(порно)звезда

      Леше было стыдно. стыдно за себя, за свое поведение. стыдно за свою жизнь, за свое тело. стыдно за старые шрамы, выпуклые рубцы на плечах и боках. стыдно за желание повторить. стыдно за глаза, которые зло смотрели на Сашу. стыдно за свою работу. стыдно за каждый свой вечер. стыдно, что вот так наорал на Сашу.  саша-саша-саша-саша.       где он сейчас? дома спит или ездит кругами? сколько сигарет он выкурил? выпил ли он что то спиртное? пишет ли он сейчас Леше? хочет написать? а может заблокировал его навсегда. Леша не знал. он сидел на окне, обжигая пальцы очередной тлеющей сигаретой. даже не думал убирать окурок или выкидывать его. ему нравилось, когда пальцы жгло долго-долго. шла вторая сигарета. пальцы стучали по подоконнику, набивая странный, но знакомый ритм. голова болела. солнце выходило из за горизонта, поднимаясь все выше и выше над городом. уже через пару часов тот самый страшный день. Леша уже не боится, он боится за Сашу. боится, вдруг он попал в аварию. боится, вдруг сейчас такой же разбитый в прямом и переносном смысле. он никогда не кричал так на дорогого ему человека.  Саша стал и вправду дорогим человеком за эти дни.        когда он, хоть и по звонку, но успокаивал и говорил нежные слова, что Леша молодец и у него все получится. именно эти слова нужны были Деревяшкину. они грели сердце, и заставляли голову жить и идти вперед. такую поддержку он давно не получал, и Саша был как какой то новый вид кислорода, без которого нельзя было жить. а сейчас он так просто отказался от Саши, выключив телефон, чтобы никто ему не писал и не звонил. он хотел побыть со своими мыслями наедине, хотя обычно по такому принципу живет всю жизнь.  Леше холодно, но он игнорирует этот морозный ветер. надо спать, но не хочется. он не знает когда уснет, но надеется, что раньше часов шести или семи. хочется прямо сейчас спрыгнуть с этого треклятого окна, да только от третьего этажа толку не будет, кроме переломов. он берет уже третью сигарету, поджигает и втягивает уже надоедливый вкус вишни. надо переходить на шоколадные, говорят, они вкуснее. наплевав на пепел, мусор и тому подобное, спрыгивает с окна на пол, идет и шаркает босыми ногами к кровати, заваливаясь.  хочется утонуть вечным сном, но мама будет плакать.  ***       по голове как будто били колоколами, а по телу проехался бульдозер. Саша тупил в потолок уже где то час, пытаясь либо встать с кровати, либо наоборот — заснуть ещё на пару часов. сбоку слышалось тихое сопение, а в груди странное горькое чувство вины. Саша думал, что трахаться по пьяне удел слабых. что можно заглушить боль более адекватными действиями, чем через постель под градусом. он чувствовал, будто изменил кому то. кому? Леше?        это бред, Саша даже не говорил, что любит его. он это делал в поступках, но прямым текстом никогда не упоминал. он думал, что Леша его нахуй пошлет. так и случилось. Саша конечно не вспоминал вчерашний вечер со слезами и флешбеками, но всё равно в груди сидел ёж, который колол жгучими уголками прямо в сердце. горе было как от утраты, хоть Саша и не хотел драматизировать. он помнил, что у Леши сегодня важный день, к которому тот готовился, но он банально не знал как помочь. позвонить? можно, но Саша не думает, что Леша будет рад. скорее всего, сегодня Деревяшкин не пойдет в университет. встретится? бред. можно попробовать написать ему как обычно, но не факт, что он ответит. хотелось, на самом деле, обнять его.        шорох с правой стороны заставил Сашу поднять голову. Кая проснулась. голая девушка сначала посмотрела по сторонам комнаты, а потом вернулась в исходное положение. похоже, она сама особо не помнила произошедшее, хотя явно была намного трезвее Парадеева. девушка протерла лицо руками, снимая пелену сна. — доброе утро, — сказал Саша своим хриплым голосом, а потом прокашлялся.  — очень доброе, конечно. — Кая говорила тихо, почти шепотом. видимо, она была не очень рада. — чего ты такая злая? — белобрысый усмехнулся на такую раздражительность бывшей девушки.  — отстань, — она нащупала одной рукой кофту, быстро натягивая, сидя спиной к парню. найдя остальную одежду, переоделась и взяла в руки телефон.  — что, уже уходишь? — Саша до сих пор просто лежал на кровати, переодически зевая.  — а что мне, остаться? — Кая саркастично усмехнулась, ложась обратно на кровать.   — ну, почему нет? мне всё равно скучно тут одному.  — а что, даже парня не нашел? — сейчас девушка уже была повеселее, но получила от Саши подушкой в лицо за такие шутки.  — дебилка…        Кая была вредная и хитрая, именно такой она и нравилась Саше. обычно она была спокойная и тихая, но наедине или такими же близкими людьми она становилась прям как лиса. любила подкалывать всех, саркастично смеясь. не уставала до всех докапываться, даже когда её прямым текстом слали куда подальше. иногда она вела себя как ребенок, и на любой грубый ответ обижалась. но это быстро проходило и уже через пару минут она вновь ебет мозги всем присутствующим. но она была веселая и хорошо умела шутить, а Парадеев смеялся до боли в животе. это были хорошие годы и хорошие отношения, но они просто встряли в тупик. не могли уйти ни вперед, ни назад.        на часах было около десяти часов. солнце из окна светило прямо на кровати, очерчивая тенью силуэт Саши. сегодня надо было сделать пару дел, которые явно подождут до вечера. согласовать пару проектов можно и на рано утром, это не принципиально на Сашиной работе. сейчас можно повалятся в кроватке, заказать еды и просто пожить для своего удовольствия. но трепет в груди почему то мешал ему даже дышать спокойно.  — у меня в час дела, так что я пойду. —  сказала тихо, как будто мурлыкая, Кая. — я провожу. — параллельно натягивая нижнее белье, привстал Саша.  ***       Кая ушла, в большой квартире пусто. до сих пор одиноко, особенно когда понимаешь, что уже никому не нужен. стрелка на кухонных часах была ровно на двенадцати. прошел час. была идея приступить к типичному плану на день, но сил не хватало банально сходить в душ. лишь сделав это через силу, Парадеев вернулся обратно в постель, нацелен проваляться еще пару часов. из приоткрытого окна дул свежий воздух. скоро лето, но оно уже не такое радостное, как в детстве. никаких каникул и детских лагерей, а лишь работа и вылазки раз в месяц на шашлыки, если получится. Данила звал, точно. надо спросить, актуально ли ещё идея. надо выйти куда нибудь на природу, развеется. сидеть в душном городе — очень плохо сказывается на моральном здоровье Саши.  руки чешутся написать Леше.        он уже пытался. печатал и стирал. но когда он заходил в чат, он лишь видел под ником Леши «был(а) в сети 03:55». сердце стучало, когда он вот-вот хотел отправить сообщение «доброе утро», или «спишь?».  ссыкло.  с другой стороны — как будто Леша ответит ему. он, скорее всего, просто спит. отсыпается перед важным вечером. выключил телефон и всё, ничего большего.  ничего больше не будет, как раньше.  ***       Леша смотрит на себя в зеркале. рассматривает чуть белые шрамы. всё правое плечо было в темных и очень глубоких царапинах. Леша жалел, что когда то позволил себе такую слабость. еще в подростковом возрасте он не понимал, что такое «чудо» останется с ним на всю жизнь не просто картинкой перед глазами, но и странными флешбеками. в очередной момент истерики брал свой маленький ножичек, который ему когда то подарил дядя, ещё в юношестве. тогда он не знал, что семнадцатилетний племянник будет использовать нож против себя самого. он царапал себя в ванной, в комнате глубокой ночью, иногда на балконе, когда параллельно курил. он мог это делать от скуки, проходясь вдоль торчащих ребер или тонкой ключицы. он мог это делать во время сильной злости на кого то. на отца, например. он мог это делать захлебываясь в слезах от своей беспомощности.  он мог это делать, и любил это делать.        причинять себе боль, наказывать себя. для него это был отдельный ритуал. он не обрабатывал свои раны, никогда их сразу не бинтовал, если вообще бинтовал. он смотрел как течет тонкой струйкой кровь, пачкая край штанов. он растирал её потом по всем порезам, массируя их. растягивал слегка двумя пальцами, дабы было ещё больнее. он мучал себя до конца, пока в глазах не начинало мутнеть, а голова не шаталась в разные стороны. он был мазохистом, признавая это. боль не то что могла заглушить душевную усталость, скорее давала новые эмоции и иногда адреналин.  а сейчас руки чесались.        