Невинная роза

— Время уносит всё…

***

      Прошло две недели со дня смерти родителей. Дженна оформила опеку над нами и отчаянно пыталась справиться со всеми заботами, что пока не очень получалось. Ей было тяжело, учитывая, что не мы одни потеряли близких людей, но и она тоже.        Меня уже выписали из больницы, но я так ни с кем и не поговорила о случившемся. Никто и не спрашивал, кроме Дженны. Она задавала мне множество вопросов поначалу, но когда я, наверное, слишком грубо пресекла их, она перестала. Я не хотела обижать её, но и говорить о случившемся не собиралась. Пока это причиняло слишком много боли…       Остальные решили проигнорировать причину моего попадания на больничную койку, ведь так было намного легче, чем попытаться помочь и разобраться со всем. А я была только рада этому. Разумеется, Елена и Джереми волновались обо мне, хотели помочь, но и им самим было нелегко. Все будто закрылись в себе, оставшись наедине со своим горем. Я и сама понятия не имела, как справиться со всем этим, что навалилось на меня буквально в один день. Джереми так вообще отстранился ото всех, больше всего от меня… Думаю, это связано с тем, что именно он нашёл меня той ночью. И из-за этого он, полагаю, постоянно наблюдает за мной, охраняет, но не разговаривает.        Елена же напротив старается держаться поблизости со всеми нами. Она мало говорит, но много обнимает, плача на плече Дженны, Джереми или на моём. Я тоже тянусь к ней в эти дни, она дарит неописуемое чувство спокойствия, будучи такой похожей на маму всем своим характером. Пусть она ненадолго и не полностью помогает забыться, но этого достаточно, чтобы заглушить ту войну внутри меня.        — Смотришь фотографии? — спросила я у Елены, выходя к ней на улицу.        Елена сидела на веранде и пересматривала семейный альбом. Она кивнула мне, шмыгая носом. Я устроилась рядом с ней, заглядывая в альбом. Я увидела фотографию, где были родители, Елена, я и Джереми. На фото мы ещё совсем маленькие. Была и другая фотография, где мы уже подросшие. На следующей фотографии были я и Джереми, там нам где-то по четыре года, я думаю. Джер, спрятав за спиной сорванный букет одуванчиков, стоял перед улыбающейся мной.        — Он очень испугался, — тихо произнесла Елена, — что с тобой что-то случится. Я видела его на следующее утро. Я понятия не имею, в каком состоянии была бы я, если бы тогда тебя нашла…        Она смотрела на меня с такой болью в глазах, что моя собственная чуть ли не утраивалась.        — Я жалею об этом, Елена, — смотря на небо, произнесла я, а сестра взяла меня за руку, крепко сжимая в знак поддержки. — Мне кажется, я не совсем понимала, что делаю… И, лишь испытав страх смерти, я поняла, что за ужасную глупость совершила.        Так и было. Осознание пришло слишком поздно. Во мне никогда не было суицидальных наклонностей, но и такого отчаяния я не испытывала тоже никогда. Со всем случившемся даже не очень удивительно, что я захотела умереть… И у меня появились панические атаки.        — Я так люблю тебя, Роза, — всхлипнула Елена, плача мне в шею, как плакала и я сама, только безмолвно. — Умоляю, не делай так больше, я не могу потерять и тебя…        — И я, очень-очень люблю тебя!       И тут я сорвалась, рыдая уже в голос.        — Мы обязательно справимся со всем, Роза!       — Нам станет легче, мы будем жить дальше…        Мы чуть отстранились друг от друга, улыбаясь сквозь слёзы. Я хотела жить, заново улыбаться, стать счастливой, полноценной. Хотела забыть… Пока не очень понимала как, но точно знала, что приложу все усилия к этому. Мне есть ради кого. Ради семьи. И в первую очередь ради самой себя.        — Ведь мы есть друг у друга, — произнесла Елена, ещё шире улыбаясь.        Мы чуть засмеялись и опять обнялись. Нам обеим полегчало, некий груз с души будто упал, сразу стало спокойнее… Появилась надежда.        Тогда я не знала, что забыть обо всём случившемся окажется намного тяжелее, чем я полагала, и я не смогу справиться с этим сама… 

