Пятнадцать лет мучения

Прошло примерно лет пятнадцать, и блондинка сидит за столом. Перебирая салат с рядом сидящим сыном, который увлечённо рассказывает новую историю из средней школы, смеясь лучезарно родителям. А у Марии аппетита нет совсем. Салат остался не тронутым. Он снова останется на столе зарастать плесенью. Прям похоже на душу блондинки, что заросла давным-давно. Имея зелёные пятна. Она не отпустила, не хочет отпускать и не рассчитывала на это. Белокурая вспоминает свою молодость, рядом сидящую Лауру, обнимающая её крепко за плечи, и успокаивает от низкой оценки маленького провала или от грустного котенка, что брошен на улице. Маша вспоминает самое лучшее, перенося себя в далёкие подростковые времена, где была счастлива. В недостатке, но счастлива. А сейчас её обнимает не любимый мужчина, а рядом сынишка с вопросами: "Мам ну ты чего? ". Женщина плечами пожимает и ещё больше в слезах утопает. Выходит моментами на улицу и прикуривает. Самая ужасная привычка, за которую она себя винит. А раньше на Лауру кричала за каждую выкуренную сигарету. Устраивала ей истерики. После успокаивались, обнимая друг друга. Трогая мягкие короткие пряди и зарываясь в шею, запоминала запах. Запомнила на всю жизнь. Каждый раз проходит и будто чувствует родной, до боли знакомый парфюм. Снова накрывает, снова слезы, горькие и на вкус солёные. Стекают по бледному красивому лицу. Люди думают: больная, а быть может, случилось что. Но та не скажет, в чем проблема. Она молчит уже пятнадцать лет и каждый день отмечает как каторгу. Простояв пару минут, она кинула бычок в мусорку с рядом стоящей скамьей и направилась к подъезду, набирая номер своей квартиры. Без вопросов. Дверь открывается, и девушка поднимается в квартиру. — Мам, совсем забыл рассказать! У нас же новая классная, она просит тебя прийти в школу. — Говорит темноволосый мальчик, поправляя очки для зрения. А Мария смотрит с недоумением. А потом кивает: "Завтра приду" и уходит в комнату, закрываясь. А мужчина лишь вздыхает, понимая, что будет спать на диване. Но жену он любит, не скандалит. Пока та за стенкой тихо всхлипывает и не подпускает к себе никого. Не хочет видеть, не хочет поддержки. Хочет утонуть в своих мыслях, которые тянут на дно. Полностью покрытая одеялом, так и уснула, пряча макушку и иногда всхлипывая. Снова те же сны. Как она счастлива с той самой, а на деле в браке за не любимым. Не понимает Маша, как такой заботливый до сих пор её не разлюбил, когда она вечно плачет. Лежит в апатии, из комнаты не выходя. Он забыл, когда Маша в последний раз выбиралась в людное место, кроме двора, чтобы покурить. Та даже в магазин не ходит. Она, то есть не хочет, другим не интересуется. Эгоистичный поступок, когда находишься в одной квартире со своим сыном. Но нет времени думать о семье, голова забита иным. Евгений не помнит, когда они выбирались в ресторан. Не помнит лучезарную улыбку вместо натянутой, чтобы не обидеть ребенка. Он помнит один семейный поход, как только мальчишке исполнилось шесть. Они пошли на аттракционы и подарили парню машинку. Маленькую. Но он был счастлив, как и Маша. Она хотя бы улыбалась по настоящему, без фальши. А как она смеялась раньше! Все люди вокруг улыбались их парой. Она шла с букетом, красивым и явно дорогим. И мужчина рядом в темном костюме, который подходил к платью Марии. Он делал все, лишь бы любимая была счастливая. Но счастливым можно стать лишь того, когда найдешь своего человека. Она нашла и потеряла. Теперь страдает как подросток. "Как там Лаура? Одна ли она или счастлива с другой? А мало ли с другим? " Каждый день эти вопросы грызут. Одна ли шатенка или любит другого. Хоть бы сообщение пришло какое-нибудь мол: "Машенька не ищи меня. У меня другой. ". Но это "Машенька" Лаура часто так обращалась к блондинке, и та сразу таяла. Она была готова простить всё, перестать ругаться и идти вместе до победного. И пока она видела во сне, как Лаура ведёт её сквозь аллею, и они улыбаются. Другая женщина во всю проверяла тетради в новом классе. Проверяла журнал и специально открывала последнюю страницу с номерами родителей. Обводила пальцем чужие инициалы и шептала "Третьякова М. В. ". А потом так же выводила цифры номера телефона пальцем. Аккуратно, будто боялась стереть. Будто Маша опять пропадет даже на листе бумаги. — Даже фамилию не сменила, — шептала женщина себе на ухо, упираясь лбом об ладонь. А после хлопнула журналом и пошла в кровать, пытаясь отключиться от мыслей про блондинку. Хотя и во сне это не помогало. Лукина сама мучилась от бессонницы. Пыталась забыть свою