Одержимость

      Люциус расслабленно откинулся в своем кресле, с легкой ухмылкой поглядывая на лучшего друга. Они кивнули друг другу и опрокинули по рюмке коллекционного виски из малфоевких запасов. Северус то и дело отвлекался от разговора, непроизвольно скользя глазами туда, где Драко громко потел над Грейнджер.       - Люциус… Я, конечно, всё понимаю… но это…       - Это странно? - тонкие губы Малфоя искривились, а в глазах вспыхнул хищный блеск.       Снейп последовал примеру Люциуса и откинулся в кресле, потягивая шею. Ритмичные стоны и шлепки влажных юных тел мешали сосредоточиться. Грейнджер сдавленно стонала, содрогаясь под Драко, для которого никого больше в данный момент не существовало. Руки и ноги девушки были привязаны к углам постели черной широкой лентой, на глазах была повязка, и её изящная стройная фигурка выглядела неимоверно хрупкой в лапах ненасытного наследника Люциуса.       Северус задумчиво потирал висок, облизывая горькие от алкоголя губы.       - Боюсь, я недостаточно выпил, чтобы это понять…       Люциус усмехнулся.       - Это наша с ней игра, Северус.       Графитовая глубина хитрых глаз встретилась с черными тоннелями. Оба мужчины испытывали неподдельный интерес, глядя на происходящее перед ними представление. Рельефная спина, согнутая над нежной девушкой, напрягалась и двигалась, ягодицы поджимались, пока член настойчиво вбивался внутрь.       Драко. Трахает. Гермиону.       - Люциус, напомни-ка мне, почему ты на ней женился?       Громкий женский крик, полный первобытного наслаждения, пропитанный изнеможением и мучительным освобождением, прокатился по комнате. Драко усердно впечатывал Грейнджер в постель, прикусывая её нежную кожу.       Люциус самодовольно поправил прядь, что упала на лицо. Желание медленно стекалось к паху, оповещая весь организм о необходимости ощутить женское тело.       - Здесь нечего объяснять. Я люблю её.       Северус нахмурился, продолжая наблюдать за диким соитием его бывших студентов.       - Давай я спрошу по-другому… Твой сын уже один раз кончил в твою жену. Твой друг наблюдает за этим…       - Северус, Драко трахает её тогда, когда я позволяю, – прервал его Люциус.       - Они едва не поженились, насколько я помню.       Утробное рычание обезумевшего от страсти Драко возвестило о втором оргазме. Шлепки усилились.       - Именно… и поэтому нельзя позволять их незавершенным отношениям отравлять нам всем жизнь. К тому же, я люблю смотреть.       - И любишь, когда кто-то ещё смотрит? – ухмыльнулся Снейп. Пульс предательски ускорился. Что бы сейчас ни происходило в его мыслях, организм реагировал вполне недвусмысленно.       Люциус кивнул, не отрываясь от шоу.       - Смотри как ей нравится. Она знает, что я рядом. Доверяет мне и моим безумным идеям. Она полностью вверяет себя в мои руки и знает, что я никогда не буду осуждать её, так же, как и она меня.       - Дружище, не то, чтобы я был удивлен… просто не припоминаю, чтобы ты проворачивал подобное с Нарциссой.       - И это было мучительно… когда я намекал ей на свои пристрастия, она грозилась подать на развод.       Снейп сделал глубокий вдох и налил им ещё по одной. Мужские беседы с Малфоем действовали на него удивительным образом. Разум Люциуса поражал многогранностью и нестандартностью. И, что особенно примечательно, с ним всегда было интересно. Какое бы безумие ни поселилось в его платиновой голове.       - То есть это началось задолго до Грейнджер?       - Что именно?       - Ну… твои наклонности. Не каждый готов разделить любимую женщину с другим мужчиной.       Люциус улыбнулся.       - Не каждый мужчина уверен в себе, как я. И не каждый способен расширить рамки дозволенного. Я знаю, что она любит меня, и она готова доказывать мне свою преданность, подчиняясь моим фантазиям.       - Умно… Ты убил саму возможность появления рутины и скуки.       - Пойми меня правильно. Я собственник до мозга костей. Я хочу иметь её душу и тело. И никогда не позволю ей уйти. Но секс… это просто способ получить удовольствие. Особенно тот, что происходит в моем присутствии. Гермиона автоматически воспринимает это как мой ей подарок.       - Я выпью за твоё коварство, - улыбнулся Северус. Драко опустошил яйца и обессиленно навалился на ведьму, не выходя из неё.       - Искренне не понимаю, о каком коварстве идёт речь.       - Брось, ты тот ещё интриган. Ты хочешь видеть, как чужой член доводит её до пика, чтобы затем она всё равно приползла к тебе.       - Интересно, правда?       - Ну… Как минимум. А как максимум – вас обоих стоило бы обследовать в Мунго.       - Северус, в том и смысл. Мы оба отличаемся от других, и наши отношения работают. Они не сработают в других парах.       Задумчивый, но любопытный взгляд окрасился тьмой. Северус невольно раздвинул ноги, чтобы позволить крови легче циркулировать.       - Зачем ты меня позвал?       - Ты знаешь зачем.       - Нет. Я хочу услышать это от тебя.       Люциус рассмеялся. Изогнутая бровь многозначительно дернулась вверх.       - Северус, я не собираюсь уговаривать тебя. Ты можешь уйти, если тебе неприятно. Но! – указательный палец устремился вверх. - Оставшись, ты получишь нечто восхитительное. Незабываемое. И поможешь мне проучить мою невероятную жену.       - Проучить? - ехидно усмехнулся Снейп.       - Она слишком необдуманно соглашается на мои предложения.       - То есть ты пригрозил ей моим членом?       - Я намекнул ей на жесткий секс с тремя мужчинами. Одновременно. И не увидел в её глазах страха.       Снейп закатил глаза.       - Она гриффиндорка, твою мать, Люциус. Слабоумие и отвага! Думаешь, она дрогнет перед лицом опасности?       - Думаю, это отличный повод проверить.       Оба мужчины улыбались, пока Драко развязывал ленты и бережно массировал руки и ноги девушки.       - Он любит её?       - Думаю, что да.       - Тогда почему не отпустить её к нему?       - Чтобы он снова разбил ей сердце? Северус… Он не ценит того, что имеет. А запретный плод сладок, особенно если он принадлежит мне. Поверь, так они сохранят нормальные отношения.       Три пары мужских глаз жадно обволакивали обнаженную Гермиону, которая прогнулась в пояснице и сладко потянулась. Тело затекло.       Люциус отменил «муффлиато», в предвкушении прикусив нижнюю губу. Его жена не снимала повязку с глаз и не знала, что в комнате гости.       - Милая, как ты? - громко спросил Люциус, расстегивая верхнюю пуговицу шелковой рубашки.       - Восхитительно, сэр… Вы позволите мне снять её?       - Пока нет.       Драко лежал рядом с Гермионой и неторопливо целовал её живот. Язык, столкнувшись с бархатом ее кожи, посылал бесчисленное количество мурашек, растекающихся в стороны.       - Ты прекрасна, Гермиона… - он прошептал так, чтобы услышала лишь она.       - Драко…       Её рука зарылась в его мягкие волосы, она принялась ласкать его, перебирая платиновый шелк кончиками пальцев. Удовольствие осело внутри, пульс приходил в норму, и затекшие конечности уже не болели.       - Драко, мне так хорошо с тобой… – От её нежного мурлыканья Драко растекся, будто мороженое на солнце.       Люциус направился к постели, не в силах больше отстраненно наблюдать. Его разрывали противоречивые чувства, но он не планировал сдаваться под их натиском. Увлечение Гермионой и их нездоровыми играми перерастало в нешуточную одержимость.       - Любимая, скажи, болит ли у тебя что-то? – забота Люциуса граничила с безумием. Он отдавал свою женщину Драко, наблюдая за тем, как тот яростно имеет её, а затем всегда залечивал последствия особо бурных встреч.       - Нет, сэр.       Северус был невероятно увлечен происходящим. Даже очень.       - Расскажи мне, не слишком ли Драко груб с тобой?       Сын с укором взглянул на отца.       - Я не причиню ей боль. Ты же знаешь.       - Драко, я должен услышать её.       Гермиона поджала ноги и чуть раздвинула их, наслаждаясь послеоргазменной негой. Манящий силуэт её нагого тела, изгибы и формы намертво приковали к себе внимание Снейпа. Слизеринская ухмылка не сползала с его лица. Соображать было катастрофически тяжело. Там, совсем недалеко лежала эта обнаженная и возбужденная женщина, для которой нет рамок. Она и есть чистое удовольствие.       - Люциус, мне не больно. Я люблю, когда вы оба не сдерживаете себя.       Глаза Северуса округлились. Жесткий секс… где гриффиндорская принцесса приобрела такую раскрепощенность? Неужели Люциус развратил ангела ради забавы? Об этом стоило подумать.       - Милая, мне кажется, предел твоей смелости всё же есть.       Грейнджер улыбнулась. Люциус снова проверяет её. Он любит наблюдать за тем, как она стоически выносит все его испытания, и щедро вознаграждает её.       - Не думай, что я забыл о нашем разговоре.       Гермиона напряглась. Мелкая дрожь охватила её всю.       Он опять что-то задумал.       - Люциус?       - Милая, скажи, тебе приятно ощущать в себе нас с Драко?       - Да, сэр…       - Ты обещаешь подчиняться мне, о чем бы я ни попросил?       - Люциус… я…       - Гермиона.       - Обещаю.       - Докажи, что ты любишь меня.       - Сэр, я сделаю всё для вас.       - Хорошо…       Люциус выглядел нездоровым. Будто наркоман, теряющий рассудок в поисках дозы. Ему уже мало было прежнего количества. Он хотел повысить градус.       - Поздоровайся с Северусом, любимая.       Что???       Драко, ласкающий её, нежно улыбнулся. Он в тайне надеялся, что Гермиона наконец откроет глаза в прямом и переносном смысле и сбежит от своего безумного кукловода. Что было бы Драко только на руку.       - Здравствуйте, Северус.       Голос предательски дрожал. Всё внутри похолодело. Люциус действительно не шутил. Его заводит, когда чужой член вторгается в неё, как её мышцы плотно смыкаются на нём, и как сперма затем вытекает из юной сочной вагины.       Люциус хотел ещё. Хотел больше. Он был уверен, что влюбленная в него Гермиона всё это выдержит.       - Здравствуй, Гермиона.       Приближаясь к постели, Снейп осознал, насколько серьезно вляпался. Даже если бы он захотел уйти, уже бы не смог. Прекрасная юная жена Люциуса, безумная, как он сам, замерла в ожидании. Драко отстранился, проведя пальцами по ее руке, и бросил дерзкий взгляд на Северуса.       - Любимая, ты всегда можешь отказаться, - Люциус обошел постель и наклонился к ее лицу, роняя рассыпчатые слова на ее шею. Нежность и трепет, которые она в нём побуждала, делали его неузнаваемым. Он готов был убить за эту девушку.       Гермиона подалась навстречу Люциусу, измученно выдохнула и дотронулась ладонью до его щетины.       - Ты хочешь этого, Люциус?       Он оперся руками по обе стороны от неё и осторожно коснулся губами её влажных губ. Запах крепкого алкоголя и терпкий вкус его слюны заставили голову кружиться. Люциус был удивительным мужчиной, обычный поцелуй с ним заводил сильнее, чем сорок минут жаркого секса с другим.       Малфой-старший брал своё. Он погружался в её рот языком, его горло вибрировало от довольного хрипа, который он издавал. Влажно, властно и неизбежно. Стоящий над ними Снейп ощутил сильнейшую пульсацию артерий, подрагивающих на его шее, и практически не моргал. Гермиона могла уйти, но она осталась. Оковы, которыми Люциус оплёл её, были незримыми. И они были крепче любых других, даже физических.       Драко упал в кресло и налил себе горячительного. Грех было упрекать Люциуса в распущенности, ведь именно она подарила самому Драко возможность наслаждаться Гермионой время от времени. Интересно, что отец задумал на этот раз? Снейп явно не против игр. Правда, придётся ввести новые правила… три члена – это уже задачка посерьезнее.       Гермиона стонала, изгибалась и ласкала свою грудь, предоставляя взору Северуса невероятно манящее зрелище. Он, ошеломленный, медленно терял самообладание. Люциус расстегнул свою рубашку и отбросил её в сторону.       Плоский живот Грейнджер, влажный от пота и поцелуев Драко, подрагивал от её движений. Бёдра покачивались, медленно, но ритмично, а соски торчали вверх, будто умоляя об укусах. Вся она, миниатюрная и мокрая, была перед ними в добровольной беспомощности. Это неимоверно сильно заводило.       - Северус… - Люциус поднял на него взгляд и усмехнулся. - Раздевайся.       Гермиона дернулась. Люциус поднял ее руки вверх и крепко обхватил, обездвиживая её.       Снейп перевел взгляд на крестника и получил от него сдержанный кивок. Драко выпил виски залпом и прищурился, с трудом принимая действительность. Слизеринская оргия в Мэноре с участием самой правильной девочки Хогвартса? Кто бы мог в это поверить? Он закинул одну ногу на другую, совершенно обнаженный, и его губы искривились в ухмылке. Грейнджер получит всё удовольствие этого мира, если захочет.       Пряжка брюк звякнула. Не видеть Снейпа, но слышать его – было безумно волнующе. Звуки спадающей ткани заставляли кровь бурлить. Гермиона старалась побороть волнение, и Люциус вновь поцеловал её. Затем обвёл её губы языком и прошептал:       - Северус сейчас возьмёт тебя… но видишь ли, милая…       Снейп сбросил с себя оставшуюся одежду и встал коленями на постель. Он возвышался над Гермионой, наклоняя голову из стороны в сторону и представляя, как она будет стонать под ним.       - Гермиона, я не хочу делать тебе больно, поэтому начну медленно. Расслабься...       - Стойте…       Оба мужчины застыли в ожидании. Северус даже целое мгновение был уверен, что Грейнджер передумала.       - Да, моя милая?       - Умоляю, можно мне дотронуться до Северуса?       Импульс обжигающего удовольствия дернул за все нервные окончания, будто за ниточки. Бровь Снейпа взлетела вверх, и он, уже довольно расслабленный, улыбнулся. Люциус отпустил её руки и заговорщицки наклонился к ней.       - Тебя не должен пугать его размер.       Слова Люциуса имели обратный эффект. Страх забрался в душу и медленно сковал грудь. Гермиона потянула руки к Снейпу, и её дыхание сбилось. Как только она ощутила нечто твердое у себя в руке, внутри всё похолодело.       Толстый.       Не такой длинный, как у Люциуса. Но толще и рельефнее. Северус невольно застонал, ощутив прикосновение женских пальцев на своей плоти. Головка была влажной от смазки, член стоял колом, а от вида обнаженной, раскрытой перед ним сочной женственности здравый смысл покинул рассудок.       Драко практически не моргал. Пульс не успел прийти в норму, как новая волна возбуждения стала подступать к его паху.       - Скажи, чего ты хочешь, любимая…       Люциус прикусил её ухо, обхватывая девичью грудь. Под его ладонями ее кожа пылала.       - Сэр… я хочу привыкнуть к нему.       Гермиона попыталась обхватить ствол, но пальцы так и не сомкнулись на нём. Как такое возможно?       - Да, я понимаю, любимая… тебе немного страшно…       Снейп закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением женской руки. Мурашки прокатились от живота к затылку, пронзая грудь насквозь. Такой невинный жест, а всё его нутро уже завязалось в узел. Баритон рассыпался по комнате вожделенным стоном.       - Люциус, мне нужен контроль… - прошептала Гермиона, не в силах бороться с предательской дрожью.       Малфой задумался, окидывая взглядом свою уязвимую и такую развратную ведьму, и осознал, что сейчас лучше подчиниться ей.       - Как пожелаешь, Гермиона.       Она отпустила член Северуса и сняла с глаз повязку. Люциус выжидающе смотрел на неё с легкой улыбкой, а Снейп с откровенной похотью. Драко всё это время расслабленно потягивал виски и ожидал, когда наступит время присоединиться. Очевидно, что сейчас с девушкой необходимо быть максимально бережным, несмотря на её слова. Гермиона владела ситуацией и должна была оставаться уверенной и расслабленной.       - Северус… - она смотрела прямо в его окутанные вожделением глаза. - Позволите мне?       Боже, что угодно, маленькая дьяволица…       Она приподнялась на локтях и потянулась к его члену, чтобы попробовать его на вкус. Язык скользнул вокруг головки, лаская шелковистую нежную кожу, стоны обоих вырвались одновременно.       Терпкий… такой внушительный, пахнущий какими-то травами, свежестью и естественным мужским запахом. Гермиона не без труда обхватила головку губами и провела языком по уздечке. Дразнящие движения сопровождались причмокиванием и стоном наслаждения.       Северус был в полнейшем восторге. Он наблюдал за тем, с каким желанием Грейнджер берет его в рот, и все мысли сосредоточились на ощущениях. Голова немного кружилась от алкоголя и удовольствия, а Люциус присел на постель и сжал в кулаке свой член. Желание подожгло фитиль, и когда он взорвется - было вопросом ближайшего времени.       Гермиона с нежностью обволакивала член Снейпа любопытным языком, посасывала, стараясь взять хоть сколько-нибудь его длины. Её голос тихо прорывался из горла, она пристально смотрела ему в глаза и демонстрировала покорность. Люциус хотел, чтобы другой мужчина испытал с ней ярчайшее удовольствие, чтобы затем напомнить, кому на самом деле это удовольствие принадлежит.       Влага между ног стала ещё более обильной. Разум, затуманенный удовольствием, был неспособен мыслить критически, и Гермиона просто пошире открыла рот, позволяя Северусу толкнуться глубже. Он смело водрузил руку на её затылок и притянул голову к себе.       Люциус облизал пальцы и наклонился над своей ведьмой, чтобы ввести их внутрь неё. Его бережные и медленные движения были уверенными, настойчивыми и ритмичными. Девушка зажмурилась, дернулась и вскрикнула, но рот был занят членом. Люциус проник двумя пальцами в её лоно и принялся сгибать их, лаская и задевая наиболее чувствительные точки внутри. Северус усилил напор. Гермиона простонала.       Как только она отстранилась, нежная улыбка осела на её губах.       