Доктор «Смерть»

— Так как тебя зовут, говоришь? — спросил доктор своего собеседника. — Элиас Кроу, я же говорил, — ответил мужчина с лёгкими нотками злобы. — Ну-с, может быть запомню. А наш пункт назначения — один из миров в этой вселенной… Пока что этой. „Что значит пока что этой?“ — подумал Элиас, однако вслух не сказал. Он не решился задать ещё один вопрос шляпнику, так как не совсем верил в его слова о всемогуществе и господстве над всей реальностью. Его способности были пугающими, но в глубине ещё оставшейся души что-то говорило ему, что доктор преувеличивает свои возможности. Тем не менее, мужчина не осмеливался сказать это «Смерти» в лицо. — Что-ж, самое время вернуться туда, откуда ты начал свой путь, пытаясь закончить жизнь, — хитро улыбнувшись, Доктор щёлкнул пальцами. Свет резко погас, и тьма заполонила всё пространство. Кроу снова почувствовал то же самое, что и при смерти: тишина, мрак и одиночество… — Знакомое место, не правда ли? — вновь раздался знакомый голос, заставив мужчину открыть глаза. Ветер бегло гулял по крыше дома, закручиваясь в лёгкие вихри и засасывая в себя песчинки и осенние листья, что чудным образом попадали на многоэтажку. Но в этот раз бурный поток воздуха врезался мужчине прямо в лицо и оставил после себя песок во рту. На краю крыши стоял парень лет шестнадцати, глядя в пропасть печальным поникшим взглядом. По его лицу медленно стекали слёзы, пока тот решался на последний в своей жизни шаг. — И ситуация знакомая, не так ли? Но не спеши разговаривать, это важно. Он нас не видит, а меня не слышит… Но может услышать тебя. Я не буду говорить почему он хочет это сделать и не буду вмешиваться. Это сделать сможешь лишь ты. Скажешь ему хоть что-то — он увидит тебя и передумает прыгать. Если заговоришь с ним, то переубедишь его. Но если ты через… — доктор сделал небольшую паузу и взглянул на часы на своём запястье, которых раньше не было. — Две минуты ничего не скажешь — он сделает шаг в небытие и умрёт. Итак. Что же ты сделаешь? — задал риторический вопрос Док, жутко улыбнувшись в ожидании действий собеседника. Элиас погрузился в глубокие раздумья. С одной стороны, ситуация ему крайне знакома — ведь не каждый день прыгаешь с крыши, и не каждый человек готов это сделать. В жизни этого парня, возможно, произошло то же, что и в жизни Кроу: безнадёжность, обременение, одиночество заполнили его существование, поэтому он решил покончить с собой, потому он решил закончить своё существование. С другой стороны, что-то в глубине души не давало покоя мужчине и было крайне не согласно с тем, чтобы оставаться в стороне. Ветер стих, на крыше воцарилась гробовая тишина. Даже суетливый город не мог докричаться сюда. Лишь часы на запястье доктора медленно тикали, отсчитывая каждую секунду с лёгким щелчком, пока их владелец стоял позади всех, скрестив руки за спиной. Всё это лишь усиливало давление на Кроу, который никак не мог определиться со своим выбором. Тем временем парень на краю здания становился всё более и более уверенным в своём выборе. Время истекло, юноша выставил ногу вперёд, готовясь к шагу в пропасть сквозь слёзы, прерывистое дыхание и себя… — Стой! — раздался позади отчаявшегося парня голос. — Остановись! От внезапности юноша впал в ступор, остановившись на краю крыши и убрав ногу. Элиас быстро подбежал к тому и рывком руки отодвинул его от пропасти. — Ты чего, сдурел совсем?! — громко сказал мужчина, нахмурившись и схватив пленника жизни за воротник. — Отпустите! — жалостно сказал парень, заплакав. — Я не хочу