лезвия для бритвы лежали в отдельной коробочке на полочке у зеркала. Леша стоял и сверлил взглядом дверцу шкафчика. так хочется просто ощутить этот холод лезвия на коже, так хочется лишь вспомнить прошлое. когда прятался от мамы в ванной, а она лишь нервно стучала в старенькую дверцу. она просила выйти, просила рассказать. но Леша боялся. боялся осуждения от даже самого близкого человека. боялся, что она отвернется от него. он не хотел выглядеть слабым в её глазах. он не хотел быть как отец. он остался единственным защитником мамы, так к чему слезы сейчас? Леша не плакса, не тряпка. он сможет справится со всем. порезы лишь мотивация. мотивация идти вперед, и не опускаться в будущем до такого, как сейчас. так что же? Леша опять сдался? он опять стал нытиком, которому лишь бы слезу пустить?  что за бред…       маленькие красные капельки падают на край раковины. лезвие с дребезжащим звуком падает, немного отскакивает. пальцы мелко дрожат.  Леша снова сдался.  ***       в клуб уж сильно не захотелось сегодня заходить. выкурив по сигарете прям у входа, Леша подумал сто раз, прежде чем дернуть железную ручку заднего входа. было странное предчувствие. а вдруг сегодня ОМОН приедет — кто ж его знает. только на одного Лешу для статей десяти листков не хватит, а народу там ого-го. вообщем, было стремно. но, на удивление, в здании было… тихо. такого никогда не было. сколько Леша себя помнил, здесь была музыка с утра до вечера. он даже не знал откуда она бралась, просто была. но сейчас совсем не то. словно здание сращу стало заброшенным. видимо Равшан готовится весь день.        в зале и вправду намного чище. он стал просторнее, видимо убрали палу столов и стульев. на барной стойке стояли красивые и чистые стаканы, рядом с ними пару ящиков какого то алкоголя, явно дорогого. Серега стоял спиной к Леше. русоволосый парень сегодня был в белой рубашке, вместо привычного черного худи. лишь когда Леша поздоровался мужчина обернулся.  — нихуя ты наряженный. — Леша пожал руку товарищу, осматривая с ног до головы.  — ага, меня Рав заставил. — русоволосый пожал руку в ответ. Серега выглядел уже уставшим. видимо, босс и вправду сегодня врубил свой максимум долбоебизма, что даже Серегу заставил выглядеть презентабельно.  — а ты не видел где он? — Леша пару раз обернулся и уже полностью осмотрел зал. — он мне так и не сказал че делать.  Серега лишь пожал плечами, продолжая натирать стаканы до блеска.        то что босса не было рядом шло только на руку. можно было не торопится, спокойно дойти до примерке и покумарить ещё там. но стоило Леше лишь сделать только шаг по коридору, как в поле зрения оказалось то, чего он даже побаивался. — Леш, че опаздываем? — Равшан выглядел ну очень злым. он ходил с какой то синей папкой, ручкой за ухом и телефоном в свободной руке. волосы растрепанны, брови хмурые, бабочка на шее криво висела. одним словом — растяпа.  — не опоздал, к Сереге подходил. — не растерявшись, Леша стал делать по шажочку ближе. — вы мне, кстати, так и не сказали мою задачу.        Равшан отвлекся от записи в свою, видимо, тетрадь, и посмотрел на Лешу с очень раздраженным взглядом.  — твоя задача — молчать и быть послушным мальчиком. — тыкая ручкой в грудь брюнета пояснял мужчина. — гость пиздец важный, и если ему что то не понравится, то пеняй на себя. я щадить и прикрывать тебя больше не собираюсь.        Леша оттолкнул наглую руку босса, на что тот фыркнул и скрылся в двери, из которой и вышел Деревяшкин. сам же парень направился переодеваться, так времени оставалось не так уж и много.  ***       вот сейчас можно сказать — это пиздец. в зале не пройти: людей на столько много, что приходится чуть ли не под ноги лезть, лишь бы дойти до нужного места. много статных мужчин, юных девушек, молодых парней и мужчин в возрасте. Леша среди них сильно выделялся своим, во первых, видом. а во вторых, тем, что он выглядел на фоне всех этих людей как подросток. высокие дамы на каблуках и парни «два на два» стояли друг через друга. Леша ждал до последнего. он уперто сидел, пока все остальные коллеги выходили на свои места, косо смотря на Деревяшкина. он выделялся тем, что работал отдельно, а не как все парни небольшой толпой где то на шестах.        сейчас Леша даже не особо понимал где он находится. весь его вид загородили здоровые мужчины, в руках у них были бокалы с шампанским. Леша сидел на мягком диваньчике, в окружение явно богатых дядек. один из них, вроде Егор, был блондином с черными сережками в руках. он сидел с левой стороны от Леши, положив свою руку на колено парня. он что то шептал, отвлекаясь на громко смеявшихся друзей. членораздельного брюнет не услышал. с правой же стороны сидел парень явно по младше. его волосы были кудрявыми, сам он был очень рад чему. его, кажется, звали Леон. на нем были очки с тонкой оправой, у Леши когда то были похожие.  — пацан, а ты не в курсе, где здесь глава сидит ваша? — он резко повернулся Леон, чуть не обрызнув Лешину одежду.  — ну, так нет, если он не в своем кабинете. — Леша старался говорить громко, так как музыка почти не давала четко что то сказать.  — дай мне свою руку, малой.        Леон сильно заулыбался, когда ему какая то девушка что то передала из руки в руку. что конкретно Леша не увидел, но руку протянул. по ощущениям это был какой то пакетик, но в темноте он даже не смог точно разглядеть. — что это? — Леша продолжал говорить громко, хоть был у самого уха парня.  — это то, что тебе не хватает, братишка. — начался припев какой то английской песни и Леон засмеялся. он не выглядел адекватным, и сложив пазл у себя в голове, до Деревяшкина наконец то дошло.  наркота.        последнее, что он принимал около месяца назад — это марки, или же ЛСД. здесь же явно не было на это похоже. сжав кулак с небольшим пакетиком, Леша задумался.  надо ли это ему?        с одной стороны это пиздец бредовая идея, с другой стороны Леон ему уже протягивает карточку с купюрой пять тысяч и пододвигает небольшой круглый столик, стоящий прямо перед ним. здесь уже времени думать не было. высыпав все содержимое, Леша как под гипнозом стал разделять содержимое на полоски но по одной стороне, то вдоль других, перемешивая. разделив на заключительные три полоски, Леша отложил карту, сворачивая трубочку из красной купюры. руки тряслись, взгляд бегал то на наркотик, то на свои руки.  — не копошись. — слегка толкнул его Леон, торопя.        пару движений. сильный вдох. сильное жжение в носу. сердце бешено колотится. Леша жмурится. с первых секунд вставило конкретно. хотелось прямо сейчас выпрыгнуть из толпы и бежать по чужим головам. стало душно, очень душно. Лешу кидало то в жар, то в холод. хотелось ещё. а Леон сидел и подстрекал. ещё одна, потом ещё. стаффа больше нет, зато сердце сейчас как будто вылетит из груди.        Леша повернулся обратно к кудрявому парню, который смотрел на Деревяшкино с ожиданием. Леша приблизился сильнее, смазано впиваясь в губы парня. чужие руки поглаживают бока. Леон отвечает на поцелуй, сминая губы парня помладше. стало ещё жарче. хотелось выйти подышать, но у шатена были свои планы на Лешу.  — пошли-ка, — он улыбается прямо в поцелуй, отстраняя от себя брюнета.        он берет его за запястье, ведет через толпу. рука уже болит как он тянет, но Леша как будто не здесь. не на этой планете. он где то летает рядом, наблюдая за телом, которое похоже на тряпичную куклу. они выходят из зала в какой то темный коридор. здесь было намного тише, и Леша слышал как бьется собственное сердце. но сейчас он даже не жалеет об том, что занюхал всё сразу. так кайфа будет больше. Леша чувствует чужие губы на шее, как его прижимают к холодной стене. его лопатки больно упираются. моментами он тихо скулит от боли укусов мужчины. его запястья держать по бокам.  это было пиздец как не приятно.        моментом казалось, что Лешу вовсе сейчас на две части сложат. точкой кипения стало то, что Леон душил. он не слегка нажимал на горло, как обычно делают при интиме. он ждал, пока Леша не начнет биться руками, пока не начнет глотать воздух полным ртом. было даже страшно осознавать, что человек напротив мог спокойно убить его. но чувство смелости под опьянением взяло вверх.        Леон отшатнулся, когда почувствовал удар коленкой в живот. руки с горла слетели моментально. Леша громко и быстро дышал. его всего трясло.  — блять… ты ахуел, гандон. — тихо хрипел кудрявый парень, держась двумя руками за свой живот.        на почве адреналина Леша не чувствовал силу. просто ударил как смог. не медлив, Деревяшкин двинулся к двери, резко открывая её. идти было некуда — единственное место уединение была гримерка.       хотелось домой. хотелось туда, где безопасно. хотелось туда, где спокойно и тихо.  хотелось к Саше.        Саша… точно. он ничего не писал, не звонил. он забыл о Леше? не может такого быть. от таких мыслей Леше стало ещё хуевей. забегая в самую дальнюю комнатку с надписью «для персонала», парень выдохнул.  