Рефлексия чувств

       Юра отодвинулся от лица Саши. Они долго смотрели друг на друга, пытаясь понять о чем думает второй.       Наконец, рыжий сел рядом, плечом к плечу с Сашей. И устремил свой взгляд вперед. Сам Саша опустил голову, он совершенно не понимал как ему действовать, что этот поцелуй значит для Юры.        Юноши сидели так какое то время, пока рыжий также не опустил голову. Он сидел слева от Саши. И Юра правой рукой дотронулся до его ноги. Поддрагиваясь от страха, рука скользнула к паху, пока не достигла его.        Саша был совершенно растерян и не понимал, что ему необходимо было делать.        Юра продолжал нагло касаться паховой области, пытаясь нащупать член сквозь плотные джинсы. Саша почувствовал, как его член начал увеличиваться. Заметив это, рыжий, усилил свои попытки нащупать его.        Наконец, Саша начал тянуться левой рукой к Юре. Он дотронулся до его живота и, не переставая соприкосаться с ним, осторожно дотронулся до серых спортивных штанов Юры. В отличие от Сашиных джинс, на штанах рыжего было все прекрасно видно. Когда Саша дотронулся до паха Юры, он почувствовал, что его член был уже каменным. От этого он сам возбудился только сильнее.        Они посмотрели друг на друга и моментально слились во взаимном поцелуе. Тем временем Юра, еще больше осмелев, начал растегивать джинсы. Саша, решив помочь, приподнял таз и стянул их с себя до колен, а Юра успел полностью скинуть свои штаны. Юноши улеглись поудобнее и вернулись к тому занятию, которым занимались до. Юрий повернулся полубоком в сторону Саши и поцеловал его с еще большей увереностью. Он приоткрыл рот и начал лизать губу. Саша также приоткрыв рот, лизнул язык Юры. В этот же момент, почти одновременно они засунули свои руки под трусы друг другу. Сердце бешенно стучало, отдаваясь звоном в ушах, а щеки, казалось, вот вот загорятся пламенем. Не смотря на открытое окно, в комнате становилось только душнее, категорически не хватало воздуха. Языки во рту терлись друг об друга, перескакивая то к одному, то к другому. Саша подробно рукой изучал член Юры, он был явно больше и фактурнее, чем его собственный. При этом Саша отчетливо ошущал слегка грубоватую руку рыжего, но не смотря на это, Юра очень старался нежно водить ею по всей длине, напрягая и раслабляя пальцы.        Юра отодвинул голову и освободил Сашу от невероятно долгого поцелуя. Он схватил руку Саши, которая бесперестанно касалась его органа. Сжал его руку в кулачок и просунул в нее язык, пустив внутрь слюну, одноврменно с этим, другой рукой снимая с себя трусы. Управляя рукой Саши, Юра направил ее к своему паху. Член, с чвокающим звуком, вошел в кулачок Саши. Отпустив его, Юра проделал тоже самое со своей рукой и принялся наглаживать член Саши. В этот же момент, сам Саша ощутив его мокрую руку, полнстью потерял какой либо контроль над мыслями, от неизвестного ранее удовольствия.        Время от времени, Юра пододвигался все ближе, пока не оказался совсем в плотную. Саша повернулся к Юре лбом ко лбу, а их члены соприкоснулись головками. Юноши вновь слились в поцелуе, а Юра, придвинувшись еще сильнее, обхватил его и свой член с рукой Саши. Они начали двигаться синхронно. Так продолжалось еще не очень долго, Юра провернул Сашу на спину и запрыгнул сверху. Он начал двигать бедрами, обтираясь вдоль члена Саши. У которого начали сводить ноги, и подрагиваясь, он спустил себе прямо на живот. Сразу в след за Сашей, Юра ускорив темп кончил горячей спермой поверх Сашиной. Тому показалось, что сперма рыжего гораздо горячее, чем его. Юра свалился на свое место.        Пролежав так какое то время, эйфория начинала угасать, а мысли по тихоньку приходили в норму.        - Салфетки.. - едва слышно произнес Саша, все еще обездвиженный не только спущенными джинсами с трусами, но и целым морем спермы на животе - Влажные салфетки должны быть в моем рюкзаке.        Придя в себя, Юра послушно полез в рюкзак Саши, пытаясь как можно быстрее отыскать салфетки. Тем временем, Саша пытался не двигаться и не дышать сильно, чтобы сперма не стекла на кровать.        Через несколько мгновений, Юра аккуратно собирал жидкость, все еще находясь без трусов.