Сломанные крылья

      Тэхён не был идеальным братом.       Он знал это с самого начала. Он злился на Чонгука, ненавидел его беспомощность, раздражался, когда отец заставлял его заботиться о нём.       Но теперь…       Теперь он сам не мог оставить его одного.       Каждый день, сразу после школы, он ехал в больницу.       Сначала по привычке. Потом потому, что чувствовал, что без этого день будет незавершённым.       А ещё потому, что видел, как глаза Чона светились, когда он появлялся в дверях.       — Ты уже здесь? — однажды спросил Чонгук, когда Ким зашёл в палату.       — Что, уже надоел тебе?       — Нет, просто… ты приходишь каждый день.       Тэхён фыркнул и положил на тумбочку перед кроватью маленькую коробочку.       — Держи.       Младший приподнялся на подушках и с любопытством открыл подарок.       Внутри оказался мягкий брелок в виде кролика.       — Это ты, — сказал Тэхён, усмехаясь.       — Я?       — Ну да. Маленький, хрупкий и слишком милый.       Чон закатил глаза, но улыбка не сходила с его лица.       — Спасибо, хён.       — Не благодари, — буркнул Тэхён, разворачивая шоколадный батончик и суя его в рот.       Чонгук посмотрел на него и вдруг спросил:       — А ты сам-то не устаёшь от всего этого?       Ким застыл.       — От чего?       — Ну, ты в школе, потом сюда, потом домой… У тебя же есть друзья, есть жизнь.       Тэхён пожал плечами.       — Ты тоже моя жизнь, дурачок.       Чонгук опустил глаза, сжимая в руках брелок.       — Я просто… не хочу быть обузой.       Старший прищурился.       — Ещё раз такое скажешь, закину тебя обратно на операционный стол.       Чон хихикнул.       — Страшно, хён.       Тэхён вздохнул и мягко потрепал его по голове.       — Просто не думай об этом, ладно?       Младший кивнул.       Но где-то глубоко внутри Тэхён знал, что брат всё равно думает.       И что рано или поздно ему придётся ответить на все его вопросы.       Тэхён приходил каждый день.       Сначала он просто навещал Чонгука после школы, потом начал приносить ему небольшие подарки. Что-то, что могло бы поднять настроение.       Сегодня это был мягкий шарф.       — Хён, я же в палате, мне тут не холодно, — усмехнулся Чонгук, принимая подарок.       — Но скоро тебя выпишут, а на улице мороз, — ответил Тэхён, усаживаясь в кресло у кровати.       — Ты так уверен, что меня выпишут? — с улыбкой спросил Чонгук, но в его голосе сквозило сомнение.       Ким нахмурился.       — Врачи сказали, что состояние стабильное.       — Но они же и сказали, что гарантий нет.       Тэхён стиснул зубы.       — Ты опять об этом.       Младший пожал плечами, перебирая края нового шарфа.       — Просто… Я иногда думаю, а что если я никогда не выйду отсюда?       — Заткнись, — резко сказал Тэхён.       Чонгук удивлённо моргнул.       — Я серьёзно, Чонгук, — голос Тэхёна был хриплым. — Хватит говорить такие вещи.       — Прости, — прошептал Чонгук.       Тэхён тяжело выдохнул, потирая лицо.       — Завтра принесу тебе что-то вкусное, — сменил он тему.       — Рамен?       — Нет, ты пока не можешь есть такую еду, — фыркнул Тэхён.       — Значит, сладкое?       — Посмотрим.       Чон улыбнулся и крепче прижал к себе шарф.       — Спасибо, хён.       — Спи, Кук.       Тэхён дождался, пока дыхание брата выровняется, и только потом вышел из палаты.       Но даже когда он был уже далеко от больницы, в его голове звучали слова Чонгука.       “А что если я никогда не выйду отсюда?”       Ким не знал ответа.       Но он знал одно: он не позволит этому случиться.       