Один из дней

Солнечные лучи осторожно пробрались в спальню, словно гости, которых давно не ждали, но которым всегда рады. Они скользили по мягким складкам одеяла, касались лица, словно стараясь разбудить нежным прикосновением. Последнее время им редко выпадал шанс разделить утро вместе. Особенно — такое утро. Арс медленно открыл глаза. Мир казался наполненным магией — воздух был как будто чуть прозрачнее, звуки острее. За окном птицы распевали свои трели, словно старались подарить это утро только им двоим. Он перевернулся на бок — и перед глазами предстала широкая, родная спина. Такая настоящая, теплая. К ней хотелось прижаться, обнять — и не отпускать. Никогда. Он так и сделал. Осторожно, чтобы не разбудить, он обнял Антона, вдохнул его запах и снова закрыл глаза, чувствуя себя дома — по-настоящему. Время прошло. Сколько — неважно. Арс снова открыл глаза, оглянулся, и что-то тревожное на мгновение кольнуло в груди — пусто? Но тут же раздался знакомый, любимый голос, от которого всё внутри сразу стало спокойно. — Любовь моя... — ласково, с лёгкой улыбкой сказал Антон, заглянув в комнату. — Доброе утро. Комната наполнилась ароматами кофе и чего-то вкусного, домашнего. Арс потёр глаза и зевнул: — Утро действительно доброе... А что это за праздник такой? Почему так вкусно пахнет? Антон усмехнулся, подходя ближе: — А зачем ждать праздник, чтобы сделать приятное? Просто... захотелось. — Спасибо, — Арс потянулся к нему, — А ты уже завтракал? — Нет, — ответил тот, наклоняясь и целуя его в лоб. — Я хочу позавтракать с тобой. — Уговариваешь, — засмеялся Арс. — Но сегодня ты победил. Хотя обычно я уже в это время бегаю. — Ну, значит, позволим себе немного тепла. Впереди ведь сложные недели. — Зато вместе, — тихо добавил Арс. Он надел штаны и направился на кухню, зевая и потягиваясь. Антон уже наливал кофе — один для себя, один для него. В их движениях была нежная привычность, как у людей, что давно чувствуют друг друга без слов. Они сели за стол, делясь друг с другом свежими новостями, планами и просто молчанием, в котором было всё: забота, близость и любовь, такая простая и настоящая, что не требовала лишних слов. Антон позавтракал быстрее. Он наскоро чмокнул Арса в висок и, потянувшись, направился в ванную. За ним, как шлейф, тянулся запах свежесваренного кофе и тёплого утра. Арс ещё какое-то время сидел за столом, лениво доедая тост, но внутреннее беспокойство — нет, скорее, желание побыть с любимым дольше— не дало ему усидеть. Он поднялся и пошёл следом. Дверь в ванную была приоткрыта. Антон стоял перед зеркалом, в одних тёмных трусах, и чистил зубы, рассеянно глядя на своё отражение. Его спина, сильная и родная, вызывала непреодолимое желание прикоснуться. Арс подошёл бесшумно, обнял его со спины, прижавшись всем телом. Подбородок удобно устроился на плече Антона. — Ты сегодня какой-то особенно тактильный, — проговорил тот с зубной щёткой во рту, ухмыльнувшись в отражении. — Я просто скучаю... — тихо, почти вкрадчиво ответил Арс. — Ты — здесь, я — там. И эти вечные съёмки, разъезды. Мы вроде вместе, но всё время врозь. Антон выплюнул пену, ополоснул рот, выпрямился и взглянул на него в зеркало, улыбаясь одним уголком губ. — Козёл, — сказал он ласково. — Козёл, — эхом отозвался Арс, чуть укусив его за плечо. В этом слове столько любви Они оба засмеялись. Смех был лёгким, как тёплая вода, как утро, которое они наконец делят. Антон повернулся, задержал взгляд на лице Арса — и вдруг, без предупреждения, поцеловал. Сначала мягко, но поцелуй