Машеньку, а та во снах являлась как родная. Будто и не сновидение во все. Шатенка таблетки принимала со снотворным, иногда алкоголь распивала. Пыталась сны с младшей забыть. Но ведь ничего не помогало. Алкоголь вызывал галлюцинации, что Маша прям перед ней. А таблетки поглощали ещё больше. В сон с Марией. Они не уходили, не оставляли ее. Сколько раз Лукина ходила к бабкам, хоть и не верит в подобное. Но в ход шли любые действия. Психологи все твердили одно: "сильная любовь" и от этого на душе было паршиво. Ведь женщина никого близко не подпускала к себе и брехала на Машку, что вышла замуж и родила. Мол, забыла уже давно. Но как она ошибается! Ведь та каждый день ломает себя от слез, которые вымыл яркий коричневый оттенок глаз. Они угасли. Нет той искры, как прежде была у молодой блондинки. Время тянулось долго. Всю ночь две женщины крутились из одного бока к другому. Каждая ходила минимум раза три, чтобы выпить стакан воды или какое-нибудь успокоительное в виде банальной валерьянки. И после последнего подъема Лукина поняла, что больше спать нет смысла. Через каких-то двадцать минут прозвенит будильник. Поэтому женщина поставила чайник и направилась умываться. Затем заварила себе кофе и села на балкон, глядя на рассвет, что пробивался сквозь облака. Взялась за пачку с дешёвыми сигареты. Прикурив, она открыла банку от кофе, что использовала вместо пепельницы, и далее любовалась на солнце, которое лучами протискивалось. Под назойливые звуки будильника она докурила и пошла в свою спальню, отключая противный звон в телефоне. Шатенка собралась быстро, нацепила первый попавшийся костюм, что весел на вешалке, аккуратно выглаженный. Уложила свои мягкие волосы, а потом, глянув на время, решила приехать чуть раньше на работу. Поэтому, вылетая через пару минут с квартиры, она уже направлялась в свой серый Volkswagen. Снимая с блокировки. У Марии дела обстоят иначе. Пока на другом конце женщина собиралась на работу. Блондинка всё ещё смирно сопела, сложив руки под головой. И проснулась она ближе к одиннадцати из-за звонка мальчика, который напоминал о приходе в школу. Женщина ели поднялась, потягиваясь, пока в глазах темнело. Она впервые проснулась вполне бодро и даже в приличном настроение. Утро началось с улыбки. А телефон не летел в другую сторону комнаты. Поэтому блондинка включила музыку на телевизоре. Заполненная техника не включалась давно. Но сегодня другой день. Предчувствие чего-то хорошего. Блонда приняла душ и сделала все утренние рутины, поглядывая на часы. Она старалась успеть всё, но так и не поела. Ком в горле до сих пор не прошел со вчерашнего дня. Мария решилась на зелёный чай, который давно не пила. А после направилась к шкафу, где достала приличный костюм в светлых оттенках. Давно она не была настолько женственна, даже не узнала себя с накрученными локанами. А в голове лишь мысль: "не хочу подставлять своего сына". Он будет рад видеть маму такой радостной. Буквально через полтора часа после того, как Третьякова проснулась. Она уже обувалась в светлые каблуки, глядя на хорошую погоду в марте. А после накинула кофейного цвета пальто, обматывая его пояском. Хвастается за сумку и летит на улицу в такси, которое уже минут пять стоит и ждет белокурую. Всю дорогу Маша смотрела в окно, думая о чем-то позитивном, пытаясь не испортить настроение, пока не выйдет со школы подростка. Она глядела на мимо приезжающие кафешке и ставила галочку на те, в которые хотела бы сходить. Через каких-то семь минут женщина уже проходила во двор школы, оглядывая её. Тут многое поменялось спустя год, который она не появилась в этом здании. Она заходит внутрь и замечает нового охранника, который сразу ту остановил. — Я к классному руководителю. — И тут блондинка поняла, что даже не знает, как зовут классную. Ведь сын не уточнял, лишь сказала приехать. — В общем, шестой Б. А сын у меня Олег Баев. — Говорит она, проходя мимо охранника, который вскинул бровь на женщину. Все вокруг оглядывались на женщину, увидев её впервые. Кто-то даже заикнулся о том, что это новый учитель. На что Мария подала смешок и встала возле расписания, чтобы набрать сыну. — Олежа, какой кабинет? — После короткого диалога, буквально в секундах десять, женщина поднималась на третий этаж в поисках 319 кабинета. И как только женщина встала рядом с дверью, ощутила себя школьницей. Опоздавшая на урок. Она посмотрела на свой костюм, разглаживая его ладонью, и постучала три раза в дверь. Открыв её, на неё уставилась до жути знакомая шатенка. И тут чужие карие засеяли так как не сияли последний пятнадцать лет мучения.