Гермиона встала на колени перед Снейпом и тут же опустилась к нему, опираясь на локти. Он раздвинул свои ноги, чтобы член оказался на уровне её рта, и, глядя на её расслабленное лицо, осторожно провёл рукой по её щеке и подбородку.       - Ты замечательная, Гермиона. Я хочу подарить тебе удовольствие, если ты позволишь мне.       Она лизнула ствол его члена, затем широко открыла рот и кивнула, предвкушая его фрикции.       Конечно же, Люциус мысленно общался с Северусом. Как только Снейп толкнулся в сочный женский рот, Люциус приставил свой член к влажной дырочке и двинул бёдрами, погружаясь в разгоряченную манящую плоть. Она была меж двух слизеринцев, некогда бывших пожирателями смерти. Оба крупных члена оказались в ней, и Гермиона не смогла удержать надрывный крик. Руки Малфоя жадно ухватились за её поясницу, а Снейп притянул к себе её голову, двигаясь с пугающим напором.       Драко сгорал от переполняющих его чувств. Ревность обжигала его. Выворачивала наизнанку. Хотелось вырвать её из лап этих мужчин и спрятать где бы то ни было. Но член уже невероятно затвердел от увиденного. Люциус трахал её сзади, подталкивая Гермиону вперёд и заставляя её насаживаться ртом на толстый член Снейпа. Ведьма извивалась, издавала сдавленные стоны, теряла рассудок от вожделения. Всё это страшно заводило Драко.       Гермиона затерялась в удовольствии. Она была посреди лабиринта собственных эмоций и ощущений, и не хотела из него выбираться. Трение тел вызывало целую россыпь приятных импульсов в клиторе. Люциус размашисто трахал свою женщину и периодически выходил полностью, дразня её головкой члена, которую он то вводил, то вынимал. Гермиона едва не плакала, подаваясь бёдрами навстречу его движениям, а Северус поглощал глазами всё, что мог рассмотреть. Это зрелище было едва ли не самым ярким за последнее время, и он определённо хотел бы закинуть воспоминание об этом дне в омут памяти.       Челюсть свело, девушка ощутила усиление фрикций сзади и распахнула глаза. Пальцы Люциуса впились в её поясницу. Член был горячим, движения становились всё более хищными, Малфой терял контроль, что было немыслимо. Гермиона прогнулась, когда он с силой заталкивал в неё свой член, и подумала, будто он наказывает её за что-то. Люциус никогда ещё не был таким грубым.       Северус отстранился, отпуская Гермиону и нахмурился, глядя на то, как самозабвенно Люциус вбивается в её упругое тело, ускоряясь и прикусив губу. Грудь Гермионы тряслась, и вся хрупкая девушка казалась такой уязвимой. Если бы Северус не знал, как начался этот секс, то мог бы подумать, что Люциус насилует её. Настолько отрешенным он выглядел. Он насаживал её на себя, вонзаясь и тихо рыча, сминал её бедра сильными пальцами и продолжал неистово вколачиваться, усиливая амплитуду фрикций.       Крики Гермионы становились все более рваными, сдавленными, и она начала хватать воздух губами. Стенки влагалища принимали раздвигающий их твердый член, содрогаясь от напора и скольжения по чувствительным точкам. Сперма Драко внутри смешалась со смазкой и предсеменем Люциуса, который и не думал сбавлять обороты. Гермиона закатила глаза и выгнулась. А Драко, наблюдающий за ними, крепко сжимал свой член и стонал, теряя рассудок от того, как его отец жестко трахает его любимую девушку.       - Люциус… Ай… Люциус.. да… да… умоляю, сэр, не останавливайтесь…       - Кому ты принадлежишь?       - Вам, сэр…       - Повтори.       - Вам, сэр Люциус!!!       - Запомни, милая, ты – моя.       - Да, сэр…       Безумие в графитовых глазах достигло апогея. Люциус долбил сочную нежную плоть своей жены и забыл о том, что может причинить ей боль. Он просто трахал её изо всех сил. Неистово. Жестоко. Уничтожая её измученную киску и растягивая её, сопровождая сей акт болезненными шлепками и царапинами. Гермиона стонала, кричала, даже, возможно, пыталась вырваться. Люциус был неумолим.       - Я буду трахать тебя всю свою жизнь, ведьма. Ты примешь в себя каждую каплю моей спермы.       - Да, сэр Люциус…       Слёзы катились по её щекам, и Северус едва не кончил от этого действа. Он осознал, что если дотронется до себя, то взорвется.       - Позвольте мне кончить, сэр.       - Нет.       Оцепенение.       Гермиона плакала. От обиды, беспомощности и осознания своей зависимости.       Драко застыл и перестал дышать, пребывая в шоке от Люциуса. Неприятное чувство скреблось в грудной клетке.       