Между уроками.

— Миш, прости, проект надо делать, правда, не дуйся. - Она даже чмокнула его в щеку когда из школы вышли, перед тем, как пойти к Веревкину.  И так, она динамила Мишу, целую неделю, если не больше.  Но сегодня, у нее были танцы, так что девчонка могла после них, пойти прогуляться.  Анфиса подсаживается к нему на перемене, и с улыбкой глядит на молодого человека.  — Мишка, пошли гулять после танцев, встретишь меня? - Спрашивает та, но чувствует что, что то не то, словно за эту неделю, что то поменялось, и она совершенно не помнила, когда они с Мишей, вообще нормально общались за это время, что ее сразу насторожило. — А что? С Костей всё уже? — Переводит на неё взгляд. Конечно, обида за это присутствовала и присутствует до сих пор, ну как так то получается? — С ним свободных тридцати минут найти не могла, чтобы элементарно по парку прогуляться. И смотреть, как ты с этим всем вообще забывать стала о нас двоих, - вообще не в удовольствие было. Анфисе даже стало неприятно от его претензии, ну он ведь знает что это всего лишь проект, и все это она делает исключительно ради оценки, ведь всегда училась хорошо, это последний год и она уходит из школы, оценки были очень важны.  — Миш, ты что? - Искренне с непониманием, спрашивает Крючкова.  Смотрит на него, будто он сказал что то ужасное, и такой холод от него исходит, видно что обиделся, и она это прекрасно понимала.  — Ничего я не забыла, что ты говоришь такое? - Девчонка смотрит на него, глазами хлопает, а от ее знакомого Мишки, что был так с ней нежен, и след простыл.  — Знаешь что, Миша… - Она замечает как Балунов входит в кабинет, и встает с места. — Я думала ты все понимаешь, а ты… Ты такой же как и все.  Свою вину, она безусловно не отрицала, но если бы они нормально поговорили, без его наездов, может все и было бы иначе.  Анфиса смотрит ещё пару минут на Мишу, пока звонок не звенит, и словно специально берет и садится к ВЕРЕВКИНУ, а сама, сейчас лопнет от злости. — Да ничего, правда, просто ты и вовсе не находишь для меня и минуты. — Было правда обидно, что в течение всего этого времени, на его предложение прогуляться, побыть вместе, всегда получал один ответ: "у меня проект, надо сделать". И сейчас, эта обида и злоба накопилась внутри и никак иначе отреагировать он не мог, может, где то внутри понимая, что это неправильно.  — Не забыла? — Хмурит брови, услышав эту фразу. — Да ты только и говоришь мне, что идешь заниматься с этим... — Старший пытается подобрать слово, которое может описать Веревкина. — Да тряпкой, самой настоящей. — Для него, как для человека, который всегда найдет способ отлынуть от учебы или другой любой обязанности, не составляет проблем уделить лишний час или те же тридцать минут своему партнеру.  Вот он вообще отказался заниматься с Олей, щас сама делает этот проект, а на оценку ему как то по боку.  — Да и пожалуйста. — Бурчит себе под нос после того, как Крючкова уходит.  Саша, видя эту картину, вскинул бровями, вроде, на днях, Миша рассказывал как было хорошо, но в последнее время все стало сходить на "нет", а тут оба озлобленные друг на друга что то выясняют. — И чего это тут такое? — Садится за свое прежнее место, глядя на друга Саша. — Да ниче, все, похоже. — Отмахивается Михаил. Саша еще пару раз смотрит на девушку и на друга, а после не задает ему и вопроса, пока не время. От Веревкина, она отделалась сразу же после этого урока, ещё и наорала на него, словно это парнишка во всем виноват. Анфиса сказала что все, пусть сам проект делает, и это больше ее не заботит, надоело.  Крючкова даже на танцы не пошла после уроков, бессовестно решила прогулять, ни настроения, ни тем более желания идти туда, она не имела. Даже если ее после такого, не возьмут на конкурс.  В школе все было ещё хуже, они ходили словно чужие люди мимо друг друга, Анфиса даже один раз хотела правда к нему подойти, и признать свою вину, ведь правда могла найти для него хотя бы минуту своего времени.  Она зашла в уборную, что бы привести себя в порядок, но после того, что услышала, ни то что говорить с ним, видеть его не хотела. Хоть и знала что Оля, та ещё сплетница, но говорила она так, словно все это было сущая правда.  И проект он ходил с ней делать, и домой они шли вместе, и так обидно стало от этого всего, ну неужели он так нагло ей наврал, ещё и выставил ее виноватой?  