больше этого! — Так, успокойся! — Элиас отодвинул парня ещё дальше от края и посадил его прямо на пол. — Ну куда тебе то? И вообще, откуда такая решительность? — Я… Я… — промямлил он в ответ, но дельного ничего не выдал. —Ну хватит. Ты молодой. У тебя вся жизнь впереди, зачем тебе это? — Кроу сел рядом с парнем, отпустив воротник. — А если там ад? А если ты будешь потом вечно во мраке, одиночестве и тишине? Ты не думал, что там может быть ещё хуже? — Нет… — Вот именно, не думал. А того ещё хуже может быть. Ты вот не подумал, а чуть не попал. И что тогда? Думаешь, если ты убьёшь себя, то к тебе прилетят ангелы и наградят тебя жизнью в раю за это? Юноша ничего не сказал. Он лишь вцепился в Элиаса, обняв и зарыдав прямо в его плечо, отчего тот несколько растерялся, но погладил парня по голове, приобняв в ответ. Спустя час дождь из юношеских слёз закончился. Подросток сквозь мокрое плечо еле проговорил: — Не звоните в полицию, пожалуйста. Они меня вернут в детдом… — Хорошо, я никому не расскажу… — ответил Кроу и тяжело вздохнул. — Но пообещай мне никогда не пытаться больше себя убить. — Спасибо… Обещаю… — сказал молодой человек и быстро убежал с крыши по лестнице вниз. Доктор подошёл к Элиасу и протянул ему руку в белоснежной перчатке, предлагая помощь. В ответ мужчина взялся за его руку и поднялся на ноги, отряхнувшись. — Всё таки ты решился ему помочь. Я уж думал ты промолчишь… — Он ещё молодой. Куда уж ему… — ответил тот и опять тяжело вздохнул. — А сильно ли вы с ним отличаетесь? Думаешь, у него вся жизнь впереди, а у тебя закончилась? — спросил доктор и хитроумно улыбнулся. — Ну… — Реальность гну. Мы ещё не закончили, двигаемся дальше! — энергично сказал доктор и снова щёлкнул пальцами. Реальность начала резко искажаться и плыть, сливаясь в одну большую цветную реку, окутавшую обоих. От такой картины у Элиаса невольно закружилась голова, глаза пришлось закрыть, чтобы остаться на ногах и не свалиться поверженным способностями колдуна. Первое, что почувствовал Кроу - давящую атмосферу. Нет, дело совсем не в атмосферном давлении воздуха. Это чувство безысходности, покоя и вечного горя, сырость и немного грязи. Кладбище. Перед глазами Элиаса растянулось огромное поле с могилами. Сотни крестов и надгробий стояли друг за другом, возвышаясь над землёй, пока на небе хмурились тучи. По некоторым причинам Кроу бывал здесь так часто, что мог ориентироваться даже с закрытыми глазами. — Узнаёшь? — спросил шляпник, хлопнув собеседника по плечу. — Узнаю… — печально ответил Эл, уставившись расстроенным взглядом куда-то в даль. — Давай прогуляемся, — сказал Доктор, не сбавляя радости в голосе, и даже не убавив его громкость. В воздухе, помимо печали повисла немая пауза. Мужчины молча шли по дороге между могил. У каждой была своя надпись, дата и причина смерти, а на многих даже фотография покойного. — Ах, обожаю всё таки это место, — заговорил Док, убрав ту самую неловкую паузу. — Одно из немногих, покрытых вечной печалью. Место, где можно наконец погрустить, если вдруг хочется, а не можешь. Можно найти много интересного, посмотреть на каждого ранее жившего человека. Не правда ли? — Ты уже копался у меня в мозгу. Ты прекрасно знаешь, что я не люблю это место и почему я не люблю это место. — Да, конечно знаю. Думаешь я просто так это сделал? Нет конечно. Ну, мы пришли. Доктор остановился, а за ним и Эл. Перед ними стояла женщина, лет пятидесяти на вид. Несмотря на возраст, была красивой и стройной. На ней было чёрное платье, а на голове - широкополая шляпа