Да, блять, он натуральный садист…       - Давай, милая, забери меня всего…       Люциус впечатался в женское тело, заливая горячее лоно густой терпкой жидкостью. В этот раз её было много. Малфой опустошал яйца и стонал, омывая свою ведьму изнутри. В его голове пульсировала лишь одна мысль – отдать Гермионе как можно больше спермы, загнать её глубже и не отпускать, пока член не перестанет дергаться.       - Люциус… - тихо прошептала она, давясь слезами от обиды. Грубость, которую она не ожидала, больно полоснула по сердцу.       Малфой кончил и вынул член, откидываясь на постель. Ему нужно было время отойти и отдохнуть. Его давно не накрывал такой силы оргазм. Возможно, дело было в элементе жестокости, который заводил его сильнее. Эту мысль он был пока неспособен обработать, сознание угасало, перенося его в состояние полусна.       Северус наклонился к лицу Гермионы и пристально посмотрел ей в глаза. Легилименция была не нужна, он и так всё понимал. Девушка во власти жестокого, повредившегося рассудком мужчины. У неё нет сил противиться своим желаниям. Он проник слишком глубоко в её мысли. Оплёл её разум и завладел её жизнью. Такая умная, красивая, нежная – в лапах тирана, для которого её боль является вкуснейшим из десертов. А её унижение – лекарство для его разорванного эго.       Северус сделал легкий рывок навстречу её губам и поцеловал, в глубине души ожидая, что она отстранится. Но она ответила на поцелуй, неуверенно лаская его солеными губами, и дрожала, с нежностью глядя в его обсидиановые глаза.       - Иди ко мне… - прошептал он ей и обнял, укрывая от всех переживаний. Снейп знал, когда необходимо сорвать с лица маску язвительного брюзги. Сейчас Гермионе нужна была забота.       Они утонули в губах друг друга, соприкасаясь языками и закрывая глаза, и говорили без слов. И когда Драко оказался рядом, Гермиона ощутила его нежное прикосновение. Он сел сзади неё и коснулся поцелуем её трепетной шеи.       Мгновения тянулись долго, девушка с обеих сторон была окутана нежностью и ласками, её полузакрытые глаза ещё немного блестели от высыхающих слёз.       Северус изучал её тело, скользя по бархатистой коже ладонями и очерчивая изящные изгибы. Он хотел дать ей столько удовольствия, сколько она только сможет принять. Гермиона запрокинула голову, кладя её на плечо Драко, и почувствовала, как Снейп начал ласкать языком её сосок. Стон из её уст, похожий на мурчание, заставил обоих мужчин ощутить прилив желания. Вдыхая запах ее тела, они оба медленно, но верно сходили с ума. Оторваться от неё было невозможно. Ей необходима любовь. Много любви.       - Тебе нужно кончить, Гермиона, - тихо сказал Драко, прикусывая мочку её уха.       Северус обомлел от того, как нежная рука Грейнджер обхватила его член. Он в игре.       - Я хочу вас обоих, - улыбнулась она. Вторая рука сдавила член Драко, и Гермиона принялась синхронно их ласкать.       - Контроль будет у тебя, любовь моя… - зажмурился Малфой, отдаваясь ощущениям.       Снейп сел на постель, привлекая Гермиону к себе. Он увлеченно всматривался в её лицо, будто видя её впервые. Драко придерживал её за талию и оставлял языком влажные дорожки на её плечах. Всё происходило так естественно, без слов. Будто все они знали, как нужно двигаться. Без спешки. Без давления и принуждения.       Гермиона начала опускаться на член Северуса, очень медленно, осторожно и взволнованно. Она обхватила его шею руками и прильнула к нему ближе, целуя его горькие губы.       - Северус…       - Да, Гермиона?       - Пожалуйста, смотрите на меня.       Он улыбнулся, ныряя с головой в медовые омуты. Грейнджер нужно было сосредоточиться на чем-то, чтобы преодолеть страх. Калейдоскоп из разнообразных ощущений завертелся внутри её разума, когда головка плотно погрузилась внутрь, и ощущение экстремальной наполненности сдавило низ живота.       - Я знаю, девочка… - прошептал ей Снейп и обхватил её грудь руками, лаская и зажимая соски между пальцами. - Знаю… потерпи…       Драко откинул её волосы на одну сторону и уткнулся эрекцией ей в поясницу. Опьяненный желанием, Малфой целовал Гермиону в макушку, пока Северус плотно насаживал её на себя. Девушка опускалась медленно, с трудом принимая его, но содрогалась от чистейшего удовольствия. Снейп ласкал её, прижимал к себе тёплое женское тело, погружаясь внутрь её влажной тесноты, и они оба простонали от необыкновенно сильного удовольствия. Ее мышцы плотно сомкнулись на его члене, сдавливая и обжигая его. Рельеф вен приятно ласкал ее изнутри, пухлый ствол распирал и растягивал измученную киску, а глубина чёрных глаз забирала себе все переживания. С Северусом было очень туго и плотно, но не больно. Он не торопился.       