Нянька

Марк общался со всеми и держал в руках стакан с пуншем, его узнали все, все кроме Ната и это очень огорчало, к нему подошла Зои в красно-фиолетовом платье, даже она не сразу узнала марка —это ты пытаешься познакомиться с моим другом? —я с ним знаком—синеволосый обернулся, платье слегка поднялось когда Марк резко обернулся с напитком в руках, девушка даже опешила, медленно обнимая юношу, она думала что её друг уже никогда не придёт, он единственный кто учится в классе помладше среди всех —марк.....где ты был? Нат наверное тебя перепутал, он сказал за ним увязалась одна особа—Зоя Ли отстранила Марка и осмотрела его с ног до головы, замечая тени, ресницы и молнию—ты и есть одна особа? —я...просто, Я....уже, мне нужна мицеллярная вода, стереть тени —да ты выглядишь круче всех девушек на этом выпускном, Я бы даже сказала что ты—девушка наклонилась к чужому уху и ухмыльнувшись, прошептала так тихо, чтобы слышал только Марк и никто другой—главная сучка мероприятия—щеки парня покрылись краской до кончиков ушей и девушка это видела когда чуть отошла —Зои! —а что? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, тут все пьют. Даже у тебя в стакане пунш, разбавленный виски, смотри не опьяней—блондинка ушла а Марк сделал ещё один глоток и подошёл к Натаниэлю, предпринимая ещё одну попытку —мы нормально не поговорили, Я —слушай, Я понимаю что понравился тебе но прости, у меня уже есть пара —пара? —да, даже не так, Я замужем—художник поднял руку и показал на безымянный палец, где было кольцо, которое когда то ему подарил Марк, и он решил об этом напомнить а Натаниэль предпринимал любые попытки отвязаться от девушки, не интересна она ему —замужем? Но ведь —точнее, женат. Жена сидит дома, её зовут...Ранетта, да, Ранетта самая чудесная, красивая девушка на всём белом свете —ты издеваешься что ли надо мной?! Просто.Выслушай.Меня и ВСЁ!—все затихло, голоса тоже стихли, музыка остановилась, а Марк настолько разозлился что тыкал в грудь Ната, тот отходил пока на него наступали—ты! Хватит придумывать отговорки, если бы и была жена, Я бы узнал об этом первый, Я твой лучший друг, Я даже нарядился чтобы ты оценил, меня узнали все, ВСЕ КРОМЕ ТЕБЯ!—синеволосый срывал с себя куртку, чокер и свою квагатаму, последнюю он кинул под ноги Ната, который стоял у перил и вот вот мог упасть, впихивая в чужие руки стакан с пуншем, разбавленный виски—я ради платья ездил в Лондон, поэтому опоздал на выпускной, из-за тебя я наряжался, Я домой, спасибо за вечер, Натаниэль Куртцберг—марк ушел, топая в кедах, вечер Натаниэль испортил, у него даже слёз не было, одна клокочащая ярость на художника, Марк завернул за балку на этаже где проходил вечер и сел, прислонившись спиной и поджав колени, все по прежнему было тихо, тихий юноша, писатель, стесняющийся когда сталкивается с кем то, сейчас накричал на художника, тот немного отошёл от края и и присел на корточки, поднимая украшение —марк?—рыжий посмотрел на одноклассников и все, как один, закивал, как представитель вперёд вышла Аля Сезар —в чём то он прав, Нат. Его действительно узнали все с первого взгляда, может не с первого, но узнали, и только один ты не мог, в данный момент ты поступил как Адриан, не заметил очевидного у тебя под носом —тебе следует поискать его и извиниться за вечер—натаниэль оставил на столе напиток и собрал чужие вещи, он запомнил куда Марк свернул, но его там не оказалось, ему пришлось немного побегать и поймать в конце на выходе из Эйфелевой башни, где проходил выпускной, квами конечно спрятались к своим хозяевам —марк, прости, Я правда не замечал что это ты —я с женатыми не разговариваю—парень дёрнул рукой и пошел по направлению к реке, смотря вниз, опустив голову и врезался, поднимая голову, стоял Натаниэль —давай поговорим, Я совершил ошибку, игнорируя тебя весь вечер—в ответ было молчание и Нат снял кольцо, протягивая обладателю—забери, если хочешь, я никакой не женатый, прости —оставь себе—марк закрыл ладонь Нэйта и прижал к его груди, обходя стороной. Чем ближе он был к реке, тем холоднее ему было, он обхватил себя руками, вспоминая что куртку и другие украшения оставил на башне, по пути ему встретился мороженщик, говорят, если пара съест то любовь будет долгой, по крайней мере слухи ходили, по пятам за Марком следовал Натаниэль, первый дошел до реки и сел на берегу, мороженое поставил рядом, руками стал греть себя, художнику было больно смотреть и он одел сначала чокер, потом куртку и сел рядом, протягивая квагатаму —не раскидывай ценные вещи —ты следил за мной? —я по пятам за тобой ходил, дурачок —ясно—писатель взял украшение, которое выскочило в речку и Марк тут же вскочил на ноги, скидывая кожаную куртку, Натаниэль среагировал быстро и схватил его за подол платья —ты с ума сошел?! Вода холодная! —и что? Там квагатама! —марк, не надо —хорошо—зеленоглазый обернулся и наигранно удивился—бражник? —что?!—рыжий тут же вскочил и отпустил его, оборачиваясь. Он совершил роковую ошибку, через несколько секунд послышался звук воды, будто что-то тяжёлое, обернувшись, по воде уже расплывались круги—марк!