Так она плакала в ту ночь, как никогда до этого. А ведь могла просто поговорить с самим Мишей, и узнать правду.  Спустя неделю, Анфиса все же решила явится на танцы, только вот за прогулы, ее и правда теперь ни возьмут, ни на какой конкурс.  Его фигуру, она уже приметила издали, было так странно, встречать пришел? Неужели.  Только вот ей уже и не надо было.  — Заблудился? - Съязвила та, намереваясь мимо пройти, и не задерживаться вовсе. Все остальное время, проведенное в школе, он старался не смотреть на анфису, пусть мысли об этом посещали очень часто и очень навязчиво, просто узнать, что она где то рядом. Но что то не давало ему этого сделать. В конце уроков, на улице к нему подбегает Саша. — Так что случилось то? Сейчас может расскажешь? — Выравнивает с ним шаг.  Ему было до чертиков интересно, почему его друг так переживает, что случилось у него с Анфисой и что собирается делать дальше. Как будто сериал смотрит, только он в нем еще и участвует.  — Поссорились. — Кратко объясняет ему Михаил, смотря под ноги.  — Ага, а то я не догадался. Из за чего поссорились то? — Если не узнает, то из кожи вон полезет или сам лично пойдёт расспрашивать к другой стороны. А за друга он как никак переживает, надо же знать, как и что у него там.  — Саш, ну, поссорились и всё, че допрашиваешь то? — Не любил, когда слишком много вопросов задают, на который уже дали вполне нормальный ответ, чтобы все понять.  Так проходит неделя. Все вернулось будто на круги своя, с Крючковой они больше не контактировали, как бы того не хотелось. А ошибку он свою за это время признал, уже на остывшую голову и поздновато. Это ведь роект, который важен для оценки в четверть, а это все равно также, важно для Анфисы, она ведь никогда не получала оценки ниже четверки! Это Миша - раздолбай, делает, что хочет и не волнуется за поступление, а Крючкова вообще противоположность в этом плане. Нельзя же оставлять это все просто так. Он знал, что у нее сегодня танцы, знал во сколько заканчиваются, поэтому поджидал к входа на территорию. — Извиниться, вообще то, пришел. — Идет бок о бок от Анфисы, выравнивая шаг с ней. — Ступил сильно, я ж и забыл вовсе, что эти оценки так важны тебе. — Да, правда что ли? - Она сразу вспомнила все слова Оли, что так больно впились в ее сознание и сердце, сразу ощутила себя, на его месте, ревность так и жгла ее изнутри. - А я думала тебе весело ходить домой с Олей.  Выпалила кучерявая, даже не смотрела на него, хотя очень хотелось, она ведь не совсем сошла с ума, что бы вот так просто выкинуть его из своего сердца?  За это время так успела к нему привязаться, очень скучая по их разговорам, вспоминая как он играл ей на гитаре, и даже Химеру ещё раз прослушала, обидно было что кассету с их записями, она так и не получила.  — И оказывается, проект ты с ней делал, а мне говорил обратное. - Она с таким холодом это все говорила, словно так и хотела что бы и ему было больно. — За дурочку меня совсем держишь?  За это время, Анфиса так изменилась, совсем от веселой девчонки и следа не осталось, у него эту маску надевать научилась, как и он когда то, хотел казаться совсем не таким, каким являлся.  — Никогда больше не подходи ко мне, Горшенев, все… - Она замялась на последнем, словно пыталась понять, правильно ли поступает. — Все кончено, ты был прав тогда, все произошло слишком быстро.  Анфиса так старалась не расплакаться, держась изо всех сил, но в этот момент, считала что поступает верно, хоть и действительно очень глупо. Когда речь зашла про Олю он совсем оцепенел, не знал, что и говорить, потому что он никогда и дома то у неё не был и добровольно разговаривать с ней он бы и не стал. — Что? — Переспрашивает тот, не веря своим ушам. Все это было настолько холодно, безэмоционально и без какого либо намека на второй шанс, что он уже теряет надежду, чтоб наладить с ней контакт и вернуть все как было. — Подожди. — Мотает головой, выбрасывая посторонние мысли. — Ты серьезно думаешь, что я бы засел с этой Олей? — Голос предательски дрогнул.  Что там его одноклассница такого наплела опять, что втянула в это Мишу до такой степени?  — Так еще и за каким то проектом! Сама то помнишь, когда мне в последний раз было интересно этим всем заниматься? Да вот именно, что никогда! — Оправдывается тот, не желая отступать.  