Драко наклонился к ней сбоку, повернул ее голову на себя и поцеловал, совсем не так, как Снейп. Малфой делал это более настойчиво, хищно, но его язык без устали ласкал ее рот. Руки обоих мужчин путались в волосах девушки, она не двигалась и просто привыкала к члену. Сбивчивое дыхание Северуса обжигало её.       Нельзя причинять ей боль…       - Драко… ты нужен мне…       Её голос был слаще мёда и пьянил похлеще виски. Сердце колотилось, как бешеное. Драко, стоя позади Гермионы, удерживал ее за талию.       Северус притянул её к себе и погрузил свой язык глубоко в ее рот, сходя с ума от тесноты. Ему хотелось толкаться в неё, брать ее, ласкать и насаживать на себя снова и снова. Гермиона надавила на его плечи и повалила на постель, наклоняясь над ним. Она слегка приподнялась и опустилась на его член, вызывая вожделенный стон из его горла.       Драко призвал тюбик со смазкой и выдавил побольше себе на пальцы. Он одновременно коснулся тугого колечка ануса девушки и принялся распределять смазку по члену, болезненно сжимая челюсть в предвкушении. Гермиона ахнула. Холодный палец осторожно скользнул внутрь, заставляя все её тело содрогнуться. Мурашки окутали каждый сантиметр кожи, и она постаралась расслабиться, чтобы впустить эрекцию Малфоя в себя. Снейп крепко удерживал её бёдра и неотрывно любовался женской грудью.       Драко приставил член к её заднице и прошептал:       - Кричи, если будет слишком больно.       - Хорошо…       Он двинулся внутрь и закрыл глаза. Россыпь ярких фейерверков окутала головку члена. Драко тихо рычал, чувствуя, насколько стало труднее входить в неё. Каждый сантиметр медленного погружения отзывался горячей волной удовольствия, а голова кружилась от избытка ярчайших переживаний.       Гермиона стиснула зубы, будучи не в состоянии сдержать крик. Томительный, надрывный, полный похоти и отчаяния. Такое тугое и невозможно прекрасное заполнение обеих дырочек… четыре сильные руки удерживают её, пока тело принимает в себя твердую плоть сгорающих от страсти слизеринцев.       Драко вошел до самых яиц и прорычал, наконец овладевая своей женщиной. Все трое стонали и осторожно двигались, желая скорее раствориться в безоговорочном наслаждении. Гермиона привыкла к тому, что удовольствие и боль неразделимы, и отдалась мужчинам полностью. Северус приподнял её и слегка отстранился, чтобы затем медленно погрузиться в её киску. Драко уловил темп и двинулся, прикусывая губы.       - Да, любимая, вот так… хорошо…       - Драко!       - Как же мне с тобой хорошо… я люблю тебя…       Северус никак не мог поверить в реальность происходящего. Влажная и тугая вагина его бывшей ученицы сейчас обволакивает его изнывающий член.       О, черт, я трахаю Грейнджер…       Её бедра описывали круги, грудь вздымалась, а острые соски так и манили насладиться ими. Драко нежно удерживал девушку, чтобы начать двигаться быстрее, и плотно вжимался в неё. Капли пота скопились на лбу и спине, хотелось ускориться. Хотелось трахать её грубо. Но он умел сдерживать себя и просто расслабился.       - Девочка, ты даже представить не можешь, какая ты восхитительная… - выдохнул Снейп.       Гермиона приподнялась и описала бёдрами круг.       - Северус…       Мужской напор усилился. Оба члена двигались в ней уверенно, но нежно, и Гермиона не сдерживала свои стоны и крики. Чьи-то пальцы больно стиснули соски, она была на грани.       - Любимая, кричи… кричи громче…       Драко владел её телом, вторгался в него, ритмично углублялся и стонал. Северус приподнял Гермиону и начал вколачиваться в её киску, глядя прямо ей в глаза. Внутри его груди разгорелось яростное пламя. Он не просто видел и чувствовал, он знал, насколько сильное удовольствие она испытывает, насаженная на их члены. Её мысли были громкими. Она извивалась, почти задыхаясь от ласк, двигалась навстречу фрикциям и изо всех сил вцепилась в предплечья Снейпа.       - Я хочу… я уже почти… я…       Драко потянул её за волосы, заставляя прогнуться к нему.       - Ты хочешь получить разрешение?       Что же Люциус с ней сделал…       - Я… я… мне необходимо позволение кончить…       - Ты можешь кончить, милая, - раздался нежный голос Люциуса, с улыбкой наблюдающего за ними.       