Надежда
11 мая 2025 г., 12:20
Джером крепко сжимает рукоять ножа. Движения стали настолько привычными, что он мог бы нарезать картофель закрытыми глазами, а второй распределять мясо на противне, которое покоилось на столе.
Но ему некуда было спешить. По крайне мере, по словам Скэриэла, которым нельзя было доверять на все сто процентов, он задержится на заключении сделки.
Парень до сих пор вспоминал сегодняшнее утро, когда Лоу прислали ответ спустя несколько месяцев о том, что они готовы издать его книгу.
– Джер! – прокричал он тогда на всю квартиру, заключая в объятья.
Слава богам, что тогда он успел отложить нож в сторону, иначе ненароком поранил бы от неожиданности.
Скэриэл нечасто проявлял тактильность, или, точнее, нечасто проявлял ее по отношению к Джерому. Да, они целовались, и не раз, и даже зашли куда глубже, но его вовсе тревожило не это.
Для них не существовали простые объятия с утра, совместные прогулки, или нелепые подарки. Быть может раньше такое и было, но спустя пять лет многое изменилось. Скэриэл изменился.
Всего себя он посветил рукописи, даже бросил постоянную работу ради идеи, которой он горел с самого детства.
– Это взорвет книжную индустрию, – мечтательно проговаривал он каждый раз, когда разговор заходил о его книге. – Войдет в топ и даже станет мировой классикой, которую впишут в школьную программу.
– Откуда такая уверенность? – смеясь, как-то спросил он в шутку.
В тот момент лицо парня исказилось, а брови поднялись вверх, но он быстро вернул контроль над выражением своего лица.
– А ты во мне сомневаешься?
И больше Батлер не уточнял и не переспрашивал, а просто слушал, ведь ему было достаточно того, что Скэриэл счастлив.
Через время он начал вводить свои изменения и редактору, ведь парню банально не хватало времени на сон и пищу. Как ни странно, но он был доволен.
– Можно сделать так, что при некоторых условиях полукровки могли поступить в Академию Святых и Великих. Это облегчить в разы поступление главного героя в учебное заведение.
Тогда Скэриэл удивленно уставился на него, широко открыв рот. Джерома лишь поражало то, что парень не смог додуматься до этого сам.
– Джер, ты просто гений, – через какое-то время сказал он, вернувшись в реальность. – Это напоминает мне времена Александра | .
Эти воспоминания были самой настоящей драгоценностью и единственной связью с тем, что было в прошлом. То, что уже никогда не станет прежним.
Он дергается и откладывает нож в сторону, нервно смотря как из пальца начинает медленно, но верно идти кровь. Все таки не стоило так сильно углубляться в свои мысли, особенно сейчас.
Остановив кровь, Джером вновь возвращается к готовке, с предчувствием того, что что-то пойдет не так и его жизнь откатится назад.