***

      Я и Елена сидели в одной из комнат особняка Сальваторе и готовились к вечеринке в честь дня рождения Елены.        — Постарайся забыться, — произнесла я с улыбкой на губах, накручивая Елене локоны. — И хорошенько повеселись, сегодня твой день.        — Как мне веселиться, пока Стефан где-то там с Клаусом?       — Без угрызений совести, Елена.        Я нежно улыбнулась сестре, потом бросила беглый взгляд на своё отражение. Я была в чёрном платье выше колен с вырезами по бокам и горлышком, также на платье был ремешок из страз, волосы были распущены и красиво уложены волнами. Волосы я, к слову, покрасила в начале лета. Теперь я была блондинкой. Это было неожиданное для меня решение, но так мне нравилась гораздо больше.        В дверь постучали. Вошёл Деймон.        — Розалин, не оставишь нас? — попросил меня Сальваторе.        Я кивнула и улыбнулась вампиру, выходя из комнаты.        За время отсутствия Стефана Деймон с Еленой стали ещё ближе, это видели все. Конечно, большинство относились к этому негативно и с осуждением. Я тоже относилась к этому скептически, но ещё я видела, что рядом с Деймоном Елена как-то иначе раскрывалась, рядом с ним она могла быть любой. Будто рядом с ним она по-настоящему жила. Мне казалось, что в её глазах загорались искорки рядом со страшим Сальваторе. Но в итоге выбор только за Еленой. Но даже я не могла отрицать их связь, и я приняла бы это, если Елена всё же выберет Деймона.        Мои отношения с Деймоном за лето тоже изменились. Мы не стали друзьями, нет, но стали терпимее друг к другу. Моя прошлая обида на вампира никак не проходила, я, наверное, никогда не забуду, как в ту ночь Деймон свернул шею Джереми, даже если мой брат и сам забыл об этом. Однако он пытался спасти жизнь Дженны, рискуя своей собственной, это многого стоило.        Спустившись на первый этаж, я застала там кучу подростков и много-много выпивки. Кэролайн постаралась на славу. К слову, отношения между вампиршей и мной сдвинулись с мёртвой точки, и мы вновь подруги. В любом случае, Кэролайн и я были лучшими подругами с самого детства, и теперь мы навёрстывали упущенное за те месяцы, когда я почти ни с кем не общалась после гибели родителей.        Я, обходя ребят, подошла к Дженне, которая стояла рядом со столом с выпивкой.        — Она готова? — спросила Дженна, делая глоток пива, морщась после. — Ну и гадость это.        Я улыбнулась и взяла стаканчик со стола.        — Почти готова, скоро выйдет.        Дженна всё лето училась самоконтролю со Стефаном или Кэр, и она отлично справлялась. Теперь у нас в холодильнике появился отсек с пакетиками с кровью.        — Я удивлена, что меня позвали на подростковую вечеринку, — сказала она.        — Да брось, Дженна, ты и сама можешь задать здесь жару.        Мы засмеялись, чокаясь пластиковыми стаканчиками.        — Веселитесь? — спросил Рик, подходя к нам с доброй ухмылкой на губах. — Могу я украсть у тебя тётю, Розалин?       Дженна засмущалась, на что я с улыбкой смотрела.        — Конечно, — ответила я Рику.        Вскоре вышли Елена и Деймон, и все смогли поздравить девушку. Вечеринка проходила прекрасно, только именинница была не слишком весёлой… Я понимала причину, но не считала это правильным. Стефан вампир, у него есть буквально вечность, а у Елены нет. Она не может тратить своё бесценное время, убиваясь по нему, учитывая и то, что он сам решил уехать. Да, у него была благородная причина. Я поступила бы так же. Но случилось то, что случилось. И теперь моя сестра просто должна жить дальше. Я сказала это всё и Елене. Она же хмуро посмотрела на меня и ответила, что я просто никогда не любила по-настоящему и не смогу понять её. Возможно так, но я хотя бы здраво мыслю. Почти всегда…        Во время вечеринки я общалась с Шоном, с которым мы не виделись почти всё лето, позже я заметила Кэролайн, танцующую с Тайлером. Когда парень отошёл, я подошла к вампирше.        — Вы всё ещё не пара? — спросила я у Кэролайн.        — О чём ты? Не понимаю, — напоказ удивилась Кэролайн.        Только вот врать девушка совсем не умела.        — Кэролайн, — широко улыбаясь, начала я, — не того человека пытаешься обмануть.        Кэролайн вздохнула, прикрывая глаза.        — Это так очевидно? — чуть вымученно спросила она.        — Ещё как, — ответила я, улыбаясь. — Чего ты боишься, Кэр? Просто признайся ему во всём, ты ведь знаешь, что и он к тебе неравнодушен.        — Роза, всё сложнее.        — Дело в Мэтте, — догадалась я, на что Кэролайн кивнула. — Забудь, Кэр, живи дальше, у вас с Мэттом уже всё закончилось. Глупо упускать парня, который тебе нравится из-за уже старой страницы в твоей жизни.         Улыбнувшись напоследок, я отошла от Кэролайн. Сегодня я точно чувствовала себя самым настоящим психологом. Это всё влияние Шона, хотя я всегда пресекала его попытки устроить мне сеанс. Не хочу быть пациенткой. Я ещё не готова поделиться с кем-либо своей историей.        Вдали гостиной я увидела Джереми и Мэтта, первый курил. Я направилась к ним.        — Это что, косяк? — спросила я у Джера.        Джереми повернул голову ко мне, сначала пугаясь, что его застукали с косяком, а затем успокоился, увидев именно меня, а не кого-то другого.        — Не переигрывай, — делая затяжку, сказал Джереми. — Ты не моралистка, Розалин.        — Вовсе нет, — весело произнесла я, присаживаясь рядом с братом, — просто я возмущена, что ты не поделился со мной.        Джереми с Мэттом рассмеялись, когда я с помощью магии, позаимствованной у Кэр, притянула к себе косяк с рук брата и затянулась.        Да, Бонни помогла мне, она сняла заклинание с меня, а так же учила магии. Я не была отличной ученицей, но уже кое-что умела. И должна признаться, мне это безумно нравилось.        — Знаешь, Розалин, ты ещё хуже Джереми, — посмеиваясь, произнёс Мэтт.        — Приму за комплимент, — сказала я, облокачиваясь о плечо брата.        — Вы двое! — грозно произнесла Елена, появившаяся перед нами. — Опять?       Джереми закатил глаза на нравоучения сестры, а я мило и невинно улыбнулась.        — О! — восторженно произнесла я, смотря за спину Елены. — Торт несут!       Я вскочила с места с широкой улыбкой на губах, таща за собой Джереми, по пути я схватила и Елену за руку, так мы втроём подошли к центру комнаты, куда несли торт. Все собрались вокруг именинницы, хлопая в ладоши.        Когда Елена загадала желание и задула свечи, я и Дженна обняли её с обеих сторон, а Джереми улыбнулся сестре.        Это действительно было похоже на новое начало. Хотя в самом деле я просто пыталась вырваться из реальности… как и раньше…