Шёпот о главном.

Она чувствовала сильное головокружение. Настолько острое, что мир вокруг будто терял опору, плыл перед глазами и, разламываясь, ускользал из-под ног. Фурина не понимала, в какой момент всё это началось. Коридор казался бесконечным. Длинным, большим, он уходил куда-то вперёд, растворяясь в сером мареве. Стены — холодные, чужие, но это казалось единственным, за что можно было ухватиться. Фурина прижалась к одной из них, пытаясь удержаться на ногах. В тот момент её захлестнуло множество чувств, но сильнее всего среди них ощущалось отчаяние. Оно появилось из ниоткуда, как и всё в её жизни. Но отчаяние было тяжёлым и вязким, будто её душу внезапно наполнили чужими чувствами. Оно не принадлежало ей. Не принадлежит же?.. Мимо неё пробегали люди. Быстро, хаотично. Их шаги отдавались гулким эхом, но никто не смотрел в её сторону. Словно её здесь и не существовало. Фурина с усилием оттолкнулась от стены и медленно пошла вперёд. Каждый шаг давался тяжело, воздух словно стал гуще, почти как вода, которой невозможно напиться. Впереди уже вырисовывался выход — главный вход. Огромные двери, непривычно высокие и тяжёлые на вид, были распахнуты настежь. Она почувствовала, как земля дрожит под ногами. Внутри всё сжималось и тянуло вниз, словно живой ком энергии, тяжёлый и неподатливый, но Фурина с трудом делала шаг за шагом, заставляя себя идти вперёд. — Госпожа! Голос прорезал пространство резко, почти болезненно. — Леди Фурина, вам нужно уходить! Она замерла. Откуда…? Фурина медленно опустила взгляд. У её ног стояли два маленьких существа. Смешные ушки, необычный окрас, они казались бы почти игрушечными, если бы не строгая форма, в которую были одеты. Их глаза были полны тревоги. Странные. И… почему-то знакомые. Она не понимала, почему они обращаются к ней. На мгновение ей показалось, что это галлюцинация. Что всё вокруг… это просто сон, вызванный головокружением. Но ощущение было слишком реальным. Слишком болезненным. Фурина с трудом выпрямилась. Вдохнула глубже, хотя это почти не помогло. — Нет… — её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Уходите. Это приказ. Одно из существ вздрогнуло. — Но мы не… — начала она, но вторая осторожно потянула её за край формы. Та осеклась и замолчала. Тишина на мгновение повисла между ними. Фурина отвернулась. Она не могла объяснить, почему сказала это. Почему приказала им уйти. Но внутри было чёткое, неоспоримое чувство: так нужно. Так правильно. Хотя всё внутри кричало об обратном. Она сделала ещё один шаг — и вышла наружу. Перед ней раскинулся Фонтейн. Но… не тот. Город был изломан, почти разрушен. Многие дома были повреждены, некоторые — полностью разрушены, на улицах лежали обломки. Повсюду царила паника: люди бежали, кричали, сталкивались друг с другом, пытаясь спастись от чего-то… неизбежного? Фурина смотрела на это, не в силах отвести взгляд. Внутри неё проскользнуло чувство вины, которое с каждым мгновением усугублялось. Земля под её ногами снова дрогнула. Это можно было списать на сильное головокружение Горло сжалось, а на глазах выступили слёзы. Почему…? Почему это так больно? И в этот момент земля под её ногами резко качнулась. И Фурина не удержалась. Тяжесть… Она потянула её вниз. Словно сама реальность начала рушиться вместе с ней. — Леди Фурина?.. **** Фурина почувствовала тянущую головную боль — ту самую, что всё ещё цеплялась за неё, словно сон не желал отпускать. Она поморщилась и с неохотой открыла глаза, позволяя тусклому утреннему свету пробиться сквозь ресницы. Комната встретила её привычной тишиной. Почти на ощупь дотянувшись до телефона, она прищурилась, глядя на экран. 