***
«Все тело ломит» – первая мысль, которая приходит к нему, когда он раскрывает глаза после долгого сна. Руки и ноги немеют из-за неудобного положения, но, слава богу, это быстро проходит и он возвращается в норму. Но больше всего его волнует то, что в пол четвертого, мать его, утра Скэриэла до сих пор нет дома. Недолго думая, парень встает из-за стола и разминает руки, наблюдая за тем, какой погром за несколько часов успел устроить кот. Твою ж мать. – Хлеб? Серьезно? Чем тебе так не угодил сухой корм? – не громко говорит он, берясь за веник, чтобы убрать весь беспорядок. Кот лениво перебирает лапы, а затем сбегает в другую комнату. Джером не раз жалел, что подобрал животное с улицы. Первые дни были особо тяжелыми, потому что тот отказывался от еды и гадил где ни попадя, но затем они сдружились, по крайне мере, ему так казалось. Нечастые царапины парень решил свести на суровый характер кота. Дверь с шумом открывается и Батлер с трудом подавляет желание обернутся. – Переговоры задержались, поэтому.. – Хватит оправдываться. – обрывает он его на корню, даже не подумав. Пора перестань спокойно принимать пыль в глаза. Скэриэл вздыхает, вешает пальто на вешалку, а затем проходит в глубь кухни и присаживается на стул. Судя по всему, думает Джером, он не собирается объяснятся. – Завтра будет банкет, где у меня возьмут интервью и представят первый экземпляр книги, доволен? – через некоторое время проговаривает он, делая глоток чая. Парню очень уж хочется вылить этот же чай ему на голову, но он держится из последних сил. – Нет, ведь ты так и не рассказал, где был всю ночь. Лоу смеется. Хриплым смехом, сквозь который изредка проскальзывают нервные нотки. Это пугает, но продолжается это, к счастью или нет, недолго. – Разве мы в тех отношениях, в которых стоит задавать подобные вопросы? – серьезно спрашивает Скэриэл и, не дожидаясь ответа, продолжает. – Думаешь, что один трудишься, не покладая рук? Я писал эту книгу днями напролет, бросив любимую работу! Батлер впивается ногтями в ладони и делает глубокий вдох. Нужно просто успокоиться, в любом случае он не зайдет слишком далеко. – Мы работали над этой книгой вместе, не забывай, что.. Звук разбивающейся тарелки, которая теперь разбросана во всей красе осколками на полу, прерывает его и заставляет сердце замереть на некоторое время. Почему, черт возьми, они не могут спокойно поговорить, как все нормальные люди? Всякий раз, когда они ссорились, Джерому приходилось что-то терять. В этот раз обошлось обычной, но дорогой тарелкой, которую подарил Шерр на его прошлый юбилей. Блять. – Твое участие было лишь мимолетным этапом, – начинает негромко Скэриэл, расхаживая по комнату. – Да, я не отрицаю, что твои поправки были гениальными, но на этом все. Ты жил своими мечтами, в то время как я писал этот чертовый роман! Батлер вздрагивает, когда тот резко бьет кулаком по столу, призывая обратить на себя внимание. – Очнись, Джером, – шепчет парень, наклоняюсь над ухом второго. – Мы разные люди и рано или поздно нам пришлось бы расстаться. Он щурится, пытаясь осознать, что только что услышал. Расстаться? Их ссоры никогда не заканчивались так. Ну по обижается пару дней и пройдет, но это.. – Расстаться? Почему? – Я все сказал. Завтра заберу остатки вещей. Только сейчас Джером заметил, что все это время он дурачил его и собирал вещи. Он был наивным глупцом, вот и все, надеявшийся, что его заслуги оценят по достоинству, но, видимо, не в этой жизни. С оглушительным грохотом дверь закрывается, но у Батлера не хватает сил даже на то, чтобы банально провернуть замок. Он наконец-то остался один, но что это теперь значило сейчас? – Что ты смотришь? – спрашивает парень, смотря на то, как кот игриво виляет хвостом. Как будто тот действительно мог что-то сказать в ответ. Он аккуратно кладет руку на гладкую шерстку животного и начинает медленно гладить, но долго это не продолжается: он зубами вцепляется в пальцы, не имея намерений проиграть. – Ах ты блохастый черт. – Джером убирает руку, на которой теперь вновь выступила кровь. Плевать. Его тревожит вовсе не это, а мысль о том, что делать дальше.***
