Метро

Кларисса так любила свою девушку, что иногда кажется, этой любви хватило бы не на одну пару. Она не могла на нее сердиться ни за что. Буквально все в ней казалось "правильным" и буквально идеальным. Каждый ее промах был там, где и должен быть. Если что-то великолепное было в этом мире, то это как раз их любовь. До того, как Кларисса начала чуточку ближе общаться с Силеной все казалось совсем не таким. Сначала Кларисса слишком злилась на себя за то, что когда-то там, в пятом классе, зачем-то поссорилась с Силеной. Потом целых три года настраивала себя на новое общение с ней. И только ещё спустя два года смогла все понять и принять в себе и в них. Те три года до восьмого класса казались ещё более чужими и неправильными. Ей было необходимо общение с подругой, она будто стала зависима. Но также она осознала, что совсем неправильно поступала и поступит ещё менее хорошо, если вот так просто будет снова с ней общаться как ни в чем не бывало. Ей было стыдно, она смущалась, как ни перед кем другим никогда не могла. В общем, для Клариссы было уже свойственно быть другой конкретно для Силены. Она могла быть грубой с кем угодно, но не с ней. Даже, тем более, на глазах чужих. Хотя, кто эти чужие? Их друзья, которые тоже всегда старались помочь? Сейчас Кларисса была просто рада сидеть рядом с Силеной в метро и обниматься. Девушки тихонько покачивались, слушая гомон вагона. Иногда он трясся так, что Силена поворачивала голову в объятьях и легонько мазала губами по щеке Клариссы. Это чувствовалось прохладно из-за блеска для губ, но потом место где был оставлен "поцелуй" горело так сильно, будто ей на коже что-то выжигали, а ей это нравилось. Когда на одной из станций вышли почти все, а рядом становилось все меньше людей, Кларисса быстро наклонилась и положила голову на колени Силены. Та сначала вздрогнула, но, погодя, начала поглаживать по плечу, а потом по шее и волосам. Она медитативно перебирала короткие темные прядки волос, будто плела фенечку, будто волосы Клариссы на самом деле из шелка и не острижены кое-как кухонными ножницами. Кларисса начала рассматривать колготки Силены. Сегодня она была наряжена, хотя, а когда она не была такой? Казалось, у нее каждый день праздник. Колготки были капроновые черные и с небольшими хаотичными звёздами. Вообще-то, Кларисса даже волновалась, как бы ей холодно не было в юбке, на улице всё-таки ещё не май! (да, апрель, но погода так не считает) Кларисса втлей-неволей всегда думала о том, что могут думать о них люди. Всё-таки страна недостаточно толерантная ещё даже(!) к женщинами, а про "другие" пары и отношения речь рано заводить. Но вроде бы жизнь в большом городе смягчает подобные мысли и все чаще кажется, что никому нет дела до других. В вагон снова начали заходить люди, но слезать с коленей не хотелось. Можно было ещё понежиться, как кошечка. Тем более, пока никто не против и никому ничего не мешает. Кларисса отвлеклась от разглядывания ног своей девушки. Будто паника должна была возрасти, но стало так спокойно, что ничего бы не могло не разозлить. Кларисса принялась рассматривать вошедших. Это было одним из ее любимых занятий. Вот девушка, пришла и сразу, не дойдя до сидений, оперлась о поручень и принялась что-то читать в телефоне, проговаривая губами. Скорее всего готовится к чему-нибудь, зачёты, контрольные, может, репетирует признание в любви. Хотелось пожелать удачи, но кому вообще какое дело? Дальше она обратила внимание на двух сестер-близняшек. Они обсуждали что-то, достаточно бурно артикулируя. У одной из них в руках была книга, так что можно было предположить, что именно ее, может, только дошли др кульминации. Что за книга Клариссе не удалось увидеть и прочитать. Потом пробежал маленький мальчик за руку с мамой. Она собиралась сесть на свободное место и взять его на колени, но человек рядом с этим сиденьем уже встал и освободил своё. Женщина его поблагодарила, а потом принялась о чем-то беседовать с малышом, он уже устал, почти засыпал. Хотелось верить, что у этих любезничающих людей был хороший день. Машинный голос сказал о прибытии на новую станцию. Опять кто-то вышел и зашёл. Взгляд Клариссы, что ожидаемо, зацепился за шумную компанию молодых людей. Все они выглядели пьяными или просто навеселе и были с достаточно необычной внешностью и одеждой. Один из них, самый высокий и, видимо, трезвый, стоял в стороне и почти ощутимо стыдился и смущался за своих друзей. Кларисса посмотрела чуть дальше, рядом с компанией стояли два парня. Они казались знакомыми, возможно один из них из их с Силеной школы. Вот же! Именно сегодня меньше всего хотелось видеть кого-то знакомого. Но хотелось всё-таки думать, что это просто кто-то, кого она уже видела. Кларисса снова пыталась себя успокаивать мыслью о том, что встретить можно кого угодно и никому нет дела до двух девушек. Один из них казался огромным, но при этом не было ощущения, что ему, или кому-то другому это мешает. Он был коротко стрижен и казалось будто не понимает многого о чем говорит ему друг. Тот был будто в два раза меньше и ниже. Именно он казался знакомым. Пока он говорил, его брови всегда бегали туда-сюда от переносицы до середины лба. Через какое-то время, когда, видимо тот, что ниже, понял, что собеседник его совсем не понимает, замолчал. Когда он опомнился, хотел и сам что-то сказать, низкий парень поднялся на цыпочки и почти сравнялся ростом. Он просто смотрел, а когда другой вздрогнул и сделал выражение лица похожее на смущенное, улыбнулся кривыми зубами. Клариссе показалось, что даже если это ее знакомые, то неплохие. Она поднялась с колен и снова прислонилась к плечу Силены. Они обсуждали некоторые увиденные в вагоне штуки, Силена тоже любила рассматривать людей. Ей тоже показались эти два человека знакомыми. На следующей остановке к ним присоединилась темнокожая кудрявая девушка. Она казалась рядом с ними ещё меньше. Когда Кларисса и Силена вышли из вагона, они все ещё обнимались. Шли под ручку, переговариваясь о людях. Девушка, которая что-то повторяла губами, для Силены была влюбленной, репетирующей признание. На самом деле, казалось, что только Кларисса могла так репетировать абсолютно любой разговор с Силеной. Хотя, возможно хорошо, что на такое время она не тратила и говорила, полагаясь на то, что все делает правильно. На ступенях, по блежаясь к выходу, они начали просто держаться за руки. Очень не хотелось расставаться, даже если завтра они снова увидятся. Были какие-то плюсы в том, чтоб встречаться с одноклассницей. Даже если потом приходилось помогать с домашками, а это вообще-то часто бесило Клариссы. Хотя, в ее девушке ничего не могло раздражать и даже если бы она постаралась, ей не удастся испортить ей настроение.