It Takes Two

Сын виконта Кима был странным человеком. Несмотря на помолвку, Ю Джунхёк редко пересекался с ним. Мужчина проводил большую часть своего свободного времени в библиотеке семьи Ю, уткнувшись носом в книги, которые за годы накопили только пыль. Ю Джунхёк никогда особо не любил читать, предпочитая ощущение тяжести меча в руках и боль усталости в костях после тренировок. Единственные моменты, когда Ю Джунхёк и Ким Докча могли быть в одной комнате, — это время приёма пищи, когда они сидели на противоположных концах длинного стола. Ким Докча никогда не разговаривал с ним, если это не было необходимо, и большинство их трапез проходили в тишине. В отличие от своего предшественника, Ким Докча был человеком, который, казалось, знал своё место в доме герцога. Он держался в стороне и старался оставаться как можно более незаметным. Верно своим словам, он никогда не просил ничего и не искал встречи с Ю Джунхёком, если его не призывали первым. Ю Джунхёк чувствовал, что в его жизни с момента помолвки мало что изменилось, и это было облегчением. Он был готов разорвать все связи в любой момент, если бы Ким Докча хоть раз раздражал его слишком сильно. Но в нынешней ситуации Ким Докча больше напоминал призрака, который появлялся перед ним только по зову. Судя по поведению Ким Докчи, можно было бы подумать, что он всего лишь робкий человек, слишком боящийся показаться перед устрашающим величием Верховного Короля. Но кто-то подобный никогда бы не смог сделать то предложение, которое сделал он. И была одна вещь, которая отличала его от всех остальных трусливых дворян, которых Ю Джунхёк презирал. — Ваша милость, лорд Ким сейчас читает в библиотеке. Ю Джунхёк рассеянно махнул рукой. Он назначил Чон Хивон личным охранником Ким Докчи, но это было скорее оправдание, чтобы следить за ним, чем реальная необходимость. Он наполовину ожидал, что Ким Докча будет совать нос не в свои дела, но в отчетах Чон Хивон никогда не было ничего, кроме описания повседневной рутины. — Не нужно докладывать мне о таких мелочах. Свободна. Чон Хивон поклонилась и направилась к выходу. Однако у самой двери она остановилась. Ю Джунхёк поднял бровь. — Говори. Чон Хивон снова обернулась и посмотрела на Ю Джунхёка. — Док... то есть, лорд Ким, кажется, довольно худощав. С вашего позволения, ваша светлость, но вы его вообще нормально кормите? Ю Джунхёк ожидал услышать, что Ким Докча наконец был пойман с поличным за чем-то неподобающим. Но он точно не ожидал, что его отругает собственный подчинённый — и за пренебрежение, из всех возможных причин. — Ты же знаешь, что мы едим вместе. — Но он почти ничего не ест. Ваша светлость, ради спокойствия этой подчинённой, пожалуйста, проследите, чтобы он доедал свою еду. Ю Джунхёк приложил ладонь к виску. — Почему я должен делать такую абсурдную вещь? — Это просьба от всего персонала, работающего под вашим началом, ваша светлость. Надеемся, вы нас поймёте. — От всех? Чон Хивон кивнула. Ю Джунхёк тяжело вздохнул. — Свободна. Чон Хивон поклонилась и закрыла за собой дверь кабинета.

***

На этом всё не закончилось. Когда он вызвал Ли Хёнсона, капитана рыцарей семьи, он получил похожий ответ. — Ах, Докча-сси? Он иногда приходит и смотрит, как мы тренируемся! Ю Джунхёк нахмурился. — Докча-сси? Ли Хёнсон осознал свою ошибку и тут же прикрыл рот рукой, извинившись поклоном. — Простите, я хотел сказать Лорд Ким! — И что именно он делает, наблюдая за вами? Лицо Ли Хёнсона посветлело. — Ну, иногда он подсказывает нам кое-что. Забавно, ведь он сам не особо силён в бою, но почему-то всегда знает, что сказать, чтобы мы стали лучше! — И откуда тебе знать, насколько он хорош в бою? Ли Хёнсон тут же замер. — Н-ну... просто догадка? — Он заметно занервничал, глаза метались по комнате, лишь бы не встречаться взглядом с Ю Джунхёком. — Говори как есть. Плечи Ли Хёнсона поникли, он неловко почесал шею. — Лорд Ким... как-то раз сам вызвался на поединок. — И? — И-и Чон Хивон отправила его в полёт. В его защиту — мы все думали, что он будет силён, ведь столько полезных советов давал! И он был таким лёгким, что...! Из уст Ли Хёнсона полился поток оправданий, каждое сопровождалось глубоким поклоном. Ю Джунхёк не понимал, почему все вокруг так уверены, будто ему не всё равно до Ким Докчи, и он может разозлиться из-за него. — Хватит. Свободен. Ли Хёнсон ещё раз поклонился, выглядя виноватым до глубины души, и тихо вышел за дверь. Похоже, загадка по имени Ким Докча с каждым днём становилась всё более запутанной.