08:02. Суббота. Слишком рано, чтобы вставать. И слишком поздно, чтобы снова заснуть. Фурина медленно опустила руку обратно на постель и уставилась в потолок. Минуты тянулись вязко, лениво. Мысли… не приходили. Совсем. В голове было пусто — непривычно пусто, только белый шум. Всё, что она помнила из своего сна, это головную боль, которая уже начинала постепенно отступать. Она лениво потерла глаза, проводя ладонью по лицу, и вдруг замерла. Что-то было не так. На коже осталось странное, липкое ощущение. Фурина нахмурилась и перевела взгляд на свою руку. На пальцах — тёмные, уже начинающие подсыхать пятна. Цвет… слишком знакомый. Кровь. Она резко приподнялась, сердце на мгновение сбилось с ритма. Быстро оглядев постель, Фурина провела ладонью по простыне, затем взглядом — по подушке и одеялу. Чисто. Никаких пятен. Ни капли. На секунду это показалось даже более тревожным. Сжав пальцы, она встала с кровати, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое раздражение, смешанное с непонятным беспокойством. Фурина по инерции направилась в ванную. Щёлк. Резкий свет ударил в глаза, она подошла к зеркалу — и замерла. Половина лица была испачкана кровью: тёмные потёки шли от носа вниз, застывая на коже неровными линиями, будто кто-то небрежно провёл по ней кистью. Она некоторое время просто смотрела. У неё появилось ужасающие чувство, которое в одно мгновение сменилось безразличием. Без паники. Без удивления. Только усталое принятие. Фурина тихо выдохнула, чуть склонив голову набок. До этого у неё не было случаев, когда у неё шла кровь из носа. Она отвернулась от зеркала, открыла кран — вода с шумом ударилась о раковину. Подставив руки под холодный поток, Фурина на секунду зажмурилась, позволяя реальности окончательно закрепиться. Затем наклонилась и начала смывать кровь. *** Сев на переднее сидение машины отчима, Фурина на мгновение задержалась, прежде чем закрыть дверь. В салоне стоял лёгкий запах кофе и чего-то древесного, но это было привычным, почти успокаивающий. Она бросила короткий взгляд назад и заметила на заднем сидении своего младшего брата. — Привет, Андрэ, — тихо сказала она, а затем, чуть повернув голову, добавила уже с тенью прежней игривости: — привет, жаб. Эрик, который до этого был полностью поглощён своим блокнотом, лениво поднял взгляд. Кончик карандаша завис в воздухе, а на губах появилась сонная, но довольная улыбка. — А ты ведьма. Он показал ей язык, явно собираясь продолжить, но Фурина лишь едва заметно улыбнулась и приложила палец к губам, словно призывая к тишине. Мальчик фыркнул, но послушался, снова уткнувшись в рисунок. Его волосы торчали в разные стороны, будто он только что проснулся и даже не пытался их пригладить. Фурина отвернулась к окну. Город за стеклом медленно оживал: редкие прохожие, машины, мигающие огни витрин. Радио негромко бормотало о погоде… что-то про облачность и возможный дождь. Она посмотрела наружу, но ничего необычно не видела. — Ты выглядишь так, будто призрака увидела. Такая бледная, — произнёс Андрэ, притормаживая на светофоре. Фурина моргнула, словно возвращаясь в реальность. — Просто устала. Повисла короткая пауза. Двигатель тихо урчал, за окном сменился сигнал светофора, но машина не тронулась сразу. — В последнее время ты сама не своя, — продолжил мужчина уже мягче. — И мы с мамой переживаем за тебя. Особенно в тот день, когда мы ездили к Стюарту… Ты сказала, что хочешь побыть одна. Ушла гулять. А когда вернулась… Он на мгновение сжал руль сильнее, чем нужно. — Ты была мокрая насквозь. Но вернулась с зонтом. И… Фурина опустила взгляд на свои руки, сжав пальцы чуть сильнее. Это её слегка раздражало. В тот день она позвонила ему, потому что ей было страшно. Не из-за дождя, не из-за того, что осталась одна, а из-за этой липкой, неясной тревоги. Из-за тех сообщений. Из-за Мора. То что он сделал с теми животными… Она помнила, как дрожал голос, как тяжело было подобрать слова, чтобы хоть как-то