Dark Will Fall

      Впервые Ви увидел её через окно автомастерской, в которой он временно работал. На фоне огромного Тортона Макино одетая в фирменную куртку Альдекальдо женщина о чем-то спорила с его простофилей-начальником. Машина была настолько модифицирована, что было сложно понять даже, какого года производства она. Учитывая это авто и то, что они находятся у мастерской, причина спора была понятна и без слов.       Честно говоря, его начальник работал явно не на своем месте. Он был неплохим руководителем и довольно приличным человеком, это правда, но как механик он был никудышный. За те две недели, что Ви тут работал, Джеф уже несколько раз давал ошибочные заключения по ремонту, заказывал не те запчасти, и думалось Ви, что работать ему тут явно недолго.       Ви захлопнул капот ремонтируемого автомобиля и двинулся на помощь бедному коллеге.       — Я не понимаю, что сложного просто назвать мне примерные сроки доставки, — сокрушалась девушка, пиная какой-то невидимый камень под ногами.       — Вы назвали огромное количество запчастей, мне нужно время, чтобы узнать срок по каждой детали, — голос Джефа, кажется никогда еще не был так пискляв. Он буквально трепещал перед этой кочевницей. — Ви, как же ты вовремя!       Словно по команде, к нему повернулась и девушка. Глаза прищурены с недоверием, на лице читается раздражение уровня Арасака-Тауэр. Чуть ли не губа верхняя дергается в презрении, жуть. Руку в бедро уперла, и сложно не заметить эту стройную талию, эти широкие бедра.       — Я все еще здесь, — с ядом бросает она, и Ви понимает, что засмотрелся.       — Да, простите, я задумался, — она закатывает глаза на его тухлое извинение. — Где пожар?       — Мисс Палмер очень нужны запчасти на Тортон Макино, и она хочет знать сроки доставки. Я пытаюсь сказать, что все не так просто, и нам нужно сперва узнать у поставщиков.       — Не знал, что кочевники начали закупать запчасти вместо того, чтобы их добывать, — озвучивает мысли, забыв хоть немного свой чертов фильтр включить, и девушка окончательно ощетинивается.       — Не знала, что уличные крысы стали разбираться в жизни кочевников. — А у нее самой то фильтр по ходу начисто отсутствует. И на лице ни грана сомнения в высказанных словах, как будто так и планировала.       — Наверное, потому что крыса пустынная, а не уличная, — морщится от того, что его сравнили с городским, хотя сам уже несколько лет, как ушел от клана.       Девушка вскидывает бровь в недоверии, смотрит скептически и буквально сканирует парня на признаки кочевника. Взглядом скользит сверху до низу, но немного подвисает на уровне его рук, скрещенных на груди. И Ви понимает, что на него сейчас на мгновение, но тоже пялились.       — Ты на номада похож также, как я на нетраннера, — приходит в себя, смотрит прямо в глаза, но ненависти в них не видно. Там что-то другое.       Если бы Ви был каким-то героем дерьмового фильма, то сказал бы, что ему буквально бросили вызов.       Но ее реплика… это уже и правда обидно. Ви благополучно забыл о том, что ему нельзя вылетать с этой работы еще, минимум, неделю, и готовится сказать очередную колкость клиенту. Но их спасает Джеф, который все это время, как оказалось, стоял рядом с ними. Он прокашливается достаточно громко, чтобы выдернуть их обоих из своего пузыря, и смотрит умоляюще на Ви.       Точно, проблемы им не нужны.       — Какие запчасти вам нужны, мисс Палмер? — нарочито вежливо произносит он, наконец.       Девушка еще раз закатывает глаза. И на мгновение Ви хочется посмотреть, как она их закатит, извиваясь под ним.       