***

— Честно говоря, не понимаю, чего ты вообще удивляешься. Ю Джунхёк поднял взгляд на Хан Суён, чьи глаза всё ещё были прикованы к бумагам перед ней. — Удивляюсь чему? — нахмурился Ю Джунхёк. Хан Суён фыркнула. — Не строй из себя дурака. Я была твоей помощницей ещё с тех времён, когда мы оба были вонючими щенками. Не думай, что сможешь что-то от меня скрыть. Ю Джунхёк скрестил руки на груди. — Ну так объясни, почему мне этого не стоит делать. Хан Суён наконец оторвала взгляд от бумаг в руках. Её выражение лица говорило не столько о разочаровании, сколько о полном отсутствии удивления. — Как хозяину этого дома, мне бы хотелось думать, что ты хотя бы замечаешь, что здесь происходит. — К делу. — Виконт Ким — умный человек. Он держится подальше, потому что знает, что ты терпеть не можешь хлопоты. Но это не значит, что он ни с кем не разговаривает. Он хорошо общается с Ю Саной, библиотекарем, иногда наведывается к рыцарям на тренировки. Даже Ю Миа с подругами его любят — а ты ведь знаешь, как они не переносят чужаков. Он хорошо относится ко всем горничным и дворецким, а ведь не каждый день услышишь, чтобы дворянин благодарил простолюдина. Ю Джунхёк с тех пор, как Ким Докча сделал предложение, так и не провёл с ним ни одного полноценного разговора, поэтому всё, что рассказывала Хан Суён, стало для него настоящим открытием. В его представлении Ким Докча был надменным человеком, взвалившим на себя слишком многое. Похоже, в этом мнении он был одинок. — И почему я ни о чём этом не знал? Хан Суён закатила глаза. — А кто, напомни, велел Чон Хивон больше не докладывать «пустяковые дела»? Ю Джунхёку нечего было на это возразить. — А ты? — спросил он. — А я-то тут при чём? — невинно ответила Хан Суён. — Что ты о нём думаешь? — С ним хотя бы можно поговорить, в отличие от одного зануды с вечной палкой в одном месте. Это отвечает на твой вопрос? У Ю Джунхёка дёрнулся глаз. Смех Хан Суён эхом разнёсся по комнате. — Вместо того чтобы допрашивать всех подряд, почему бы тебе самому у него не спросить?

***

Звук столовых приборов, звенящих о фарфор, казался особенно громким в тишине обеденного зала. Ю Джунхёк всегда ел быстро и сразу уходил — работа сама себя не сделает, а в кабинете его неизменно ждали горы бумаг. Но теперь, когда он стал внимательнее, то заметил, как Ким Докча ковыряется в еде, едва прикасаясь к ней. Его запястья казались особенно тонкими — словно могли сломаться от малейшего усилия, а кожа — побледневшая, как будто от одного лёгкого прикосновения могла остаться синяя отметина. Ю Джунхёк знал о своей печально известной репутации. Поэтому ему было любопытно, как такой человек, как Ким Докча, осмелился на столь безрассудный поступок, как предложение руки и сердца самому страшному человеку в империи. Он проследил взглядом за рукой Ким Докчи, когда тот осторожно поднёс к губам небольшой кусочек мяса. Удивительно, но губы у него были неожиданно красными в контрасте с бледной кожей. Виконт Ким выглядел довольно обычно, но и уродливым его было не назвать — чертами он больше пошёл в мать, чем в отца. Одежда на нём была тоже простая и скромная — достаточно дешевая, чтобы не выглядеть вызывающе, но и достаточно дорогая, чтобы не порочить титул герцога Ю Джунхёка. Тут он был вынужден согласиться с Хан Суён — виконт Ким был умным человеком, который знал, как слиться с окружением. Ким Докча наконец заметил взгляд Ю Джунхёка, и его глаза с лёгким удивлением поднялись вверх. — Что-то не так, ваша светлость? Ю Джунхёк ни разу не слышал, чтобы Ким Докча назвал его по имени, несмотря на то, что сам дал ему на это прямое разрешение. Их помолвка ещё не была официально объявлена, и, казалось, Ким Докча был полон решимости не обращаться к нему иначе, если в этом не будет крайней необходимости. — Еда тебе не по вкусу? Ким Докча слегка наклонил голову. — Не знал, что ваша светлость так интересуется мнением жалкого сына виконта. Голос Ким Докчи звучал уверенно, несмотря на его хрупкое телосложение, а слова были спокойны и полны достоинства. Действительно, только человек такого уровня мог сравниться с Ю Джунхёком — пусть даже лишь формально. Людей, готовых спорить с ним напрямую, было крайне мало. — Мне всё равно, — ответил Ю Джунхёк. — Но, кажется, весь персонал обвиняет меня в халатности. Ким Докча на мгновение задумался, затем аккуратно положил вилку. Движение было таким же беззвучным, как и изящным. Он задумчиво хмыкнул. — Это была Чон Хивон-сси? Ю Джунхёк кивнул. — Я уже говорил ей, что со мной всё в порядке. Ей не стоит чувствовать себя виноватой. Из горла Ким Докчи вырвался тихий смешок. Для Ю Джунхёка это был непривычный звук — он привык видеть в нём только серьёзного человека. Смех был лёгким, воздушным и неожиданно приятным для слуха. Совсем не таким, как фальшивые хихиканья мужчин и женщин, пытавшихся соблазнить его в прошлом. Ю Джунхёк понял, что ему это нравится. — Она ранила будущего супруга герцога. Вполне естественно, что она чувствует себя ответственной. Ким Докча усмехнулся с иронией. — Как же мне повезло с таким чрезмерно заботливым женихом. — Аристократы любят сплетничать. Ким Докча откинулся на спинку стула и пожал плечами. — Бывали и похуже случаи, так что это ерунда. — Похуже? — Заинтересовались? — Нет. Ким Докча снова рассмеялся, на этот раз чуть более открыто. — Как же это похоже на вас, ваша светлость. И снова появилось это странное чувство — как будто Ким Докча знал о Ю Джунхёке гораздо больше, чем показывал. Мысль о том, что он владеет информацией, известной лишь ближайшим и самым доверенным подчинённым герцога, так и не покидала его голову. Но Ким Докча не давал повода подозревать его ни в чём, а отчёты Чон Хивон становились всё более обыденными. — Тогда прошу меня извинить, ваша светлость, — легко произнёс Ким Докча, вставая со своего места. — Я, как обычно, буду в библиотеке, если понадоблюсь. С грациозным разворотом он вышел из зала, оставив наполовину съеденную еду на столе. Горничная тут же подошла, чтобы убрать тарелки, но Ю Джунхёк остановил её на выходе. — Передай главному повару, чтобы в следующий раз приготовили для виконта Кима что-то полегче, — он бросил взгляд на остатки еды на тарелке. — И никаких помидоров. Если горничная и удивилась распоряжению, то была достаточно умна, чтобы не показать этого — просто молча поклонилась и удалилась за двери.

***

— Вы звали, ваша светлость? Ю Джунхёк оторвался от бумаг и взглянул на Ким Докчу, одетого лишь в простую белую рубашку и брюки. Похоже, Ким Докча уловил его неодобрительный взгляд и ответил на него закатыванием глаз. — Не всем из нас по душе укутываться с ног до головы в чёрное в такую душную летнюю жару, ваша светлость. Ю Джунхёк проигнорировал укол и направил разговор в более важное русло. — Я тебе не доверяю, Ким Докча. Ким Докча усмехнулся. — Это не совсем новость, ваша светлость. — Если докажешь свою надёжность — я соглашусь на контракт. — А если не смогу? — Ты и сам знаешь ответ, Ким Докча. Ким Докча тяжело вздохнул. — Разве это не слишком несправедливо? — Это твоя проблема, не моя. Ким Докча задумчиво почесал подбородок, прежде чем его губы изогнулись в усмешке. — Что ж, информация стоит дорого, так что начнём с чего-то мелкого. Итак, ваша светлость, как вы думаете, что вы упускали за последние несколько лет? — Я не звал тебя, чтобы ты играл в эти игры. — И я не собираюсь быть просто пешкой, ваша светлость. Ю Джунхёк вытащил меч, и Ким Докча снова оказался перед его остриём. И снова Ю Джунхёк столкнулся с тем же тревожным спокойствием Ким Докчи, что и в тот день. — Я не спрашивал. Ким Докча лениво наклонил подбородок, на его лице отразилось печальное выражение. — Похоже, я не смогу рассказать детям ту историю, которую обещал. Я уже попросил Ю Сана подготовить книги заранее. Ю Джунхёк замер. — Я также сказал Ли Хёнсону, что буду смотреть их тренировки сегодня. Чон Хивон даже предложила помочь мне взять меч. Ю Джунхёк медленно опустил меч. — Ты... это было твоим намерением с самого начала? Ким Докча улыбнулся. — Осторожность никогда не повредит. Но они все действительно хорошие люди, теперь я понимаю, почему ваша светлость так о них заботится. Ю Джунхёк цокнул языком и с щелчком вложил меч в ножны. Улыбка Ким Докчи стала шире. — Так ваша светлость теперь готов к сотрудничеству?

***

Ю Джунхёк провёл остаток вечера, обсуждая различные вопросы с Ким Докчей. Как и упоминала Хан Суён, Ким Докча был невероятно умным человеком, который всегда точно знал, о чём говорил. Ни одно слово, слетевшее с его губ, не было случайным. Более того, казалось, он лучше самого Ю Джунхёка понимал текущее положение дел в герцогстве. С момента последней инспекции инфраструктуры прошло немало времени, и рыцари, которых он недавно отправил, обнаружили, что один из главных мостов находится на грани обрушения. И всё это — по настоянию человека по имени Ким Докча. Вопреки ожиданиям Ю Джунхёка, разговор всегда шел легко, и Ким Докча держался уверенно, даже находясь перед различными важными фигурами, которые приходили и уходили из кабинета Ю Джунхёка. Несмотря на первоначальный шок от его присутствия, все быстро привыкли к нему благодаря его обширным знаниям. Ю Джунхёк не сомневался, что скоро поползут слухи. Ким Докча, безусловно, умел повернуть всё в свою пользу. В дверь мягко постучали, и оба мужчины подняли головы на звук. — Войдите, — позвал Ю Джунхёк, а Ким Докча вернулся к документам на столе. — Ваша светлость, ужин подан в столовой. Ю Джунхёк кивнул и отпустил дворецкого. — Пойдём. Ким Докча лишь тихо хмыкнул. — Идите вперёд, ваша светлость. — И оставить тебя одного в моём кабинете? — Разве я не доказал вам свою преданность сегодня? Ю Джунхёк нахмурился. — Доказать свою ценность и доказать свою надёжность — две разные вещи. Он схватил Ким Докчу за запястье и потянул его прочь от стола. Ким Докча сопротивлялся, но его хрупкое телосложение ничего не могло противопоставить сокрушительной силе сильнейшего человека в Империи. — Ваша светлость, я правда не голоден, — попытался возразить Ким Докча. Ю Джунхёк молча тащил его до самой столовой, усадил на стул и лишь после этого отпустил, заняв своё место напротив. Последние остатки протестов Ким Докчи застряли у него в горле, когда горничные подали еду. Как всегда в резиденции герцога, ужин был великолепным, но на этот раз блюда были проще и легче. Почти можно было бы сказать, что они были немного скромными по сравнению с обычными стандартами. Ю Джунхёк проигнорировал удивлённые взгляды Ким Докчи. — Ешь, — сказал он просто, сам принимаясь за еду. Этого оказалось достаточно — в комнате раздался звон столовых приборов, и больше не было сказано ни слова. Наблюдая, как Ким Докча ест с куда большим аппетитом, чем днём ранее, Ю Джунхёк почувствовал странное удовлетворение. Он вспомнил ощущение запястья Ким Докчи в своей руке — оно было слишком тонким, чтобы быть здоровым. А появление злых слухов было бы крайне нежелательным. Ю Джунхёк сжал и разжал кулак, поочерёдно сгибая пальцы. Странным образом тишину первым нарушил именно Ю Джунхёк. — Объявление будет на следующей неделе. — Как всегда эффективно, ваша светлость. Возможно, он устал после долгого дня, но странная близость Ким Докчи с Ю Джунхёком внезапно показалась почти утешительной — словно они были товарищами не несколько недель, а целые жизни. — Это проблема? — Моему отцу это вряд ли понравится. — Раньше это тебя не волновало. — Я говорю это исключительно ради вашей светлости. Ю Джунхёк наклонился вперёд, не говоря ни слова. Он позволил тишине затянуться до тех пор, пока Ким Докча, нахмурившись в замешательстве, не поднял взгляд и не встретился с его глазами. — Ким Докча. Ким Докча ждал, когда Ю Джунхёк продолжит фразу, но ничего не последовало. Тот лишь продолжал смотреть, хмуря брови с серьёзным выражением лица. В воздухе повисло что-то неуловимое, тяжёлое, не поддающееся описанию, пока ни один из мужчин не отводил взгляда. Казалось, даже температура в комнате понизилась. Наконец Ким Докча рассмеялся — чистый звук разрезал воздух, и напряжение рассеялось. — Похоже, ваша светлость получает удовольствие от того, чтобы быть трудным, — сказал Ким Докча с улыбкой, уголки его глаз задорно морщились. В его взгляде сверкнуло что-то новое, чего Ю Джунхёк раньше не замечал. Он подумал, что хотел бы увидеть это снова. — Я выполню свою часть сделки. — Тогда прошу позаботиться обо мне, Джунхёк-а. Ю Джунхёк откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, позволяя напряжению покинуть его плечи. — И ты позаботься обо мне, Докча.