объяснить, что с ней происходит. И чем всё закончилось? Он списал всё на усталость. Как и всегда. Сказал, что ей нужно отдохнуть. Выспаться. И, снова сходить на встречу с психотерапевтом, которому платит её мать, чтобы… Она сжала губы, не давая мысли договориться до конца. Чтобы ей внушали, что с ней что-то не так. — Я всё это время сидела на заднем дворе, — спокойно ответила она, хотя голос стал тише. — И его сын… дал мне этот зонт. Фурина снова отвернулась к окну. Андрэ тихо вздохнул, будто прокручивая в голове услышанное, и переспросил: — Его сын? Машина тронулась вперёд, мягко покатившись по дороге. — Ах да… Стюарт что-то упоминал, что он заходил к ним. Как там его… — Нёвиллет, — коротко ответила Фурина, не оборачиваясь. — Ви-ви!? — внезапно выкрикнул Эрик так громко, что девушка вздрогнула. Она резко повернулась назад, только сейчас по-настоящему вспомнив о его присутствии. — Эрик, ты чего так? — нахмурился Андрэ. Он как раз остановился у заправки и, заглушив двигатель, обернулся к мальчику. — Что ещё за «Ви-Ви»? Эрик на секунду замялся, сжав край блокнота, словно сказал лишнее. Фурина не дала ему ответить. — Это… шутка такая, — спокойно сказала она, чуть быстрее, чем нужно. — Ты просто не понимаешь. Она задержала взгляд на брате на долю секунды дольше обычного. Эрик отвёл глаза в свой блокнот. Мужчина тем временем открыл дверцу машины. — Пять минут. Заправлюсь. Андрэ вышел, захлопнув дверь, оставляя Фурину и Эрика наедине. Снаружи сразу стало слышно глухой шум заправки и проезжающих машин. Фурина слегка повернула голову назад. — А что ты рисуешь? Эрик мгновенно прижал блокнот к груди, будто его могли отобрать. — Секрет. Девушка тихо усмехнулась. — Секрет, значит… Она отвернулась обратно к окну, возвращаясь в прежнюю позу. Взгляд снова стал рассеянным — будто она специально тянула время, лишь бы не думать. Пауза затянулась. — А когда я могу увидеться с Ви-Ви? — вдруг спросил Эрик. Фурина не ответила сразу. Ей всегда было любопытно, почему её брат так к нему привязался. Скольких бы друзей она ни приводила, ни о ком Эрик не отзывался так хорошо, как о нем. — …Он занятой человек, — наконец сказала она, чуть медленнее, чем обычно. — И мы не настолько близки, чтобы я дёргала его по первому требованию. Эрик растерянно моргнул. — А Ви-Ви мне говорил, что очень рад мне. И если нужна помощь… или просто скучно — он не против звонков, — с гордостью заявил мальчик. Фурина чуть повернула голову. — Прям так и сказал? — Так и сказал! Она тихо вздохнула. После всего, что произошло в офисе… в его кабинете… ей, по-хорошему, вообще не хотелось больше с ним пересекаться. И это было вполне возможно… их ведь ничего не связывает. Почти. — Это не меняет того факта, что я не могу его дёргать, когда мне или тебе вздумается, — произнесла она уже жёстче. — Нёвиллет… он просто слишком вежливый… Она резко замолчала, так и не договорив. Фурина прикусила свою губу. Потому что сама не знала — что именно хотела сказать дальше. Эрик поднялся со своего места и, неуклюже перебравшись вперёд, сел на край переднего сиденья рядом с ней. — Ты чего так? — Фурина нахмурилась и коротко взглянула на него. Мальчик неловко улыбнулся, теребя край рукава. — Когда ты вот так сидишь… спиной… мне почему-то кажется, что ты злишься на меня. Фурина на секунду замерла, а затем её выражение смягчилось. Она слабо улыбнулась и растрепала ему волосы. — Глупый. Эрик немного помялся, но всё же продолжил: — Ты меня сама учишь быть вежливым… а говоришь про Ви-Ви так, будто это плохо. Он опустил взгляд, но голос стал тише и искреннее: — Мне… мне он очень нравится. Как человек. И он о тебе заботился. Не раз. Фурина не ответила. Только её пальцы едва заметно сжались. Все так запутано для неё. Она и не знала, что и думать. Эрик наблюдая за её реакцией поинтересовался: — А тебе он не нравится?