Гермиона едва не разрыдалась, ощутив пульсацию всех своих нервных окончаний. Северус долбил её одновременно и с нежностью, и со всей страстью, и клитор вспыхнул от взрыва удовольствия. Гермиона кричала, дергалась и стискивала члены, пока билась в оргазме. Её изящное тело, влажное от пота, пахнущее тремя мужчинами, извивалось и источало влагу, слёзы текли из глаз.       Разум вознесся ввысь, сознание отключилось, и горячие вспышки электричества пронзили низ живота. Северус больше не мог удерживать себя от оргазма. Он зарычал и вцепился в Гермиону, больно впившись сильными пальцами. Как же приятно было отпустить себя и излиться в её лоно, наполняя юную девушку спермой. Драко усилил фрикции, сминая нежное тело девушки. Он ощущал, как она бьется в сладостных конвульсиях, и улыбался, размашисто работая бёдрами.       Мужчины сами не заметили, как оказались на месте Люциуса и утратили контроль. Грейнджер была слишком сладкой. Казалось, что боль заводит её, и яростный секс приносит ей несравненное удовольствие. Драко сделал ещё несколько резких толчков и кончил внутрь, тяжело дыша.       Гермиона упала на Северуса, ощущая его член в себе. Она целовала его, а он притянул её голову к себе, властно взяв за затылок.       Эта женщина – богиня. Разве Люциус этого не видит?       Драко с нежностью провёл руками по ее плечам и спине, отстраняясь и вынимая член. Он упал на постель рядом с Северусом и жадно всмотрелся в лицо Грейнджер. Она самозабвенно целовала Снейпа, не спеша слезать с него. Ревность сдавила горло.       Долбаный Люциус вечно все усложняет!       Будто мало им было запутанных отношений втроем. Теперь ещё крестный вмешался. Драко прошипел и встал с постели, чтобы убраться скорее из комнаты.       Люциус поглаживал свой затвердевший член и неотрывно наблюдал за женой. Он даже представить себе не мог, сколько в ней спермы. Она знала, что пока все мужчины не насытятся ею, она не сможет покинуть спальню.       Драко хлопнул дверью, и Гермиона дернулась, обеспокоенно оглядываясь.       - Пусть он идёт, милая.       Люциус навис над девушкой, властно обхватил её грудь, и прошептал на ухо:       - Он вернется. Ты знаешь его.       Северус притянул её к себе, обжигая горячим дыханием её ухо:       - Расслабься, девочка. Сегодня твой день.       Люциус с трудом протиснул свой член в её анус, держа её за руки, а Северус уже вновь был готов трахнуть её.       Она не покинет спальню.       Время тянулось медленно, Драко сидел на балконе и курил одну за одной. Голова шла кругом.       Чем больше времени проходило, тем яснее он осознавал – Гермиону необходимо спасти. Она и дальше будет безвольной игрушкой в руках его отца. Два члена, три… а сколько их будет дальше? Пять? Десять? Он готов смотреть, как её трахают обезумевшие и голодные мужчины, лишь бы потешить его самолюбие и удовлетворить его похоть?       Она ведь не в состоянии отказать ему. Пока они трахают её, Люциус внушает ей, что это он трахает её чужими членами. И она лижет ему руки, благодаря за удовольствие.       Драко запрокинул голову борясь с собой. Да, он был просто последним идиотом, что упустил её. Позволил ей попасть в ловушку, из которой не выбраться. Черт знает что там в голове у безумных аристократов, для которых вседозволенность и скука являются оправданием для любой прихоти. Драко и сам чуть было не стал таким.       Несколько часов спустя он уже смотрел на Гермиону из коридора. Она умылась и шла на кухню, чтобы выпить холодной воды. Её тело горело, все было покрыто засосами, а на бедрах виднелись синяки.       Они вновь вдвоем на этой кухне.       Но на этот раз Драко осознает, что происходит.       - Гермиона…       Она обернулась, с нежностью глядя на него. Слова застряли в горле.       - Тебе никогда не придётся доказывать любовь ко мне. Ты – лучшее что было у меня.       Карие глаза наполнились тревогой. В сердце что-то кольнуло.       - Я люблю тебя. Ты нужна мне.       Ночная мгла не могла скрыть истинные чувства.       - И я никуда не уйду без тебя. Можешь забыть о Люциусе. Ты моя.       Он взял её за руку и вынул из кармана завернутый в платок портключ.       - Идём.       Гермиона замерла на мгновение, стараясь не разрыдаться. Из гостиной послышались шаги Люциуса. Она испуганно распахнула глаза и кивнула.       Когда Люциус зашел на кухню, никого уже не было.