Глава 5. Альбус Дамблдор и его лекция: «Любовь, арфа и плодовое влечение. Или как не влюбиться в грушу»
10 мая 2025 г., 22:09
Большой зал утопал в мягком, почти свадебном освещении.
На подиуме стоял Дамблдор — в сиреневом балахоне с вышивкой сердечек, как будто его снаряжали на свидание с Валентином лично.
Рядом — арфа, горящая свеча и... миска с грушами.
— Сегодня, мои юные пчёлки сознания, — начал он, заложив руки за спину, — мы поговорим о том, что лежит в основе любой великой магии.
О том, что пробуждает драконов, поднимает мантии и... иногда заводит в очень странные ситуации.
Мы поговорим — о любви.
Где-то в конце зала кто-то уже молился о перерыве.
***
— Любовь — это не просто чувство. Это — как арфа, натянутая между двумя существами.
Если один дёргает струну, второй резонирует.
Но если дёргать не в такт, арфа ломается. Или звучит как... отношения шестикурсников в туалете третьего этажа.
Общий смех. Гарри и Чжоу Чанг покраснели как грогг.
— В юности любовь может принимать странные формы. Например, привязанность к сове. Или груше. Или, в моём случае, — к бутылке сливочного пива с особым взглядом.
Я не горжусь этим, но мы были молоды.
— Это была бутылка с глазами?! — прошептала Гермиона в ужасе.
— Нет. Просто я был на третьем. Там всё имело глаза.
***
— Как понять, что вы влюблены?
Вот основные признаки:
1. Ваш Патронус начинает танцевать. Даже если раньше он был раком.
2. Вы хотите написать сонет — но не умеете. А всё равно пишете. И отправляете. Сове. Своей.
3. Ваша палочка ведёт себя подозрительно. Начинает издавать искры, когда объект вожделения рядом.
— Так это не я виноват, что у меня взорвался пергамент, когда Гермиона зашла! — воскликнул Рон.
— Нет, мистер Уизли, это был ваш внутренний огонь, — с философской улыбкой подтвердил директор.
***
— Теперь — практика.
Перед вами арфы. Каждому — по струне. Попробуйте сыграть свою «песню любви».
Где-то у Слизерина одна струна задымила.
— Прекрасно. А теперь — поглядите на грушу и скажите: «Ты не мой объект проекции».
Это важно. Мы все через это проходили.
— Я не могу, — плакала Полумна. — Она смотрит на меня слишком доверчиво.
— Я однажды чувствовал то же самое к ананасу, — кивнул Дамблдор. — Главное — признать и отпустить.
***
В конце лекции студенты ушли в гробовой тишине.
Кто-то задумался о жизни.
Кто-то — о фруктах.
Гарри осторожно убрал свою грушу в карман. На всякий случай.