—минута, две, на третьей пошли пузырьки и на четвертую вынырнул Марк, с синющими губами от холода—вылезай, дурень, замёрзнешь—через несколько секунд синяя макушка опять скрылась под водяной гладью—твою мать, Марк! Вылезай, придурок блять—Куртцберг вглядывался в водную гладь, пока не увидел бледную руку которая показалась из воды, и потянул за неё, вытаскивая, вокруг не было никого и он быстро превратился, вытаскивая из воды и перевоплотился, когда вытащил мертвенно бледное тело—марк, Марк очнись—казалось, тот не дышал вообще, Нат вспоминал всё, как оказывается первая помощь пострадавшему, он совершил непрямой массаж сердца чтобы откачать воду из лёгких, задействовал даже искусственное дыхание, прикасаясь губами к чужим, мертвенно синим и так до тех пор пока Марк не стал откашливаться и пытаться перевернуться на бок, только Нат не давал, чтобы тот откашлялся—вот скажи, ты придурок? —м-мне х-х-холодно-о —конечно холодно, вначале весны нырять в речку, мозги у тебя есть? —е-есть, Я же писатель —нет у тебя их, иначе не прыгал бы в ледяную реку —но квагатама —достали бы потом, когда теплее было бы, дурак —мороженое—голос Марка очень очень дрожал от холода как и все тело, он трясущейся рукой потянулся к рожку, но Натаниэль отодвинул подальше —хватит тебе холода, итак всё себе отморозил—художник поднял на руки Ансьеля и забрал его куртку, накрывая его и унёс к нему домой, он часто туда ходил и уже выучил дорогу. Придя домой к Марку, он снял обувь и сразу прошёл в ванную, включая теплую воду, даже слегка горячую, ставя перед собой жертву и посмотрел со всех сторон—где у тебя молния?—писатель еле еле поднял руку и Натан расстегнул, снимая платье, оставил Марка в одних трусах и выдохнул, понимая что ему надо раздеть его полностью. Он присел на корточки и сглотнул—закрой глаза —ч-что? —ты мне веришь?—последовал утвердительный кивок, пусть и нормально функционировать Марку было трудно из-за холода—закрой глаза, доверься, Я плохого не сделаю, клянусь Марк—тот закрыл глаза и почувствовал как последний элемент одежды, который прикрывает от полного обнажения, медленно исчезает —н-нат! —ты хочешь заболеть? —мм —вот и стой—после фразы, элемент одежды резко пропал, а т.к Марк закрыл глаза, то не видел реакции а посмотреть было на что: художник резко залился краской чуть ли не всё тело, в голову взбрели всякие разные картинки, одна развратнее другой и одну он чуть не реализовал, но понимал что сейчас Марк слишком замёрз, поэтому он снова выпрямился и взял на руки, кладя в теплую ванну —горячо! —я настраивал, вода теплая, отдыхай —посидишь со мной? —надо маму предупредить что я останусь на ночь у тебя. Ты уверен? Это первая ночёвка —с тобой как то спокойнее, оставайся —хорошо—натаниэль достал телефон и написал близким что останется у друга на ночёвку—меня отпустили, но у меня нет пижамы —не волнуйся, Я одолжу—постепенно, кожа уже не была мертвенно бледной, губы приобрели здоровый оттенок, в глазах появилась та самая искорка, которая присуща писателю—давай со мной —что? —ванну, ты же хочешь полежать в теплой воде? —я после схожу —трусишка что ли, меня боишься? —не боюсь я тебя, просто не хочу сейчас —трусишка, на зайца похож. А я большой и серый волк —ты, скорее, зайчишка, белый, пушистый, а я волк, так и хочется съесть белый хвостик, как помпон —я не трус, в отличие от тебя —я тоже не трус —так залезь в ванную, что тебе стоит? —марк, Я боюсь последствий —трусишка! —ах так?—художник соскочил со стиральной машины, раздеваясь а Марк наблюдал с ехидной улыбкой, тот снял последний элемент одежды и сел в ванную с противоположной стороны, так, чтобы ноги были по бокам от бедер марка—доволен?—он брызнул водой и писатель выставил руки, защищаясь от капель воды со звонким смехом, пока Нат продолжал брызгать в него, было похоже как два юноши играют, по сути это так и есть, рыжий был немного не доволен тем, что Марк провел его чтобы он залез к нему в ванную, возмущён и оскорблен чужой хитростью—ты меня провел! —ха-ха, ну хватит, не брызгайся —ты....ты хитрый лис! —нет, Я Марк, писатель комиксов —писатель, ага—Куртцберг прекратил брызгаться и сложил руки на груди, откидываясь назад и отвёл взгляд, чувствуя как заколошилась вода и ощутил вес на своих ногах, поворачиваясь, на нём сидел Марк и он снова покрылся краской, ощущая гладкую кожу, и не знал куда деть руки, он сглотнул, уставившись в зелёные глаза напротив—марк? —ты обиделся? —не то что бы...просто возмущён что ты меня взял на слабо хитростью —я же писатель, должен быть умным и хитрым чтобы изловчиться в нужное время—ансьель взял тёплыми и мокрыми ладонями чужое лицо и поцеловал в нос, как когда сидел с близняшками Али —только вот ты совершил НЕ УМНО когда прыгнул в ледяную реку—Нэйт на свой страх и риск положил руки на бархатную кожу под водой, на ноги по бокам от себя —я не мог оставить украшение там, квагатама очень очень важна для меня —ты такой барахольщик —да, но это единственное украшение которое мне нравится, Я больше не буду собирать украшения—руки с лица переползли на шею Нэйта, в крови уже был некоторое количество алкоголя, но не так чтобы он не контролировал свои действия