Черт.       — Масляный фильтр, пыльники, стойки и тормозные колодки на зад и перед, воздушный фильтр, термостат, свечи обязательно платиновые, ремень и натяжитель к нему, — буквально тараторит, словно уже в десятый раз произносит список. — И только новые и оригиналы.       — Какого года Макино? — его мозг уже переходит в рабочий режим, прикидывая, где искать необходимое.       — Пятидесятого, — и, черт, это плохо.       Ви присвистывает.       — Ну, это, во-первых, влетит вам в копеечку, — девушка вздыхает полной грудью, и Ви понимает, что это она и без него прекрасно знает. — Во-вторых сроки от одной недели до месяца. Если расходники типа пыльников и свечей приедут уже к следующей среде, то вот со стойками будет проблема.       — Да, после пятьдесят второго они поменяли однотрубный на двухтрубный аморт, я знаю, — она немного успокаивается, скорее всего понимая, что, наконец, с кем-то на одной волне. — Но мне сказали, что для вашей конторы это не проблема.       — Да не проблема, конечно. Но сроки при всем желании не мы устанавливаем, — он достает сигареты и закуривает. — Было бы проще самим обнести какой-нить склад, честно.       — Еще я свой клан подставлять буду ради какой-то фигни. Месяц так месяц. — Осматривает его еще раз с головы до ног, и что-то темное мелькает в ее глазах. И это, честно говоря, отвлекает. — Предоплату я внесу вечером наличкой.       И еще до того, как Ви додумается сказать хотя бы примерную цену или попросить ее номер для уточнения деталей, она прыгает в свой автомобиль и уезжает с диким ревом мотора.       Справа от него присвистывает Джефф.       — Эта дамочка просто какой-то ураган. Думал, она нас пристрелит, — хмыкает, закуривает тоже.       — Да, я тоже, — задумчиво произносит Ви.

***

      В следующий раз он видит ее в Посмертии примерно через месяц. Она почти на другом конце бара болтает с Клэр, смеется заливисто и выглядит раскрепощенной и довольной. Вид ее, наклоненной над барной стойкой, с тонкой талией и фигурной задницей… это немного отвлекает, честно говоря.       В тот день, когда они встретились впервые, он закончил работу намного раньше, чем приехала кочевница. Джефф потом сказал, что она была зла как черт, со сбитыми в кровь костяшками пальцев и ссадиной над губой. И это даже немного заинтриговало его тогда, что кочевница выглядела почти как наемник в этом описании. И он бы, честно говоря, не против был бы посмотреть на эту воинственную сторону девушки.       Но потом работа, заказы, еще куча заказов, и от пылкой кочевницы в его памяти остались лишь огонь и ярко-красная куртка Альдекальдо.       — Да это же нахальный автомеханик, — внезапно раздается рядом с ним яркий голос девушки, когда Ви допивает свой уже пятый бокал Сильверхенда. Слышать ее радостной… странно приятно.       — Кочевница, что как городская, ставит на свою машинку только новье. — Приветствует он ее в том же шутливом тоне. Её появление на его орбите удивительно для Ви, ведь девушка не выглядит как та, кто будет болтать ни о чем с посетителями бара.       — Да, и в отличие от своих соклановцев, я не встаю на обочине посреди пустыни, — она поднимает свой бокал словно сказала тост, и не согласиться с ее утверждением сложно.       Кочевница плюхается на соседней с ним стул у барной стойки, и Ви с удивлением замечает, что бокал в ее руках тоже явно не первый.       — Что-то празднуешь, Альдекальдо? — к своему стыду он даже не помнит её имя, только что-то на букву «п». Но она назвала его механиком, так что вряд ли она сама помнит его имя. Все честно.       — Скорее пытаюсь отдохнуть, наконец, — запрокидывает голову вверх, вздыхает. Шея длинная, тонкая, и Ви приходится отвести взгляд. — Работы просто тьма. Бестия с меня буквально не слезает.       — И кочевница, и наемница? Небось и запчасти все на своего Тортона сама ставишь?       Ви возвращает свой взгляд с какого-то упитого в усмерть недорокера на девушку и тут же ловит ее слегка опьяненный взгляд.       — Еще я кому-то позволила бы лезть в мое авто, ага, — допивает лихо коктейль и поворачивает голову в сторону Ви. И, честно говоря, она чертовски красива. — Кстати об этом. Когда я спросила, где язва, мне сказали, что ты уволился.       — Ты спрашивала обо мне? Так мило, — тянет, улыбается, и если уж она и хочет пофлиртовать, то почему бы и нет.       — Хотела засадить тебе ботинок поглубже, не обольщайся, — показывает рукой, что ей нужно повторить напиток. — Ну так что, механик? Нашел местечко по-теплее?       — Это была временная работа. — руку кладет на стойку, голову подпирает и улыбается, глядя на девушку. Алкоголь расходится по венам, оседает в парне, придавая немного смелости.       — И чем ты занимаешься сейчас? — зеркалит его, тоже улыбается, но лишь уголками губ.       И на мгновение Ви кажется, что они тут сидят только вдвоем.       — Всем, что захочет от меня заказчик. — Видит искорку смеха в ее глазах, понимает, что шутка уже наготове. — В разумных пределах.       — Значит, наемник, — задумывается на мгновение, и этого достаточно, чтобы еще немного без палева поглазеть на нее. Боди обтягивает стройное тело, джинсы подчеркивают все, что нужно подчеркнуть. — Хорошо, что мы не напарники.       До него даже не сразу доходит, о чем она в принципе. Он поднимает взгляд с ее бедер вверх, и в этот раз понятно, что её это даже немного веселит. Ее взгляд пленит, пьянит, утягивает куда-то за собой, и Ви винит во всем щедрую на алкоголь в коктейлях Клэр.       — Что, почему?       — Потому что обычно я не мешаю удовольствие и работу.       И когда она уходит посреди ночи из его квартиры, он с опозданием понимает, что они даже не обменялись именами.

***

      Когда они видятся в третий раз, единственное, что она спрашивает у него между поцелуями: как быстро он сможет отвести их к нему. Ви настолько поглощен тем, что она творит с ним, что даже не понимает, как они перешли от светского разговора у бара Посмертия к чертовому сеансу поцелуев в одной из кабинок клуба.       Через полчаса после его ответа и сразу после открытия двери его квартиры кочевница в принципе перестает о чем-либо спрашивать наемника. У нее есть свои планы касательно завершения этого вечера, и Ви по сути своей становится лишь способом эти планы выполнить. Она делает с ним то, что хочет, и, честно говоря, Ви не особо против того, чтобы немного потакать желаниям этой пылкой особы. Он не упускает возможности исследовать каждый дюйм её тела, посвящая всего себя каталогизации её действий и реакций. Он достает из неё каждый возможный звук, пока трахает ее в матрас, пока доводит её до исступления. Он буквально отдает всего себя, пока кочевница скачет на нем, словно дикая наездница из почти забытых рассказов.       Но когда их ночь заканчивается, она, даже не дождавшись предложения остаться, собирает свои вещи и уходит.       Она не оборачивается, и все, что успевает сказать на прощание парень: «Кстати, меня зовут Ви».       Все что он слышит в ответ: «я в курсе» и звук закрывающейся двери его квартиры.