– Ну, – тянет задумчиво парень. – Ты был недоступен, поэтому я подумал, что что-то произошло. Джером закатывает глаза. Адам любил так делать – приходить, не поинтересовавшись у собеседника о дальнейших делах на день, просто ему было всё равно. Особенно рано утром. – Это понятно, но зачем ты этого с собой взял? – Эй, вообще-то у меня есть имя! – кричит Кэмерон с гостиной. – А это что за прелесть? Джером снова закатывает глаза, молясь на то, что в этот раз Райли обойдется без лишних жертв. – Раньше такого не было. Ну, ты же не все мне рассказываешь, да? Он молча кивает. В ответ сказать нечего, ведь он прав, абсолютно. – Мы ссорились, но не часто. До такого никогда не доходило, а сейчас он собрал вещи и.. – он прикрывает глаза, не в силах продолжить. Вспоминать события былого дня трудно, но еще труднее объяснится перед кем-то, кто хочет помочь. Адам вздыхает и делает глоток кофе. – Есть у меня одна идея, – парень тянется в карман брюк и достает оттуда мобильник. – Презентация ведь завтра? Джером снова кивает, пытаясь понять, что тот задумал, он не замечает, как тот быстро набирает чей-то номер. Спустя несколько гудков абонент берет трубку и из динамика доносится глубокий женский голос. – Здравствуйте, вы позвонили в офис Petal of Happiness, чем могу быть полезна? Парень хрипит и подносит устройство ближе, а затем говорит так, что Джером не узнает его голос. Что за черт. – Здравствуйте, я являюсь журналистом одной газеты. Слышал, что завтра пройдет торжество по случаю одного молодого, но успешного автора, есть ли возможность присутствовать? Девушка молчит некоторое время, явно обдумывая или проверяя списки. – К сожалению нет, это закрытое мероприятие и все места уже забронированы. Я могу предложить вам другой день, чтобы.. На этот раз он не скуп на слова, поэтому уже через мгновение вежливо отказывается и, сбросив трубку, откладывает телефон на край стола. Кэмерон, всё это время находившийся в гостиной, выходит вперед и на ходу выпивает остатки кофе Адама. И как при всем этом он умудряется унести в руках кота, даже оставшись без морального ущерба? – Он всегда мне не нравился. Батлер переводит взгляд с теперь пустой чашки на Шерра, ожидая потасовки, но этого не происходит. Видимо, Адам сегодня в хорошем настроении. – О ком это ты? – спрашивает через время парень, отнеся всю грязную посуду в раковину. Единственное, что сейчас могло отвлечь Джерома от гнусных мыслей – уборка. Он убирался не в зависимости от настроения или погоды, а просто. Так было легче. – О Скэриэле. В лицо улыбается, а за спиной говорит такие вещи, что убить хочется. – он говорит это настолько серьезно, что второй начинается смеяться. Хотя, судя по всему, причина вовсе не в этом. – Неужели ты до сих пор помнишь про тот случай, когда он сказал, что та футболка смотрится на тебе нелепо? – Это тоже, но сейчас не об этом, – он делает несколько шагов и оказывается ближе к Джерому, пока тот складывает посуду в шкафчик. – Джер, ты должен отомстить ему! – Отомстить?.. – неуверенно переспрашивает парень, хмурясь. Это звучит нелепо, но и других вариантов на ум не приходит. Он угробил несколько лет впустую, чтобы затем услышать, что тот ничего не значил в жизни того, в ком видел идеала, так что теперь месть звучит не так уж и не нелепо?.. – Да. Я могу договориться и тебя пропустят как официанта, а там уже будешь импровизировать, не боись. Импровизировать.. Как то раз, когда он пошел устраиваться на работу без единой подготовки и резюме, пришлось придумывать историю на ходу. Выходило, честно сказать, плохо, так что если Кэм надеется на то, что тот продержится так долго в роли официанта, то он ошибается. Но с другой стороны, это последний шанс сказать пару ласковых на прощание, или хотя бы сорвать показ, но это уже переоценка его собственных сил. – Допустим. – Вот и договорились. Тогда завтра будь готов, вместе поедим. Так сказать, моральная поддержка. Во что, он, черт возьми, ввязался?***
