Осень по-японски

Но на этом весёлая прогулка не закончилась. Выйдя из парка, влюблённые направились туда, где ещё ни разу не были вместе. Там они нашли большую, просторную детскую площадку. Словно сговорившись, оба сорвались с места и побежали. Начали с классики — с горки, самой высокой. Словно вернувшись в далёкое детство, они поочерёдно катались вниз, смеясь над такой, казалось бы, простой мелочью. Один раз Алекс вдруг предложил интересное: скатиться вдвоём. Он усадил лёгкого Шуую себе на ноги, прижимая его ближе. "Ты такой лёгкий, совсем как листик…", — усмехнулся он, и, не дав ответить, резко оттолкнулся. Смеха стало вдвое больше. Они чуть не упали, но Алекс удержал равновесие — и своего рыжика тоже. Затем перешли к качелям, сели и начали раскачиваться. Лёгкий ветер, звонкий смех — всё было так беззаботно, будто они и правда на миг стали детьми, открывшими неизведанную страну горок и каруселей. Были и фотографии. Вот Шууя скатывается с горки. Вот он на качелях. Вот просто стоит и улыбается в камеру, как всегда — по-особенному. Шууя тоже снял своего любимого. Алекс крутится на карусели — лицо размыто от скорости, но видно, что он смеётся. Вот Алекс пытается сесть на маленькую лошадку-качалку — еле влезает, но улыбается. И наконец — Алекс просто смотрит в камеру, искренне, тепло. Шууя поставил последнее фото на обои. Алекс — тоже, заменив какого-то аниме-персонажа на своего рыжика. Вдоволь нарезвившись, они решили не отнимать у малышей их законную территорию и пошли дальше. Куда — не знали. Главное, что вместе. Вдруг Алекс остановился, что-то заметив. Он резко ускорился и вернулся через минуту с маленьким рыжим котёнком в руках. Тот дрожал и жалобно мяукал от холода. Алекс осторожно обвил его руками, прикрывая от ветра. Шууя смотрел, не в силах сдержать восхищённую улыбку. В глазах Алекса было столько заботы и доброты, что сердце Югири затрепетало. Он понял — перед ним человек с настоящим, огромным сердцем. Алекс поднял взгляд. "Хех, он похож на тебя. Такой же рыжик. Хотя, вряд ли милее. Ты у меня самый прекрасный на свете", — сказал он и подошёл ближе, глядя прямо в любимые янтарные глаза. "Arekkusu…", — выдохнул Шууя. Его переполняли чувства. Он хотел прижаться, расцеловать его, никогда не отпускать. Он был идеален.