быстро стал глубоким, горячим, как будто в нём было всё: дороги, разлуки, недосказанности, и бесконечное "я здесь, сейчас, с тобой". — Что скажешь, душ на двоих? — прошептал он, когда дыхание немного восстановилось. — Всё равно ты уже пришёл за мной. — Нам вещи собирать в тур, — напомнил Арс, хотя уже знал, что сопротивляться не станет. — Успеем. Хочу тебя. Сейчас. Антон легко поднял его и усадил на край стиральной машины, ладони скользнули по обнажённой коже, поцелуи сыпались — на шею, плечи, грудь. Всё исчезло: города, расстояния, время — осталась только эта близость, живая и настоящая. Позже, выбравшись из душа с ленивыми, довольными улыбками, они завернулись в полотенца и, смеясь, побрели обратно в спальню — мокрые, счастливые Чемодан лежал раскрытым с вечера — почти пустой. Внутри одиноким пятном лежали только синие кроксы Арса. Всё остальное ещё только предстояло впихнуть. А время, как назло, ускользало сквозь пальцы. — Антош, серьёзно, давай быстрее! Мы уже опаздываем, — крикнул Арс из спальни, одновременно натягивая свитер и запихивая в рюкзак зарядку. — Расслабься, — донёсся ответ из кухни. — Позже Серёжи мы всё равно не приедем. А он наверняка ещё даже не проснулся. — Это ты верно подметил, — фыркнул Арс, вбегая обратно в комнату. — Но давай без хаоса. Успеем — будет чудо. Они сновали по квартире: футболки, блокноты, наушники, украшения, документы. Всё падало в чемодан, почти без системы, но с хорошо отработанным чувством: кажется, это мы берём, это — точно забудем, это — найдётся в последнюю секунду. — Паспорт? — уточнил Антон, проверяя по пальцам. — Взял. Зарядки, носки, очки... — проговорил Арс. — Кстати, очки ты любишь, когда я в них, да? — Ты в них выглядишь как грех. Конечно люблю, — усмехнулся Антон. — Украшения? — Уже внутри. И... беру рюкзак. Хотя бы ради приличия. — О, начинается, — Антон закатил глаза. — Фанаты и их теории? — Ага. В прошлый раз опять фото в сеть выложили: "Один чемодан на двоих, ну всё, точно встречаются!" — Арс передразнил возмущённо-восторженный голос из интернета. — Так что теперь у нас двое багажа. Всё чин-чинарём. — Если бы они знали, как сильно мы "встречаемся", — пробормотал Антон, проходя мимо и шлёпнув Арса по пояснице. — Не усложняй мне задачу. Мы в нашей стране официально "просто коллеги с химией", — усмехнулся тот в ответ, ловко закрывая чемодан. Арс, как всегда, обошёл квартиру на автопилоте: выключатели, окна, плиту — всё проверено. Привычка, оставшаяся ещё с Омска, где в детстве его вечно пугали «а вдруг пожар». Стало ритуалом перед каждой дорогой. Он вышел из квартиры, а на пороге уже стоял Антон, держа в одной руке свой чемодан, в другой — бумажный стаканчик кофе, явно припрятанный заранее. На лице — спокойствие, с примесью нетерпения. — Всё, можно выдыхать. Такси уже в пути. — Идиллия на фоне бегства, — буркнул Арс, натягивая капюшон. — Как всегда. Но главное — вместе. Они двинулись к лифту. Такси плавно выехало со двора, мягко качнулось на стыке асфальта и бордюра. Они сидели молча, каждый в своих мыслях. Утро было ярким, залитым солнечным светом — один из тех редких дней, когда всё дышит лёгкостью и чем-то почти сказочным. Антон устроился на переднем сиденье, привычно проверяя маршрут и сообщения от организаторов. Его лицо было спокойно-деловым, взгляд сосредоточен — всё как всегда перед концертом. А вот Арс, растянувшийся сзади, выглядел на удивление расслабленным и довольным. Уголки его губ таили что-то хитрое, почти мальчишеское. Антон почувствовал этот взгляд. Чуть обернулся — и действительно, Арс смотрел прямо на него в зеркало заднего вида. Глаза прищурены, губы скользнули в полууголок. Мордашка та ещё: значит, что-то задумал. Антон покачал головой и вернулся к телефону, но уже с улыбкой. Он знал этот взгляд — за ним обязательно последует какой-нибудь полунаглый, полуроманный жест. Арс в это время уже открыл галерею. Фото, которое он хранил как маленькое сокровище. Один из тех кадров, в которых запечатлено сразу всё: любовь, сцена, их внутренняя игра. Снимок был сделан во время выступления — именно в тот момент, когда Антон с улыбкой объяснял правила их любимой игры «Куклы». Арс стоял в центре сцены, в театральной позе: его руки опущены, а за его спиной — «чужие». Локоны Антона выглядывали за его спиной — этого было достаточно для тех, кто "знает". Он открыл нельзяграмм. Напечатал: «Концерт. Моя любовь» Слишком прямо. Удалил точку. «Концерты, любовь моя» — нет, слишком трепетно. Он задумался, потом стер запятую и просто оставил: «Концерты — любовь моя» Вот так правильно. Кто должен понять — поймёт. Его любимые фанаты уловят всё: от локона до намёка, от игры слов до игры в чувства. Для остальных — просто красивый снимок. Добавил хэштеги — с легкой долей драмы, нежности и шутки, всё как он любил: #какойфеминитивуангела #ангелихагрубовато #ангелицанууууу #ангелкатольконеэто** Опубликовал. Он вытащил наушники, но не включал музыку. Просто посмотрел в окно. Солнце било в стекло. И тут же накатила знакомая тяжесть — через пару часов он опять окажется на расстоянии. Они снова будут держаться формально, снова сторонись фанатских телефонов и лишних взглядов, снова играть в чужих перед чужими. Он перевёл взгляд вперёд — Антон снова глянул в зеркало. Их глаза встретились. Арс чуть наклонил голову, как будто беззвучно сказал: «Люблю» Антон ничего не ответил. Но этого взгляда — спокойного, тёплого — было достаточно. Он тоже знал. Потому что у них были свои знаки. Своё «люблю», спрятанное в хэштегах. Своя сцена, на которой всё было настоящим — даже если никто не должен был догадаться. Парни вышли из машины и пошли к аэропорту. Дима, приехал первый с лёгкой усталостью на лице, как будто всё ещё не до конца отошёл от тех тяжелых дней в Грузии. Он был загорелым, видно, что его путешествие в Тбилиси стало чем-то большим, чем просто отдых. Он не пытался скрыть свою усталость, но одновременно в нём чувствовалась некая внутренная сила — как будто эти сложные моменты сделали его немного сильнее. Его глаза светились, но они всё равно оставались затуманенными, как у того, кто пережил больше, чем мог бы представить. Парни поздоровались с Позовым. Арс заметил это молчание, эту тяжесть, которую Дима несёт с собой. И потому сдерживал свою привычную энергию, пытаясь не перебивать тишину. Антон, пропал из виду, направившись в уборную. Он выпил лишнюю бутылку воды в такси, и это как-то сказалось на его внутреннем ритме. Арсений, присел рядом на скамейку, бросив взгляд на часы. — До рейса ещё полтора часа, — Арс чуть пожевал губами, смотря на то, как небо сквозь стекло аэропорта рисует причудливые облака. — Да, есть время, — сказал Дима, но в его голосе не было той лёгкости, которая обычно появляется в такие моменты. Арс кивнул и тихо усмехнулся, вспоминая очередной эпизод с Серёжей. — А, кстати, Дим, как ты? Всё в порядке? — неожиданно спросил Арс, взглядом натыкаясь на Диму. Дима не сразу ответил. Он смотрел на пустую часть пространства, как будто думал о чём-то важном. Потом сказал: — Да тяжело всё, Арс. Катя уехала на Бали. Пока я с детьми был в Грузии... Не скажу, что легко. Отдых ей нужен, она буквально вытаскивала меня из состояния депрессии. Мама с детьми Арс не знал, что на это сказать. Он знал, как тяжело быть в такой ситуации, но слова тут были излишни. Он просто кивнул, молча поддерживая взглядом. — Время лечит, — сказал Арс, слегка приобняв его за плечо. — Но не сразу. — Да, ты прав. А... вы с Антоном— Дима посмотрел на него, пытаясь немного подшутить, но в глазах была та же тяжесть, что и раньше. — Да, да. Всё как всегда, любовь — Арс немного замялся и засмущался, как будто вдруг испугавшись, что сказал слишком много. Дима улыбнулся, но это была не та привычная улыбка. Это было скорее облегчение, чем радость. — Только аккуратней, — добавил Дима, уже серьезнее. — Такие вещи не всегда простые... Арс кивнул, кидая взгляд на пустую линию горизонта за окнами аэропорта. — Будем осторожны, как и всегда— сказал он с таким тоном, что Дима понял: в его словах не было ни намёка на фальшь. Тем временем подошёл Антон, быстрым шагом направляясь к парням. Он был на своём месте, как всегда — уверенный и с лёгкой улыбкой. Через несколько минут приехал Серёжа. Минута в минуту — его присутствие, как всегда, было подогрето этим лёгким шармом опоздавшего, и все сразу пошли к стойке регистрации. Антон с Серёжей, чаще общавшиеся в последнее время, переговаривались о мелочах. Арс и Дима, в свою очередь, продолжали обсуждать Грузию, философию жизни и много всего другого. Как бы сказал Антон: «Нашли друг друга, два умача» Самолёт мягко коснулся земли, и каждый почувствовал этот момент — тихое, но уверенное движение, которое всегда влечёт за собой следующее. Арс взглянул на окно, за которым Челябинск разворачивался под ними, и подумал: Да, всё это опять. Всё как всегда. Но мы рядом. Внутри было некое спокойствие, которое не приходило на землю, но оставалось в воздухе, когда ты знал, что следующий шаг будет твоим, и ты его сделаешь. Как только они вышли из аэропорта, вокруг них встала знакомая картина — суета такси, багажи, запахи чужих разговоров. Челябинск встретил их, как всегда, без особого внимания, но в нём был какой-то холодный блеск, который был им знаком. — Такси уже приехало, а мы тут... — сказал Сережа Они сели в машину, и поехали в сторону отеля. В салоне стояла тишина, лишь редкие вопросы от Антона о времени, настройках оборудования и прочих мелочах, которые, как всегда, его занимали. В голове у Арса крутились другие мысли. Вся эта работа, отель, комнаты, каждый момент, когда они будут рядом... Но ведь номера будут отдельные, хоть и на день, но все же. Они подъехали к отелю. Здание было величественное и строгое, как и сам город — без лишних изысков, но с достоинством. Номера, как обещали, отдельные. Стандартное правило для таких поездок: каждый будет жить на своей территории. Но Арс уже знал, что его "территория" сегодня будет рядом с Антоном. Антон, уже повесив пальто и поставив чемодан, обернулся с полусерьёзной усмешкой. — Мы договорились, что у каждого свой номер. Ты не можешь просто так прийти ко мне. Арс засмеялся, откидывая сумку на стул. — Ты что, серьёзно? Ты сам ведь знаешь, что это всё условности. Просто представь, как будет весело — опять ночевать одному среди этих белых стен. — Он приблизился к Антону, медленно пряча улыбку. — Ты разве не любишь, когда я с тобой? Антон встретился с его игривым взглядом. В глазах Арса была та самая мягкая, почти детская искрящаяся тяга к близости, к тем моментам, когда всё, что окружает, теряет значение. Он снова