Саша, если ты это слышишь — помоги, прошу.        голова как будто вертелась на триста шестьдесят градусов без перерыва, Леша старался не падать, так что ходил по стеночке, придерживаясь одной рукой.  здесь нельзя находится, здесь опасно.        голос в голове об этом на повторе говорит. надо домой, но самим Леша не дойдет. сидеть здесь ещё часа два не вариант.  холодно, пиздец как.        Деревяшкин дрожащими руками достал из сумки мобильник. чуть не выронив его, он листал приложения в поисках нужного. зайдя в телеграмм он пытался напечатать в поиске «Саша», но сто раз промазал и писал смертельно долго. наконец знакомый чат, знакомое лицо на аватарке. он нажимает на кнопку «звонок», ждет и молится.        идут гудки. долгие, противные. кажется, они идут вечность. Леша теребит свои волосы, край кофты. его ужасно штормит.  «—алло?» неужели.  — Санечка, прости меня пожалуйста… — Леша тараторил. он не контролировал то, как говорит. его голос дрожал, словно он сейчас будет плакать.  «— Леш, что случилось?» — голо Саши из сонного стал напуганным. было слышно как он встает откуда то, шагает.  — Сань, забери меня, прошу! — он скулил, пытался глотнуть больше воздуха. — пожалуйста, Саш. «— ты в клубе? всё окей, слышишь? я сейчас приеду» — сказал на последок Саша, а потом звонок сбросился.  ***       Леша выглядел… ужасно. его широкие зрачки пугали, волосы были растрепанны, огромный синяк на шее будто светился ярко-синим. его знобило, ему было холодно, он или ужасно хотел спать, или прыгал прямо на сиденье машины. от страха Саша приехал на такой скорости, что ему хватило пятнадцати минут. на часах было три ночи, пальцы блондина сжимали руль со всей силой. Леша спал. его отрубило слишком резко. сначала Саша даже испугался, но проверив пульс убедился, что это просто действие наркотика. в подростковом возрасте он видел во дворе спящих наркоманов на лавочке, и примерно понимал «че-да-как». было страшно за Лешу. он понимал, что его здоровье и так не самое лучшее. сколько он употребил Саша не знал, но был точно уверен, что не мало. от плохих сценариев сердце так и колотилось.        Парадеев вез Лешу к себе. думал, что этот вариант получше. тем более он не знал точный этаж и квартиру друга, так что он особо не задумывался. уже подъезжая к жилому комплексу Саши, белобрысый аккуратно положил руку на плечу Леши, дабы не так резко разбудить его. это не помогло и Деревяшкин все равно прилично испугался , дернувшись.  — мы приехали, — тихо говорит Парадеев, смотря в темные глаза Леши. он выглядел как напуганный котенок, смотря полностью черными глазами на Сашу. ***       в квартире было темно, тихо до безумия. Леше опять было хуево. сначала он чуть ли не разделся до гола от жара в теле, а потом нырнул под одеяло, укутавшись с ног до головы. Саша был рядом. он ничего не говорил. лежал рядом, поглаживая темную макушку с левой стороны от себя. спать не хотелось ни одному. Саша до сих пор боялся за Лешу, пока тот то ли скулил, то ли хныкал. сердце кровью обливалось, когда он держал Сашу за предплечье и что то шептал.  это было похоже на «прости», сменявшееся «спасибо».        Саша хотел обнять Лешу. он безумно хотел докоснуться до голого плеча, хотел провести рукой но противным чужим засосам. он хотел быть ближе, но боялся, что сделает только хуже. — Сань, спасибо. — смотря в окно сказал Леша.        когда Леша немного утянул вниз одеяло, при свете луны можно было увидеть его шрамы. Саша и не задумывался, что они есть у него. их так много. стало еще страшнее за Лешу.  — за что «спасибо»? — он поглаживал макушку Леши, массируя пальцами.  — за то что приехал. ты спас меня. мне казалось, что я умираю. — он горько усмехнулся.  — не неси чушь.        из позы полусидя он немного съехал вниз, на уровень Леши. он всем телом повернулся на бок, опираясь на одну руку. Саша аккуратно убрал прядь с лица Деревяшкина, открывая вид полностью. переместив руку ниже, на плечо, он старался быть максимально аккуратным.  — за что ты себя так? — голос Саши был немного хриплым. он говорил тихо, но четко. от прикосновений в этой области у Леши немного жгло, так что он тихонько шикнул. Саша сразу убрал руку.  — ни за что. просто так.        Саша улыбнулся. когда Леша так говорит, он выглядит милым.  хотелось его касаться.