А это произношение его фамилии с такой бесчувственной интонацией возвращает его в то время, когда они ненавидели друг друга и это заставляет и сейчас прочувствовать прошлое отношение к себе. — Ты правда веришь её словам, скажи мне? — Уже собирается отступать старший. А не получая ответ продолжает.  — Ладно, раз так, то давай, удачи тебе. — В этот момент он разворачивается и уходит другой дорогой, серьезно не веря тому, что Анфиса поддалась словам этой Сплетницы. Было настолько неприятно от всего этого, что он был готов крушить все на своем пути от злости на Олю. Дома, Анфису накрыло такой волной отчаяния, даже поделится было не с кем.  Она обдумывала все слова Миши, и ведь он прав, ну с чего ему вообще учебой заниматься? Если он никогда к ней интереса и не имел.  Утром, девчонка даже на себя в зеркало смотреть не могла, все глаза выплакала, еще и мама на мозги так и капала.  — Как это, ты не пойдешь в школу? - С возмущением, стоя в проходе, спрашивала женщина.  — Обычно, мне плохо, заболела, отстань мам. - Пробубнила кучерявая, и практически вытолкнув женщину из комнаты, закрыла дверь.  Может она совершила ошибку? Да, так и есть. Ну как же глупо, разрушить то, что только началось.  Маша явилась к ней в этот же вечер, беспокоясь о том, что подружка в школу не пришла.  — Анфиса, ты в себя приди, ты кого послушала! Олю? Ты же умная, чего сейчас так тупишь? - Пыталась вразумить ее Нефедова.  Это все, заставило действительно Крючкову сильно задуматься, она так пропустила три школьных дня, пока отец не вернулся с командировки, и не уговорил ее все же пойти в школу. Она согласилась, но только завтра, ещё хуже было от того, что сегодня вечером был концерт Алисы, на который девчонку никто пускать и не собирался, за все ее прогулы.  А когда мама узнала что она и танцы прогуляла, совсем запретила ходить куда то кроме школы, даже с Машей не разрешила гулять.  Хоть  это не так огорчало ее, как то, что с Мишей все кончено, а его она очень хотела увидеть, только было так стыдно, хотя Анфиса, вернула бы время назад, и извинилась бы первая, вернула бы назад все, что их связывало, каждая минута была заполнена лишь мыслями о Горшеневе, а как ему вообще теперь в глаза смотреть? Загнала она себя в самобичевание окончательно, тем,  подумала, о том, что наверняка он уже и пару в вальсе сменить попросил, зачем им теперь вообще контактировать? Горшенев пришел домой не в настроении от слова совсем. До сих пор негодовал с того факта, что, вроде, здравомыслящий человек поверил такой, как эта Оля. Парень отмахивался от всех вопросов, а семья, видя, что он не в настроении, решает не трогать. На утро он нехотя, но все же идет в школу и весь день был замкнут в себе, учителей не слушал совсем, а на все шутки и вопросы саши он отзывался либо простым вздохом, либо нервным смешком. Балунов же пытался его ободрить, все эти дни, что Анфисы не было в школе, но все было безуспешно. Тогда, уже на улице, он его попытался вразумить. — Ты щас че распластался то? Ты из за девушки переживаешь? Лучше бы за себя попереживал, видишь себя то? Ты или забудь или ещё раз иди к ней, раз это тебе так важно. — Устал он видеть друга в подавленном состоянии, а все сказанные слова ранее на него не повлияли.  А эти были с напором и четкой уверенностью, что, видимо дали Михаилу силы и ему будто глаза открыли. Так вообще продолжаться не может, не страдать же? Саша прав. Миша доходит до дома, где на его радость никого не было, но сейчас не будет и его самого, ибо все это время он собирал деньги по рублям, по копейкам, ведь помнит, как Анфиса хочет на концерт Алисы. Накопилось на целых две штуки и ему и ей. Ближайшая касса была далековато, поэтому пришлось пожертвовать парой копеек на проезд в метро. И сейчас, он стоит и подает женщине в очках горсть монет. Ему сказочно повезло, билеты почти закончились и он урвал оба. И сейчас довольный направляется обратно. Ну, если даже после такого не простит, то тогда точно шансов нет и придется забыть.  