одним из тех, кто несмотря ни на что боролся. Будучи с нерабочее правой рукой, отважно держался все сражения. Все бои. Всю войну. Ценой своей жизни он защитил Родину. Что с Эндрю? Он тоже мертв :.....Эндр потерял счёт времени, держа в руках Нила, котрый не проснется уже никогда. В какой-то момент спину пронзила боль. Затем снова и снова. Через полчаса уже оба тела не отдавали теплом Застывшие слезы на щеках. Оба мертвы. Они не дожили всего день до победы. Но оба одержали победу над собой. Друг над другом: