Не здесь

Достав из-под задницы затёкшую ногу, Хуайсан уселся ровнее, выдул пол-банки холодного чая и вперился взглядом в экран. Перерыв закончился. Нужно было вернуться к работе. Графикой эта онлайн-дрочильня, мягко сказать, не блистала. Хуайсан долго гипнотизировал инвентарь, пытаясь понять, что именно изображала незнакомая иконка, но сдался и посмотрел на всплывающую подсказку. “Вывернутый рог”? Это что вообще такое? Цветом и формой оно больше напоминало лопнувшую сосиску… Хотя, наверное, Хуайсан просто очень проголодался. Шёл девятый час почти беспрерывного геноцида стигийских козлов. По правую сторону от стола вырастала мусорная гора Тайшань, протеиновые батончики кончились ещё пару часов назад, а отвлекаться на доставку или, небо упаси, готовку Хуайсан не хотел. Он всё ещё надеялся взять нахрапом. Мир онлайн-гейминга был от него далёк, как Цинхэ от Лас-Вегаса: одна-единственная поездка не стоила упоминания. Так бы и продолжалось дальше, если б Цзян Чэн попросил о пустяковой услуге: на ту неделю, что ему предстояло сидеть без интернета, пасти его акк. Нужно было раз в день залогиниваться, брать награду за вход и… всё. Хуайсан согласился сразу и целых два раза обошёлся без приключений… Гуй его дёрнул позалипать на персонажа — девчонку, подозрительно напоминающую Хацунэ Мико, — а потом и порыться в инвентаре! Он умудрился случайно выкинуть супер-ценный предмет, который нельзя просто взять и купить — ни за игровую валюту, ни за донат. Хорошо хоть, запомнил, что это было. Оставалось просто проверить по гайдам, где оно падает, и быстренько нафармить. Цзян Чэн ничего не заметит! Но дроп у Стигийской козлиной печати был безобразно низкий, а мироздание над Хуайсаном никак не желало сжалиться. Старший брат, узнав, какой хернёй он страдает, наверняка присадил бы его: “Дурак, ты на что время тратишь? Это всего лишь пиксели на экране!” Так-то оно так… Да только дружба была настоящая! А подводить друзей Хуайсан не привык, была у него такая особенность… Впрочем, четыре часа и одиннадцать “Вывернутых рогов” спустя он таки сдался и начал готовить покаянную речь. В конце концов… не сломает же Цзян-сюн ему ноги? Два друга придумают, как договориться! Одно хорошо: о собственных — и брата — проблемах на эти тринадцать часов Хуайсан позабыл напрочь.