Утром он спит дольше обычного, из за чего опаздывает на первый урок. Спросив разрешение у учителя на вход в кабинет, Горшенев мигом оглядывает всех присутствующих и как на счастье, Крючкова была здесь. Садится он на свое место и отсчитывает каждую секунду до конца урока, пусть он совсем недавно пришел. Звонок. Не дожидаясь голоса учителя, что даст огласку концу урока, он выбегает из класса, как и несколько других его одноклассников. Парень поджидает анфису у выхода и когда она появляется в дверях, то сразу сравнивает с ней свой шаг. — Знаю, может говорить и не хочешь, но у меня тут есть для тебя кое что. — Старший рыщет по карманам и достает один из билетов, протягивая его Анфисе. Под настойчивые уговоры отца, Анфиса поддается и соглашается что правда пропустила уже слишком много занятий, и пора бы вернутся в школу.  Утром, она словно вернулась в свою обыденную рутину. Рано встала, и рано пришла на занятия.  Оглядев кабинет, и заметив что Горшенева ещё нет,  стало тяжело и легко одновременно.  Но когда он все же явился, от сердца словно отлегло, вот только как в глаза ему смотреть? Такая глупая ссора вышла, что даже было очень стыдно.  Маши сегодня не было, заболела, так что приходилось блуждать по школьным коридорам одной.  Анфиса смотрит не него так, словно увидела призрака, и как он вообще после всего что она наговорила, с ней рядом идет.  Девчонка останавливается, сначала и глазам своим поверить не может, думает, может уже ее больная фантазия разыгралась.  Даже представить не могла, сколько стоило ему, что бы купить билет.  Анфиса глядит на него, молчит, но когда до нее наконец доходит что нужно хоть что то сказать, девичье сердце чуть ли не разрывается.  — Миша, это же очень дорого. - Начинает та. Сначала она хотела отказаться, но решив что если не помириться с ним сейчас, то уже возможно не сможет этого сделать никогда. — Прости меня, я такая идиотка, я столько тебе наговорила, Мишка, плевать я хотела на эти оценки, на эту Олю, вообще на все вокруг… И я совсем не хочу что бы мы расставились, мне было так без тебя плохо.  Не будь они в школе, давно бы уже разревелась, но она так сильно по нему соскучилась, что сил больше просто нет.  Анфиска обнимает его, не замечая больше ничего вокруг, изо всех своих сил, хоть для него это наверное и не было так крепко, но она словно хотела через объятия, показать ему, что никогда больше не хочет расставаться, хотела показать ему, как сильно он для нее важен. — Дорого, но ты ведь хотела на них. — Горшенев видит её эмоции, даже нет, словно чувствует их, пропуская через себя и самому становится приятно оттого, что девушка, во первых, не послала его, а во вторых, что ей понравилось.  Ну, как тут может не понравиться, когда это билет на одну из любимых групп? Миша вслушивался в каждое сказанное ей слово и был рад тому, что она все обдумала, поменяла мнение, как и он. — В голове не укладывается, что ты послушала эту Олю. — Нервно усмехается старший, заключая её в объятия.  Самому было стыдно за ревность, да еще и к кому… К какому то Косте, который даже самых базовых вещей в предмете не знает. Кажется, если б это происходило все вне стенах учебного заведения, то простояли бы на одном месте в объятиях уйму времени, потому, что он скучал, очень скучал по ней, как вместе проводят время, гуляют, рассказывают друг другу какие нибудь истории из жизни, делятся опытом.  — Может, сегодня пройдемся, хотя бы? — Отстраняясь от объятий, так с надеждой спрашивает старший. Да даже если ответом будет нет, то, конечно, расстроится, но уже прекрасно все понимая, с новой головой на плечах, можно сказать. Анфиса наконец в себя приходит и отпускает молодого человека, и заметно в лице меняется.    — Миш, но меня ведь не пустят на концерт. - Опять девушку окутала эта вселенская грусть, как бы она хотела конечно поскорее свалить от этого родительского контроля, но и понимает, они ведь просто переживают за нее.  Предложение о прогулке, приободрило Крючкову, как она могла отказаться от такого, ведь так скучала, было безумно интересно чем он занимался все эти дни.  — Конечно пройдемся, хотя бы до дома, хотя я бы вообще на всю ночь ушла, будь на то моя воля. - С улыбкой говорит кучерявая.  Остаток дня прошел замечательно, она даже выклянчила место рядом с Мишей у Балунова, что бы сесть с ним на контрольной по математике, хоть рядом с ним, сосредоточиться было крайне сложно, все мысли ее занимал лишь Горшенев, и то, что он ради нее купил билеты, через гордость переступил и подошел к ней.