Верить словам Кэмерона в наше время приравнивается к тому же, что и идти на верную смерть. – Извини, я сегодня не смогу, появились срочные дела, поэтому.. Джером закусывает губу. Впрочем, это не было чем-то новым и не стоило рассчитывать на большее. – Все в порядке, я просто посплю еще несколько часов и.. В конце концов он мог остаться дома и прибраться, или посмотреть фильм, а может и наконец-то прочитать книгу, которую откладывал с долгих времен. – О чем это ты говоришь? Я уже договорился, просто не смогу присутствовать, – вздыхает Кэм, удивляясь словами приятеля. – Впрочем, неважно. Просто будь собой и расслабься, если не сможешь отомстить тому придурку, мы с Адамом тебя в любом случае поддержим. На губах возникает улыбка и он просто не в силах ее подавить. Значит, все таки судьба. Через несколько секунд он уточняет адрес и время, а уже через минуту отключаются. Парень не верит, что что-то выйдет из этого, но пусть так, он просто проведет время в хорошей, он правда надеялся, компании. Полчаса уходит на то, чтобы отыскать в шкафу старую форму официанта, которая изначально являлась униформой бармена. Еще полтора уходят на перекус и стирку этой самой формы. Он же не хочет опозориться, верно? В голове блуждают мысли не пойти, придумать себе оправдание, да что угодно, лишь бы остаться в теплом доме и не видеть то, казалось бы, знакомое и родное лицо, но долго это не продолжается. Джером решает посмотреть страху в глаза, хотя ключевую роль здесь играет, конечно же, такси, которое уже как пять минут стоит под его окнами и грозится уехать или доплатить за срочность. И так раз за разом. В салоне душно, потому что денег хватает лишь на эконом, а в их услуги, видите ли, не входит проветривание внутреннего пространства. Не привыкать. Водитель не разговорчив и Джером даже рад, что ему не на ком вымести свою злость и печаль, потому что он сделает это на Скэриэле. Ну, он так думал. На самом деле всё хуже некуда. Когда он приезжает – опаздывает, поэтому женщина, что отвечает за персонал, смешивает его с грязью. – И, молодой человек, у нас не принято носить галстук. Снимите его или выкиньте в ближайшую урну. Вот поэтому Батлер ненавидел работать в общепите, но делать ему нечего, поэтому убрав галстук в сумку, он проходить в глубь помещения и берет поднос с шампанским. Помещение светлое и украшено различными атрибутами, которые так или иначе переплетаются с сюжетом книги. На стенах висят плакаты и Джером сдерживается из последних сил, потому что в голове то и дело проскальзывают мысли либо сорвать их, либо испортить тем самым шампанским. Гости здесь одеты роскошно, можно сказать, что они сбежали из книги, прям вылитые чистокровные. Пока он разносит напитки, гибко избегая главного виновника торжества, парень размышляет о том, как те отреагируют на то, что большинство из них являются подонками, или, по крайне мере, главный герой, которого зачастую он списывал именно со Скэриэла. Джером подходит к бару, решая передохнуть на краткий миг и спрятать куда-то сумку, потому что таскать ее вечно с собой явно не выход. – Сюда нельзя заходить.. – шепчет парень в маске, смешивая коктейль. – Будь тише, договорились? Бармен тяжело вздыхает, но не возражает, изредка наблюдая за тщетными попытками незнакомца спрятать диковинку. – Ты можешь оставить это здесь, в любом случае я буду тут до конца мероприятия. – в конце концов говорит он, когда парень не находит то, что искал. – Спасибо. – шепчет Джером, ставя поднос с алкоголем на стойку. Это, конечно, не лучшая идея, но другого варианта у него всё равно нет. Уж лучше так, чем потерять паспорт и ключи среди толпы. – Не хочешь попробовать? – спрашивает он, протягивая стакан, наполненный сверху до низу какой-то жидкостью. – Я, вообще-то, на работе. – Он безалкогольный, расслабься. Джером кивает, а затем делает глоток. Блять. Он начинает жалеть с той поры, когда в принципе решил передохнуть здесь несколько минут. Парень выплевывает на салфетки и после выбрасывает их в урну. – Что, черт возьми, ты туда добавил? На вкус отвратительно. – говорит Батлер через время, придя в себя. Бармен выглядит рассеянно и..