того же цвета. Стояла женщина лицом к одной из могил. Как и в прошлый раз, она не видела обоих. Мужчина глянул на могилу, рядом с которой женщина тихо плакала. На серой надгробной плите белым шрифтом виднелась надпись: «Элиас Кроу. 05.07.1992 — 05.05.2025. Падение с крыши, самоубийство». Фотографии не было. — Это… Я? — Да. — Она ко мне пришла? — Именно. — Но я же её не знаю… — Приглядись внимательнее. Быть может, узнаешь. Элиас вновь посмотрел на стоящую рядом женщину. Черты лица, форма носа, глаза — всё говорило об одном… — Это… Моя мать? — Браво, капитан догадливость! Угадал, или додумался всё таки? — хихикнул доктор и облокотился на ближайшее дерево. — Но… Откуда она знает? И зачем она пришла? Я её даже не знал… — растерялся мужчина и подошёл ближе к стоящей у могилы. Элиас потянул руку и попытался коснуться плеча, но рука прошла сквозь. Он был лишь призраком. — Что надо сделать, чтобы я мог с ней поговорить?! — обеспокоено сказал тот, обернувшись на доктора. — Ничего. Ты не можешь с ней взаимодействовать. Ты же умер. Сейчас ты не более, чем призрак. При всём желании ты даже тарелку не сдвинешь с места. — Но…Но Док! — Ты сам выбрал себе такую судьбу, Ворон. Вот. Ты хотел — ты умер. То, что ты сейчас видишь — это то, что произошло после твоей смерти. Всё, Элиас. Больше тебе не под силу что-то сделать. — Я же мог в прошлый раз, Док! Ну же, это же моя родная мать! Я её не знал с рождения! У меня же… — Нет, Элиас. Ты умер, а кто-то до сих пор дышит тобой. Даже если она не видела тебя вживую. Ты мог бы с ней встретиться и поговорить, но это невозможно. Твоё тело лежит глубоко в земле. Печальную тишину лишь изредка разбавляли всхлипы от стоящей рядом женщины. Элиас схватился за голову, глядя на свою мать, и погрузился в раздумья. Доктор вновь взглянул на часы, а спустя некоторое время подошёл к мужчине и хлопнул его по плечу. — Ну-с, здесь всё. Пора возвращаться. Доктор щёлкнул в последний раз. Оба мужчины оказались в уже знакомой комнате. Шляпник слегка поправил костюм и сел за стол, рукой приглашая Кроу присесть напротив, что тот и сделал. — Нет. Это всё манипуляция. Ты специально это всё, да? — Что именно специально? — Ты специально сделал это всё. Это вина, это чувства… Но это не ответ. — Знаешь… Ты прав. — внезапно согласился доктор с ним. — Это не ответ. Но ты просишь от жизни чёткий и ярко выраженный смысл, словно уравнение. Жизнь — это не задача. Жизнь — это процесс. Не формула, а музыка. Ты не поймёшь её, если ищешь всё время ритм. Элиас промолчал. — Смысл — это не то, что не ищут. Это то, что строят. Каждый день. Да, порой из обломков, однако строят. И покуда ты жив, ты — строитель. Не раб, но и не герой. Не жертва, но и не обязательно спасатель. Лишь тот, кто кладет кирпичи. И порой, не только в свой дом. В очередной раз между собеседниками повисла тишина. Но в этом случае тишина глубоких раздумий. Доктор переместил себя и Эла обратно на крышу. Обратно на край пропасти, где не так давно завершилась его судьба. — Ну что, строитель без чертежей… На этом у меня всё. Исполняем твоё условие? Элиас не ответил ему. Он медленно лёг на землю, и стал вглядываться в небо. Недавно ещё хмурые тучи медленно уступали чистому небу и солнечным лучам, что теперь/ныне старательно освещали весь город. — Значит ты выбрал не смысл… А возможность, — сказал Док, подойдя к лежащему Элиасу и взглянув на его. Он был спокоен. Впервые Доктор улыбнулся несколько иначе… По-настоящему. — Что-ж. Запомни этот момент, Ворон. Именно из таких моментов состоит наша жизнь.