Это могла быть она

Рон стоял у алтаря небольшой старинной церкви на окраине Парижа и, кажется, едва дышал. Вокруг всё было так, как они с Полин мечтали: скромная обстановка, аромат лаванды в воздухе, тонкая, почти невесомая музыка органа, лепестки роз, разбросанные вдоль прохода. Всё идеально. Всё правильно. Он выпрямился, чувствуя, как влажные ладони скользят по ткани брюк. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль: Джордж бы, конечно, пошутил, что он выглядит так, будто собрался на дуэль, а не на свадьбу. Но Джордж молчал, сидя в числе гостей, улыбаясь ему поддерживающе. И тогда двери распахнулись. Полин появилась в проёме — лёгкая, как солнечный луч, воздушная в своём свадебном платье, с тонкой вуалью, спадающей на плечи. Рон сглотнул, когда увидел её отца, крепко державшего дочь под руку. Они шли медленно, торжественно, как будто время вокруг замедлилось. И в этот миг его накрыло. На короткое мгновение он больше не был в Париже. Больше не стоял в холодных каменных стенах церкви. Он оказался в Норе — среди цветущего сада, где ветер раскачивал занавески на окнах. Там, на тропинке, ведущей к дому, Артур Уизли вел к нему другую девушку. Гермиону. Она была в простом белом платье, волосы её были уложены небрежно, несколько прядей выбились и мягко обрамляли лицо. В её руках был букет полевых цветов, собранный явно в спешке. И её глаза — её глаза светились таким теплом, такой бесконечной верой в него, что у Рона закружилась голова. Он моргнул, пытаясь отогнать наваждение, вернуться в реальность, но видение цепко держало его. И вот Полин, прекрасная и настоящая, подошла к нему. Её отец с лёгкой улыбкой передал ему руку дочери. Рон почувствовал её тонкие пальцы в своей ладони. Полин дрожала, как осиновый листок. Он улыбнулся ей ободряюще, крепче сжал её руку. Когда настал момент клятв, Полин начала говорить. Её голос дрожал, но был полон любви. "Я обещаю быть с тобой в радости и в горе..." — прозвучало в тишине. И в этот момент Рон услышал не её голос. Он слышал Гермиону. Словно её голос зазвучал прямо у него в сердце — уверенный, горячий, живой. "Я обещаю быть рядом, когда ты будешь счастлив, и поддерживать, когда мир рухнет..." Образы смешались. Рон видел перед собой лицо Полин, но слышал Гермиону. Видел, как губы Полин произносят клятвы, но в каждом слове эхом отзывались воспоминания о Гермионе: о ночных разговорах у костра, о ссорах и прощениях, о дружбе и любви... Но он смотрел на Полин, смотрел на её глаза, полные слёз, и понимал — перед ним женщина, которая выбрала его. И он выбрал её. Гермиона была частью его прошлого. Когда настал его черёд произнести клятву, Рон глубоко вдохнул и сказал слова, полные истины. — Я обещаю любить тебя, защищать и верить в нас, несмотря ни на что, — его голос звучал твердо. Когда он надел кольцо на тонкий палец Полин, он улыбнулся — искренне. И в этот момент видение Гермионы растаяло, словно дым на ветру. Осталась только реальность — новая, чистая, немного странная, но своя. Он выбрал. И выбрал правильно. Это его путь.