Спустя долгое время Чонгука выписали. Чему старший был безумно рад.       — Ну что, готов к свободе? — спросил Тэхён, прислонившись к дверному косяку палаты.       Младший сидел на кровати, затягивая шнурки на ботинках, и выглядел так, будто едва сдерживал желание подпрыгнуть от радости.       — Ещё спрашиваешь! — фыркнул он.       На щеках играл румянец, глаза сияли, а губы больше не были сухими и бледными. Ему наконец-то было лучше.       Тэхён смотрел на него и не мог поверить, что ещё несколько месяцев назад Чонгук был настолько слаб, что едва мог держать в руках ложку.       — Хорошо, давай сюда свою сумку, — сказал Ким, забирая вещи.       — Я сам могу нести!       — Уверен?       Чонгук прищурился.       — Хён, я не стеклянный.       Тэхён хмыкнул, но ничего не сказал.       Больше всего на свете он хотел верить этим словам.       — Ладно, пошли уже, — махнул он рукой.       Чонгук сделал первый шаг за порог палаты и замер.       Он глубоко вдохнул, словно вбирая в себя запах свободы.       Ким наблюдал, как тот посмотрел в конец коридора, на окна, за которыми сверкало солнце, и впервые за долгое время по-настоящему улыбнулся.       — Я так рад, — выдохнул он.       — Я тоже, Кук, — тихо ответил старший.       И они вышли из больницы вместе.       Жизнь после выписки изменилась.       Чонгук больше не был тем тихим, слабым мальчиком, который большую часть дня лежал в постели. Теперь он был энергичным. Подвижным. Живым.       А ещё он стал настоящим хвостиком Тэхёна.       — Хё-о-он, а ты куда? — Чонгук догнал его в коридоре, когда старший собирался выйти из дома.       — В магазин.       — Я с тобой!       — Тебе обязательно идти?       — Конечно!       — Ты даже не знаешь, что я собираюсь купить.       — А какая разница? — ухмыльнулся младший.       Тэхён только вздохнул.       И так было каждый день.       Если он шёл в школу — Чонгук умолял его проводить до остановки.       Если он выходил прогуляться — Чонгук уже надевал кроссовки.       Если он собирался просто посидеть на диване — Чонгук устраивался рядом, прилипая к нему, как ленивый котёнок.       — Почему ты постоянно за мной ходишь? — однажды спросил Тэхён, когда младший в очередной раз увязался за ним.       — Потому что могу, — ответил Чонгук, жуя попкорн.       Ким приподнял бровь.       — Что?       Младший посмотрел на него.       — Потому что раньше я не мог, хён. А теперь могу.       Тэхён замер.       Чон больше не улыбался дурашливо.       В его глазах была та самая глубина, которую Тэхён не сразу замечал.       — Прости, если я тебя раздражаю, — добавил Чонгук. — Просто… Я хочу быть рядом.       Старший отвёл взгляд, скрывая улыбку.       — Идиот, ты меня не раздражаешь.       Чонгук сразу оживился.       — Тогда пошли, фильм начинается!       Тэхён покачал головой, но, конечно, пошёл.       Потому что если Чонгук хотел жить, то Тэхён был тем, кто должен был показать ему, как это делать.       — Ну и что ты выбрал? — спросил Тэхён, развалившись на диване.       Младший сидел рядом, зажав в руках пульт, и сосредоточенно листал список фильмов.       — Какой-то новый, говорят, хороший, — пробормотал он.       — Ты хоть читал описание?       — Нет, но у него высокие оценки.       Ким закатил глаза.       — Ну ладно, включай.       Чонгук нажал на кнопку, и экран телевизора заполнил тёмный кадр.       Они начали смотреть.       Фильм оказался действительно интересным: глубокий сюжет, отличная актёрская игра, моменты, от которых пробегали мурашки. Чонгук даже почти не отвлекался, а это было редкостью.       