смущенным? Видимо, новичок. – Прости, я не так давно научился их делать, – он протягивает дольку лимона. – Вот, это должно перебить вкус и запах. Недолго думая, он съедает фрукт и, слава богу, становится легче. Из-за расположения бара открывается отличный вид, можно сказать прямо в центе, потому что в считанных метрах располагается аппаратура и микрофоны, а где-то там неподалеку маячит и Скэриэл. Черт. – Кого-то ищешь? – Не твое дело. – огрызается Джером, размышляя над тем, как долго он уже здесь торчит. – Я всего лишь хочу тебе помочь, не стоит так сразу грубить. Я многих здесь знаю. Парень закатывает глаза и отвечает, даже не смотря: – Как простой бармен может многих знать, даже не сумев приготовить обычный коктейль? – Это говорит мне официант, что до сих пор не разнес напитки по залу за всё время? – передразнивает он, смеясь. Что ж, что-то в этом есть. Он хорош. Девушка, одетая в безупречное платье, призывает всю публику ко вниманию и сообщает о том, что с минуты на минуту всё начнется. – Это достаточно для знакомства? Я – Готье. – он протягивает руку, которая облачена в белую перчатку. – Как будто я не понял это, увидев твой бейджик. – захватив поднос, бросает он вслед, уходя, так и не протянув в ответ руку. Хватит на него случайных знакомств, которые ни к чему хорошему не приведут. Знаем, проходили, пожалуй, хватило. Он встает сзади небольшой толпы, но обзор выходит хорошим. Наверное, роль тут сыграл больше высокий рост, нежели удача. – Здравствуйте, я рад наконец-то представить вам всем свой дебютный роман „Бал повешенных”, над которым я трудился последние годы. – говорит Скэриэл в микрофон настолько тихо, что парень неуверен, что среди такой толпы и шума можно было его расслышать. Публика восторженно аплодирует, в то время как Джером делает пару шагов, чтобы тот мог его разглядеть, или, хотя бы, заметить. Он сглатывает, когда их взгляды встречаются, но Лоу на этом внимания не заостряет и начинает говорить куда более уверенно, чем раньше. – Меня никто не поддерживал, а все мои близкие отвернулись от меня, решив, что если я напишу книгу, то мне не светит грандиозное будущее, о котором я так мечтал. Хлопки в зале становятся все громче и громче и Джерому становится тошно, неуютно, противно. – Никто не поддерживал? – голос звучит настолько жалко и отстраненно, что совсем не похоже на него. Это произошло неосознанно, но все гости решили, что простой официант прослезился с истории, которая была выдумана на ходу. Скэриэл даже не потрудился придумать куда более убедительную ложь, но чтобы он не сказал, люди слепы и они будут верить ему до конца.***
Джером и сам не заметил, как заговорил в тишине, как сбежал, хотя не планировал уходить так рано и с позором, а теперь как стоял у собственной двери, не в силах войти. Это было с самого начало ужасной идеей, даже отвратительной, но он шел на поводу мести и желанием все изменить. Как будто Скэриэл смог признаться во всем там, да конечно. Это не могло продолжаться вечно, в любом случае. Он тянется к сумке, что должна была висеть на его поясе, но вместо нее он находит.. ничего. Блять, бар. Ну естественно, стоило пойти на поводу эмоций и проебать ключи от квартиры и паспорт прямо на месте, замечательно. Только он так мог облажаться. – Ты закончил? – спрашивает голос, отчего он вздрагивает и оборачивается. Бармен расслабленно стоит в углу, кажется, наблюдая за его истерикой всё это время, а на его плече покоится та самая сумка. – Ты ведь это искал? – он небрежно протягивает вещь. – Совсем забыл о ней, спасибо.. – рассеянно говорит он, беря в руки сумку и доставая ключи. Он уже представляет какую истерику закатит Кэм, узнав, что тот так и не смог выполнить должное. – Что насчет того парня? Ты знал его? Батлер глупо моргает. О чем это он? А потом до него доходит. Черт. – Ничего серьезного, старый знакомый, который возомнил слишком много о себе. Парень выглядит заинтересованным. Теперь, когда маска снята, он может во всей красе рассмотреть его лицо. Он красив, явно не из здешних мест, по крайне мере, подобных он раньше не встречал. – Расскажешь, или продолжишь и дальше пялиться? – лукаво спрашивает бармен, кажется, его звали Готье, но теперь Джером понимает, что из красивого в нет только внешность, явно не характер.