***

      «Панам Палмер»       Так вот как её зовут. Красивое имя. Не то, чтобы Ви часто его упоминал.       Джеки смеется над Ви третий день к ряду после его последней встречи с Панам. Смеется по доброму, много, открыто. В основном с любовью, конечно. Но все равно бесит.       Мисти же, в свою очередь, больше молчит и легонько улыбается. Это смущает намного больше, чем безобидные подколы лучшего друга. Взгляд Мисти проницательный, чуткий и прямо в сердце словно направлен. И Ви с каждым днем все сложнее скрывать от друзей, что врыв в его жизнь этой страстной кочевницы прошел не без следа.       Они виделись-то всего три раза, а общения там на пару часов если и соберется, то уже успех. Он совершенно ничего о ней знает, как и она о нем. И то ли задетое эго брошенного дважды сразу после отменного секса человека так влияет на Ви. То ли он просто дурак. Но его чертовски бесит ее поведение. Никогда еще в его жизни не было такого, чтобы его использовали словно секс-игрушку. Никто еще не выбегал после секса с ним из квартиры, словно там пожар.       Неужели так сложно просто остаться?       Когда Джеки услышал это, он лишь похлопал сочувственно Ви по плечу и ушел, о чем-то причитая на испанском.       И, честно говоря, Ви думает, что более жалким он не выглядел уже очень давно.       Однако жизнь заставляет его отбросить эти мысли довольно скоро. Заказов становится все больше, Высшая Лига стала скорее рутиной, чем далекой мечтой. Когда-то, когда Ви с пеной у рта доказывал, что не нужно соглашаться на работу гребаного Декса Де-Шона, Джек не понимал, как можно отказаться от такого простого и амбициозного заказа. Однако спустя уже почти два года потом, кровью и стертыми в мясо руками они вырвали себе место в этом мире. Они выгрызли себе буквально право забирать заказы у Бестии первыми в очереди. Доказали своей стабильностью, честностью и чувством справедливости, что достойны брать на себя то, на что у остальных не хватит ни смелости, ни сил.       Так что Ви снова потихоньку, но теряет Панам из своей зоны видимости. Она редкий гость в Найт-Сити, судя по всему, и предпочитает больше работать в пустыни, чем в каменных джунглях. И Ви даже ее понимает в этом, сам когда-то мучившийся от «акклиматизации» после переезда в город. Первые пару раз в Посмертии Ви даже ищет ее глазами, обводит толпу в надежде встретить этот огненный взгляд. Но спустя недели он смиряется с тем, что их короткая связь была вещью эпизодической и вряд ли повторится.       Наверное, именно поэтому он так удивлен, когда видит ее на пороге своей квартиры спустя чертовых четыре месяца.       — Привет, Панам, что-то случилось? — он стоит истуканом в дверном проеме поздним вечером вторника.       Она толкает его локтем и лихо проскакивает внутрь.       — Узнал мое имя, — саркастично, с ухмылкой. — И полгода не прошло.       Он наблюдает в легком шоке, как она ставит пакет на его столик, скидывает куртку на диван. Словно к себе домой завалилась.       — Я бы сделал это куда раньше, если бы ты не исчезала как чертово приведение, — дверь с легким жужжанием закрывается, и Ви проходит в центр залы. — И полгода, кстати, прошло.       Отвлекшись от вытаскивания пива из пакета, Панам словно возвращается в реальность: — А, да? Не знала, что ты считаешь.       Ви спотыкается о собственные слова, застигнутый врасплох ее примечанием. И как-то не хочется сейчас выглядеть как щенок еще и перед ней. Да и, если подумать, так заявляться к ему в квартиру после полнейшего радиомолчания… мягко говоря, невежливо.       — Так и чем обязан? — подходит ближе к столу, смотрит на две упаковки пива, закуски какие-то синтетические. — Я не голодаю, спасибо.       — Может это не тебе, большая шишка, — ухмыляется вовсю и открывает первую бутылку пива. — Но если вдруг, угощайся.       Противостоять этой лисьей улыбке тяжело. Еще тяжелее, когда Панам разваливается на диване, ногу на ногу закидывает, руку заводит за голову. От нее веет какой-то природной истинной властью, и Ви даже не может понять, пугает это его или завлекает.       Но он будет бороться. Хотя бы попытается.       Поэтому он продолжает нависать над девушкой, не принимая ее предложения.       — Так чего пришла то? Соскучилась или помощь нужна? — он осекается, когда хочет пошутить про секс, потому что выдаст это его с потрохами. — Меня могло и не быть дома.       — Ну, не было б, и не было б, что такого. — Пожимает одним плечом и отпивает пару глотков. — Поверишь, если я скажу, что из всех моих контактов для выпуска пара ты оказался самым качественным вариантом?       О… Понятно.       Все-таки секс-игрушка.       — Я должен сейчас быть польщенным что ли? — фыркает, уходит к автомату, чтобы взять лимонад, потому что у него еще встреча с Бестией буквально через пару часов. — Быть лучшим из твоих одноразовых ебырей очень почетно, о да.       — Только не говори, что ты обижен, боже, — ставит пиво лихо и встает. Подходит к нему вплотную, и это уже больше похоже на западню. — Давай расскажи мне, как наемник из Хейвуда ищет себе ту, с кем состарится в этом городе.       — Может и не ищу. Но если я и искал когда-то секса на один раз, то хотя бы не сбегал сразу после. — Отходит на шаг назад, нарочито медленно допивает свой лимонад и сминает банку. — Если хочется секса по вызову без имен и любезностей, прошу на Чпок-Стрит.       Ви поворачивает голову в сторону Панам и на мгновение, только лишь мгновение, он замечает изменение в ее взгляде. Там замешательство, почти что настоящее даже. Она словно не понимает, почему Ви так зол. Это длится недолго, Панам встряхивает головой, словно отгоняя какие-то мысли, и возвращает улыбку на своем лице.       — Ну, я всегда могу извиниться, — голос соблазнительный, ухмылка снова эта лисья, и Ви понимает, к чему все идет. — А потом еще пару раз извинюсь. Могу даже встать на коленки, как в прошлый раз.       И, честно говоря, чертовски бесит, что она не понимает, где тут проблема. Еще сильнее бесит то, что и сам Ви не совсем понимает, почему он взбешен. Нормальный парень должен быть счастлив, что у него есть такая возможность. Нормальный парень бы от радости прыгал, предложи ему такая, как Панам, секс без обязательств. Да еще и какой.       Но, видимо, он не нормальный. Видимо, он конченый старомодный кочевник, который терпеть не может то, что с людьми делает город. Видимо, он все еще мечтает в глубине своей души о том, что было у его родителей когда-то.       Видимо он идиот.       Иначе почему он сейчас тащит Панам через половину своей комнаты и вминает ее буквально в дверь своей оружейной? Почему он так отчаянно целует ее шею и рыскает своими руками по ее загорелому телу? Почему он не может остановиться, хотя все его нутро кричит «Опасность! Хватит! Беги!»       Он жаден в этот раз, даже эгоистичен и немного жесток. Срывает с нее одежду, не заботясь почти о том, не испортит ли. Кусает за кожу на заднице так, что остаются следы. Тянет, толкает, шлепает и сжимает. Ему самому не нравится эта его сторона. Но его кожа горит, а сердце обливается кровью по какой-то неведомой ему причине.       А она все-равно откликается на каждое его действие с каким-то неподдельным удовольствием, и это убивает что-то внутри Ви. Почему она такая? Ну почему? Почему она говорит одно, но действует совсем по-другому? Почему она заявляет, что он для нее лишь развлечение на ночь, но каждый раз словно растворяется в нем?       Почему целует так, словно это что-то значит?       Словно он что-то значит.       Почему у нее всегда нежность во взгляде, но в следующий же миг, как все заканчивается, снова чертова сталь.       Неужели он не заслужил хотя бы дружбы от нее? Хотя бы знакомыми быть, он большего и не просит.       Но в этот раз она удивляет его. Лежит поразительно долго, пока Ви в себя приходит от скачка давления. Обычно в тот же момент подрывалась, а сейчас словно расслаблена и никуда не торопится. На него не смотрит, но так даже лучше. Не так обидно хотя бы. Вздыхает полной грудью, и Ви завороженно наблюдает, как капелька пота стекает по ее шее.       Она прекрасна. Неидеальная, покрытая шрамами — знаками отличия любого кочевника, измотанная и блестящая от выступившего пота. Но свет от города падает на нее, на согнутую в колене ногу, оттеняя все, что выше. Придавая ее полной наготе естественное в своем представлении укрытие.       