Но потом случилась эта сцена.       Герой медленно шагнул к другому парню, заглянул ему в глаза и осторожно наклонился.       И поцеловал.       Тэхён замер.       Чонгук тоже.       Воздух в комнате вдруг стал тяжёлым.       Никто не проронил ни звука. Они просто смотрели, как персонажи на экране нежно прикасались друг к другу, как в их взглядах читалось что-то большее.       Младший нервно сглотнул.       Ким почувствовал, как напряглись его пальцы, сжимающие подушку.       Это был не просто момент в фильме.       Это было близко.       Слишком знакомо.       Фильм продолжался, но они больше не смотрели.       Когда титры пошли по экрану, в комнате воцарилась тишина.       Чонгук первым пошевелился, потянулся за пультом и выключил телевизор.       — Ну… фильм был хороший, да?       Старший прищурился.       — Ты серьёзно?       — Ну а что? — Чон неловко усмехнулся, но его голос дрогнул.       Тэхён продолжал смотреть на него.       — Чонгук.       — Ч-что?       — Тебя это… смутило?       Чонгук резко отвёл взгляд.       — Нет, просто… неожиданно.       Ким усмехнулся, чувствуя, как его сердце стучит быстрее.       — Неожиданно?       Младший снова посмотрел на него.       И тут они поняли.       Они оба знали.       Знали давно, но никогда не говорили об этом.       И сейчас, сидя рядом, в комнате, где витала неловкость, но одновременно что-то тёплое, Тэхён вдруг почувствовал себя легче.       Он не один.       Чонгук тоже.       И, наверное, это самое важное.       Тишина между ними была не просто неловкой — она звенела.       Чонгук сидел слишком близко. Слишком.       Он ощущал тепло, исходящее от старшего, слышал его дыхание. Оно было ровным, но Чонгук знал — он тоже волнуется.       — Ты всегда так смотришь? — внезапно спросил Тэхён, не отводя взгляда.       — Как? — выдохнул Чон.       — Так, будто хочешь поцеловать меня.       Чонгук резко выдохнул, чувствуя, как вспыхивает лицо.       — Ты идиот, — пробормотал он, отворачиваясь.       Ким усмехнулся.       — Ну так что?       — Что?       — Хочешь?       Чон замер.       Тэхён говорил спокойно, но его взгляд выдавал намного больше.       Младший сглотнул, чувствуя, как его пальцы дрожат.       Он знал, что, если сейчас поддастся, назад пути уже не будет.       Но он и не хотел назад.       Чонгук медленно повернулся, поймал взгляд Тэхёна и, будто забыв, как дышать, потянулся вперёд.       Он коснулся его губ осторожно, как будто боялся разбить что-то хрупкое.       Но Тэхён не был хрупким.       Он резко ухватил Чонгука за запястье и углубил поцелуй, притягивая младшего ближе.       Чонгук вздрогнул от неожиданности, но не отстранился.       Наоборот, он потянулся к нему ещё ближе, пока его руки не скользнули вверх, обхватывая Тэхёна за шею.       — Куки… — хрипло выдохнул Тэхён, когда их губы разомкнулись всего на секунду.       Но Чонгук уже не мог остановиться.       Он закинул одну ногу на диван, потом другую, а в следующую секунду уже оказался у Кима на коленях.       Тот выдохнул, сжимая его бёдра.       — Ты… — начал он, но Чонгук только мягко улыбнулся и провёл пальцами по его щеке.       — Я же сказал, что могу быть рядом, хён, — тихо ответил он.       Старший хрипло рассмеялся, притягивая его ближе.       — Идиот…       Но он не оттолкнул его.       Не мог.       Чонгук сидел у него на коленях, уткнувшись носом в его шею, а Тэхён гладил его по спине, вдыхая его запах.       Они больше ничего не говорили.       Но слова и не были нужны.