— в его голосе, девушка могла услышать печальные нотки. — Нравится..— без раздумий ответила она, и увидев как её брат самодовольно улыбнулся, Фурина добавила:— Как человек. Эрик засмеялся. — Попалась! Девушка отрицательно помотала головой. В этот момент дверца машины открылась и Андрэ сел обратно за руль. — Эрик, ты чего?— спросил мужчина, бросив на сына короткий взгляд. Мальчик резко с края пересел на заднее сиденье. — Ни…Ничего!— сказал мальчик. Андрэ поставил на колени небольшой пакет. Порывшись внутри, он достал пачку кукурузных палочек и протянул её Эрику. С не скрываемым восторгом Эрик начал рассматривать упоковку. — Это же та с сюрпризом! Пап, спасибо большое. Мужчина лишь улыбнулся, после чего достал с пакета эклер, который был в пластиковом контейнере и протянул его Фурине. Она не сразу взяла — лишь молча посмотрела на десерт, будто не до конца понимая, зачем он ей. — Ты их раньше часто покупала, — сказал он чуть тише. — Вот и решил взять… чтобы никого не обделить. — Не стоило. — Уже не любишь? Фурина всё же взяла контейнер. — Люблю… Андрэ на секунду замялся, словно не знал, что сказать дальше. Затем неожиданно подался вперёд и обнял её. Фурина застыла. Она явно не ожидала этого — руки так и остались неподвижными, сжатые вокруг пластиковой упаковки. — Я знаю, что ты не хочешь туда ехать. Но лучше сейчас чем никогда. Узнай, когда следующая комиссия, подтверди, что ты здорова и с полной уверенностью уйди оттуда. Спустя столько лет. — Вы о чем?— Вмешался Эрик, нахмурившись, который не сильно понимал ситуацию. Андрэ отстранился и убрал пустой пакет на заднее сидение. — О своем,— заметив, что Эрик открыл пачку кукурных палочек.— Ты смотри, не сори тут. Фурина продолжала смотреть на этот эклер пустым взглядом. Ведь не верила, что у неё получится это сделать. **** Фурина неуверенно вошла в клинику. Запах ударил сразу — стерильный, холодный, до боли знакомый. Белые стены, приглушённый свет, тихий гул вентиляции. Всё здесь было… слишком привычным. Отвратительно привычным. Она на секунду замерла у входа, ей так не хотелось снова возвращаться туда. Но Андрэ прав. С этим нужно закончить. Просто пережить. Сыграть нормально. Ответить правильно. Сделать вид, что с ней всё в порядке — настолько, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов. И тогда всё закончится. Фурина пройдет комиссию, с неё снимут это клеймо и она сможет, пойти к нормальному психиатру, её снимут с препаратов, она сможет нормально подрабатывать. Для неё это звучало, как мечта. Администратора в холле не оказалось. Пустая стойка только усиливала ощущение заброшенности, будто место на мгновение вымерло. Фурина сжала ремешок сумки и направилась по коридору. К тому самому кабинету. Она остановилась у двери, бросив быстрый взгляд по сторонам — ни души. Только тишина и ровный свет ламп. Она посмотрела на время. 13:02. Фурина опоздала на две минуты. — Жаль, что не на час…— пробормотала девушка про себя. Подойдя ближе, она коротко постучала, два быстрых, почти нервных удара… и, не дожидаясь ответа, приоткрыла дверь. Пусто. Кабинет выглядел безжизненным: стол, стул, аккуратно сложенные бумаги, всё на своих местах. Слишком аккуратно. Она открыла дверь шире. И тогда заметила его. У окна, спиной к ней, стоял мужчина в белом халате. Он почти сливался с белоснежными стенами. Мужчина стоял неподвижно, словно часть этого интерьера. Фурина сделала шаг внутрь. Дверь за её спиной тихо закрылась. — Здравствуйте, мистер… Голос слегка подвёл её. В нем послышалась едва уловимая дрожь. Мужчина не дал ей договорить. Он медленно повернулся. С лёгкой, почти вежливой улыбкой. И в ту же секунду у Фурины скрутило живот. Резко. Холодно. Отвратительно. Это был Мор. Того кого она меньше всего ожидала увидеть.