Как же все бесит.       Ви пораженно вздыхает, и в следующий миг по комнате поразительно громко раздается трель телефона Панам.       — Черт, — девушка потягивается со стоном и встает с кровати.       Она все еще избегает смотреть на Ви, что так и сидит на кровати, до сих пор пребывающий в своем пузыре. Он наблюдает за собирающей свои вещи кочевницей словно бы из другого мира. Абсолютно забывший, что ему тоже надо бы уже выдвигаться.       — Я сбегаю в душ, ладно? — он кивает на ее вопрос и слышит лишь удаляющиеся шаги в душевую.       Забавно, но в ее голосе было что-то наподобие… стеснения? Удивительно.       Воспользовавшись моментом уединения, Ви, наконец, и сам встает. Собирает свои вещи, в корзину отправляет. Собирает свежей одежды пачку и достает новое полотенце для гостьи. Он слишком изможден для того, чтобы с ней разговаривать. То что было сейчас что-то изменило в воздухе, и это ясно чувствуется.       Поэтому он просто заходит в душевую и показывает ей полотенце. Вешает на крючок и так же молча уходит.       Через минуту вода выключается. И в комнате появляется девушка уже при полном наряде.       — Мне надо идти, — голос тихий, почти виноватый. И Ви, все еще голый, поворачивается на эту брошенную Панам бомбу. К чести кочевницы, она смотрит прямо в глаза и кажется очень серьезной. — Пиво пусть останется у тебя. Я бы тоже осталась, правда. Но у меня встреча совсем скоро, и надо бы уже выезжать.       Он молчит, скорее всего даже не моргает. И Панам с какого-то перепугу решает его добить.       — Извини.       Да что, блять, вообще происходит с ними сегодня?       — Все нормально. Мне самому бежать надо.       — Прям так пойдешь? — слегка улыбается и кивает на его достоинство. И воздух, наконец, разряжается.       Ви расслабляется всем телом, руку за голову заводит и чешет затылок. Немного смеется даже от того, что все вроде как позади, — Конечно, глядишь, накинут парочку тысяч эдди за презентабельный вид.       — Так все-таки эскорт. А тогда в баре говорил, что в разумных пределах. — Смех сквозит в ее голосе, и становится легче.       Чертята снова играют в ее глазах, и тут же становится все намного сложнее. И снова где-то в горле комок, и давит в груди. Ви понимает внезапно, почему он так хотел, чтобы она осталась. Почему его нутро орет буквально рядом с ней. Он пропадет, если будет с ней рядом. Он сгорит, и не останется ничего.       Он чертов мотыль.       А она, конечно же, пламя.       — Иди уже. — Смеется немного натянуто, пытаясь скрыть то, что ему пришло тут откровение. Полотенце берет свое и повязывает на бедрах, чтобы ее проводить.       — Такой вид и скрыл. — Глаза закатывает, но уже двигается к выходу. И все еще смеется.       — Это чтоб очередь не выстроилась потом из желающих на достопримечательности мои посмотреть. — Машинально руку на поясницу ей кладет. Она может подумает, что он так выпроваживает ее. Но правда в том, что он все еще тянется к теплу ее кожи. К ощущению ее присутствия. К ней.       — Займу тогда место заранее, — поворачивается уже в дверях и целует в щеку. Быстро, мелко, мило.       Контрольный в голову, в общем, ставит. И скрывается за углом коридора, оставив Ви снова стоять истуканом в дверях собственной квартиры, как и всего полтора часа назад.       Но Ви приходится выдернуть себя из спирали и вернуться в реальный мир, в котором у него встреча с Бестией уже через всего-ничего, а надо еще пот с себя смыть, одеться и доехать. Королева фиксеров не терпит опозданий, да и заказ вроде как очень важный и щепетильный. Так что быть надо во время и, желательно, со свежей головой.       Так что ровно за пять минут до намеченного времени наемник прибывает в Посмертие с четкой мыслью, что: во-первых, работа на первом месте; во-вторых, Панам он все равно такими темпами увидит еще через месяц другой, так что лучше задвинуть сегодняшний инцидент подальше в глубины сознания.       Какого же его удивление, когда в кабинке фиксера он видит не только Бестию и Джеки, но и виновницу сегодняшнего беспорядка.       И, судя по скорбному лицу Панам, она уже знает, что он будет тут.       — Твою ж…