почувствовал эту теплоту внутри себя. — Придётся тебе подождать до утра, — сказал Антон, но в его голосе не было той строгой уверенности, которую он хотел бы демонстрировать. Это была скорее игра. Арс знал, что никакие правила и границы не смогут остановить его желание быть рядом. Он обнял Антона, невольно вдыхая запах его одежды — теплый, почти домашний. — Ты же знаешь, я не такой уж послушный. Антон вздохнул, словно бы соглашаясь с неизбежностью этого шага. Он не мог скрыть улыбки — всё, что они делали, было частью их игры, их маленького мира, скрытого от других. — Тут уютно. Ты же не хочешь меня выгонять, правда? — Арс не мог не усмехнуться. Он знал, что Антон не станет прогонять его. Наоборот, всё это было лишь частью их истории, того, что оставалось между ними. Он кивнул Арсения в поцелуй и стал медленно стягивать кофту — Эй, Антон. Может до ночи потерпим. У нас скоро концерт — Ну уж нет ты же сейчас ко мне пришел. Если что ночью продолжим По комнате раздались стоны, всхлипы, шлепки Лучшая настройка на концерт. После занятий любовью, парни оделись и пошли вниз. Там из ждали Дима, Сережа и команда. Концерт через два часа Дают они его уже на сцене где выступали несколько раз. Концерт проходит весело, бодро, в этот раз зрители больно послушные и почти никто ничего не снимали (спасибо отключению интернета). А ещё ,как всегда, очень много подарков. Особенно Арсу. Особенно запоминается целый сборник книг посвященных разным локальным шуткам, фразам и проектов. И много цветов. Конечно, многие пришлось отдать работникам театра, а себе он оставил ирисы. Очень хотелось такую прелесть забрать с с собой — Антош, положи в рюкзак. — Арс. Они же завянут — Нет я все придумал! Поставь их так будто я несу вазу. Арс и Антон направились в коридор. Это был их привычный момент — записать благодарность для своих фанатов в Telegram. Только в этот раз, так захотелось сделать вместе Антон встал первым, подставив лицо к камере, и улыбнулся: — Привет, Челябинск! Большое спасибо за такой невероятный концерт. Вы — лучшие, мы вас очень любим! Надеемся, что вам понравилось так же, как и нам. Он сделал паузу, улыбнулся, и продолжил: — А теперь, внимание, следующий концерт в Екатеринбурге! Так что готовьтесь, мы скоро у вас! Закончив, Антон потянулся к камере, чтобы выключить её, но перед тем как это сделать, Арс, стоявший рядом, добавил в шутку: — Да, а мы тут как в коктейле Блю Курасао, — усмехнулся он, — и всё в этом плане... ярко! Смех Антона был мгновенным, и камера выключилась. Но в этот момент, после всей шумихи, Антон не мог больше сдерживаться. Он посмотрел на Арса, и его сердце сразу стало биться быстрее. И прежде чем они успели сказать что-то ещё, Антон притянул его к себе и поцеловал, прямо там, в пустом коридоре. Это был поцелуй, полный нежности и страсти, как будто каждый миг разлуки на концерте заполнялся теперь этим моментом. Арс чуть отстранился, его дыхание было тяжелым, а глаза — тёплыми. — Я люблю тебя, — тихо, но искренне произнёс он, с лёгкой улыбкой на губах. Антон, обняв его, ответил, не отпуская: — Я тоже люблю тебя, Арс. Они стояли так несколько секунд, наслаждаясь этим моментом, когда всё остальное теряло значение. Арс посмотрел на Антона, и в его взгляде снова загорелась та искрящаяся лё гкость. Антон снова поцеловал его, с той же страстью, с которой только что признался в своих чувствах. Затем, немного отстранившись, он улыбнулся: — Прямо как в коктейле Арс рассмеялся, откидывая голову назад. — Ну, как минимум — вкусно, — шутливо сказал он.